зима.

      Обыденность. Суге надоела обыденность. Каждый день похож на предыдущий, даже сны кажутся одинаковыми. Скучными. Сначала он приходит с учебы, готовит ужин или пишет Даичи, чтобы тот купил продукты. Коуши развлекает сам себя: танцует, бесится, болтает сам с собой, а в итоге горбится над письменным столом, изучая собственные конспекты.       Потом приходит Даичи. С едой или без нее. Он всегда улыбается, и эта улыбка уже стала приторной и противной. Он рассказывает, как прошел его день, злится на учителей и недостаток проведенного вместе с Сугаварой времени. Они ужинают, и Даичи садится за уроки. Он никогда не любил рисковать и размеренно делал все заранее. Суга предпочел бы сделать все в последнюю секунду. Потому что обыденность надоедает.       И в один день Сугавара решил, что пора менять все. Декабрь. Две недели до нового года. Он вышел на открытый балкон без куртки, без какой-либо теплой одежды, потому что раньше боялся холода. Но тут же ушел, слишком уж морозно было на улице. Он сказал, что сегодня не пойдет на пары, потому что приболел (ни разу не чувствовал себя так хорошо, когда лгал), и устроил перестановку в их комнате. А потом и в гостиной. И в столовой. И даже в ванной. Взглянув на расписание Даичи, висевшее на холодильнике, коуши дождался длинной перемены и позвонил парню. — Коуши? Что-то случилось? — Назови любую страну, где хотел бы побывать. — Что? Зачем? — Просто. Назови. Страну. Савамура. — Венгрия.       Ничего не говоря, Суга бросает трубку. Он плюхается с ноутбуком на диван и просматривает отели и билеты. Он обедает рядом с ноутбуком, каждые пять минут обновляя страницу, и волнуется, что его план провалится. Он слышит, как открывается входная дверь, не шевелится и просто стучит пальцами по клавиатуре. Даичи подходит со спины, наклоняется и чмокает Сугу в макушку. — Когда ты успел все так переставить? — Не знаю, просто успел. А что? — Ничего. Мне нравится.       Коуши улыбается. Даичи садится рядом и удивлённо смотрит на экран ноутбука. Суга просматривает места в самолёте, но остались только самые близкие к концу, а это явно не лучшие сидения. Недовольно цыкнув, Сугавара зло поводил мышкой по экрану. Он отчаянно показывал на два места ровно по центру самолёта. — Как бы я хотел сидеть именно там! — Так что тебя останавливает?       Даичи встает и отходит куда-то в сторону. Он открывает холодильник и достает оттуда открытую бутылку красного вина, разливает напиток по бокалам. Хлопает шкафчиками, делая вид, что что-то ищет. — Эти места уже заняты, вот что. Интересно посмотреть, кто будет там сидеть. — Ты будешь.       Сугавара поворачивается к Даичи и теряет дар речи. Помимо бокала вина в руках его парня два билета. Два гребаных билета на самолёт. Коуши подскакивает и бросается на шею Савамуре. Даичи старается не пролить напиток и не уронить бокал, но он счастлив. Он видел, как скучает Суга, и решил, что разбавит повседневность небольшим сюрпризом. И тогда стало как-то плевать на учебу, хотелось заботиться только о их общем счастье. — Ты сумасшедший, Савамура, просто сумасшедший! — И я люблю тебя, милый. — И куда мы летим? — В Венгрию.       Суга смеется, хлопая себя по лбу. Он возвращается на диван и отменяет покупку билетов. Он закрывает все вкладки, связанные с отелями, и открывает новые с местами, которые можно посетить. Даичи подает ему бокал и садится рядом, откладывая билеты. Положив голову на плечо парня, коуши вздыхает, не в силах поверить тому, что сейчас произошло. — Как долго ты это планировал? — Больше месяца, это точно. — Только не говори, что ты еще и отель забронировал. — Не то, чтобы отель… Но да. — Даичи Савамура, не может быть. Я все еще не верю, что это происходит.       И Суга не поверит и тогда, когда сядет в самолет, когда увидит более теплый Будапешт, когда будет сидеть с Даичи в съемной квартире, когда они поцелуются под новогодний фейерверк, когда во время полета обратно будет плакать от счастья. Через месяц коуши будет сидеть на диване с бокалом вина и просматривать фотографии. Обыденно будет ждать Даичи, чтобы получить от него поцелуй в макушку. Каждый день.