Into things

«Мой молчаливый друг, слишком часто последнее время обращаюсь к твоим страницам, чтобы выплеснуть свои эмоции на листы бумаги. Очень устала. За последнее время в моей жизни произошло слишком много событий. С некоторыми из них не могу смирится. Например, с тем какой оказалось дурой. За эту неделю переосмыслила многое в своей жизни. Поняла, что превратилась в настоящую эгоистку. Дурная привычка идти на поводу у эмоций, и не слушать близких людей, которые находятся рядом и всегда готовы поддержать. После того ужасного случая, Андрей ко мне приезжал один раз, не знаю, чего он хотел, но со мной в тот момент был Орлов за что ему безмерно благодарна. Не стала с ним разговаривать, но он обещал вернутся. Правда с того дня о нём нечего не слышала. Паша предлагал подать заявление в полицию, на отрез отказалась. Не хотела святить своим именем, ведь конфиденциально никто не будет заниматься этим делом, и точно, что-то вышло бы наружу. А я не хочу этого… Дан… о нём нечего не слышала с того самого дня. Даже Орлов нечего не говорил, что бы как-то подколоть меня. Но с другой стороны, ведь расставила в тот день всё точки над і. Хотя, на самом деле, в очередной раз выставила себя полной идиоткой… Я запуталась в себе, он так внезапно снова появился в моей жизни… Но ведь прав — обманываю и себя и его…» Дописываю последние строки, закрываю личный дневник. И отвечаю на телефон, который уже во второй раз разрывается от звонка.  — Ну, Кароль, что за привычка не поднимать телефон с первого раза? — недовольно бурчит друг.  — И тебе привет. Извини, была занята.  — Я по делу, ты нужна на студии есть несколько вопросов по поводу англоязычного альбома. — деловито говори менеджер.  — Хорошо, но ведь Антон уехал, а он там всем управляет. — не понимаю, что хочет Орлов. Ведь Антон, убедившись, что всё в порядке и он не потребуется взял заслуженный отпуск на несколько недель, что бы отдохнуть с семьёй в тёплых краях и там встретить Новый год.  — Знаю, но позвонили с лейбла и просили, перезаписать одну партию для фита. Они дали 24 часа на это дело. — слышу, что Орлов немного переживает за, то что не успеем.  — Ладно, сейчас приеду, но не понимаю, как мы это сделаем без Антона.  — Я попросил кое-кого, и он согласился тебе помочь. Поверь, всё будет ок. Этот человек чертовки хорош во всём, особенно в музыке.  — Хорошо. — знаю, что спорить бессмысленно да и времени на это нету. — Водителю позвонил он через 20 минут будет у тебя, а номер студии и, то что их не устроила в прошлом исполнении скину смс. Я тебя буду ждать уже там. — довольно проговаривает Орлов и скидывает вызов. Пока собираюсь в голове перебираю всех знакомых, которые могли бы помочь в этом деле. Но многие сейчас не в Киеве, на календаре уже 23 декабря, и кто уехал на моря и океаны, а кто в горы. Неожиданно понимаю, что из-за всех этих неприятных событий выпала на неделю из жизни, и только сейчас понимаю, что уже через 7 дней Новый год. В этом году Веня приедет позже чем обычно, числа 26 декабря. Уже жду не дождусь этого момента, безумно соскучилась за своим лучиком света. Мысли о сыне поднимают настроение. Когда сажусь в машину Владимир сообщает, что знает куда ехать. Пишу Орлову, что уже в машине. И через несколько секунд приходит смс с адресом и правки, которые «Bently Records» просила внести. Сразу же повторяю адрес водителю, он утвердительно кивает. Слишком знакомый адрес, я вспоминаю, какой студии это адрес. «Орлов, ты слишком много на себя берёшь!» — печатаю менеджеру ответ. Как же сразу не догадалась, что это животное, что-то подобное выкинет. Адрес, который он скинул это студия Дана. Не знаю, как себя вести с Баланом. Между нами столько недосказанностей, но меня не должно это волновать, ведь как он сам сказал, его не волнуют наши отношения. Я бы с удовольствие отказалось от затеи Орлова, но этот альбом и лейбл очень важны для меня, поэтому у меня нету выхода. Тем более, Дан, действительно, чёртов гений в музыке и не только… Решаю, в поведении с ним буду такая же как и он при последнем нашем прощании — холодной и с маской безразличия на лице. Через 30 минут подъезжаем к студии. Слишком давно здесь не была, последний раз, когда записывали дуэт «Помнишь». Помню всё до мелких деталей.  — Балан, если ты сейчас же не перестанешь, мы вообще не начнём запись, а до финала слишком мало времени. — пытаю оттолкнуть мужчину, который держит меня в своих крепких объятиях.  — Кароль, всё мы успеем. — смеётся брюнет, а затем оставляет поцелуй на моей шеи, закрываю глаза от удовольствия и запускаю пальцы в волосы мужчины.  — Ммм, Дан, ну это уже не смешно у нас, действительно, остались считанные дни.  — Мы не виделись больше недели, — недовольно хнычет мужчина, чем вызывает смешок на моём лице. — Я очень за тобой соскучился, — слишком честно, но сентиментально для нас, поэтому мужчина добавляет — а особенно за твоим телом. — через несколько секунд чувствую как горячие губы мужчины захватили в плен мои. Из воспоминаний меня вывел голос водителя, который сообщил, что мы уже подъехали. Благодарю и выхожу из машины. То небольшое воспоминание даёт мне понять, что тогда, что-то упустили и между нами был далеко не просто секс. Просто не хотели думать о лишнем, навязывать себе лишние обязательства. Тогда не хотели, а сейчас? За свои раздумьями достаточно быстро дохожу до нужной двери. Немного мнусь, но всё-таки стучу несколько раз кулачком, а затем открываю. Моё появление приковывает взгляд обоих мужчин на мне, только, если Паша задерживает свой взгляд, то Балан сразу же отводит.  — Всем доброе утро! — пытаюсь добавить безразличия своему тону, Балан лишь в ответ кивает головой.  — Ну кому утро, а кому день. — вступает Орлов. — На секундочку уже 12:00. — подкатываю глаза на эту фразу.  — Ну что же, раз все в сборе, то начнём? — спрашивает Балан, перевожу на него взгляд, выглядит слишком уставшим и сонным, в руках крутит стакан, наверняка, с двойным эспрессо.  — Да, не будем тебя задерживать. — отвечает Паша. Значит Дан куда-то спешит? Хотя, ведь, тогда он ушёл к какой-то. Не знаю, почему вспоминаю об этом моменте именно сейчас, но моё и без того не очень хорошее настроение, падает ещё ниже.  — Тина, прошу тебя в комнату для записи. — Дан показывает рукой куда идти. Захожу в комнату, осматриваюсь, понимаю, что здесь нечего не поменялось с последнего раза, когда здесь была. Улыбаюсь своим воспоминаниям, как же хорошо, что стою к мужчинам спиной. Надеваю наушники, и внимательно слежу за Даном и Пашей, жду знак, того, что можно начинать. Пока наблюдаю картину, как Орлов, что-то объясняет Балану, переодически показывая листок А4. Предполагаю, что там были записаны моменты, которые стоит изменить. Их я изучила по дороге сюда, хотя, если честно, не до конца всё поняла, поскольку правки были написаны на английском. Но, что бы не позорится лишний раз перед Баланом, и не показывать ему свою очередную слабость, делаю вид, что всё мне понятно и всё я знаю. Но стоит мне начать петь, как вижу недовольное лицо Орлова. Прошу начать ещё раз с каждым разом менеджер злился. Искренне не могу понять, что от меня хочет. Перевожу взгляд на Балана, тот тихо смеётся с нашей немой перепалки с Орловым.  — Кароль, ну ты, вообще читала, то, что я тебе скинул? — Орлов в своей беспардонной манере врывается в комнату записи.  — Читала, и не могу понять, что ты от меня хочешь. — недовольно ворчу и складываю обе руки к себя под грудью. — Я так чувствую эту песню, и вообще ты менеджер или кто? Ты в музыке полнейший ноль! — восклицаю в надежде на то, что Орлов перестанет лезть не в своё дело.  — Зато я в английском далеко не ноль, в отличии некоторых! — подмечает Орлов и ехидно улыбается.  — Не нужно тут, я всё там поняла! — обиженно протягиваю. — Действительно, изучила те поправки и насколько поняла, они хотят, что бы немного перепела свою партию мягче, что ли.  — Кароль, не беси меня! Почему нельзя поросить разъяснит некоторые моменты? — Орлов злиться, потому что отбираю его время, которое расписанной по секундам.  — Вообще-то, ты мой менеджер и о таком не должна тебя просить! Ты должен был мне перевод правок скинуть! — совершенно забываю, что за этой обыденной для нас с Орловым перевалкой наблюдает Балан.  — Кхм-кхм. — прокашливается мужчина, перевожу на него взгляд. Брюнет стоит у входа в комнату записи, его явно забавляет эта перепалка. — Не хочу никого смущать, — смотрит на меня — но возможно я смогу помочь. — выжидающе смотрит на меня.  — Господи, прошу тебя! — восклицает Орлов, и смотрит, действительно, с мольбой на Балана. — Дан, пожалуйста, помоги этой упёртой — снисходительно на меня смотрит, а затем снова переводит взгляд на Балана — она меня доведёт до неровного срыва, а у нас время тикает.  — Я не мешаю? — бесит поведение Орлова, хотя подсознательно, знаю, что он прав.  — Мешаешь нормально сделать роботу и отпустить меня по делам. — недовольно говорит Орлов. — Дан, делай с ней всё, что хочешь, но запишите эту дурацкую партию со всеми, вот этими требованиями. — Орлов обречённо размахивает листом А4.  — Тина Григорьевна, позволите Вам помочь? — с сарказмом спрашивает Балан. С огромным удовольствием послала бы его, но понимаю, что сейчас стоит вопрос роботы на первом месте.  — Буду премного благодарна! — отвечаю в такой же манере. Орлов покидает комнату записи, закрывая за собой дверь. И опускается на оранжевый диван уже в комнате звукорежиссёра и утыкается в свой телефон. Балан в свою очередь обращается ко мне.  — Исходя из изложенного текста, в прошлый версии ты была слишком груба и дерзка, послушав её я в этом сам убедился. — неприятно слышать о том, как говорят, что ты не знаешь как правильно исполнять песню. Нечего не отвечаю и выжидающе смотрю на мужчину. — Они не считают, что это не правильная позиция для твоего образа в данной композиции. Ты должна быть не мягкой, а немного мягче. — брюнет смотрит мне прямо в глаза, пытаясь найти в них ответ, понимаю ли я о чём речь.  — Немного мягче? — недоверчиво смотрю на него. — Я только что пыталась эта сделать.  — Окей, ты должна быть собой. — удивлённо смотрю на брюнета. — То есть в одно и тоже время сексуальной, — задумывается, затем добавляет — недоступной, милой и к этому всему добавь просто щепотку дерзости.  — То есть такой ты меня видишь? — как-то недовольно спрашиваю.  — Нет, — уверенно отвечает Балан. — такой видят тебя большинство твоих слушателей, ты ведь поёшь для них.  — А какой же видишь меня ты? — спрашиваю, и игриво смотрю на него. Флирт — неотъемлемая часть меня, но здесь всё намного глубже.  — Такой какой вижу только я. — ответ по-балансовски. Недовольно закатываю глаза, усмехается. — Начинай петь. — говорит Балан.  — Ты будешь здесь?  — Да, это будет, так скажем репетиция. You call me a good girl — пропеваю эту строку отвожу свой взгляд от мужчины, слишком близко стоит. I can be an angel. — пытаюсь смягчить голос, милее, но слишком пристальный взгляд Балана не даёт мне этого сделать.  — Не смотри не меня так! — грубым тоном прошу, но он лишь тихо смеётся. — Пожалуйста.- добавляю, — Мне трудно сконцентрироваться на словах песни.  — Тин, ты же знаешь, что для того, что бы спеть песню отлично её нужно прочувствовать, — не замечаю как оказывается за спиной, слишком близко, чувствую его дыхание на затылке, кожа покрывается мурашками. — воот здесь, — проводит рукой районе ключицы, — прочувствовать душой. — добавляет как разъяснение. — Песня ведь описывает тебя. — шепчет на ухо.  — Дан… — пытаюсь отойти, но мужчина не даёт этого сделать.  — Просто доверься мне, — шепчет. — расслабься, выкинь из головы все свои дурацкие мысли, слушай себя и меня. — проводит пальцами вдоль моей руки. — Вместе мы сможем передать все эмоции этой песни, просто расскажем немного правды о тебе. Согласна? — не знаю почему соглашаюсь на эту авантюру, но киваю головой. Дан прижимается ко мне ещё ближе. Хорошо, что он стоит сзади и не видит моё лицо, которые сейчас безумно горит. — Начинай, снова с той же строчки на которой остановилась. I can be an angel — во время пения этой строки, слышу его тихий, ласковый шёпот в районе мочки: «вспомни, как ты была нежна в ту самую ночь нашей первой «любви». Тело обливается тёплом, поддаётся под голос Балана. Голос становится мягче, проще. And can’t be a daemon — слышу злорадный шёпот в волосах: «зато ты можешь быть упёртым чертёнком, добавь нашего любимого кокетства». Улыбаюсь на этих словах, но голосу придаю именно того, чего прости Балан. D.I.V.A. Diva — «здесь всё просто, ты, действительно ДИВА. В этой строке твой голос должен быть наполнен сексуальностью и дерзостью, потому что это только твой титул и точка». Nothing special that’s my style — как бы странно не звучало, но его путеводитель