Поиграем?

      Если Джейн раньше жаловалась на недостаток внимания, то теперь, когда Каваллоне каждый день и каждую свободную минуту вытаскивал Кёю на тренировки… начался полноценный ад неудовлетворенности. Да как они могут быть такими жестокими?! Блондин будто специально появляется в самые подходящие моменты и бесит Хибари до такой степени, что тот просто кидается на него, не помня себя от ярости. Ворюга! Джейн тихо бесилась и срывала злобу на железяках в спортзале комитета. Она уже давно заставила Кёю провести для нее хотя бы вводный инструктаж, а теперь уже совсем тут освоилась. Тем более, это место, в отличие от библиотеки, никогда не пустовало, и в любой момент можно было обратиться за помощью к кому-нибудь из комитета. Девушка успела перезнакомиться со всеми подчиненными Кёи и с некоторыми водила уже весьма дружеские отношения. Так что, пока он там гонялся по горам и лесам за этим итальянским Конем — разлучником, она качала попу, следуя самой жизненной женской мудрости. Тренировки сильно выматывали и не оставляли сил думать о плохом, да и то, что половина комитетовских молодцев стала называть ее старшей сестрой тешило самолюбие. Поэтому Джейн самозабвенно впахивала в зале, а после, спешила домой, где быстро приводила себя в порядок и уходила на прогулки с Киоко-тян или Хару-тян, с которой они успели неплохо поладить. Киоко-тян не зря носила титул специалиста по разным кондитерским, а Хару, не смотря на странное пристрастие к экстравагантным костюмам, не было равных во время пробежки по магазинам одежды. Так пролетела неделя. До начала школьных будней оставалось совсем чуть-чуть, поэтому они с девчонками отрывались, как могли. Тем более, что ненаглядный Тсуна-сан, о котором Хару говорила каждую свободную минуту тоже куда-то пропал, видимо, прихватив с собой и старшего брата Киоко, поэтому девушки были полностью предоставлены самим себе. Их мирные будни ничего не омрачало, пока в однажды ночью Джейн не разбудил звонок взволнованной Киоко. Оказалось, что малыш по имени Колонелло, который гостил у Сасагавы с недавнего времени, все еще не вернулся с прогулки. Мисс Блэйк попыталась успокоить подругу, попутно натягивая первую попавшуюся под руки одежду. Спустя двадцать минут она уже подъехала к дому Киоко, где застала ее со странным мужчиной лет сорока, одетым, как землекоп. Мужчина оказался отцом Тсуны, и тут Джейн заподозрила неладное. Реборн уже давно весьма прозрачно намекал, что Савада и вся его компания имеют прямое отношение к той самой мафиозной семье, информацию о которой собирал ГДК. И раз этот человек, приходящийся Тсуне отцом, уверяет, что знает, куда пропал посреди ночи маленький ребенок… значит тут точно что-то не так. Хотя, выбора все равно нет, поэтому загрузив всех в машину, девушка быстро поехала в указанном направлении. В их школу. Гениальный выбор места для проворачивания сомнительных делишек, ничего не скажешь. — Джейн-тян, не слишком ли ты молода для вождения? — этот вопрос землекоп, представившийся как Емицу, задал скорее чтобы разрядить обстановку, потому что ответ его явно волновал мало. — У меня есть справка. — Оу, это многое объясняет. Они резко затормозили у ворот школы. Киоко с землекопом пошли вперед, а Джейн немного задержалась из-за парковки. Когда она последовала на крики подруги в сторону спортивного поля, то увидела только залитый ослепляющим светом ринг и компашку Тсуны. Но когда раздражающий свет неожиданно померк и она внимательнее пригляделась к месту, где был заперт брат Киоко, ее охватил ужас. Клетка. Клетка, в которой заперт человек. Израненный, покрытый кровью человек. Хорошо знакомый человек. В чертовой клетке! Девушка не могла пошевелиться, ее будто парализовало. Горло сдавило невидимыми силками, но она не могла отвести взгляд от раздирающей все ее нутро картины. На секунду ей показалось, что она видит какие-то лица, видит, как к ней тянуться чьи-то холодные руки, готовые разорвать ее плоть на части. Смутно знакомые образы отвратительной кровавой бойни, смешиваясь с реальностью, образовывали уже более четкие воспоминания, которые убивали девушку с каждой секундой. Она начала узнавать эти лица, лица людей, которых отправляла на смерть, чтобы спасти себя и своих близких. Они тянули к ней свои мертвые руки, желая утянуть за собой в темноту. Последнее, что она услышала, были слова Реборна, когда она рухнула на землю, теряя сознание: — Тебе не следовало приводить ее сюда, Емицу.

