Система Улучши-Сюжет-Найди-Любовь-Сам для Великого Волшебника.

      Время на первом семестре первого курса летело незаметно. Профессора ничуть не жалели бедных детишек, спрашивая наравне и чистокровных, изучающих магию с младых ногтей, и грязнокровных — тех несчастных, что узнали о магии лишь летом своих счастливых 11 лет. Конечно, в их распоряжение поступала библиотека — огромный храм, воспевающий оды талантливым волшебникам, трудам и магической науке, но, к сожалению, многие первокурсники были столь ленивы, что даже не подумали обратить свои молитвы в него. Дети могли лишь жаловаться на несправедливость жизни и тихо вздыхать по углам гостиной. Одним из таких бедолаг был Рон. Правда, он скорее исключение из общего равенства, что успел вывести Гарри. Парень был чистокровкой, но до того безалаберным чистокровкой, что его уровень знаний о магии и колдовстве находился на уровне низшего магического зверя. Почему же именно волшебного зверя? Ответ прост — рыжик привык и вырос в окружении волшебства. Для него использовать палочку для того, чтобы заправить кровать было также привычно, как открыть рот для тяжёлого вздоха после долгой пробежки. Он дышал магией, чем и отличался от таких же безалаберных маглорожденных. К этому пытался приучиться и главный герой. В этом ему, не столь неожиданно, помог Драко. Драко вообще оставлял о себе исключительно приятное впечатление. Кроткий поначалу, мальчик стремительно раскрывался, словно долгожданный новогодний подарок в сотне слоев разноцветной оберточной бумаги. Его характер был многогранным, что вызывало сильнейший интерес со стороны Гарри. Если с Гермионой ему было просто и легко, словно у него появилась младшая сестренка, за которой необходимо присматривать, чтобы та не наделала глупостей, к сожалению, от своего большого и неординарного ума, то Малфой был для него отдушиной, загадкой и тайной. Его душа представляла собой такие потемки, что Гарри иногда боялся зайти туда и пропасть. Он и не подозревал, что сам представляет для бедного Малфоя сладостное болото, тянущее из того все соки. К своему первому уроку полётов мальчишки и одна Грейнджер общались как давние друзья, что не могло не радовать черствую душонку преданного критика. Но, на самом деле, отношения Драко и Гермионы все ещё находились в разряде прохладных и далеко не дружественных. Генри иногда мог быть поистине недогадливым человеком, и неравнодушным к нему людям приходилось пожинать из этого свои особенные плоды. Этим и воспользовались чистокровка и грязнокровка, именно те особенности, совершенно независимые от воли детей, стали для них невозможным камнем преткновения и не позволяли сосуществовать в мире, дружбе и согласии, оставляя за собой только тягучую жвачку вынужденного общения. Но, благодаря особой доверчивости Поттера, дети смогли создать видимость дружбы. Зачем же им понадобилось идти на такие жертвы? Ответ прост — Генри сумел стать одинаково дорог обоим ребятам. И для Драко, и для Гермионы, он был тем самым первым другом, что смог найти общие точки, темы и радости, тот друг, который был готов разделить их с теми, у кого, казалось, ничего подобного не было. Ни Драко, ни Гермиона, никогда не имели настоящих друзей. К первому цеплялись из-за его влияния, ко второй — из-за её ума и хороших оценок. Да, эта двоица была уверена, что в этом прогнившем до костей лицемерном мире, Гарри — это единственный верный способ и шанс заполнить недостаток общения. Именно поэтому знакомство с великим героем оказалось для них наиболее ценно. Они просто не могли его потерять!       Первый урок полётов прошёл довольно спокойно. Малфой, присмиревший под чуткой рукой и опекой главного героя, даже не помышлял покрасоваться перед ним. Всё, казалось, шло достаточно хорошо — в безопасной дальности от горе-сюжета. Однако, когда Невилл совершил свой первый и, скорее всего, последний полет на метле, все изменилось. Ещё в книге эта сцена поразила критика своей жестокостью по отношению к неловкому бедняге Лонгботтому. "Они же дети, в конце концов!" — думал Генри и был абсолютно прав. Да, тела волшебников были крепче, чем тела обычных людей, но упасть с высоты двух этажей, заработав вечных страх оной для ребёнка, которого уже швыряли с верхушки, было слишком жёстоко. Невилла в этом чертовом романе никто не щадил! Справедливости ради, не щадили никого, но на данный момент страдания беззащитного пухляша растопили холодное сердце критика.       