I Won't Be Home For Christmas

Следующие сорок минут Робин Маккормик провела в кабинете своего продюсера, который пытался убедить девушку, что она исчерпала годовой бюджет и даже ушла в минус, когда пригласила в прошлом выпуске президента Академии кинематографии. — Зато как было интересно!.. — мечтательно вспоминала девушка. — Мы делали ставки… Вот увидишь, Николь Кидман возьмёт награду как лучшая актриса!.. «Чикаго» — потрясающий мюзикл, но Рене не потянет, нет, нет… — Отвлекись!.. — Маккензи пощёлкал пальцами возле её лица. — Ты тут уже почти час разглагольствуешь об Оскаре, а в студии тебя дожидаются особенные гости… Ты не имеешь никого отношения к Киноакадемии, смирись уже с этим и займись своим делом!.. Иди работай, Робин, иди работай!.. — Я не могу вернуться туда и сказать, что денег нет… — простонала Маккормик. — И я видеть не хочу этого орущего болвана!.. «Хреновое у вас оборудование, дамочки!»… Козёл!.. — Уймись!.. — отрезал продюсер, шлёпнув бумагами о стол. — Мне некогда слушать твоё нытьё, Робин!.. Год заканчивается, и у меня полно возни с отчётами… Он деликатно указал девушке на дверь. Она вздохнула и, потеребив пуговичку на блузке, решительно вышла из кабинета Пола Маккензи. Она уверенным шагом направилась к директору канала, но затем ловко свернула, поравнявшись с лифтом и запрыгнула в как раз раскрывшиеся дверцы. Лифт словно бы намекал: «не меть выше головы, моя девочка!» Когда Робин вернулась в свою белую студию, благодаря услугам Шиноды, ставшей просто сказочно-белой, она увидела, что музыканты уже во всю репетируют. Майк сидел за клавишами, а Честер сидел рядом на высоком стуле с гитарой. На стойке перед ним был микрофон, и вокалист, слегка наклонившись к нему, нежно пел песню, которую Робин не приходилось раньше слышать. Она замерла. Её специалист по свету нашёл потрясающее тональное решение для новых декораций. Звук был отменным. Ведь Беннингтон больше не кричал. Он нежно напевал мелодию, так трепетно и нежно, словно убаюкивал ребёнка. И эта песня. Она была совершенно особенная. Девушка не могла поверить, что эта песня принадлежит Linkin Park.

…And I'd give it all away… …Just to have somewhere to go to… …Give it all away… …To have someone to come home to… …This is my December… …These are my snow covered dreams… …This is me pretending… …This is all I need…

Слушая эту песню, неожиданно чувствуя мурашки под своей лёгкой блузкой от голоса Честера, Робин решила, что поменяет привычный сценарный ход. Ведь это шоу должно стать особенным, как песня, что сейчас звучала в её студии и в её душе. Ей было непросто признать это, но теперь она понимала, насколько важно иногда прислушиваться к советам коллег. Рождественское шоу — то, что нужно. Прежде всего, это то, что нужно ей. Немного выйти за рамки рутины и открыть своё сознание, чтобы попробовать понять что-то, что кажется лишним мазком кисти на её совершенной картине мира. Раньше она всегда открывала шоу своей сияющей физиономией и рассказывала какую-нибудь «мудрость дня». Как правило, это был случай из её жизни, слегка дополненный фантазийными подробностями и превращённый в притчу. Но в этот раз она решила, что шоу должно начаться именно с этой песни. Её в кадре быть не должно. Только Честер, и его изумительный голос. Только Майк, и его изящные пальцы на тонких клавишах… — Будет банально, если мы сыграем именно эту!.. — пронзительный голос Беннингтона, раздавшийся из динамиков, в миг разбил её хрустальную мечту. Девушка снова вздрогнула. — Я умоляю вас, это прекрасная песня!.. — забыв обо всём, запинаясь о провода, Робин бросилась к музыкантам, готовая пасть ниц. — Пусть она не ваша, но исполняете вы её потрясающе!.. — Что? — воскликнули в один голос Шинода и Честер. Майк хлопал своими огромными шоколадными глазами, а дерзкий блондин хитро улыбался, игриво сверкая пирсингом в нижней губе. Маккормик нахмурилась: неужели они написали эту нежнейшую композицию, которую если сыграть с оркестром, тогда точно получится сентиментальный шедевр в роде My Heart Will Go On?.. — Вам сложно поверить, что вещи, которые вам нравятся, создал я?.. — поднял густые брови Шинода. — Эти декорации… Теперь песня… Дома у меня есть парочка картин, которые вы бы приняли за Ван Гога… Но их написал я… Как и эту песню… Странно, да, мисс Маккормик?.. — Да… я… — Робин смутилась. Она растерялась и не знала, как вести себя дальше. Ей стоило извиниться, но это всё ещё были те «прыгающие обезьяны», хоть одна из них и эволюционировала в человека прямо на глазах — девушка не могла позволить себе признать, что была не права. Ей всегда казалось, что у неё слишком высокий вкус и заоблачные запросы. Никто из «прыгающих обезьян» не смог бы удовлетворить их… — А вот песня, которую написал я… лет так в шестнадцать… может быть, в пятнадцать… — с этими словами Честер взял лёгкий минорный аккорд на акустической гитаре, что держал в своих руках, объятых языками красно-синего пламени… Парень откашлялся и снова запел. Майк принялся аккомпанировать ему ненавязчивым нажатием клавиш. Робин заворожённо слушала, и вся её команда, забыв про свои обязанности, прилипла немигающими взглядами к лицу Беннингтона, которое так легко перевоплощалось из иронично-насмешливого в лирично-трагическое.

