Под объективом ночи

      Голова гудит. Вязкий комок в горле удаётся с трудом проглотить. Сушит губы. Лиен пробирает лёгкий тремор. Алкоголь не до конца выветрился. Картинка перед глазами всё ещё немного кружится, даря неприятное чувство тошноты. Память упорно отказывается сотрудничать, оставляя значительные пробелы.       Ким привстаёт на локтях, пытаясь сфокусировать взгляд. Она откидывает одеяло. Раздета до нижнего белья.       «Почему я ничерта не помню?»       Запускает руки в волосы, слегка сжимая их. И внезапно память подкидывает картину того, как её пальцы скользили по чужим волосам. Его волосам. Вскинув резко голову, девушка лихорадочно пытается вспомнить, не приснилось ли ей это.       Голова раскалывается, болезненно пульсирует в висках, мешает думать.       «Надо в душ и кофе. Желательно внутривенно.»       Ким тяжело сползает с постели. Тело ломит и знобит. Отвратительное похмелье.       «Да как люди в запоях живут? Это же невыносимо. Хочется сдохнуть и не мучаться после разовой пьянки, а кто-то вот так каждый день»       От мыслей тошнота подступила к горлу.       Горячие струйки воды бьются о кожу, покалывают, отзываясь мурашками. На мгновение становится легче, но лишь до тех пор, пока память снова не вбрасывает в сознание вспышки былой ночи.       Чимин, тяжело дышащий над её лицом. Почерневший взгляд.       «Да что, мать твою, вчера было? Он был там?»       Ей нужен кофе. Много кофе.       Лиен заворачивается в полотенце и выходит из ванной. Сушить волосы нет сил. Их нет даже на то, чтобы вытереть кожу от влаги. Шагает вот так, наполовину мокрая, босая, оставляя за собой след из капель.       «Потом приберу…»       Доходит до кухни и принимается заваривать своё спасительное зелье. Ждёт пока кофемашина сделает свою работу, упираясь лбом в навесной шкафчик перед собой.       — У тебя в крови заложено меня провоцировать? — хрипло доносится из гостиной.       Лиен, будто пронзает молния в самую макушку. Она вздрагивает, почти вскрикнув от испуга. Резко оборачивается.       Пак лежит на диване. В одежде. Сонный, взъерошенный. Только проснулся, и, судя по всему, благодаря девушке. Смотрит, не отрывая глаз.       — Ты здесь какого хрена? — упирается ладонями в столешницу, позади себя.       — И тебе доброе утро, — поднимается, разминая затёкшую шею.       Лиен влипла в поверхность. Не может и пошевелиться. Хватает воздух, как рыба, выброшенная на берег.       — Сделай мне тоже, — хмурится, потирая переносицу.       Писк кофемашины пронзает барабанные перепонки. Снова вздрагивает. Медленно поворачивается и забирает свою чашку, попутно ставя обратно другую, чистую. Для него. Двигается, будто на автомате. Пытается собрать мысли в кучу, но это всё равно, что ловить пчёл, вылетевших из улья.       — Ты мне ответишь? — не оборачивается. Смотрит, как набирается очередная порция кофе.       — Ну, видимо, проверяю себя на прочность дальше, — с усмешкой. — А ты вообще ничего не помнишь? — усаживается за барную стойку, складывая руки пред собой на столешнице.       От этого вопроса пробегают мурашки. Зудят на коже головы. Паника подступает к горлу, а ладошки начинают предательски взмокать.       «Блять»       — У меня всё ещё саднит место укуса на шее, — проводит пальцами по коже.       Лиен изумленно распахивает глаза, вот-вот и вывалятся. Медленно поворачивается и ставит перед Чимином чашку. Не поднимая глаз. Ей не хочется на него смотреть, не хочется видеть его сонные глаза, лёгкую помятость на лице, которую невыносимо хочется погладить, мягко размассировать большим пальцем. Не хочется видеть его насмешку, издевательский взгляд на себе.       — Да ладно, правда ничего не помнишь? — театрально вскидывает брови, подцепляя кружку пальцем.       — А если и помню? — блефует. — Но хочу забыть, — прикусывает губу, поднимая на Пака максимально сосредоточенный взгляд.       — Правда? — приподнимается, наваливаясь на столешницу. Придвигается к девушке максимально близко. — Я так не думаю, — смотрит в глаза, читая там истинный ответ.       — Да что ты? — скрещивает руки на груди. — Думать научился? — цокает языком, вздёргивая бровь.       Пак смеётся отпивая кофе.       — Вчера ты пела совсем другие песни мне на ухо, — колет, заставляя память Лиен предательски подкреплять мужские слова картинками, вспыхивающими перед глазами.       Вспышки мелькают. Клуб. Стриптиз. Какой-то парень, прижимающий её к стене. Её руки под его одеждой.       Девушка невольно сжимает кулаки.       И, наконец, следом Чимин, прижимающий её так же к стене, а затем и её действия.       Накатило всё разом, будто разрывая клетки мозга. Лиен морщится. Вспоминая чужие руки на своём теле.       — Мм… вспомнила таки, — замечая смену в лице Ким. — Потом спасибо скажешь, — ехидно улыбается, отступая назад.       — Это ещё за что? — возмущённо, бросает на Пака вопросительный взгляд.       — Что уберёг тебя от необдуманных поступков, — обходит барную стойку, приближаясь к девушке, — о которых потом стала бы точно жалеть, — заводит руку за спину Лиен, ставя чашку в раковину. — Ты ведь не такая, и никогда такой не была, — почти шёпотом произносит около женского уха, ошпаривая нежную кожу горячим дыханием.       Лиен стоит, как вкопанная. Сердце пропускает удары с каждым его словом. В ней бушует одновременно и стыд, и злость, и, где-то глубоко, благодарность. Он был прав. Она знает это.       — Может, оденешься наконец?! — Пак жадно скользит взглядом по женскому телу, прикрытому лишь куском ткани в виде банного полотенца. — А то я точно не сдержусь в этот раз, — задевая, слегка оголенное женское бедро пальцем. И до Лиен внезапно доходит, что всё это время, она стояла перед ним практически полуголая.       Девушка резко хватается руками за узел полотенца на груди, будто удостовериться, что оно всё ещё на ней. В мгновение вылетает из кухни, скрываясь в спальне.       Накидывая на себя мешковатую футболку и спортивные шорты, Лиен слышит шум, доносящийся из другого конца квартиры.

• LP - Up Against Me •

      Неловко шагая по коридору, девушка замирает на входе в гостиную, откуда открывается вид на открытую кухню.       Мужчина готовит.       Он. Делает. Ей. Завтрак.       Лиен быстро моргает, пытаясь понять, не кажется ли ей сейчас то, что открылось её взору.       «Сам Пак Чимин готовит? Я что, в параллельной реальности?»       Мужские руки, ловко удерживающие сковородку. Что-то жарит. Аромат стоит сумасшедший настолько, что у девушки скручивает узлом желудок. Она закусывает губу, наблюдая, будто за волшебством.       Пак выжимает апельсиновый сок, максимально прикладываясь к фрешнице. Напрягающиеся мышцы рук, плечевого пояса под футболкой, завораживают, хочется смотреть и смотреть.       Колдует над тарелкой, облизывая, после, свои пальцы.       Лиен внезапно ловит себя на мысли, что хочет наблюдать за этим всю оставшуюся жизнь. Ей, до помутнения рассудка, хочется смотреть, как он готовит ей завтрак. Просыпаться вместе. Хочет этого мужчину в свою жизнь. От этого, где-то в груди, всё зажимается, скользя куда-то вниз. Сама не замечает, как лёгкое возбуждение окутывает тело. Встряхивает головой, пытаясь избавиться от собственных мыслей, затягивающих в сладкий омут воображения.       Ким неспешно шагает в кухню, стараясь быть максимально тихой. Не хочет спугнуть. До зуда на кончиках пальцев хочется коснуться его широкой спины, скользнуть выше, ныряя пальцами в волосы.       «Как избавиться от тебя в своей голове?»       — Ты что, никогда не видела, чтобы мужчина готовил? — спрашивает, по-прежнему стоя спиной.       — Эм, не то, чтобы, — мнётся, сминая край футболки, — но тебя в этой роли видеть — странно, — откровенно, убирая, всё ещё влажные, волосы за уши.       Пак оборачивается с тарелкой в одной руке и стаканом свежевыжатого сока в другой, ставит перед девушкой на столешницу, приглашая присесть.       Лиен садится и замечает, что тарелка всего одна.       — А ты не будешь? — удивлённо заглядывает в мужские черты лица. Такие непривычные ей сейчас. Выглядит по-домашнему как-то.       — Я потом поем, надо в студию ехать, — опираясь поясницей о край кухонной поверхности за спиной. Допивает свой фреш, наблюдая, как девушка пробует еду. Замечая явное удивление.       — Вкусно, — с изумлением, жуёт омлет с овощами.       Чимин ставит перед ней стакан с фрешем и придвигает ближе.       — Я поехал, — голос мягкий. Отстраняется назад, как внезапно замирает.       Девушка ловит его ладонь своей. Смотрит согревающим янтарём.       — Спасибо, — тихо благодарит, улыбается.       Мужчина словно тает в сладости момента. Он знает, что это не только за завтрак. Высвобождает руку. Обходит барную стойку, попутно подхватывая свою куртку. Бережно целует девушку в висок. И уходит.       Холодный воздух обжигает. Пак сидит в машине, постукивая пальцами по рулю, прогревая двигатель. Тянет дымом, чувствуя, как усталость накатывает всё сильнее, но, впервые за много лет, ему почти спокойно. Будто он начал медленно выдыхать порочный Сеул из лёгких.       Голова чуть плывёт, и Чимин не уверен, от чего именно: от того, что ночь прошла не так, как хотелось, или, всё же, от той, из-за кого все планы вчерашние рухнули, словно карточный домик. Откинувшись на подголовник сиденья, прикрывает глаза, лениво рассматривая пустую улицу перед собой. Он знает здесь каждый камень, каждую машину, припаркованную у домов, каждый угол.       Спальный район, отличающийся, действительно, удобным расположением, независимо от того, как именно перемещаться. Пожалуй, единственное место, которое Чимин любит всем своим сердцем, хоть и было куплено спонтанно.       Здесь тихо. Слишком.       Пак докуривает, выбрасывает щелчком окурок в окно, шумно выдыхая, и выпрямляется, разминая спину, когда зрение выхватывает черную машину, стоящую неподалеку. И он мог бы не придать этому значение, если бы не марка. Слишком простая для этого места. Она выделяется на фоне домов и тех машин, которые он привык здесь видеть.       Припаркована, словно случайно, ровно на стыке двух домов, стоящих напротив друг друга. Номера не рассмотреть. Неприятное ощущение царапнуло сознание, но Чимин лишь отмахнулся от него, вспоминая, что система охраны здесь работает, как бесперебойный механизм. Никто «чужой» не проскочит.       Он рассматривает машину, задумчиво покусывая щёку.       «Надо больше отдыхать»       Устало выдохнув, давит на газ, аккуратно выезжая со двора и скрываясь в черте города.

***

      — Он здесь. С бабой своей, — мужской голос звучит приглушенно. На том конце провода слышится вздох.       — Что за неуважительное отношение к женщинам? — хмыкает, а собеседник вздрагивает от неприятного холодка, сдавившего желудок. — Мне насрать, как именно вы найдёте эту информацию. Она должна быть у меня. Только без фанатизма. Зачищать за вами затрахался, — трубка отвечает резко, чётко, не требуя ответа, тут же отключившись.       На промерзающий тротуар падает окурок, постепенно тлеющий на холодном воздухе. Шорох шин разрезает утреннюю тишину, иномарка медленно покидает парковку, теряясь в лабиринте дорог.