Когда до земли оставалось около трех метров, Гарри резко выхватил палочку, применив заклинание левитации. Он не рассчитывал, что это сработает, но просто не мог сидеть сложа руки. Кажется, комплекс героя перешёл в комплекте с телом героя! Трясущейся рукой он удерживал палочку, потея от напряжения. Этот падший ангел действительно был тяжеловат! Внутри своей собственной головы критик от души костерил мадам Хук, их чудесного профессора, чьи хищные глаза с каким-то садистским удовольствием смотрели за неловко барахтающимся Невиллом. Эта женщина была воистину безответственной идиоткой. Плавно опустив ребёнка, Гарри выдохнул, сопровождаемый восхищенными, встревоженными и одним до странности жгучим и напряженным. — Браво, мистер Поттер! 30 очков Гриффиндору за блестящие навыки колдовства! Не зря вас считают героем, - подмигнула ему эта отвратительная мадам. — Не стоит благодарности, профессор. Боюсь, кроме меня здесь действительно никто не смог бы справиться лучше, - напустив наиболее скорбный вид из своего арсенала и трагично опустив плечи, произнёс Гарри. — У профессоров всегда все под контролем, мистер Поттер, не было нужды волноваться. Вы должны расти крепкими и сильными! - что-то хищное промелькнуло в янтарных глазах дамы, но Поттер не был впечатлен. — Право же, процент выживаемости в волшебном замке подозрительно высок. Должен смиренно поблагодарить профессора за заботу, - убийственно сверкнув зеленью Авады, язвительно сказал герой.       Мадам Хук выглядела разозленной — она никак не могла не заметить шпильку в своей адрес, но ничего не смогла сделать. Мальчик говорил уважительно, но она испытала одно подозрительное ощущение, будто бы её искупали в помоях. Был бы ученик постарше, она бы вызвала его на дуэль — прямая как палка мадам не смогла бы придумать ответную колкость. Да, драка с учеником явно находилась за гранью её компетенции как преподавателя, но раз этот дерзкий бахвалец так силен, смог бы ответить за свои слова! Но сейчас она могла лишь молча закипать, продолжив вести занятие.       Благодарный Невилл был готов расплакаться от радости. Он буквально кланялся в ноги герою, рассыпаясь в бесконечных извинениях. Стоящий с благородным лицом внешне, внутренне Гарри испытывал желание убраться куда подальше. Встретившись взглядом с Драко, который выглядел до странного решительным, Поттер напрягся. — Эй, Лонгботтом! Быть может, если бы ты не был настолько неуклюжим позорищем славного рода, Гарри бы не пришлось вставать в неловкое положение? - герой действительно не имел понятия, о каком положении ведёт речь его белобрысая колючка. — Ох, неужели ты проглотил язык? Или ты настолько туп, что позабыл все слова? Посмотри на свою нелепую напоминалку, уверен она подскажет тебе верный ответ! - Драко и не думал останавливаться. Слизеринцы, стоявшие позади него, загоготали. Добивающим ударом стала рука Малфоя, свободно подкидывающая прозрачный шарик-напоминалку. И когда он только успел её забрать...       Думая, что сюжетный экспресс всегда догоняет беднягу критика, Поттер таким же трамвайным составом двинулся по собственной колее, настроенной на Драко. Под взглядом Гарри тот заметно напрягся и будто бы съежился, но своей ехидной ухмылки уголком губ не опустил. — Драко, пожалуйста, отдай Невиллу его собственность. Это было немного невежливо! - мягко произнёс Гарри, нацепив извечную специально-для-Малфоя улыбку.       Мальчик выглядел незаслуженно обиженным. Он немного надул губы, в милом и детском капризном жесте. Малфой же чувствовал себя преданным. — Забирай, стыдно долго прикасаться к этой грязи, вдруг заражусь! - фыркнул Драко, отвернувшись от Поттера, мягко подкинув прозрачный шарик.       Невилл вновь рассыпался в благодарностях, Драко дулся, и бедному Гарри оставалось лишь мириться с этим. Как же сложно быть единственным взрослым в окружении детей!       Малфой капризничал недолго. Спустя два дня он пришёл в библиотеку, выглядя так, будто ничего не произошло. Он чувствовал себя подавленно все эти дни — ему стало стыдно перед укоризненным взглядом его героя в тот же день. Генри же решил ничего не говорить, ведь считал обиду своего друга надуманной и несерьёзной. Знал бы он, как велика любовь одного белоснежного дракона к драме! Малфой же вновь стал чувствовать себя цельным, лишь заговорив с Поттером о новой теме в их вожделенном предмете — зельеварении. Всё вернулось на круги своя, продолжая делать неторопливые обороты, плавно приближая день, когда в этой дурацкой саге случается средний двигатель сюжета. В первый год — тролль и первая попытка одержимого профессора Квирелла-Белки захватить путь к бессмертию для своего кусочка-господина.

