Новый Мир

— Неееет! — Гермиона с душераздирающим криком резко села в своей кровати. Она вспомнила. Пророчество, которое должно было помочь закончить войну и сразить тёмные силы. Это был последний кусочек паззла, который всё никак не складывался. Ей снился кабинет предсказаний. В нём находились только два человека. Сивилла Трелони и Гермиона Грейнджер. Шёл третий год обучения в Хогвартсе и юная волшебница старалась успеть везде и сразу. Однажды, девушка подошла к профессору после уроков, чтобы выяснить, почему Трелони сказала ей, что «её сердце неспособно на любовь, душа сухая, как страницы учебников, к которым она будет привязаны навсегда». Это высказывание сильно задело Гермиону, ведь оно совершенно не соответствовало действительности. — Да, дорогая, вы хотели со мной о чём-то поговорить? — сказала Сивилла, усаживаясь за свой рабочий стол и наливая кофе в чашку. — Профессор, я не совсем поняла, что вы имели в виду на сегодняшнем уроке, сказав про меня… — неуверенно начала гриффиндорка. — Я помню, что я сказала, мисс Грейнджер, — кивнула женщина. — Вот только не уверена, что вы поняли меня правильно. Гермиона нахмурила брови и села напротив учительницы. — Вы очень способная ученица, насколько я знаю, — продолжила Трелони. — Вы кажется пытаетесь таким образом заслужить любовь окружающих, совершенно забывая о том, что ваши друзья любят вас вне зависимости от того, знаете ли вы наизусть все заклинания или нет. Девушка слегка поёрзала на месте, не имея желания прерывать собеседницу и выглядеть при этом грубой. — Я лишь хотела сказать, что иногда вам следует забыть про своё чувство долга и, как вы любите говорить, разумные поступки, — улыбнулась Сивилла. — Благодарю вас за совет, но наверно я пойду, потому что у меня скоро начнётся занятие по зельеварению… — начала было собираться Гермиона. — Ох нет, я совсем не собиралась вас обижать, милая, — Трелони вскочила со своего места и подошла к девушке, положив руку ей на плечо. В этот момент, глаза женщины резко закатились и она открыла свой рот в безмолвном крике. Она крепко сжимала хрупкую девичью руку и её тело при этом сильно трясло. — Зло умрёт и вновь воскреснет… И Белый Дракон тому предвестник… Шестнадцать лет когда пройдет… То равный силу обретёт… Грядёт Великая война и тысячи погибнут… Людей порабощение настигнет… Конец тому будет наследник… В роду своём рождённый последний… Сивилла сильно захрипела, впиваясь своими ногтями в кожу Гермионы. Девочка вскрикнула и вырвалась из мёртвой хватки учительницы. — Что… Что я только что сказала? — Сивилла пришла в себя и выглядела очень потерянной, вглядываясь в лицо ученицы. — Ни… Ничего, — сглотнула Гермиона, поправляя спавшую мантию. Трелони лишь рассеянно покачала головой и вернулась за свой рабочий стол. Она взяла чашку и залпом осушила её. Через секунду фарфоровая посудина вылетела из рук, разбиваясь об пол и превращаясь в маленькие осколки. — Профессор Трелони, с вами всё в порядке? — подбежала к ней Гермиона. Женщина покачала головой и ответила: — Н-н-нет, — Сивилла прикрыла рот руками. — В кофейной гуще я увидела чёрную метку. Гермионе казалось, что из лёгких вышел весь воздух и она забыла как дышать. Девочка схватила со стула свою тяжелую сумку и покинула кабинет. Прилежная ученица впервые в своей жизни прогуляла занятие и пошла прямиком к профессору Макгонагалл. — Нет, мисс Грейнджер, ничего мне говорите. С нас хватит одного свидетеля. Это слишком опасно, — остановила девушку Минерва. Женщина отвела шокированную Гермиону к Дамблдору и оставила их наедине. — Так значит, вы уверены, что профессор Трелони действительно изрекла новое пророчество? — глаза директора сверкнули и он изучал волшебницу пронзительным взглядом. — Думаю… Думаю, что да. Она говорила не своим голосом и закатила глаза. И сейчас она ничего не помнит, — испуганно затараторила гриффиндорка. — Слушайте меня внимательно, мисс Грейнджер.