Чем тише омут, тем страшнее черти в нем водятся

      Слуги тут же принялись исполнять приказ Шехзаде. С каждой минутой яма становилась всё глубже, рядом с надмогильным камнем образовалась уже довольно большая кучка сырой земли, а наблюдать за процессом наследнику становилось всё тяжелее. Через некоторое время, казавшееся Баязиду вечностью, в темноте ямы блеснула белая ткань.       — Доставайте! — повысив тон, произнёс мужчина.       Стражникам с трудом удалось сделать это, но спустя пару десятков минут приказ Шехзаде был исполнен. Слуги, поняв, что значил очередной жест сына падишаха, развернули ткань.       То, что там обнаружилось, поразило всех. Внутри лежали какие-то грязные тряпки, камни а основой конструкции служила доска с человеческий рост.       Баязид не поверил собственным глазам. Ещё раз перерыв все содержимое покрывал, он убедился, что тела Мерьем там нет. Как такое возможно? Что это вообще значит? Он ведь даже спустя столько времени помнил тот день, словно это было вчера. День, когда он в последний раз видел её лицо, пытаясь запомнить его на всю оставшуюся жизнь, день, когда он в последний раз прочитал ей газель.* Он помнил, насколько ледяными были её руки, какой бледной была кожа…       Вероятно, за этот год, прожитый его покойной женой в Османской империи, ей удалось нажить себе немало врагов, которые даже после её смерти решили поиздеваться над памятью султанши, не похоронив её здесь, где полагалось. Где теперь можно найти истинное место захоронение, ведь прошло уже несколько месяцев? Или же… Аллах, может быть такое, что его Мерьем жива? Крошечная искорка надежды вновь смогла зажечь свет в его сердце.       Если это и вправду окажется так, то он полностью готов забыть то, что было ранее. Единственное, чего сейчас так хотелось — вновь вдохнуть аромат её волос.       — Что прикажете делать, Шехзаде? — неуверенно спросил один из стражников.       — Возьмите достаточное количество людей и сейчас же начните поиски Мерьем-султан по всей столице, — приказал он, а затем, немного поразмыслив, добавил. — Если за три дня не будет никакого результата, то ищите по всей империи.       — Сейчас же приступим к подготовке, Шехзаде, — произнёс слуга и, получив одобрительный жест, вместе с несколькими другими мужчинами поспешил удалиться.