***

      Всюду летали тыквы и привидения, доспехи, стоящие то тут то там по коридорам замка, издавали страшное лязганье, будто одержимые. Пивз, школьный полтергейст-шкода, устраивал свои глупые ловушки для наивных и не очень студентов. Впрочем, все было очень даже празднично, в духе маггловского праздника. Хотя, верный белый Дракон главного героя упоминал, что все нормальные и блюстящие традиции семьи волшебников празднуют Самайн, древний праздник осени. Гарри вдохновился, пообещав присоединиться, как только достигнет своего малого совершеннолетия. До этого, участие в незнакомых ему ритуалов, казалось, конечно, невероятно соблазнительным, но в то же время до жути рискованным — его магия не стабилизирована достаточно, как объяснил его верный поверенный в банке. Тот гоблин предупреждал его о возможных рисках и Гарри невероятно впечатлился, решив раз и навсегда удержать свое бренное тело от участия в сомнительных магических практиках. Вдруг ему оторвет голову, руку или ногу! Конечно, эти колдунства были естественны и ни капли не являлись сомнительными, но для слабого пока что тела Поттера, лишь недавно вернувшегося в свой родной мир — зрелище хоть и увлекательное, но опасное. Поэтому, свой Самайн-Хэллоуин он решил провести по-маггловски, совместно с остальным Гриффиндором.       Пир поражал воображение. Он был ещё более роскошным, чем в день распределения. Кровавый пунш, в котором плавали желейные глаза, рагу в виде мозгов, странного вида зелёная субстанция, по словам близнецов Уизли бывшая своего рода пюре — все это создавало необходимую и весёлую атмосферу псевдо-ужаса. Магия витала в воздухе, призраки злобно скалились, рассказывая, как, где и, обязательно, при каких обстоятельствах они умерли. Молчал только Кровавый Барон, мрачной тенью скользя где-то под потолком. По окончанию поздравления директора и от его хлопка, дети приступили к торжественному пиру. Гермиона заметила, что Гарри словно ждёт чего-то — он сидел со слишком задумчивым видом, даже для его обыкновения. Девочка пыталась растормошить героя, но потерпела неудачу. Решив оставить его в покое, ведь тот всегда рассказывал всю важную информацию постфактум, она выбрала смирение и ожидание. Грейнджер свыклась с его особенностями, также как он привык к ней. По левую руку от протагониста назойливо подкладывал еду ему в тарелку Рон. Этот рыжий парнишка не оставлял попыток подружиться с Поттером, но все время натыкался лишь на вежливое снисхождение. Он злился, но не мог ничего сделать — отвечать на его дружбу было выбором самого Гарри и ничьим больше! Он никак не мог повлиять на него. Но это не означает, что он не пытался! Почему же герой окружил себя мерзким слизнем и скучной заучкой, а самого Уизли оставил в стороне? Да он с его братьями общался больше, чем с ним! Это приводило рыжего в тихое бешенство, но ему приходилось молчать. Сам же главный герой, если бы знал, почему Рональд так активно липнет к нему, лишь закатил бы глаза. Отнюдь не вина Рона, что он не отвечает на его дружбу — протагонист просто не успевал. Общался он в основном в библиотеке, куда рыжика силком, мытьем и катаньем не затащишь. После напряжённой учёбы его любознательные нутро уже было полно и не готово принимать очередную порцию внимания. Нельзя сказать, что он совсем не отдыхал, наоборот! Но он предпочитал отдавать выходные обществу Драко. К ним также иногда присоединялась Гермиона, которой могло наскучить щебетание своих соседок по комнате. Они трое не были социальными бабочками, время в одиночестве также невероятно ценилось. Поэтому у Гарри просто не оставалось энергии, которой он мог бы делиться с Уизли, вот и удостаивался тот лишь привет-пока-принеси-подай-иди-нафиг-не-мешай уровня. Этот смиренный главный герой приносит свои искренние извинения!       Наконец-то случилось то, чего он ждал все это время. Резные двери Большого Зала резко распахнулись, явив взору удивленных детей от одиннадцати до семнадцати лет смертельно бледного профессора по Защите от Тёмных Искусств. — Тро-о-оль! В подземелье... Сп-пешил вам сооб-б-бщить... - произнёс Квирелл, тут же падая лицом в мраморную плитку.       Зал наполнился криками ужаса, удивления и негодования. Подростки мигом впали в паническое состояние, сливаясь в один протяжный и противный визг. Какофонию мерзких голосов прервал Дамблдор, во славу душевного спокойствия этого бедного главного героя! К счастью, никто не заметил его предвкушающее выражение лица, всецело отдаваясь шоку и ужасу. — Тихо! Никакого крика и паники! Старосты, отведите ваших подопечных в спальни, не упустите никого. Профессора же разберутся с троллем, сохраняйте веру и стремитесь к свету! - хлопнув в ладоши, от чего по залу пронёсся лёгкий ветерок, затушив летающие тыквы и открыв двери, напутствовал Дамблдор.       Дети тут же смиренно встали, как по команде, строем выходя из Большого Зала. Эвакуация происходила достаточно беспорядочно, никто бы не заметил пропажи одного-двух учеников из строя...