***

Хибари очень удивился, заметив у ворот школы весьма приметный фиолетовый автомобиль. Неужели его кролик приехала в школу до него? А ведь он добрался даже раньше, чем обычно. Тренировка затянулась, потому что в этот раз Конь будто специально завел его подальше в лес, и бросил там, вынуждая искать обратную дорогу, благо это было не сложно, учитывая влияние их стычек на окружающую местность. Однако, он все равно вернулся только под утро и, смирившись с отсутствием сна, направился прямо в школу. — Тэцу, Джейн уже в школе? — он отвел в сторону своего заместителя, который лично проверял внешний вид учеников у ворот. — Когда я пришел, машина Блэйк-сан уже была тут. — Как это понимать?       Вместо ответа Тэцуя вопросительно глянул ему за спину. — Хи-хибари-сан, — в их разговор, синея от ужаса попытался вмешаться Савада, — Блэйк-сан… Он заикнулся и испуганно замолчал, когда его буквально пригвоздили к месту стальные глаза. — Что случилось? — глава мгновенно вспомнил, что это то самое вредоносное травоядное, без участия которого в последнее время не обходится ни одно серьезное происшествие, и ощутимо напрягся. — О-она… она у меня д-дома. Ей вчера стало нехорошо… Точнее, уже сегодня… В общем, она упала в обморок, когда… — с каждым новым словом взгляд главы становился все более напряженным, — В общем! — Савада стукнул себя ладонями по щекам, видимо, собирая всю волю в кулак, и, зажмурив глаза, выдал следующую информацию со скоростью пулемета, — Вчера был первый бой конфликта колец. Мой отец по ошибке привел Блэйк-сан туда. Но она потеряла сознание, как только оказалась на месте. Поэтому, Реборн сказал до Вашего возвращения оставить ее у меня дома, — запал Савады иссяк на этих словах, он опасливо приоткрыл один глаз, и с ужасом встретился с полыхающими яростью стальными глазами. Возможно, в этот момент от страха у Тсуны отключилась даже его хваленая интуиция, а может наоборот, поэтому он и сказал следующее: — Ее сейчас осматривает доктор Шамал… Шамал… Тот скот с москитами! Тот гребаный маньяк… Усталость как рукой сняло. Разум, который уже заволокло алой пеленой ярости, прояснился в мгновение ока. Холодный ужас от осознания реальности происходящего прошил сознание. Незнакомое чувство отрезвило словно ведро ледяной воды. — Ключи, — голос ГДК был слишком тихим и совсем не вязался с его убийственным взглядом. — Ч-что? — Тсуна успел подумать, что Реборн просто хотел от него избавиться вот и послал на верную смерть с этой новостью к Хибари-сану. — Ключи! — от дикого рыка главы все присутствующие в школьном дворе ученики и даже некоторые прохожие испуганно замерли. Воцарилась абсолютная тишина. — А! От машины… Д-да, сейчас…секунду, — Савада вытащил из сумки маленький ключик с таким знакомым фиолетовым меховым брелоком, похожим на пушистое облачко, и успел только ойкнуть, когда глава рывком забрал его и направился к машине со скоростью урагана.       Он летел по городу, нарушая все возможные скоростные ограничения.       Что могло случиться? Все было в порядке. Он видел ее каждый день, хоть и недолго. Он точно бы заметил, если бы с ее здоровьем что-то было не так. Тогда откуда обморок?! Парень быстро выбрался из машины и, не желая тратить ни секунды, с разбегу оттолкнулся от забора, и залез в дом прямо через окно на втором этаже, легко подтянувшись на раме. — Убери руки и отойди от нее, — холодная ярость вернулась в тот самый момент, когда он увидел рядом с лежащей на кровати беззащитной девушкой знакомую фигуру. Хибари угрожающе двинулся на гада в белом халате, когда Реборн преградил ему путь. — Успокойся. Возможно, Шамал сможет ей помочь. — Он гребанный маньяк. — Он прежде всего врач. Их перепалку прервал безэмоциональный голос медика, который уже закончил осмотр. — Это нервное истощение. Похоже паническая атака спровоцировала сбой дыхательной функции и девушка потеряла сознание от недостатка кислорода. Сейчас с ней все в порядке, я ввел ей снотворное, так что она просто спит. Поэтому, не шумите, пусть отдохнет. Не знаю, что могло так сильно подкосить эту красавицу, но это явно не подростковые закидоны. Известно, что послужило триггером? Реборн тяжело вздохнул и жестом пригласил всех выйти из комнаты. — Что ты ей вколол? — Кёя всеми силами старался говорить как можно тише, но слепая ярость, подогреваемая вполне обоснованными сомнениями, все равно буквально волнами исходила от него, наполняя комнату. — Впечатляющая энергетика, — Шамал даже тихонько присвистнул, но дальше опять заговорил угрожающе серьезно, — Не твоя ли жажда крови так