мне очень помогает: «малышка, это правда лишь твой стиль», шепчет в районе шеи. Love playing by my rules — чувствую его ухмылку: «о, да, это королева любит слишком сильно». Don’t tell me what to do — оставляет лёгкий поцелуй на ключице. И, сейчас, для меня это нормально, будто бы он не перешёл грань, просто будто бы так и должно быть. It’s kinda like we know — «ещё как знаем, ну, а всех ли это устаивает», выводит меня на эмоции. We’re getting what we want — придаю голосу нежность с перемешкой с дерзостью, просто знаю, что здесь так нужно, а как подтверждению получаю ещё один лёгкий поцелуй у мочку уха. Все его движения и шёпот доводят до изумления, готова была потерять равновесие после первого касания, но его руки крепко держат меня. А тело и голос поддаются его шёпоту. But this world is not enough — почти шепчу, потому что осознаю, что песня слишком про меня, в какой-то мере о нас… Не знаю, что руководило мною — эмоции. Разворачиваюсь на 180° смотрю на зажженные искры в карих омутах, что так влекут за собой. Межу нашими губами расстояние миллиметровое, глаза в глаза будто бы ведём немую борьбу — сдаюсь первой, и припадаю к таким желанным устам. Поцелуй далеко не невинный, мы далеко не невинны перед самими собой. Терзаем губы друг друга, будто наказываем за то, что причинили столько взаимной боли. В какой-то момент понимаю, что всё это не правильно критически, всё не так — отталкиваю.  — Это эмоции… — оправдываюсь, но скорее перед собой чем перед Даном. Смотрю на мужчину никаких эмоций, лишь небольшая ухмылка, которая будто бы говорит: «Другого и не ожидал».  — Предлагаю записать твою партию, что бы поскорее закончить. — киваю головой в знак согласия. Мужчина выходит из комнаты звукозаписи. Вспоминаю, что в комнате инженера должен быть Орлов, но там его не нахожу. Впервые Орлов решил проявить тактичность и уйти. Чувствую себя до жути неловко. Какого чёрта полезла целоваться? Между нами стоит слишком много нерешенных вопросов. Нужно об этом поговорить, но стоит ли начинать ворошить прошлое? Заканчиваем через часа 3, можно было и раньше, но Балан всегда всё доводит до своего конца с отличным конечным результатом. С ним хорошо работать в который раз в этом убеждаюсь. Возможно потому что слышит и прислушивается к моим замечаниям и советам. Орлов так и не вернулся за мной, сказав, что не успевает, забыл про очень важную встречу.  — Окончательный вариант, отправил Орлову, на всякий случай, есть ещё на флешке. Паша сказал вечером заедет заберёт. — говорит Балан параллельно смотря на экран смартфона.  — Лучше бы этот Паша меня забрал. — недовольно борчу. Подкатываю глаза, когда в десятый раз не могу дозвонится водителю. Сама виновата, сказала же, что он на сегодня свободен. Вообщем, я в своём репертуаре. Не люблю такси, но сегодня другого выбора нету. — Дан, а ты не мог бы мне вызвать такси, пожалуйста. — пролистав книгу контактов, понимаю, что номера такси нету, поскольку почти никогда им не пользуюсь. А вызывать не проверено из интернета, идея так себе.  — Ты без водителя? — удивлённо уточняет Балан.  — Да, — опускаю глаза в пол. — Думала Паша заберёт, но увы.  — Могу тебя отвезти, — поднимаю взгляд на мужчину, неожиданно — естественно, если ты не против. — не знаю, что ответить, Гордость шепчет пошли его, езжай на такси. Внутрення маленькая девочка шепчет — не рисковать со всякими такси, а поехать с Даном. — Вообщем, на такси всё равно тебя одну не отпущу, поэтому выбора у тебя нету. — говорит брюнет, снимая с вешалки моё пальто.  — Уф, что за привычка решать за меня? — ну конечно, эта дурацкая гордыня не могла промолчать.  — Уф, — повторяет за мной, скорее со смеха, а не со зла. — Тина, думал, ты привыкла. — помогает надеть на меня пальто. Едем в тишине. Понимаю, что веду себя грубо с человеком, который мне сегодня безумно помогу — даже не поблагодарила.  — Как твой голос? — Балан переводит на меня удивлённый взгляд. — Имею виду связки, Паша говорил, что ты сорвал голос. — нарушаю тишину.  — Спасибо, уже лучше. — не многословно. Гложет вопрос, не решаюсь задать, ведь тогда окунёмся в прошлое. А стоит ли оно того? Но оно слишком сильно разъедает меня внутри.

Мы цепляемся за своё прошлое, потому что не доверяем будущему.