Сейчас мы должны исполнять первое пророчество мисс Трелони, чтобы всё шло своим чередом. Мне придётся вытащить воспоминание о том, что произошло в кабинете предсказаний и удалить его из вашей головы, ради общей безопасности. Я помещу ваше воспоминание во флакон и спрячу его в Выручай — комнате. Вы найдёте флакон, когда комната почувствует, что пришло время. Гермиона лишь кивнула в ответ, прежде, чем Дамблдор подошёл к ней и извлёк информацию о пророчестве, поместив его в маленькую прозрачную склянку.Затем он наложил на неё обливиэйт, уничтожив воспоминания о пророчестве и их разговоре в кабинете директора. — Что… Что я тут делаю? — растерянно спросила Гермиона, глядя на Альбуса. — Я хотел поговорить с вами о ваших успехах в учёбе, — играл свою роль Дамблдор. — Вы же не используете маховик времени в своих личных целях? — Нет, сэр, что вы, — гриффиндорка слегка покачала головой и мгновенно расслабилась. — Я уверяю вас, что на меня можно положиться. И я верну артефакт в конце года в целости и сохранности министерству магии. — А теперь, мисс Грейнджер, вы можете идти. Гермиона с недоверием посмотрела на беспечного директора и медленно покинула кабинет. — Что с тобой сегодня, Миона? Ты даже не отчитываешь нас за то, что мы с Гарри ругаемся в твоём присутствии, — озабоченно спросил Рон Уизли, когда они сидели за ужином в Большом Зале. — Всё в порядке, я просто устала, — быстро ответила девочка. — Слишком много занятий в этом году. Она ненароком посмотрела на дальний стол Слизерин и поймала на себе пристальный взгляд серых глаз. — Почему Малфой пялится на тебя весь вечер? — гневно спросил Уизли, чавкая куском пирога. — Наверно придумывает новое обзывательство, ведь «грязнокровка» меня не задевает, — нервно посмеялась Гермиона и снова посмотрела на место, где обычно сидит Драко. Там было пусто. Воспоминания резко перенесли Гермиону на несколько лет вперёд, во время Битвы за Хогвартс. Они с ребятами пробрались в Выручай — комнату, чтобы найти диадему Кандиды Когтевран. Во время поисков девушка заметила яркий свет в груде хлама и осторожно подошла к нему. Среди пыльных книг и старых клеток для сов, лежала маленькая блестящая склянка, которая казалась ей смутно знакомой. — Гермиона, я нашел её! — услышала она голос Гарри и быстро сунула флакон в карман своей толстовки. — Стой, Поттер! Отдай нам диадему! — возник в Выручай-комнате Драко Малфой. Грейнджер спряталась за спинами своих друзей и посмотрела на слизеринцев, преграждающих им путь. Взгляд Драко остановился на её лице и в нём промелькнуло что-то странное. Будто бы он испугался увидеть здесь Гермиону. Волшебница стала судорожно пытаться придумать как вызволить их оттуда. Тело Гермионы подхватило в потоке воспоминаний прошлого и отнесло в кабинет Альбуса Дамблдора. Она стояла около омута памяти в ту самую часовую передышку, что им дал Волан-де-Морт. Девушка вылила содержимое склянки в омут и погрузилась в него с головою. Гермиона увидела события четырехлетней давности и села на пол от шока, жадно хватая ртом воздух. Она знает пророчество. И она должна сохранить его. — Мисс Грейнджер, вставайте, у нас мало времени! — в кабинет ворвалась Минерва Макгонагалл. — Нам нужно срочно спрятать