***

      — В понедельник ты улетаешь в Париж, — на стол Лиен падают билеты и папка. Она поднимает изумленный взгляд на Джуна, вопросительно выгибая бровь.       — Это же через два дня… Обычно этим занимаешься ты, — улыбается, всматриваясь в лицо начальника.       Тот снимает очки, устало потирая переносицу, задерживая пальцы на глазах, слегка надавливая.       — Я не смогу поехать, поэтому едешь ты. Там будет проведено несколько фотосессий для моделей. Мы в числе приглашенных. Нам нужно только открытие. Проведёшь там неделю. Номер уже забронирован, билеты у тебя тоже есть, — он кивает на стол, — в папке те, кого нужно заснять.       — Джун… Я… — Ким поднимается, уже не сдерживая восторга. Мужчина смотрит на девушку, отвечая ей улыбкой. Он видит, как она радуется, будто ребёнок.       — Это хороший опыт. С тобой поедут ещё несколько человек от нас. Будете работать вместе. Ты уже знакома с ними, поэтому проблем не будет, — Джун кивает, отвлекаясь на телефонный звонок и скрываясь в своём офисе.       Лиен же не может поверить в то, что сейчас происходит. Кажется, что ей это снится. Руки сводит от предвкушения, но следом за искрящимся восторгом приходит паника, отзываясь в груди лёгким покалыванием.       Внутренний пессимизм мерзко хихикал, что она, обязательно, провалится.       «И меня уволят…»       Лиен чувствует, как ужас поднимается по позвоночнику, забираясь в волосы и почти поднимая их дыбом. Она уже готова пойти к Джуну и отказаться, но тот проходит мимо, уже в пальто, прощаясь с ней. Девушка с тихим стоном опускается обратно за стол, зажмуриваясь и откидываясь на спинку.       — Не было бы счастья, так… — а сердце пропускает удары, потому что ей хочется поехать туда, о чём мечтают все, кто, так или иначе, но имеет отношение к миру моды.

***

      — Что значит, у вас нет номеров? — Лиен смотрит на девушку за стойкой регистрации. Она нервничает, убирая волосы за уши, пристально вглядываясь в монитор ноутбука. Ким совершенно не хочется ругаться, ей жаль ту, что сейчас судорожно пытается найти выход из ситуации.       — Из-за «Недели Моды» у нас все номера оказались заняты. Даже те, что бронировались заранее. Я пытаюсь найти Вам альтернативный вариант, — пальцы порхают по клавиатуре. Она снова и снова нервно облизывает губы, а Лиен всерьёз задумывается о том, что всё не могло сегодня закончиться хорошо.       Этот день не задался с самого утра. Сначала, оказалось, что она забыла папку, что передал ей Джун, на работе. Пришлось бежать туда, а там вскрылось, что в документах есть ошибки. Начальник рвал и метал, Ким задыхалась от ужаса, что опоздает на самолет. И, казалось бы, успели, но, будто издеваясь, дорога до аэропорта представляла собой квест под названием «попробуй, успей». Забегая в аэропорт, Лиен уже понимала, что поездка обещает быть «веселой». Поэтому, подперев голову рукой, она сейчас смотрит на девушку ресепшена, готовая рассмеяться в голос.       — Может быть, есть отели рядом? — внезапно, сама спрашивает, встречая взгляд отчаяния.       — Всё занято… — Ким со стоном опускается на локоть, лежащий на стойке. Она не представляет, что ей теперь делать.       Остается только одно — искать хостелы. — Добрый вечер, — знакомый голос врывается в сознание, заставляя сжаться сердце. Лиен, которая продолжала прятать лицо в руке, тянувшаяся уже к телефону в поисках жилья, замирает, не веря собственным ушам.       «Всё? Совсем головой уже поехала?»       Она медленно поднимает голову и поворачивается, наталкиваясь со всего размаха на такой же удивленный взгляд.       «Нет. Всё нормально. Это ещё не галлюцинация»       Она пытается выдохнуть с облегчением, но вместо этого так и продолжает смотреть на Чимина, который протягивает документы девушке за стойкой.       — Даже не поздороваешься? — он хмыкает, широко улыбаясь Лиен, а она мечтает, чтобы всё оказалось сном.       Здравый смысл нашептывает, что появление Пака в этом месте логично, но перспектива видеть его каждый день и пытаться работать ей не представляется настолько радужной, как хотелось.       — Здравствуй, — Ким чуть кивает головой, не в силах ничего сказать более.       Кажется, будто она разучилась говорить. После той ночи и утра, они не виделись. И Лиен уже искренне полагала, что тот завтрак, приготовленный им у неё на кухне, был подобен поставленной точки в их общении.       — Я прошу прощения… — голос девушки отвлекает от мыслей, заставляя переключить внимание обоих на неё, — все номера заняты. Остался один люкс, — она нервно облизывает губы, а Ким чувствует всё отчаяние, что сейчас служащая гостиницы испытывает.       — Ну и хорошо. Раз так, то оформляйте его на меня, — кажется, ни один мускул не дрогнул на его лице.       Пак кивает, постукивая пальцами по стойке, а Лиен мысленно закатывает глаза.       «Ну, конечно. Кто бы сомневался».       — Ты в каком номере остановилась? — неожиданно интересуется Чимин, и девушка за стойкой объясняет всё сама, посвящая Пака в её бедственное положение.       Лиен готова слиться с мебелью. Испариться. Мечтая, чтобы сейчас на этот отель обрушилась вся кара небесная, спасая её от задумчивого взгляда мужчины.       Всё тело наливается свинцом, руки немеют, она всё так же молчит, злясь на себя за то, что не может в его присутствии нормально разговаривать. Если сейчас начнёт кивать болванчиком, издавая нечленораздельные звуки, то не удивится.       «Идиотка, Господи… »       Пак переводит взгляд с Лиен на девушку и обратно, толкается языком в щёку, а Ким проглатывает стон отчаяния.       Она достаточно с ним проработала, чтобы выучить некоторые его привычки, и вот этот жест, означает в данной ситуации только одно — Чимин принимает решение. И, от чего-то, ей кажется, что оно ей очень не понравится.       — Мы работаем в одном месте, поэтому поселите девушку в номер ко мне, пока что-то другое не появится, — говорит это таким ровным голосом, что у Лиен закрадывается мысль, будто даже прогноз погоды передают более эмоционально, нежели он сейчас.       Она отказывается верить в то, что слышит, в очередной раз, сомневаясь в своём состоянии адекватно воспринимать окружающую действительность.       — Я, конечно, очень тебе благодарна, но я… — договорить ей не удается. Пак выразительно выгибает бровь, усмехаясь. Заставляя землю под её ногами пошатнуться.       «Чертов Пак Чимин»       — Тебя отселят сразу же, как освободится тот номер, что тебе Джун забронировал, — перебивает попытку Лиен выстроить мысли в нормальное предложение, забирая из её рук документы и протягивая их за стойку, вызывая у работницы отеля выдох облегчения.       Та кивает, убеждая его в том, что это обязательно случится, а Ким испепеляет Пака недовольным взглядом.       — Боишься, что ли? — он приближается к ней, а у девушки развивается ярко-выраженная гипоксия.       Всё пространство сужается только до этой стойки и их двоих.       Его голос мягкий, бархатный, обволакивающий. Во взгляде прыгают искры смеха. Чимин, явно, наслаждается всей ситуацией, слишком хорошо понимая, что Ким сейчас чувствует. Он облизывает губы, сдерживаясь.       Лиен вцепляется в ручку своего чемодана так, будто это поможет ей удержаться в вертикальном положении.       «Мне это снится»       — Не боюсь, — отрезает, сводя брови и отходя от Чимина на пол шага назад, чувствуя, как грохочет сердце в груди. Ещё немного и он сможет услышать его.       Она пытается сложить всё своё негодование в слова, чтобы поделиться ими с ним, но всё теряет свой смысл, когда Пак отбирает её чемодан и направляется в сторону лифта.       «Как я упустила момент, когда согласилась?»       Лиен сокрушенно выдыхает, мысленно считая до десяти. Нехотя идёт следом за ним, проклиная на чём свет стоит себя, его, Париж и этот отель.       — Ты не сказала, что поедешь во Францию, — тягостное молчание в лифте нарушает звук голоса Чимина.       «Господи, заткнись. Неужели ты не видишь, что я не могу с тобой нормально разговаривать?»       Лиен косится на Пака, спотыкаясь взглядом о его улыбку.       — А… Я должна была? — пожимает плечами, чуть выгнув бровь. Чимин хмыкает, выходя на нужном этаже. — Я могла свой багаж сама завезти. Ты налегке? — она не может понять, что чувствует сейчас: то ли злится на него за манеру делать всё, как он хочет; то ли на себя за то, что ведёт себя, как полная дура.       