【Внимание, хост! Доступна новая миссия: "Умри или победи, версия2.0", ваша задача — победить тролля! Штраф — 500 баллов, награда 150!】

— Уважаемая, напомни пожалуйста, сколько сейчас баллов на моем бедном счету?

【На счету пользователя 2200 баллов, спасибо, что пользуетесь Системой! °。｡・(｡≧∇≦｡)・。｡°】

— Отменяй.       С этого главного героя было достаточно. Какой смысл ему рисковать собой, если для этого есть профессора? К тому же, судя по наборам баллов штрафа-награды, миссия явно не является важной для сюжета! Исходя из этого, глупый и неоправданный риск лишь сделает его достойным звания Истинного Светоча Всея Гриффиндора, чего он явно старался бы избежать! Он не сможет смотреть в глаза Драко, да и на самого себя глядеть станет довольно затруднительно. Не для того он бахвалился своим интеллектом, чтобы повести себя как самоуверенный подросток.

【Миссия отменена, штраф за отказ от миссии - 500 баллов. Ваш текущий счет: 1700 баллов.】

      Вот спасибо, дорогая. Не зря он собирал эти чёртовы баллы! Слава Мерлину, Господу и всем прочим, Гарри спокойно шёл в строю плечом к плечу с Гермионой и плетущимся сзади Роном. На лице его блуждала самодовольная ухмылка. На следующий день было сообщено, что профессора благополучно обезвредили опасный объект, все участники и жители Зоны могут спать спокойно. Аномально для этого чудного замка, удивительно и воистину волшебно — никто не пострадал. Действительно, роман в жанре "фантастика", и при том, сугубо псевдонаучная.