ранила психику этой юной красавицы? — Ты… — хищник зашипел и уже приготовился к удару, когда в комнате раздался первый жалобный всхлип. Мужчины мгновенно замерли, переводя взгляды на тихонько плачущую девушку. Она все еще спала, но из ее глаз капали слезы. Они скатывались по бледным щекам, оставляя за собой призрачные дорожки, которые мгновенно испарялись, превращаясь в темно-синий дым. — Что с ней? — ГДК все еще шепотом обратился к горе-целителю. Сейчас ему уже было все равно, кто перед ним. Его впервые в жизни изнутри сжирал липкий страх. Страх за его маленького, беззащитного и такого хрупкого кролика. Беспомощность внушала настоящий ужас. Он не знал, как можно ей помочь. — Видимо, выхода нет, — Реборн дал Шамалу знак, что он может пока не отвечать, — Я расскажу, что удалось узнать о состоянии мисс Блэйк. Но мы будем говорить в соседней комнате. Девочке действительно нужно отдохнуть. Парень сжал зубы, на мгновение зажмурил глаза и уже был готов идти куда скажут, но со стороны кровати раздался тихий надломленный голос. — Кёя… — девушка продолжала плакать и будто звала его на помощь. Она позвала его еще несколько раз, и с каждым разом его сердце мучительно сжималось от звучания ее голоса, от бесконечной боли, пропитавшей его, словно яд. Парень плюнул на все и, резко развернувшись, подошел к кровати. Он рывком поднял девушку на руки, но через секунду сам сел на кровать, удобнее устраивая драгоценную ношу в своих объятиях. Подхватил свободной рукой валявшийся рядом плед и замотал ее в него словно в кокон, надежно обхватывая руками, будто инстинктивно укрывая от любой внешней угрозы. Слезы высохли, стоило только девушке уткнуться носом в его шею. Она затихла и мирно засопела, доверчиво прижимаясь ближе. — Мы будем говорить тут, — это был не приказ и даже не просьба, а только констатация факта. Спорить с ГДК сейчас было абсолютно бесполезно. — Хорошо, — Реборн прыгнул на рабочий стол Тсуны, а Шамал, все еще пораженно наблюдая за происходящим, занял компьютерный стул. Как оказалось, Шамал был осведомлен о ситуации весьма неполно, поэтому тоже внимательно слушал аркобалено, который максимально подробно пересказывал недавний разговор с Хроме Докуро. Когда рассказ был окончен, мужчины стали переваривать информацию. (*Разговор описан в начале 22 главы)       После непродолжительной паузы Реборн решил озвучить свои предположения по поводу случившегося: — Я полагаю, что такое резкое ухудшение ее состояния вызвано неудачным совпадением. Клетка, в которой проводился бой хранителей солнца могла всколыхнуть в ее памяти не самые приятные воспоминания, а дальше все было, как в тот раз на фестивале, — он внимательно глянул на хмурого хищника, — Вероятно, что тогда таких тяжелых проявлений удалось избежать, потому что ты был рядом и смог быстро среагировать. Шамал кивнул, соглашаясь с версией аркобалено, но ГДК никак и не отреагировал. Он полностью сосредоточился на поиске решения проблемы и все же озвучил вопрос, гнетущий всех присутствующих: — Что может стать достаточным поводом? — Парень, не глупи. Лучшим поводом может стать только самое дорогое, что есть у этой милашки. — И что вы с этим самым дорогим планируете сделать? — Медленно, шаг за шагом уничтожать, — Реборн наконец вернулся в разговор.       Его комментарий словно пустил трещины по вновь выстроенному хрупкому самоконтролю Хибари. — Ты хоть представляешь, каким это будет для нее ударом, — хищник злился от гадкого бессилия, — Зачем ей вообще какая-то ментальная защита? Я просто убью любого, кто попробует навредить. — После того, что мы сегодня увидели, дело уже не столько в самой ментальной защите, сколько в том, что мисс Блэйк без нее не выживет. Это не просто барьер от иллюзий, это ее сущность. Она сама умирает с каждым мельчайшим повреждением ментального тела. — Что ты несешь, Малыш? — Хибари, ты и сам прекрасно видел. Ее слезы… С ними ее покидала Воля. Повисла недолгая пауза. — Что нужно делать? — голос парня звучал сухо, он уже принял решение, — Как понять, что ей достаточно дорого, чтобы она решила бороться? Аркобалено и Шамал переглянулись. — Пацан, ты либо не спал месяц, либо просто идиот, раз так туго соображаешь. Тут хлыщ в халате был прав. Теперь, когда девушка наконец была у Хибари в руках, в относительной безопасности, накопившаяся усталость навалилась на него с удвоенной силой, безжалостно отупляя. Реборн решил, что этот разговор — пустая трата времени, и просто сказал: — Хибари, это то, что она любит. Не обязательно вещь. В ее случае, это человек. — Это ты, парень.