вас, идёмте за мной. Гриффиндорка послушно побежала вслед за своей наставницей, не задавая вопросов. Скорее всего, её сейчас отправят в какое-нибудь тайное место, которым владеет Орден или… — Поднимайтесь на астрономическую башню. Там вас ждет Александра, верный легилимент Ордена. Она сотрёт все ваши воспоминания об этом мире и вы с ней переместитесь в другую реальность. Насколько я знаю, там нет магии. И вы должны будете жить там обычной жизнью. Мне жаль, мисс Грейнджер, но это единственный максимально безопасный для вас вариант, который нам удалось найти. Сердце Гермионы пропустило несколько ударов от осознания сказанного. — Но я ведь… Я ведь могу попрощаться с друзьями? — взмолилась она. — Исключено. Никто из них не должен знать, иначе вас будут пытаться вернуть. Просто знайте, что я горжусь вами. Минерва крепко обняла свою любимую ученицу и помчалась в Больничное крыло. Через пять минут Гермиона стояла на астрономической башне вместе со светловолосой женщиной средних лет. Александра стирала ей память, объясняя, что она не удаляет воспоминания об этой жизни навсегда и они обязательно вернутся. — Гермиона, через сколько лет им ожидать нашего возвращения? — это был последний вопрос женщины. Волшебница задумалась и вспомнила, что в пророчестве говорилось «шестнадцать лет когда пройдёт, то равный силу обретёт». Она сказала об этом Александре, которая отправила свой патронус в виде львицы, сообщающий об этой цифре. — Дорогая, осталось совсем чуть-чуть, — успокаивала девушку Александра. — Мы нашли грязнокровку, держите её! — послышался рядом крик. Кто-то поднимался по лестнице. Их было несколько. — Чёрт! Видимо Пожиратели вернулись в замок! — выругалась шпионка Ордена. На башню поднялось шесть человек и все они держали в руках свои палочки, направив их на девушек. Гермиона судорожно начала искать выход из положения. Её рука медленно потянулась к волшебной палочке в заднем кармане джинс. -Экспеллиармус! — крикнул один из Пожирателей, обезоружив сначала гриффиндорку, а затем Александру. «Это конец», подумала Гермиона. Неужели ей было суждено умереть такой глупой смертью? «Золотая девочка» погибнет от рук обычных шестёрок, последователей Темного Лорда. Она сжала кулаки и с ненавистью посмотрела на них. Конечно, эти трусы даже не снимут своей маски, не посмотрят ей в глаза, прежде, чем выпустить луч убивающего проклятья. Внезапно, тот самый Пожиратель, который обезоружил волшебниц, резко повернулся к своим собратьям и крикнул «Ступефай!», оглушая и сбрасывая тех с лестницы. — У нас нет времени, через минуту сработает твой портключ, держи, — Александра подобрала выбитую из рук палочку и сунула Гермионе маленький холодный шарик. Шпионка Ордена закончила последнее заклинание стирание памяти Гермионы и переместилась с помощью своего портключа. Девушка стояла совершенно растерянная и не понимала, кто она и где она находится. В руке слабо сверкнул холодный предмет. Пожиратель быстрым шагом подошёл к ней и Гермиона отпрянула. Он снял свою маску и испуганно посмотрел на неё. Это был Драко Малфой. Его светлый волосы растрепались в разную сторону, а лицо было белее снега. Он хотел что-то сказать ей, но шарик в её руках засветился и переместил Гермиону Грейнджер в другой мир. Девушка расслышала только : "Убирайся отсюда скорее!" Девушка сидела в своей комнате в Хогвартсе, простыни были под ней насквозь сырые от выступившего пота. Она пыталась восстановить дыхание и прийти в себя. Вся эта суматоха с памятью ужасно выматывала Гермиону. Но теперь она вспомнила пророчество. И это всё меняет.