Silent criminals analyzed Through psychic waving tears Superstitious minds collide As silence fills the hall Silence moving proclamations This silence proving lies Speechless cries, emotions dull Shouting out across the hall Didn't mean to let you down I'm shouting out, so ashamed Didn't mean to run from you I didn't mean to... …Shouting out…

По мере того, как Честер пел, закрыв глаза, и его рука расслабленно скользила по струнам, сердце Робин Маккормик наполнялось слезами. Она не знала этой стороны творчества приглашённых музыкантов, как возможно многие не знали этого. Их прогремевший на заре тысячелетия альбом отличался от того, что ей посчастливилось услышать сегодня в студии. «La di dum… la di dum dum… La di dum… la di dum dum…», — уже почти шёпотом напевал вокалист, и девушка всё больше чувствовала, что она готова сдаться… Её коллеги шумно аплодировали музыканту, когда его песня закончилась. Они свистели, визжали, и их эмоции были неподдельными. Только вот Робин Маккормик не привыкла проигрывать так легко. Сдаваться она передумала… — Хорошо, — холодно проговорила она, глядя прямо в тёмные глаза Беннингтона. — Вы оба доказали, что умеете писать музыку… — А ты всё-таки можешь её расслышать, когда мы достаточно близко… — ещё более прохладным тоном ответил ей Честер. — Пусть мы необразованные дикари… Иногда это не мешает задеть чьё-то сердце… Согласна, Робин?.. — Послушайте!.. — девушка глубоко вздохнула, решившись расставить приоритеты. — Я не в восторге от того, что вы здесь, как вы, я полагаю, не в восторге от меня… Но нам придётся работать вместе сегодня, так что… — Хочешь, чтобы мы исполнили то, что ты сейчас слышала?.. — подмигнул ей Честер, устанавливая гитару на подставку. — Конечно!.. — выдохнула Маккормик. — Я думаю, с этого следует начать шоу… С той прекрасной песни про декабрь… — А вот я так не думаю… — поджал губы Беннингтон. — Если ты внимательно прочла контракт, то выбор музыкального репертуара полностью зависит от нас… Ты ничего не решаешь здесь, Робин… — Это моё шоу!.. — возмутилась ведущая, всплеснув руками. — Наше выступление должно стать рождественским сюрпризом для твоих зрителей, — невозмутимо продолжал музыкант. — Так что даже ты не будешь знать, что мы исполним... до последнего момента… — Кстати, — вставил Шинода. — Мисс Маккормик, вы в курсе, что сейчас мы просто собрались, чтобы отрепетировать прямой эфир, который состоится завтра вечером? Мы сейчас не будем снимать программу… — Что?.. –вскричала Робин, хватаясь за голову. — Моё шоу никогда не выходило в прямом эфире!.. Мы всегда записывали, красиво монтировали и… Девушка в панике оглянулась на свою съёмочную команду. У всех были лица озадаченные, но творческое вдохновение и предчувствие волшебства на них выдавало, что все до единого попали под обаяние этой парочки — Шиноды и Беннингтона. «Вот чёрт…» — Должна сказать, что… — Робин отступила на шаг и засунула руки в карманы, — денег на новое оборудование нет… Она вдруг ощутила себя чужаком на собственной территории. Девушка ещё раз оглядела пространство белой студии, мерцавшее хрусталём уникальных снежинок, живописными глыбами льда, излучавшими свет изнутри, и, издав неопределённый звук, отправилась в гримёрку. Она испытывала мучительное чувство, включавшее разочарование в себе, обиду на руководство и профессиональную ревность. Кроме того, готовность «её людей» работать с этими «юнцами» воспринялась не менее, чем предательство. Робин упала духом. Она была настроена подняться в кабинет директора и написать заявление на увольнение… — Вот отличное начало праздников… — печально улыбнулась она своему отражению и сняла резинку с коротких, тонированных волос. Она растрепала свои светлые волосы на затылке и упала в кресло. Несколько белых листов и ручка, которые она приготовила, чтобы набросать сценарий специального выпуска, теперь пригодятся, чтобы написать заявление… — Прошу уволить меня по собственному желанию… — пропела Маккормик, постучав обратной стороной ручки по столу. — Вау!.. — в дверях показалась нахальная физиономия «крикуна из Linkin Park». — Я даже не думал, что всё будет настолько просто!.. — Хочешь занять моё место?.. — хмыкнула Робин, поворачиваясь в кресле и вскидывая подбородок, чтобы окинуть фигуру Честера надменным взглядом побеждённой, но не потерявшей чувства собственного достоинства. — Да нет… — парень махнул рукой. — Поверь, на моём месте платят гораздо больше… Теперь в гримёрке было не только его раздражающее лицо, но и всё его «бесячее» тело — Беннингтон смело вошёл внутрь и плотно закрыл за собой дверь. Он подошёл к одному из подсвеченных лампочками зеркал и проверил свою укладку. Маккормик наблюдала за ним, покачиваясь в кресле, недоумевая и одновременно заинтересовано. Что ему нужно?.. — Давай напишем это вместе!.. — заявил он, убедившись в том, что выглядит прекрасно. Хотя Робин охарактеризовала бы его внешний вид другими эпитетами… — Что?.. — снова презрительно хмыкнула она. — Будешь диктовать мне заявление на увольнение?.. — Я хотел сказать… — неожиданно тепло улыбнулся блондин, — давай напишем сценарий вместе!..