я не кусаюсь...

Пока Мэй отвлекся на какие-то свои мысли, а рука массировала точку, Шель аккуратно спустил вторую руку на копчик младшего. На его удивление Мэй никак не отреагировал на это действие так сильно был погружен в свои мысли, так что ничего не останавливало сместить руку еще ниже… *** Рука Шеля медленно, но уверенно двигалась вниз, дойдя примерно до середины ягодицы, она пропала буквально на пару секунд и опустилась обратно громким шлепком. -Эй! Ты чего?! - погрузившийся в свои мысли Мэй, точно не ожидал ничего подобного. -Да, так - усмехнувшись ответил старший. -В смысле «Да, так»?! Ты только что, ударил меня по заднице. -Ну, Во-первых - не ударил, а шлёпнул, а во-вторых - мы с тобой только не давно говорили про слова, не задница, а попка. - ласково, но при этом строго сказал Мишель, погладив покрасневшую половинку. Это действие будто током ударило в мозг младшего и до него только начало доходить в какой позе он находится - сидящий на коленях друга, лицом к нему, со спущенными штанами. Старший, закончив массажировать кровящую точку, только хотел натянуть брюки котёнка обратно, как младший завертелся, тоже желая по скорее слезть и натянуть штаны на своё законное место. Старший же, не понимая почему Мэй начал резко крутится, убрал руки с попки и спины младшего из-за чего последний чуть ли не упал, но был во время подхвачен за подмышки заботливым старшим. И в последствии был возвращён обратно на колени только уже спиной к груди. -Аккуратнее! Куда ты так заторопился, что чуть ли не грохнулся? - сказал старший, плотнее прижимая к себе младшего, который кстати, до сих пор был без брюк. Но в ответ ему была лишь тишина. Конечно, в ответ была тишина, ведь до младшего снова начало доходить, что произошло и чего, к сожалению, не произошло. Мэй был смущён, раньше ему не доводилось сидеть в такой позе, тем более в объятиях другого парня, и уж тем более нового друга, так ещё и без штанов и нижнего белья. Эти новые ощущения и эмоции, которые до сих пор эхом и пульсацией отдавались в подростковом теле, не давали покоя, так ещё и безумно быстро бьющееся сердце, задававшее паралельно не мало вопросов, а всё вместе, заставляло его в серьёз задуматься, что именно это за эмоции и какого они характера. Мурашки ползли по коже, вызывая одновременно прекрасные, но и пугающие ощущения. Старший сидел очень близко, так близко, как ещё никто и никогда, так что младший мог спокойно ощутить его теплое дыхание на своей шее и запах какого-то незнакомого парфюма, который щекотал всё внутри и заставлял растечься чуть ли не лужицей. Мэй пытался скрыть свою растерянность, пока сердце громко билось в груди, и надеясь, что старший его не услышит.. Время будто замедлилось. Мир вокруг них замер, словно в одно мгновение вся человеческая цивилизация перестала существовать. В коридоре замолкли шаги, машины перестали ездить, птицы закончили свои серенады. Ни слов, ни движений, ни взглядов не требовалось. Они просто сидели там, в обнимку, и никто не смел нарушить эту тишину и сказать хоть что то, что прояснило бы текущую ситуацию и положение. -Я... - не смело начал Ботт. -Я... Я пожалуй пойду - тихо, еле прошептав, кинул Мэй Мишелю. Но при этом, быстро вскочил, и одним быстрым и ловким движением натянул сразу все вещи на свои места и выбежал из палаты старшего в коридор, оставив последнего в тишине и недоумение одного. Быстро пробежав по коридору мимо парочки чужих дверей и страшных кабинетов, младший шмыгнул в свою родную палату и быстро завернулся в кокон из одеяла прямо с головой. Из-за учащенного дыхания и бешеного пульса, кашля к счастью не последовало. Младший сидел на краю кровати в больничной палате, копаясь в своих тревожных мыслях. Этот молодой парень, бывший всегда в одиночестве в своем главном , страхе, недавно испытал свой главный, настоящий кошмар - укол. Для него это всегда было настоящей пыткой, словно кошмар из самых страшных снов его детства, где он один на едине с врачом в кабинете, удерживаемый на стуле. Но во преки всем страхам, в этот раз всё прошло намного, намного, НАМНОГО легче чем обычно, так ещё теперь он был не один на один со своим страхом, а рядом с... Другом? Если можно так назвать старшего. Младший не знал как объяснить тот факт что сидя в этих двух смущающих позах он чувствовал себя максимально спокойно, умиротворенно, так ещё и защищено. И если с чувствами он может разобраться и позже, например перед сном, то то, как теперь воспринимать их отношения с Мишелем он теперь не понимал. Как смотреть в глаза старшему? Как говорить? Сделать вид будто ничего не было? А если это сделает хуже и он опять обидится? Что значат эти позы? Почему в его объятиях было так спокойно? Что вообще думает Шель? Что у него происходит в голове? Жалеет ли он? Вопросов было очень много, так много, что мозг младшего решил, что пора отдохнуть от всех переживаний, и сердце было полностью с ним согласно, так что, после не сильно долгих, но эмоциональных раздумий, младший погрузился в сон.