А в голову стучится мысль, что ей придётся всю неделю жить с ним в одном номере. От осознания этого сердце дёргается, падая куда-то в колени.       — Нет. Мой доставят в номер, — Пак проводит карточкой, толкает дверь и замирает на пороге, пропуская Ким первой.       — Ах, ну да. Конечно. Доставят, — закатывая выразительно глаза, девушка проходит в номер и застывает, изумленно осматривая помещение.       Благодаря панорамным окнам, номер обещает быть светлым. Самый последний этаж открывает невероятный вид на ночной Париж. Она подходит к окну, на ходу откладывая сумку на круглый столик, расстёгивая пальто.       Чимин ведёт взглядом следом за ней, прикрывая глаза на короткое мгновение, чтобы ощутить запах её духов. Видит её восторг, не сдерживая мягкую улыбку, тронувшую его губы. Тихо закрывает дверь, исподтишка наблюдая за Лиен.       Она стоит у окна в распахнутом пальто, покусывая губы, а у него внутри всё рвётся от, неожиданно захлестнувшей, нежности. Ему до боли в ладонях хочется подойти к ней и уткнуться носом в мягкие волосы, пробежаться пальцами по плечам, спускаясь на талию, чтобы остановиться там, притягивая к себе плотнее.       Чимин кусает щёку, медленно выдыхая.       «Неделя будет трудной» — Слушай… — Ким поворачивается к Чимину, неловко переминаясь с ноги на ногу, а тот уже понимает, что за этим последует, — я не уверена, что смогу расплатиться за это всё… — Лиен отводит взгляд от него, краснея. Обводит рукой номер, в очередной раз, мечтая провалиться сквозь землю, пролететь все этажи этого отеля, чтобы распластаться где-то в самом низу.       — Считай, что это мой подарок на Рождество, — мужчина пожимает плечами, снимая пальто и бросая его на кресло.       Он видит, как округляются глаза Лиен, но она не успевает начать возмущаться, прерываемая стуком в дверь. Привезли его багаж.       Чимин кивает, протягивая чаевые, и завозит чемодан в помещение, замечая, что Ким исчезла из поля зрения. Впрочем, своим местонахождением быстро делится, появляясь на пороге спальни.       — Здесь одна спальня? — неожиданный вопрос звучит настолько растерянно, что Пак не сдерживаясь, смеётся.       — Да. И одна кровать, как ты уже заметила, — он смотрит на то, как меняется лицо Лиен, опускаясь на корточки у чемодана и расстёгивает его.       Девушка же почти теряет ощущение реальности. Ей чудится, что она находится на грани истерики. Смотрит на мужчину широко распахнутыми глазами, с ужасом понимая, что её положение не просто критическое. От мысли, что ей придется делить постель с Паком, внутри всё сводит, скручиваясь во всевозможные узлы, обдавая жаром.       — Я могу спать на диване, — полумрак номера приятно ласкает, расслабляет, заставляя говорить тише.       Усталость после перелета накатывает волнами, выбивая всё желание ссориться и спорить. Лиен почти умоляюще смотрит на Чимина, который направляется в сторону ванной комнаты, расположенной у входа в спальню.       — Я обещаю… — игнорирует предложение Ким. Идёт к ней, смотря вдруг потемневшим взглядом. Лиен же готова поклясться, что её сердце сейчас в груди отбивает ритм его шагов. В такт, — …что не буду приставать… — улыбается, а Ким приходится, снова, задержать дыхание. Подходит совсем близко, наклоняется к её плечу, сужая расстояние между ними до критического. Видит, как вспыхивают девичьи щёки, — …если сама не попросишь, — от его шёпота на ухо, по телу Ким проходит настолько ощутимая дрожь, что начинает кружиться голова.       Она косится на Пака, сминая пояс пальто в руке. Сил хватает только на то, чтобы возмущенно вскинуть брови, чувствуя, как под коленками появляется предательская слабость. Переводит взгляд с, теперь уже, смеющихся угольно-чёрных глаз на его губы, вспоминая в одно мгновение, какие они на вкус. Видит, как он ведёт по ним кончиком языка, медленно растягивая в улыбке, и тут же скрывается за дверью ванной.       Лиен закрывает глаза, прижимая руки к лицу, резко выдыхая с тихим стоном.