– Ты считаешь меня сумасшедшим?...

      Чонгук стоит и смотрит на Тэхёна ненормальным взглядом. Ветер дует в лицо, солнце слепит глаза, но ему всё равно. Не всё равно только на недавние слова Тэхёна.       — Что? - шепчет Тэхён, также смотря на Чона.       У Чона льются слёзы, дрожат руки. Он в истерике отрицательно мотает головой, пятясь назад. Тэхëн сейчас что сказал? Он назвал его ненормальным? Сумасшедшим? Он тоже бросает Чона? Нет, Чонгук не переживëт предательства ещё раз. Он не будет терпеть унижения в его сторону ещё раз. Он не будет одинок опять. Никогда.       Тэхён сидит, открыв рот, не находя слов. Что он сейчас сказал? И кому? Психически больному парню, который остался один и доверился только ему? Браво, Ким Тэхён, так держать. Привстав, Тэхён собирается схватить его за руку, но тот уже срывается на бег и бежит в сторону входа больницы. Блять, Тэхён...       Чон бежит, ничего не видев из-за слёз. Он босиком, в пижаме, с больной рукой, как и психикой. Бежит в сторону больницы, где отец Чона с разбитым затылком, скорее всего уже придумывает план, как убить этих двоих. Но Чонгуку всё равно. Он уже бежит по лестнице, на которой уборщица подметает осколки стакана, который счастливый Тэхён нёс счастливому Чонгуку.

***

      Чонгук влетает в свою палату, где на соседней кровати сидел Дон-Ëн с забинтованной головой, вокруг которого крутились две медсестры, мотаясь с лекарствами и бинтами в руках. Чон тяжело дышит и дрожит, проходя в центр палаты. Стук его сердца бьëтся быстрым ритмом. От страха? Нет, от обиды. А вот и Чонгук почувствовал то самое ощущение - дежавю. Он ловит взгляд отца, который он мог спокойно назвать наверное самым страшным, который он ловил глазами у Дон-Ëна.       – Оставьте нас, - рычит Дон-Ëн, всё также смотря в глаза Чонгука, который по состоянию прямо сейчас и завалится посреди палаты. Медсёстры вышли, временами оглядываясь с опаской. В палате повисла тишина...

***

      Дон-Ëн встаёт и медленно подходит к Чонгуку. Его пошлая ухмылка не сходит с лица. Подойдя к Чону, он проводит рукой по его лицу, «нежно» водя пальцами по бледной коже. Отец ухмыляется, после чего наклоняется к Чону и пошло шепчет красноволосому в ухо:       – Убью, - улыбается он. -И тебя, и его.       Чонгук сглатывает. Он просто не понимает,за что ему это. Почему отец так поступает? Человек, с которым Чон знаком два дня ему ближе, чем родной отец. Кроме унижений и насилия он от него ничего не получает. А Тэхён помог, просто так. Не проигнорировал, а подошёл. Не испугался, а помог и вызвал скорую. Не ушёл, а остался и провёл с ним время, проявляя заботу. Это первый человек в жизни Чона, который захотел помочь ему, без плохих намерений. Откуда он знает? Чон не знает, Чон чувствует. Чонгук в порыве истерики делает быстро шаг назад:       – Ненавижу... - шепчет он. -Ненавижу! Ненавижу тебя! Из-за тебя, только из-за тебя я стал таким! Ненавижу, не-на-ви-жу! - кричал Чонгук сквозь слëзы. Эмоции Дон-Ëна с игривых меняются на разозлëнные, в следствии чего он хватает Чона за руку и быстро ведёт к двери. Открывая дверь, он видит перед собой его. Замирая в дверном проёме,у Дон-Ëна пробегает удвоенная раздражительность. Тэхён медленно поднимает взгляд, в котором кроме злобы ничего нет. У него в глазах сущий ад:в них горит огонь, в котором сгорает тот человек, который в них отражается -Чон Дон-Ëн. Тэхён, продолжая смотреть на него, вырывает руку Чонгука и мельком отводит его за свою спину. Он сжимает его руку так сильно, что она у Чона затекает. У Тэхёна в душе победа, какое-то чувство могущества, которое овладело им. Он смотрит в глаза Дон-Ëна и ему хочется его убить. Но Тэхёна пока устраивает данная ситуация, с «сюрпризом». Чонгук смотрит на синий затылок заплаканными глазами, в которых помимо благодарности есть ещё что-то. Что-то то, что пока им обоим неизвестно. Или то, что пока они оба признать не могут.       Отец Чона после всего ступора в порыве злости замахивается кулаком на Тэхёна, который даже с места не сдвинулся. Его руку грязную руку перехватывает Намджун, который также смотрит на отца Чона звериным взглядом:       – Господин Чон, вы арестованы за попытку изнасилования,статья двести девяносто семь, и убийства, статья двести пятьдесят. - ухмылка с ямочками. -Вы имеете право хранить молчание, а также право на адвоката. - разворачивая к себе и нацепляя наручники, проговаривает Намджун, жестом показывая другим полицейским, чтобы те забрали виновного.       – Сюрприз, - ухмыляется Тэхён, пододвигая ближе к себе Чонгука. Под маты Дон-Ëна, Намджун улыбается Тэхёну и догоняет команду. Улыбнувшись, Тэхён разворачивается к Чонгуку, мягко поглаживая его ладонь. Его глаза сразу становятся сияющими и добрыми, как раньше.       – Ну вот видишь, а ты бесился, - тыкнул Тэ пальчиком носик Чона. Чонгук смотрит в карамельные глаза синеволосого и утопает в них. Он смотрит на родинки синеволосого и залипает на них. Он опускает взгляд на улыбку Тэ и заражается ею. Вернув взгляд в его глаза, он притягивает Тэхёна за держащую его пальцы руку и кладёт свою голову на его плечо, соприкасаясь висками с парнишкой. Чонгук расположил одну руку на спине Тэ, сжимая свою руку в руке Тэ и чувствуя руку парня на своём затылке. И почему-то Чон начинает плакать. Опять. Почему? Он сам не знает. Чонгук впервые ощущает себя счастливым. Счастье заключается в первую очередь в свободе, которую тот приобрёл только сегодня. Возможно не надолго.       Чонгук будто боится, что это первый и последний момент. Он обнимает Спасителя. Своего Спасителя. Этот парень будто с неба упал, как звёздочка, которую Чонгук поймал. Чон прижимает Тэ ближе к себе, тяжело дыша и чувствуя его улыбку. Он счастлив. Безумно счастлив. Но счастье рано или поздно кончается. ...