***

— С вами всё в порядке, Гермиона? — обеспокоенно поинтересовалась профессор Макгонагалл, когда бывшая ученица прибежала к ней посреди ночи и забарабанила в дверь её комнаты. — Я вспомнила. Я всё вспомнила! — девушка пыталась отдышаться. По виску скатилась капля холодного пота. — Проходите, не стойте в коридоре, — Минерва удивлённо открыла сонные глаза. Гриффиндорка рассказала всё, что приснилось ей этой ночью, кроме содержания самого пророчества. — Профессор Макгонагалл, я не думаю, что пророчество исполнится только через десять лет, — уверенно сказала Гермиона. — Думаю, тогда у меня просто не было времени успеть подумать над его смыслом. Сколько лет прошло с первого сражения Гарри с Темным Лордом? — Четырнадцать, — ответила женщина, всё ещё не понимая, к чему ведёт Гермиона. — Я думаю, что в пророчестве говорилось не о моменте смерти Волан-де-Морта. А о том, что должно пройти шестнадцать лет с момента их схватки с Гарри на первом курсе и тогда Гарри обретёт настоящую силу, чтобы победить Зло. Я думаю, что Волан-де-Морт жив. Эти слова эхом отразились от стен кабинете и Минерва Макгонагалл прикрыла рукой свой рот в ужасе. — Вы уверены, мисс Грейнджер? — Абсолютно, — сказала Гермиона. — Именно поэтому обстоятельства сложились так, что я появилась в этом мире год назад. Волшебница рассказала полное содержание пророчества. — Нет больше смысла скрывать его ото всех, -подытожила Макгонагалл. — Нужно сообщить Ордену. — Завтра я обязательно займусь возможными расшифровками, — сказала Гермиона. — Да, надо сделать это как можно скорее. Кстати, вы ни разу не рассказывали, вспомнили ли вы хоть что-то о вашей татуировке, что перенесла вас сюда? — Да… — протянула девушка, не желая отвечать на этот вопрос. — Честно говоря, я не горжусь тем, что создала это заклинание. Когда мы были в бегах с Гарри и Роном, у меня было много времени подумать. И я создала некую разновидность портключа, который наносится на тело с помощью использования волшебной палочки. Чтобы " впечатать» его в своё тело, мне пришлось наложить заклинание серой магии, которое я вычитала в старой книге из запретной секции. Мне надо было сохранить чашу Пенелопы Пуффендуй всеми возможными способами. Если бы нам грозила опасность, татуировка бы активировалась и мы втроём перенеслись в безопасное место. Я совершенно не подозревала, что заклинание может сработать и в другом мире. — Как бы там ни было, всё происходит так, как должно, — задумчиво прошептала Минерва.

***

На следующий день в Большом Зале был настоящий переполох. Календарь показывал конец ноября, Гермиона находилась в родном мире уже почти год и совсем отвыкла от повышенного внимания к своей персоне. Она вошла в Зал и десятки пар глаз вопросительно уставились на неё. В помещении воцарилась полная тишина. " Конечно, надо было догадаться, что теперь ко мне будут относиться как к источнику плохих новостей», подумала про себя волшебница. Гермиона молча прошла к своему столу и села напротив ошарашенного Рона Уизли. — Это правда? — тихо спросил он. — И откуда все знают? — вздохнула девушка, взявшись трясущимися руками за чашку с чаем. — Пять минут назад сюда ворвались мракоборцы во главе с Кингсли и объявили, что ты вспомнила пророчество. И что скрывать его больше не имеет смысла. Как и охранять твою жизнь. — Они так и сказали? — удивилась девушка. — Нет, но это имелось в виду. Как ни странно, храбрая гриффиндорка только обрадовалась, что над ней перестанут трястись и заставлять сидеть в стенах замка. Теперь она могла принимать участие в выполнении заданий. — Твою мать, Гермиона, даже не смей думать, что теперь я буду тебя брать с собой на все миссии подряд, — зашипел Рон, увидев её улыбку. — Мне не нужно твоё разрешение, — упрямилась она. — Я устала сидеть здесь в заточении! — Так это правда? Что