Спать или пропал

***

      Или все или ничего. По такому девизу живут малое количество людей, а выживают тем-более. С качеством жизненного стечения времени и обстоятельств — это стало моим кредо. Или девизом, как угодно. Или беспристрастная любовь или ничего. Чувство абсолютности, всепоглощающее, или ничего.       Я всматриваюсь в темный угол комнаты, а затем перевожу взгляд на чужую обнаженную спину и делить этот момент ни с кем не хочется. Никакие бы обстоятельства не изменили меня, это я знаю четко. На моем ночном столике лежит остывший ингалятор, и я люблю его также сильно, как и свою мать. И ненавижу.       На моей кровати лежит человек и делить его мне тоже не хочется ни с кем. Кажется алчностью, но мне все-равно, это также естественно, как хотеть есть или пить, не имеет никакого резона.       Хватает того, что я имею сейчас и я абсолютно уверен, что человек в десяти сантиметрах от меня спокоен и умиротворен, все, что мне нужно знать в данный момент, в себе я и так самодостаточен.       Мои глаза широко раскрыты, так как изумительность моментов передается импульсами по всему телу, высвобождаясь обратно наружу, ничего не останется замолченым.       Я же знаю, что он не спит, между увлекательной и эмоциональной дневной полемикой она зарядила слишком сильно и мы оба ощущаем, что еще далеко и надолго не заснем этой ночью, пусть сейчас она и ранняя.       Часто ощущаю непонятное желание необузданного интереса, такое качество было со мной всегда, является мной. И никакие обстоятельства не смогут сдержать безграничный интерес.       Рич прыскает игривый смешок и я очень быстро его подхватываю. Да уж, нас обоих никогда не изменить.       Он переворачивается на спину и так забавно поглядывает на меня боковым зрением, что я взрываюсь смехом. Абсурдность всегда до нелепости смешна.             — Ну же, вижу ты признал свое поражение, — Рич ссылается на наш разговор о том, что Генри на самом деле не то что полоумный, что общеизвестный факт, а компенсирует свой маленький член через призму задирок, девушек у него никогда не будет, он отыгрывается на нас, я так сообразил, на что Ричи предположил того гомосексуалистом.             — Быть такого не может, — я смеюсь, пусть и допускаю отчасти этот вариант. С его явно нездоровой психикой быть такому вполне суразно.             — Мы никогда не узнаем, — парирует он, растягивая улыбку, всегда значущую, что скоро он заразно засмеется, поэтому я его опережаю в этом, хохоча и сдерживаясь одновременно.       В дверь громко и пугающе начинают колотиться, что обозначает, что мама проснулась и очень сердится, мы замолкаем, пусть смех и рвется наружу. Кажется, что это уже третий раз за ночь и мне становится действительно страшно за следующий день, ждет серьезный разговор, я насупился.       Мы вместе молчим, но взор такой бодрый, что явно не даст заснуть, хоть и атмосфера ночи так завораживает. С явно обиженным выражением лица, что уже привычно чувствуется, я поворачиваюсь к Ричи лицом и смотрю на его голое плечо. Кожа у того скорее очень мягкая и манящая. Хотя звучит бредово. Однако так хочется потрогать.       Я тыкаю указательным пальцем ему в плечо и провожу вниз, просто ради тактильных ощущений.             — Ты чего? — посмеивается тот.             — Просто захотелось потрогать, — заверяю я, в чем правда.             Ричи неуклюже разворачивается на бок, лицом ко мне, и мы смотрим друг на друга. Обычный жест. Изучение лица друг друга достаточно занимательный процесс и поэтому, видимо, этим и занимаемся. Так интересно.       Лицо у Ричи совсем не такое как мое, более рельефное и угловатое, с резными губами и четким тонким носом, достаточно гармонично скорее, нежели мое, часто комплексую. Скорее всего, я изменился в лице, сменив выражение интереса на разочарование, хотя тому явно тоже интересно анализировать мои черты.       Рич подносит палец к моему лицу и нажимает на кончик носа, на что я свожу брови, хоть по его лицу и растекается издевательская улыбка, и я от этого тоже улыбаюсь, не сдерживаясь. Палец убирается и естественно заменяется на ладонь, что ложится на шею, скользя по шее, останавливаясь на покрывале у моего лица.       Часто меня преследуют разные странные мысли, из-за чего мысль о том, чтобы что-то сделать в отношение Ричи ничего не разрывает, хотя, скорее, Рич тоже думает об этом, иначе не возникло бы такого желания вообще.             — Хочешь поцеловаться? — опережает меня он, поймав мой взор на его устах.             — Не знаю, — сразу неуверенно шепчу, хоть и думал об этом. Все-же это достаточно странно, хоть и атмосфера, абсолютно беспричинно меняется, что невозможно не заметить.       Спустя долю секунды я продолжаю.             — Можно попробовать, — и улыбаюсь от азарта под кожей, все-таки я никогда не целовался, сама идея звучит неплохо, хотя сомневаюсь, что зайдет это как-то далеко.             — Правда? — спрашивает Ричи удивленно и в удивлении виднелась игривость в перемешку с азартом.       Я пожимаю плечами.             — Почему нет? — больше спрашиваю я шепотом.             — Типо… попробовать, да? — озадачивается он.             — Ну да, ничего такого, полагаю… — в смятении я.       Удобнее придвигаюсь поближе и осторожно приближаюсь к его лицу. Совершенно естественно в области паха становится слишком жарко и невыносимое желание близости толкает хоть на какой-то контакт, хотя Рич, чувствуется, что немного напряжен.       В какое-то мгновение мы настолько близко, что касаемся губами друг-друга и это жутко странно, и совсем ничего особенного, как все твердят, как-то на подсознательном взмаливаюсь, чтобы не открывать глаза, потому что понимаю, как глупо мы будем выглядеть вдвоем.       Однако Ричи душно выдыхает носом в промежуток меж нашими лицами и напористо мнет губами мои в один момент, заставляя меня недоуменно последовать за этим движением. Обстановка перерастает в страстность, или вроде того, что шокирует своей интимностью, когда я понимаю, что у меня стоит, вполне возможно, что и у него тоже.       Звонко прервав поцелуй с характерный звуком, Ричи шепчет прямо в губы бездыханным и слишком манящим даже для меня голосом.             — У тебя встал? — спрашивает он, не увеличивая дистанцию.             — Да, — отвечаю я слишком нетерпеливо, потому что невмоготу, дыхание относительно сбивчивое, и хотелось бы, чтобы он коснулся моего члена, чем быстрее тем лучше. Хотя его я бы не хотел трогать.       Он обхватывает меня прямо так после моего ответа, кажется, словно читаем мысли друг друга и затыкает полустон поцелуем, ощущение желание опаляет жаром поясницу и я толкаюсь в его кулак, фактически вторя движению второй руки в его трусах.       Прошло не мало минут, чтобы мы кончили.             — Теперь точно спать, — отшучивается Ричи и что-то щелкает в моем мозгу, чтобы истерический смех пронзил меня до кончиков пальцев ног, еле успевая сдерживаться.       По еще более гневливому и шумному отшагивания за дверью стало ясно, что мы опять разбудили маму.