***

      Дни слились в единую карусель безумия. Путешествуя на детской лошадке по кругу, Поттер максимально отдался ей на милость. В ответ на это он был вознагражден сказкой и волшебством детства. В отсутствии тех приключений, что стряслись с оригиналом, наш протагонист совершенствовал свое искусство колдовства. На уроках зельеварения профессор Снейп был все так же холоден, врезаясь в их с Драко парту, словно айсберг, потопивший "Титаник". Остальные же профессора наперебой хвалили талантливого мальчонку, а почти ежедневно, на всех ужинах, его сопровождал сверкающий за очками-половинками взгляд главного шута и лицедея всея учебного заведения. Гарри, казалось, не обращал внимания. Он действительно не мог ничего поделать — все крючки, ведущие к основным событиям сюжета, оказались бесстрастно обрублены трансмигрантом. Поэтому он не особо удивился, когда возвращался в полном одиночестве с учебных занятий. Причина его загадочного состояния — банальная усталость от общения. Дети бывают такими активными! Даже его милые товарищи, дружба с которыми плавно вышла за стены библиотеки. Ах да, причина его несостоявшегося удивления! Лестница, ведущая по-обыкновению на четвертый этаж, изменила направление, стремительно разворачивая героя в сторону запретного третьего этажа. "Где же вездесущий Аргус Филч, когда он так нужен!" — думал в неком подобии бесстрастного отчаяния главный герой. Решив все же проверить, что ему так настырно и топорно пытались показать, трансмигрант направился прямиком к своей судьбе.       Пройдя немного вниз по коридору, Гарри наткнулся на большую запертую дверь. Шепнув: "Алохомора", Поттер мягко начертил рукой нужный знак. Успев поймать второй чуть было не упавший замок, он прошмыгнул внутрь, стремительно закрыв за собой дверь. — Надеюсь, старик будет в достаточной мере удовлетворён моим риском... - шёпотом размышлял Гарри.       Наколдовав три светящихся шарика, он двинулся вглубь комнаты. Прямо к стабильно нарастающему рычанию. Инстинкт самосохранения буквально вопил убираться куда подальше, когда буквально перед его бледный лицом стремительно распрямились три огромные собачьи головы. Поттер невольно сделал шаг назад. Головы скалились и рычали, единогласно усиливая басовитость своих голосов. Смирившись со своей судьбой, Гарри тихонько запел, плавно растягивая незамысловатую мелодию. Цербер со смешной кличкой удивлённо уставился на подходившего все ближе мальчика. Все три головы выглядели весьма ошеломленно и шокировано, наблюдая за вытянутой рукой протагониста. Видимо, его очарование распространялось и на странных демонических питомцев Хагрида, ведь все три собачьи головы покорно склонились к его руке, словно умоляя о поглаживании. Тяжко вздохнув, этим прервав свою песню, Гарри принялся гладить огромную и страшную трехголовую собаку. Когда он почесал средней голове за ушком, огромный хвост забил из стороны в сторону, создавая нехилый шум. Другие же головы, явно и ревностно стали толкать соседнюю, выпрашивая свою порцию ласки. — Как отвратительно, — сказал протагонист с нежной улыбкой на лице. На самом деле, он не любил собак. В данной ситуации это действие было целиком и полностью продиктовано его инстинктами о спасении своей шкуры. Если для этого необходимо ублажить шкуру чужую, этот главный герой, в сущности, не против!       Вдоволь нанежившись с демоническим зверем, который опустил все свои головы на холодный каменный пол и громоподобно засопел, Гарри направился к выходу. На его лице было неопределённое выражение, словно он не знал, плакать ему или смеяться. Ступив на злополучную лестницу-предательницу, он послал журавлика Драко, который являлся оплотом истинного спокойствия и основной причиной того, что главный герой ещё не помер от негодования. Во второй раз, да.

【Поздравляю! Хост, вы наконец-то начали следовать сюжету! Награда не предусмотрена, +30 баллов к навыку "Обаяние", +45 баллов к навыку "Харизма"】

      Близилось рождество.