тот-кого-нельзя-называть жив? — снова спросил Уизли. — Я не уверена в этом на сто процентов, но мне кажется, что да. Сегодня я как раз собиралась заняться изучением текста пророчества. Может поможешь мне? — Конечно, я весь твой, — ухмыльнулся он девушке. Гермиона редко просила его помочь, но сейчас ей хотелось ощутить чью-то поддержку, прямо как в школьные времена. Рон до сих пор не нашёл слёзы феникса, а значит Гарри с Джинни всё еще были в магической коме. Всё, что удалось сделать Гермионе, так это сильно замедлить распространение яда с помощью специального зелья. Таким образом, у них в запасе оставалось еще пару месяцев, прежде, чем яд достигнет сердца и процесс будет необратим. Помфри плакала каждый раз, как проводила диагностику состояния ребят. Три месяца назад она сообщила, что Джинни в любом случае придётся полностью ампутировать левую руку, а Гарри правую ногу до колена. Они могут выжить, но никогда не будут прежними. От этих мыслей у Гермионы пропал аппетит. Она договорилась встретиться с Роном через час в запретной секции библиотеки.Волшебница вышла из Большого Зала, опустив голову и стараясь не замечать как все вокруг смотрят на неё. По пути в библиотеку кто-то окликнул её и девушка обернулась. Быстрым шагом в сторону гриффиндорки двигалась Пэнси Паркинсон. — Грейнджер, это правда? — глаза слизеринки метали молнии. — Ответь мне! — Думаю, ты сама всё понимаешь, — тихо ответила Гермиона. — Если Темный Лорд жив, тогда какого черта о нем до сих пор ничего не известно? — визжала темноволосая девушка. — Пэнси, — вздохнула Грейнджер. — Я понимаю, что тебе очень страшно, особенно после… После того, что он творил с твоими родителями. Но мы повзрослели, мы больше не дети. И мы способны дать отпор. Гермиона сочувственно посмотрела в зелёные глаза слизеринки, которые распахнулись перед ней в немом ужасе. Все знали, что Темный Лорд заставил родителей Пэнси выгнать девочку из семьи, а потом убил их мучительной смертью. К счастью, Хогвартс никогда не отказывал в пристанище искалеченным душам. — Ты что-нибудь знаешь о нём? — неожиданно спросила Паркинсон, скрестив руки на груди. Грейнджер прекрасно понимала о ком спрашивает слизеринка. И на этот раз речь шла не о Волан-де-Морте. — Мне известно столько же, сколько и тебе. А может даже меньше, — сжимая губы ответила волшебница. — Разве ты не большая шишка в Ордене? Ты должна быть в курсе всего. — С чего ты вообще взяла, что меня интересует как дела у Малфоя? — отмахнулась Гермиона. И конечно же она соврала. Её интересовало. Совсем недавно после многолетнего перерыва начал издаваться «Ежедневный пророк». С жесткой цензурой. Лицо Драко там практически не появлялось. Все обсуждения были посвящены сплетням о семьях аристократического общества. Пару раз там печатали фотографию Верховного Волшебника, который хмуро смотрел в камеру и тут же отворачивался. Газеты с этими фото до сих пор лежали у девушки в шкафу на нижней полке. Пэнси резко развернулась и пошла в обратную сторону, громко цокая своими каблуками. — Истеричка, — прошептала ей вслед Гермиона и направилась в запретную секцию. Уизли застал её в библиотеке, с головы до ног завалённую книгами о драконах, крестражах и истории чистокровных семей. — Я совсем не понимаю о каком драконе тут в пророчестве идёт речь, — отчаянно сказала ему Гермиона, задумчиво приставив перо к своим губам. Рон подошел к ней и прочитал пророчество, написанное на пергаменте: -Зло умрёт и вновь воскреснет.И Белый Дракон тому предвестник.Шестнадцать лет когда пройдет.То равный силу обретёт.Грядёт Великая война и тысячи погибнут.Людей порабощение настигнет.Конец тому будет наследник.