Забвение

      Всё, что он мог чувствовать — боль во всём теле. Это так странно: он знал, что она принадлежит ему, но при этом ощущал себя словно и не здесь, не с ней.       Он улавливал запах дыма, трав, слышал шелест ткани и шёпот. Он изо всех сил пытался открыть глаза и пошевелиться, но вдруг почувствовал руки. Сильные, но нежные, они слегка толкнули его, пока он не опустился на что-то мягкое. Он так устал, что, в конце концов, поддался благостной темноте и провалился в беспамятство.       Так, в короткие вспышки пробуждения, сменяющиеся болезненным сном, прошло несколько дней. Раны мужчины начали заживать. Когда он окончательно выпутался из объятий нездорового сна, его зрение было немного размыто, а мысли сбивали с толку. Вместо того, чтобы сосредоточиться на своём странном отсутствии воспоминаний о том, как он сюда попал, мужчина постарался сосредотачиваться на том, что видел. С одной стороны комнаты был большой каменный камин, с потолка на верёвочках свисали сушёные травы разных видов. Возле камина стоял довольно неплохой стол с двумя стульями. Широкая занавеска отделяла ту часть комнаты, где он находился. Он не был уверен, но ему казалось, что кто-то стоит за ней.       Мужчина со стоном попытался встать и вздрогнул, почувствовав, как нечто удерживает его. Именно звуки, срывающиеся с его губ, привлекли внимание человека по ту сторону занавески. К нему стремительно подошла пожилая женщина, её пронзительный взгляд тёмных глаз заставил его застыть на месте. Никто не говорил, глядя друг на друга. Только снова пытаясь пошевелиться, он понял, что на его ноге что-то есть. Отодвинув простыню, он нахмурился, глядя на кандалы, приковавшие его лодыжку к кровати. Женщина улыбнулась, поймав его взгляд, и вышла из комнаты, оставив его в замешательстве.       Почему он скован? Где он? Что случилось?       Мужчина провёл рукой по волосам, пытаясь вспомнить, что произошло и почему он ранен, и понял две вещи. Во-первых, он чувствовал странную боль в голове, словно его ударили или он упал и сильно ушибся. Даже лёгкое нажатие на затылок вызывало волну боли, пронзающую голову. Второе, что он осознал — и это осознание начинает наполнять его страхом — это тот факт, что он ничего не мог вспомнить.       Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох и приказал себе сохранять спокойствие. Он начал мягко говорить сам с собой, отчаянно пытаясь вспомнить:       — Меня зовут…       — Я родом…       — Я здесь, потому что…       — Меня зовут…       — Меня зовут…       И каждое произнесённое предложение так и осталось без ответа. Он судорожно сжал в кулаках простыню. Он так сосредоточился на попытках вспомнить, что не услышал приближающихся шагов, открывающейся двери и тяжёлый стук железа по полу, перемежавшегося со звуком чего-то волочащегося. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он осознал, что больше не один. Когда он открыл глаза, то наткнулся взглядом на человека, стоящего перед ним. Человек смотрел на него с ненавистью в глазах, слишком голубых, чтобы быть реальными. На его лице появилась острая улыбка.       — Что ж, Хемунд. Бьюсь об заклад, ты удивлён, увидев меня. Скажи мне, как ты себя чувствуешь, зная, что ты снова в моём распоряжении после всего, что случилось с Лагертой? Как ты думаешь, что я собираюсь с тобой делать, Хемунд?       Со своей стороны, Ивар боролся с переменчивыми эмоциями, варьировавшимися от шока от того, что Хемунд был ранен в битве, но жив, гнева от того, что Хемунд предал его, чтобы сражаться за Лагерту, ликования от того, что он может и будет мстить Хемунду, но он также, самую малость, чувствовал разочарование и горе от того, что единственный человек, которому он верил, оказался таким же, как и все остальные.       А ещё он был раздражён тем, что во время его речи, Хемунд тупо смотрел на него, словно не услышав и слова. Ивар ненавидел, когда его игнорируют. Подойдя ближе к Хемунду, он склонился над ним, вытащил свой нож и быстро приставлил его к горлу Хемунда. Ивар слегка удивился, когда увидел, как Хемунд вздрогнул и как искренний страх отразился в его глазах. Раньше Хемунд ничего не боялся, но этот маленький акт устрашения наполнил его глаза ужасом. Ивару было неожиданно приятно узнать, что Хемунд боится его и не зря.       — Я задал тебе вопрос, Хемунд. Ответь мне, или я заставлю тебя истекать кровью.       Чтобы показать всю серьёзность, он провёл острым кончиком ножа по горлу Хемунда надавливая ровно настолько, чтобы чуть надрезать кожу. Хемунд резко вдохнул от укола боли, и на его шее появилась маленькая красная точка. Облизывая губы, он в замешательстве посмотрел на Ивара и недоумённо спросил:       — Кто такой Хемунд?