Умри, если хочешь

Я, как вкопанная, смотрю на то как эти байкеры избивают молодого парня, параллельно крича ему всякие унижения по типу: «Замочи его! Давай! Этому педику нет места в этом мире». Мне почему то с одной стороны жаль его, а с другой в душе этот парень идиот, раз он додумался до того чтобы прийти сюда! Не понимаю как подобное случилось, но эти ублюдки увидев меня — не менее тупую — стали приближаться. Они плотно улыбаясь звали меня присоединиться к ним, но я отказывалась. Никогда не подойду. И пятясь заметила парня, камнем лежащего на дороге и наблюдающего за нами. Его взгляд говорил сам за себя — тот видимо захотев ощутить себя «рыцарем на белом коне, что защитит маленькую принцессу», поднялся из последних сил. Только вот «самоубийца» не туда рассчитал свои силы — я давно не принцесса, я уже дракон. Кровожадный дракон, желающий лишь обдолбаться этой чёртовой травкой и выпить пива. *** Незнакомец лежал на земле, почти не двигаясь, тяжело дыша, и похоже из его рта потихоньку текла кровь вперемешку из разбитой губы и носа. Мне что-то жаль его стало. Да, я всё же имею совесть и сострадание. Тот лишь смотрел на небо и бормотал что-то невнятное на непонятном языке, или же был просто пьян. У него не имелись внушительные мышцы, тот был бледный и скорее всего голодный. Странно, эти идиоты-байкеры ушли, избив и посмеявшись над ним и даже позабыли про меня. И я рада этому. Что ж, придётся мне помочь ему. Его клетчатая рубашка, а поверх неё и косуха, были все в крови. Мерзость. Ну ладно, он как никак спас меня от пьяниц. Больших и опасных пьяниц. — Зачем? — только и спросила, на что он лишь хмурил свои брови и строго посмотрел на меня. Чего это он? — Что ты стояла как столб, а? Не могла что-ли в полицию позвонить? — грубо ответил незнакомец, будто до сих пор находясь в «драке». — Что ты мне грубишь? Я не виновата что ты кинулся на них. Смутился. Хм, странно. Он и вправду смутился. — Ах так? Я тебя защитить хотел. Мало ли что они сделают с тобой. Ладно, а как тебя зовут? — Мина, а тебя? Кстати, спасибо что…хотел меня защитить? — сконфуженно говорила, запинаясь. Он на это лишь засмеялся. — Мин Юнги меня зовут, — словно на автомате бросил, — знаешь, моя гордость задета. Они хоть и с пивным животом да и пьяные, но чёрт, очень сильные, — засмеялся он, поглядывая на меня. Кстати, Юнги всё ещё сидел на асфальте. На мокром асфальте от крови, и пролившейся водки тех мужиков. — Вставай, — вспомнила я. — Зачем? Мне и тут нравится. Садись со мной. Я вижу у тебя есть немного пиво, — игриво заиграл «красавчик» бровями. Что ж, он начинает меня бесить. Юнги хочет испить моего святого пива с батоном, которого я не даю даже Джу! — А я тебе дам бензедрин, — мило улыбнулся он, добавив и видимо заметив мое недоумение и шок. — Что? Откуда это у тебя? По тебе не видно что ты принимаешь. Удивительно, он выглядел здоровым — гладкая кожа чуть ли не сияла, лишь мерзкая кровь портила её вид. — Я сам не принимаю. Но иногда толкаю, когда совсем на грани нищенства. — Хорошо. Пойдем тогда сядем на лавочку, вон недалеко тут. Я не хочу сидеть на мокром асфальте. Долго не думая, Юнги всё-таки пошёл к той самой заветной грязной лавочке, исписанной всякими словами. Я сев, начала вытаскивать из пакета пиво и батон с сыром. От вида сыра у него зрачки расширились, как после принятия дозы и слюнки потекли. Чего уж там терять, так и быть накормлю его взамен на бензедрин. Отломив кусочек я протянула ему его. Он лишь коротко улыбнувшись, взял и откусил. Хотя бы этикет есть. Это радует. — А ты не будешь кушать? — указательным пальцем Юнги указал на сыр с батоном. — Да, сейчас отломлю кусочек батона и себе и тебе. Но открыть пиво я не смогу. Откроешь? — Конечно открою, — оживился, попутно потянувшись к пакету. Дело в том что пакет, стоит по ту сторону моего тела, а значит ему пришлось наклоняться через меня. Признаться, он довольно симпатичен, даже после избиения. Всякие другие девушки были бы в восторге или же их сердца лопались и бабочки бы порхали в их животах. Но со мной такого, как кажется, не было. Совсем. Может потому что вижу его впервые и знаю лишь как максимум час? Не исключение. Он быстро и ловко открыв банку, протянул её мне. — Спасибо. — Тебе спасибо. У меня сейчас времена не самые хорошие. Я на мели, если прямо сказать, а ты накормила