В роду своём рождённый последний. Уизли бухнулся рядом с ней на стул и его колено слегка коснулось бедра девушки. Гермиона уже привыкла к их странным отношениям и не отодвинула свою ногу. — Что если это тот самый украинский железнобрюх из Гринготтса? — предположил мужчина. — Нет, — отрезала гриффиндорка. — Я вообще сомневаюсь, что речь идёт о настоящем драконе. Возможно это метафора. Сомневаюсь, что Гарри должен победить Темного Лорда, восседая на свирепом ящере вместе с каким-то «наследником»… — Что за наследник? — Рон придвинулся ближе к ней, заглядывая в книгу и положив свою руку ей на колено. Гермиона начала раздражаться, что в такой ответственный момент юноша вздумал к ней приставать. Последние пол года их отношения были весьма напряжёнными. Она не считала его своим парнем, а вот Уизли из кожи вон лез, чтобы называть её своей девушкой. Гермиона снисходительно принимала его ухаживания и иногда занималась с ним сексом. Но всё заканчивалось тем, что после этого они обычно ругались, девушка посылала его к черту, доставала старые выпуски «Пророка» и плакала, глядя на них, в подушку. Как маленькая девочка. — Насчёт наследника, я не уверена. Скорее всего речь о двадцати восьми чистокровных семьях. Но как определить кто из них " в своём роду рождённый последний»? Нужно составить список. Гриффиндорка с грохотом закрыла пыльную книгу и слегка закашлялась. Она встала со стула и обернулась к книжным стеллажам. Уизли тихо подошёл к ней сзади и начал поглаживать её бедра. — Не сейчас, Рональд, — сказала ему девушка, глядя на полку перед собой. — Ты так давно не приглашала меня к себе и я соскучился, — прошептал он ей в ухо, а затем поцеловал в шею. По коже пробежали мурашки, но Гермиона абсолютно не хотела тратить драгоценное время на глупости. Волшебница выпуталась из его рук и села обратно на свой стул, перекидывая каштановые волосы за плечо. — Ты теперь снова с ним? — гневно смотрел на неё сверху вниз юноша. Гермиона заметила, что он выглядит так, словно не спал всю ночь. Тёмные круги под глазами, небрежная прическа и недельная щетина. Кажется Рон ходил в этой чёрной футболке уже дня четыре. Что с ним происходит? — С кем с ним? — спросила Грейнджер, глядя ему в глаза. — С Малфоем, — выплюнул он ей в лицо. — Как же я могу быть с ним, черт бы тебя побрал, если я не видела его уже год! — вспыхнула она, встав со стула и упираясь руками в стол. — Только не надо врать, — махнул Рональд рукой и пошёл к выходу. — Что ты имеешь в виду? — крикнула Гермиона ему вслед. Он остановился около двери и повернулся к ней. В его взгляде была видна огромная душевная боль, а с лица сошла вся краска. — Я видел его три дня назад. Ночью. Сердце Гермионы бешено забилось и она не удержалась от вопроса: — Где? — Я соскучился по тебе и хотел зайти в гости вечером. Я знаю, что ты не любишь этого, но мне показалось хорошей идеей заявиться к тебе в девять вечера с букетом цветов… Чтоб эти ваши магловские традиции горели огнём! Этот придурок стоял возле твоей комнаты и видимо хотел постучаться. Жаль, что я помешал вашему свиданию, потому что Малфой увидел меня и молча ушёл к себе. Грейнджер не могла пошевелиться от шока и просто стояла, глядя на Уизли ошеломлённым взглядом. — Так ты не знала? — удивился мужчина. Девушка покачала головой. — Забудь. Меня это достало, — Уизли вышел из библиотеки, громко хлопнув тяжёлой деревянной дверью. Волшебница быстро рванула в направление своей комнаты. Вдруг он всё еще там? И почему он так и не зашел к ней? Что Верховный Волшебник вообще делает в Хогвартсе? За какие-то несколько минут Гермиона прибежала на свой этаж. Легкие разрывались от нехватки кислорода и девушка тяжело дышала, громко стуча в бывшую комнату Драко. Тишина. Его нет. Как и надежды снова увидеть серые бездонные глаза, почувствовать запах хвойного мыла… Волшебница медленно зашла в свою комнату и упала на диван, пытаясь заглушить судорожные рыдания. Слишком многое на неё свалилось за последние сутки.