***

      Мерьем вернулась в Охотничий Домик ещё на рассвете, а весь оставшийся день провела отдыхая с дороги. Слава Всевышнему, никто, кроме самых преданных ей слуг, не заметил её отсутствия. Бессонная ночь в постоянной тряске в карете значительно прибавила крымчанке усталости, что было видно по её лицу. Но тем не менее, она не могла туда не поехать, ведь нужно было оказать честь своему врагу.       Почему-то ещё с самого начала, даже до отбытия в Топкапы, девушку преследовала мысль, что эта поездка может дорого ей обойтись, что цена за эту ошибку может быть слишком высокой. Но не хотелось лишний раз думать, что будет если… Сейчас вообще лучше не волноваться попусту, даже не ради себя, а ради ребёнка, которого она носит под своим израненным сердцем.       Сейчас же был тёплый весенний вечер. Удивительно, но несмотря на довольно-таки поздний час, небеса только-только начали сгущать тёмные краски, украшая небосвод крошечными звёздочками. Откинувшись на спинку дивана, темноволосая попыталась хоть как-то отвлечь себя от нагнетающих мыслей. Но как бы она ни пыталась, ничего не выходило. А потом стало только хуже: голова раскалывалась и гудела, принося мучительные судороги. Когда терпеть эту боль стало невыносимо, Мерьем громко позвала в покои служанку:       — Дерья!       Белокурая девушка тут же зашла в комнату султанши:       — У вас есть какие-то поручения, госпожа? — она присела в неглубоком поклоне.       — Да, принеси мне отвар ромашки и побыстрее, — безэмоционально произнесла та.       Служанка вернулась через несколько минут с подносом в руках, подойдя к тахте, поставила его на небольшой круглый столик перед султаншей.       — Можешь идти, — произнесла Мерьем и провела рабыню взглядом до дверей.       Сделав небольшой глоток тёплого напитка, крымчанка вернула его на место, вновь уходя в раздумья. Просидев так ещё чуть больше получаса, султанша позвала девушек, чтобы те помогли приготовиться ей к отходу ко сну.       Ночь пролетела, как казалось, за одно мгновение. Солнце взошло над горизонтом с первыми птичьими голосами, заставляя всё вокруг пробудиться. Но как бы крымчанка не хотела отдохнуть и полностью выспаться, ей не дали даже этого сделать. Девушка проснулась из-за того, что её за руку трясла Ханде.       — Что ты делаешь?! — очнувшись, возмутилась султанша, чуть привстав на локтях и щурясь от резких лучей света.       — Госпожа, простите, но я не стала бы беспокоить вас без какой-либо на то причины, — оправдываясь, произнесла хатун, отходя чуть в сторону от кровати.       — Что уже произошло, говори немедленно, — рассерженно приказала Мерьем.       — Только что приехал Шехзаде Мустафа, желает видеть вас, госпожа, — ответила Ханде.       — Аллах, почему же ты сразу не говоришь? Тогда скорее принеси мне какое-нибудь платье, — произнесла крымчанка, тут же поднявшись с постели.       Когда хатун вышла из ее покоев, темноволосая подошла к окну и увидела своего возлюбленного. Её бледные губы озарились счастливой улыбкой. Дверь вновь едва слышно скрипнула, что заставило ее обернуться. С помощью служанок сменив ночную рубашку на лёгкое сиреневое платье, султанша словно полетела на встречу с Шехзаде.       Быстро сбежав по лестнице, а затем выйдя на улицу, девушка хотела бы сразу броситься в объятья наследника, но её вдруг остановила какая-то чрезмерная серьезность и даже некая холодность, проступившие на его лице.       — Здравствуй… — тепло поприветствовала его Мерьем, хотя в душе не понимала, что этот настороженный взгляд может значить. — Ты не рад меня видеть?       — Как ты могла такое подумать? — произнёс Мустафа, чуть развернувшись к девушке.       — Что-то произошло? — взволнованно спросила она, нерешительно подняв взгляд, боясь представить, о чём может зайти их разговор.       — Не знаю, что произошло в Топкапы, но на следующий день после похорон Хуриджихан мой брат решил проверить, как тебе в могиле лежится. Думаю, тебе лучше знать, что он там увидел, — сын падишаха сразу же перешёл к сути дела.       — Аллах, Аллах, — крымчанка не на шутку испугалась от таких известий, сердце в панике начало биться чаще. — Почему так произошло? Что же теперь делать?       — Не волнуйся, мы обязательно сможем найти выход из этой ситуации, — ободряюще улыбнувшись, наследник попытался заверить возлюбленную. — Сейчас тебе небезопасно находиться здесь. Завтра утром я пришлю за тобой карету, вернёшься на время во дворец.       — Хорошо, как скажешь, — нервно теребя край рукава своего платья, произнесла та. — Но… что будет, если правда всплывёт наружу?       — Сейчас не время думать об этом, главное — надёжно спрятать тебя, — нужно ответил Шехзаде, прижимая её к себе, будто давая понять, что она всегда будет в безопасности рядом с ним.       — Ты сегодня останешься здесь? — с робкой надеждой спросила темноволосая.       — Нет, мне сейчас предстоит вернуться обратно, — молвил Мустафа, чуть отстранившись. — Есть неотложные дела, касающиеся санджака.       — Хорошо, тогда не стоит задерживаться, — с грустью подтвердила Мерьем. — В любом случае, наши постоянные разлуки скоро закончатся, не так ли?       — Конечно, со временем всё обязательно наладится, и не сомневайся в этом.       Ещё немного поговорив, они попрощались: Шехзаде вскочил на своего коня и через считанные секунды скрылся в пыльном тумане, а крымчанка осталась стоять на том же месте, провожая его взглядом.       Лишь спустя несколько минут девушка вернулась обратно в дом, а от улыбки на её лице словно и не было следа. Эту перемену в лице султанши заметил и верный евнух:       — Госпожа, что с вами?       — Ты был прав, Бейрам ага, — озабоченно произнесла Мерьем.— Мне не стоило ехать в Топкапы. Теперь же меня везде будут искать.