меня. И вновь я увидела его красивую улыбку до десен. Очаровательно. — У меня, если честно, такое хоть каждый день, — пошутила, не зная, что ещё сказать. — Да уж, наша жизнь ни капли не лучше какой-то бродячей собаки, и это наша вина. Я разругался с родителями. Мне тогда было всего семнадцать, с тех пор ходу один, колю татуировки и пирсинг. Даже учёбу не закончил, — он почесал затылок, будто стесняясь этого. — Наверное с отцом? — Мой папаша тот ещё урод. Мама же бросила нас, сбежав к другому, у которого оказалась квартира. Я ездил туда недавно. Честно говоря его дом свинарник. А моя «дорогая» мамаша ушла к нему, — почти выплюнул эти слова Юнги, выглядя при этом совершенно взбешённым. — Я думала, я одна такая несчастная, а оказалось что есть и ты. — Кстати расскажи про себя? — задумчиво спросил Юнги, прямо встретившись с моим глазами. *** — Стой, Мама! Стой! — впохыхах бежала к маме, стоящей возле балкона маленькой квартирки. Она сошла с ума после того как умерла моя сестрёнка! — Нет! Ты не посмеешь меня остановить! Я ведь…скучаю по Сыльги, по твоей маленькой сестрёнке! — плакала и истерила мама. — Неужели ты не думаешь о Сыльги?! — А ты?! Почему ты хочешь бросить меня совсем одну? Почему ты не думаешь обо Мне?! За Что? — орала и кричала на мать, чтобы образумить её от ужасного поступка, от которого я останусь совсем одна. Я боюсь этого! Боюсь потерять всех! В ответ та лишь как-то странно посмотрев на меня, все же не удержалась внутри квартиры и камнем упала вниз. В полнейшем шоке и оцепенении подхожу к балкону и смотрю вниз. Тринадцать этажей. Мама пролетела тринадцать этажей и сейчас кровавым месивом лежала на земле… Ужас захватил меня, и я заорала во всё горло. *** — Ну как-то так, — рассказав этому парню маленькую, трагичную историю мне стало хуже. Вдруг он расскажет? Пожалеет меня? Начнет проявлять отвратительную жалость? — Мне…очень жаль, Мина, — так нежно и задумчиво он сказал. Странно слышать от Юнги моё имя. Я даже не вспомнила о пиве что держала в руке, до тех пор пока тот не больно впился в кожу, так сильно оказывается сжала его. — Что ж, я пойду тогда? — не выдержав тишины, что образовалась между нами, я резко встала. — Нет-нет, а как же бензедрин? Я должен был тебе его, — скопошился Юнги, внезапно вспомнив что должен мне наркоту. — Не нужно, у меня дома осталось чуть-чуть травки. Ты лучше иди в больницу или сразу домой. Я не умею обрабатывать раны, — скомандовала, потихоньку шагая в сторону своего дома. Точнее не своего, а моего друга. — Оставь свой номер. За мной долг. Нервничая, я лишь оставила ему название ресторана, где работаю. Номер же оставлять не хотела. А привязанности тем более. Он же лишь «почти» незнакомец, которому рассказала секрет и который собиралась хранить ещё много-много лет. Но черт возьми, его лицо вселяет веру и невинность, и я повелась. В раздумьях заходя в двухкомнатную квартиру, унюхала противный запах палёных сигарет и кальяна. Что за хрень? По-видимому, мой друг опять привез сюда своих многочисленных пассий или же опять устроил вечеринки. — К-кто это? — моя нижняя челюсть чуть не достал до пола, когда я увидела что Джу целует какого-то парня, причем такого мускулистого! Шок спал тут же, стоило мне углядеть в каком состоянии оказался дом за мое отсутствие. Блядь! Наша — с тех самых пор, как я тоже начала за нее платить — квартира превратилась в какой-то бордель или проходной двор! Везде дым от кальяна, везде валяются пустые бутылки водки и дешево виски! — А, Мина, не волнуйся ты. Это мой новый друг — Сюмин, — пьяной улыбкой улыбнулся Джу. Он много, слишком много, выпил раз уж даже не замечает убийственной ауры, говорящей, что скоро кому-то конец. Ох, я его убью когда-нибудь. Но не сейчас. Нам ещё завтра прибираться. А пока у меня нет сил ни на что. — Вали отсюда, «Сюмин», — не сдерживаясь, указываю незнакомцу пальцем на выход, при этом стараясь выглядеть как можно угрожающее. В ответ он лишь фыркнул, взял свою куртку и хлопнув дверью вышел из дома. Устало пожелав спокойной ночи Джу — завтра со всем разберусь — я еле ковыляя ногами, поплелась в свою комнату. Плюхнувшись прямо в одежде в любимую кровать, я положила сразу две мятные жвачки в рот. Пока жевала, заснула в предвкушении следующего тяжелого дня, прежде чем последняя мысль всплыла в голове. Терпеть не могу.