***

Примерно в три часа ночи в комнате раздался громкий стук. Точнее, колотили так, будто кто-то хотел вынести дверь. Гермиона подскочила с дивана и побежала ко входу. В голове мелькнула мысль, что это может быть Драко, но она быстро похоронила её. Драко стучит только три раза. — Гермиона, собирайся, ты нам срочно нужна, — это был Рон. — Что… Что случилось? — сонно спросила девушка, потирая глаза. — Найджел ушёл сегодня на вылазку в Косой переулок, — начал объяснять Уизли. — Но зачем? Там же опасно! — перебила его волшебница. — Он лишился своей палочки во время нашей последней миссии. Найджел пошёл искать её, выпив перед этим оборотного зелья кажется. Видимо, он нашёл её, потому что его патронус только что влетел ко мне в комнату и сообщил, что егеря держат феникса в клетке в пабе «Белая виверна». Нам нужно идти и освободить феникса, это наш последний шанс спасти Джинни с Гарри. Они договорились встретиться через пол часа у ворот Хогвартса, чтобы трансгрессировать в Лондон. Гермиона быстро переоделась в спортивные леггинсы и накинула тёплую толстовку, наложив на одежду согревающие чары. Волшебница схватила маленькую сумочку, на которую было наложено заклятие незримого расширения и покинула свою комнату. Она успокоила себя тем, что в сумке есть всё необходимое. Рон стоял возле ворот совершенно один. — Я думала… Нас будет больше, — предположила Грейнджер. — Чем меньше отряд, тем меньше внимания он привлекает, — ответил юноша. — Готова? Уизли протянул ей руку. — Как никогда, — ответила волшебница и взяла его ладонь. Они переместились в безлюдный Лондон.

***

До рассвета оставалось несколько часов. На улице стояла кромешная тьма и ни один фонарь не работал. Мягкий снег падал на головы двух волшебников. Они шли мимо разрушенного Лондонского моста. Вокруг были руины. — Что тут произошло? — тихо спросила Гермиона. — Империя поработила первых маглов шесть лет назад. Пожиратели решили начать с Лондона, — коротко ответил Уизли, озираясь по сторонам и крепко сжимая палочку. — У тебя есть план действий? — перевела тему девушка. — Город кишит егерями и гончими-людоедами, так что нам придётся идти до Косой Аллеи пешком. Гончие чувствует всплески магии в радиусе километра. Нам очень повезёт, если сейчас мы окажемся незамеченными. Гончие — людоеды. От этих слов Гермиону затошнило и страх сковал внутренности. Волшебница читала об этой новой породе, выведенной магическим образом. Псы были идеальными помощниками егерей, при выслеживании сбежавших магглов и нечистокровных. Помимо всего прочего, гончие являлись великолепными охранниками, чувствуя любой инородный всплеск и запах магии на огромном расстоянии. Волшебница видела монстров только по живым фото в газетах. И уж точно не желала столкнуться с ними лицом к лицу. — Ты не замёрзла? — отстранённо спросил Рон. Всё еще дуется. — Согревающее заклинание, — пробормотала Гермиона, нервно теребя в руках свою сумку. — Я приготовил оборотное зелье, — сказал Уизли. — На прошлом задании мне удалось убить пару егерей. Их волосы очень пригодились. Гриффиндорка лишь удивлённо ахнула. Рон никогда не говорил, что убивает людей. Но по-другому и быть не могло. Ведь это война. — Мы выпьем его и зайдём в «Белую виверну». Наверняка там почти никого не будет. Нам придётся разделаться с охранниками и мы трансгрессируем с клеткой в Хогвартс. — Почему тут нигде не стоят защитные барьеры, не позволяющие трансгрессировать? — задумалась девушка. — Потому что егеря будут только рады, если кто-либо вступит на их территорию. Гермиона вопросительно посмотрела на него. — Они отлавливают маглов и нечистокровных, а затем устраивают бои на смерть. Ставят человека против гончей. Или против друг друга. Изредка против своих же, — ответил Уизли на немой вопрос. Грейнджер сразу вспомнила тех двух егерей, которые поймали её год назад. Если бы она тогда не трансгрессировала в Хогвартс, скорее всего