"Что-то с чем-то"

Маленькая комнатка, размещенная в самой высокой башне, самого высокого замка, который расположен на самой высокой горе - а если коротко, то его Высочество принц Пак Алекс-Арманто Чимин подзаебался подниматься по нескончаемой лестнице, ведущей наверх. И вот его мишень - большая кровать, расположенная в углу спальни и занавешенная полупрозрачным тонким балдахином. Чимин медленно приближается, пальцами касается занавесок, похожих на ночное небо из-за золотистой вышивки в виде звездной россыпи, скользит по ткани ладонью и осторожно приоткрывает их, ища глазами среди горы подушек свою цель. - Пиздец... - выдыхает Пак и ошарашенно, разглядывает лицо, что выглядит таким умиротворенным под чарами сна. "Да, Чимин, ты же такой крутой, обоятельный, от тебя любая будет течь, так может проверим это на деле? В жопе мира говорят есть зачарованный замок и там спит заколдованная красавица, лет сто спит без задних ног и не стареет, а во владениях у неё огромный замок и миллионы вонн. Разбудишь её своим горячем поцелуем, расширишь свои владения и государственную казну пополнишь - плюс горячая штучка в постели", - Чимин как сейчас помнил слова своего пьяного в гавно друга, сына государственного чиновника, Ким мать его сука Тэхена. И вроде всё так, но блядь одна не состыковочка - не красавица, а красавиц...вроде бы. Принц наклонился, всматриваясь в спящего парня - ну, да, красавец. На голове гнездо из чёрных волос, на щеке следы от подушки, а на уголке рта следы от слюней, но всё равно красивый. Пока Чимин стоял и думал, что с Тэхеном за его пиздёж сделает, комнату начали заполнять лучи закатного солнца, окрашивая кожу его "красотки" в приятный золотистый оттенок. Не, ну, а хуле делать? Не зря же он сюда свою жопу королевкую тащил, чтобы уйти ни с чем? Один раз - не пидорас. Пак наклоняется, отмечая, что губы перед ним привлекательные, маленькие и пухлые, и поцеловать их даже хочется, если забыть напрочь, что они мужские. Принц мягко целует, размыкая чужой рот, своим языком, надеясь, что он именно тот, кто разрушит сонное проклятие, а уж потом они вместе порешают, как его, героя, будут благодарить и в каких это будет цифрах. Через мгновение движение мягких губ под своими, заставляет Чимина поверить в слова Тэхена. Только теперь можно смело добавить, что от него не только текут, но и встают...члены. Принц разрывает поцелуй и видит перед собой глаза, по-кошачьему раскосые, такие глубокие и тёмные, будто омуты, в которых бы Пак поселил своих чертей. А затем, он будто сам здесь зачарованный, смотрит на губы, что целовал секунду назад, губы которые красиво изгибаются и тогда до Чимина доходит, что с ним говорят. - Ну, и захером разбудил? - обречено хриплым ото сна голосом, спросил парень. - За сто лет не выспался? - утопая в звучании его голоса, отозвался принц. - Заебись поспал, но мне и ста лет мало будет, - сказал тот, глядя на Пака, который по-прежнему был слишком близко. - Я тот, кто покажет тебе, что ночью можно не только спать. Чимин смотрел на нежные мужские черты перед собой и понимал, что спасать теперь нужно его. Его точно околдовали эти недовольные, сонные глаза, в которых отражались лучи заходящегося солнца. Это был конец дня и начало королевского пиздеца.