её бы изнасиловали и отдали в качестве корма гончим — людоедам. Волшебница резко дёрнулась. — С тобой всё нормально? — спросил Уизли. — Всё нормально? — возмутилась Гермиона. — Ты мне рассказываешь настоящие ужасы, конечно со мной не всё нормально. — Помнится кто-то умолял взять её на вылазки по заданиям Ордена. — Мне надо время привыкнуть. Волшебница молча шла за своим напарниками, потирая замёрзшие от холода руки. Вдруг она остановилась и начала судорожно смотреть по сторонам. — Что такое? Ты что-то увидела? — встревоженно посмотрел на неё Рон. — Ты… Ты тоже это чувствуешь? — волшебница обняла себя за плечи. — Чувствую что? Пошли, нам нельзя стоять на месте. Ты просто напугана, — он взял её за локоть и потащил за собой. — Погоди, — вырвалась Гермиона. — Вокруг очень холодно и темно. — Да, потому что на носу зима, Миона, — проворчал Уизли и тут же остановился как вкопанный, глядя на фонарный столб позади неё. Металл стал быстро покрываться толстой корочкой льда. А улицы стали ещё темнее. — Рон, на мне согревающее заклинание. Становится холодно по-другой причине… — прошептала девушка и по её щеке скатилась слеза. — Блядь! Дементоры! — вскрикнул Рон и снова схватил Гермиону за руку. — Бежим! Мир вокруг погрузился в тьму. Волшебница не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя настолько несчастной. Казалось, весь смысл жизни покидал её с каждым шагом, что она делала по разрушенному тротуару. Она не сможет спасти Джинни и Гарри. Ей не по силам помочь Ордену победить в войне. Гермиона оглянулась и увидела десятки дементоров вдалеке. Они приближались к волшебникам с невероятной скоростью, погружая разрушенный город во тьму. — Ты помнишь заклинание патронуса? — крикнул ей Уизли через плечо. — Очень плохо, — расстроенно ответила девушка. Легкие разрывало, а ноги отказывались слушаться. Они бежали слишком долго и быстро. Ещё чуть-чуть и она упадёт, принимая смерть от ужасных существ. — Надо трансгрессировать! — решил волшебник. После этих слов, Гермиона споткнулась о кирпич, лежащий на асфальте и полетела на землю. Рон исчез, не успев понять, что девушка выпустила его руку. Она стукнулась головой о камень и всё поплыло перед глазами. Дементоры настигли волшебницу и кружились над её телом, образуя чёрную воронку в небе. Трое из них начали постепенно высасывать жизнь из Гермионы. Гриффиндорка нащупала палочку в заднем кармане и произнесла » Экспекто патронум!» Из палочки вырвался тусклый свет, но его хватило только чтобы отпугнуть чудовищ на некоторое время. Она заставила себя подняться с асфальта и облокотилась на фонарный столб, обессиленно поднимая руки в защитном жесте. Гермиона пыталась придумать, что ей делать дальше. У неё совершенно не было сил на трансгрессию, скорее всего её бы расщепило при попытке сделать это. Возможно, стоит подождать пока Рон вернётся с подмогой. Шестеро дементоров снова спустились к ней и продолжили начатое. Волшебница попыталась отпугнуть их патронусом, но палочка лишь слегка моргнула и тут же потухла. Девушка рухнула на колени, не чувствуя боли от соприкосновения с асфальтом. Она вспомнила родителей, которые вероятно были либо мертвы в этом мире, либо в плену. Она вспомнила Джинни, Гарри и Рона. И испуганное лицо Драко на астрономической башне, когда он увидел, как Гермиона исчезает на его глазах. Её губы тронула слабая улыбка и волшебница упала головой на тротуар. Она продолжала смотреть вверх. Уже начинало светать, но дементоры закрывали собой лучи восходящего солнца. Вдали показалось яркое голубое свечение. «Кажется, это конец. У меня галлюцинации», было её последней мыслью в этот день. Яркое голубое свечение стало приближаться и небо озарило ярким сиянием. Гермионе показалось, что сияние походит на огромного дракона, открывшего свою пасть и раскинувшего огромные крылья. Свет заполонил собой всё пространство и девушка окончательно потеряла сознание.