Rainbows always bloom with the rain

Темно-красный закат опускается на Сеул. Все легли уже спать, потому что на часах одиннадцать. Завтра все снова встанут рано и пойдут на летнюю сессию. На небе появляются первые звезды, и только полуночники видят чудесный дождь из белых, мерцающих полос.

***

Чимин открывает глаза и не понимает, почему в комнате так темно. Походу будильник, стоявший на восемь, еще не играл. И у нее еще есть время поспать. Только некое подсвечивание штор, которых не было в ее комнате, немного насторожило Пак. Она внимательно смотрит на них и пытается понять, это ей видеться в полусонном состоянии или что-то все же не так. Она прищуривается глаза, сонливость полностью спадает, а шторы темно-синего, почти серого цвета, так и не пропадали. Значит, ей действительно не казалось это. Через шторы из окна льется яркий свет. Чимин чуть приподнимается на кровати, июнь радует своим теплом, но встав из-под зимнего одеяло, ей стало как-то некомфортно. Казалось, будто в комнате открыто окно, хотя она точно его закрывала перед тем как идти в ванну. Когда глаза привыкли к темноте, она поднимается с кровати и сразу же, делая пару шагов, спотыкается о ковер, которого точно нет в ее светлой комнате. Она проходит еле как к темно-синим шторам, что плотно закрывают окно, не пропуская ни капли света. Чимин берет плотную, чуть шершавую ткань в руки и резким движением раскрывает их настежь. Свет тут же режет глаза девушки, из-за чего та поворачивается спиной к окну. Она сжимает глаза и старается чуть приоткрыть их. Она открывает глаза и рассматривает комнату. Темно-серые обои с прикрученными альбомами-пластинками, простая кровать с зеленым зимним одеялом, черный паркетный пол и белый пушистый ковер. На другой стороне стоял стол с множеством макулатуры и парой непонятных устроек. Еще рядом стоял еще один стол, только чуть поменьше, на нем же стояли ноутбук, колонки и наушники. В конце комнаты был синтезатор и шкаф купе, что был открыт. Чимин удивленно открывает глаза и старается понять, что тут не так. После она подходит к шкафу, где было зеркало. Пак подходит ближе, и брови поднимаются выше. На нее смотрит брюнетка с утонченной карешкой, со светлой кожей и красивыми глазами, очень выразительной формы. Тонкие руки, что виднеются из-за большой футболки, смотрятся как больные. Чимин внимательно рассматривает вены на запястьях и начинает кусать розовые губы. Она чувствует, как по щекам катятся слезы, а нос непроизвольно хлюпает. Она снова поднимает взгляд на зеркало и смотрит на красные глаза и опухший нос. Она попыталась улыбнуться широко и замечает маленькие десны, что прямым строем выглядят очень мило. Пак нежно улыбается этому, ей нравятся такие улыбки, легкие ямочки и красивые зубы. Она не видит, как краснеет щеками, но чувствует, что это тело ей очень нравится, хотя, скорее всего, когда она проснется, вряд ли запомнит это. Чимин уверенно думает, что это сон, потому без особой опаски щепает себя за руку. Кожа в этом месте тут же приобретает красный цвет, а острые ощущения боли пронизывает Пак. Девушка прикусывает губу и старается отойти от шока. Ей снова кажется все нереальным, только на второй раз она решила больше не делать. Поворачивая голову к кровати, Чимин замечает светящийся телефон. Она быстрыми шагами добирается до мебели и садится, сразу забрасывая на одеяло ноги. На дисплее телефона высвечивается сообщения от неизвестного номера, что точно ей знаком. Это точно цифры из ее контакта, проводя тонким пальцем по экрану, Чимин быстро читает содержание письма: «Так, короче, хуй знает, как это получилось, но сейчас я у тебя в комнате, с твоей внешкой и гребанным будильником на восемь утра. Кто, черт возьми, ставит его на такое время!? Блин, отошла от темы, короче, я Мин Юнги и ты, как я полагаю, в моем теле, как я в твоем. Не знаю, куда мне предстоит переться с молодым мужчиной, что походу твой батя, но он так волнуется за тебя, потому что ты че-то впервые сдаешь. Говорю сразу, скорее всего, я это не сдам. И меня уже зовут на выход. Напиши мне, когда проснешься.» Пак внимательно перечитывает сообщение и охреневает как можно больше. Потому что сейчас, как показывает телефон, уже обед, а значит, сессия уже прошла, а ей действительно было важно ее не провалить. Теперь, смотря на угасающий экран, девушка видит грустное лицо, совершенно не ее, но с такими же чувствами. Она убирает телефон и подходит обратно к другой части комнаты. Там она и видит дверь, белую с плакатами групп. Она поворачивает ручку и выходит в небольшой коридор. Делая первый шаг, Чимин чувствует холод паркета, но не отступает и делает затем еще шаги. Первая дверь серого цвета, оказывается, ведет в ванну, куда Пак и хотела. Она быстро умылась и промыла голову в холодной воде. Стало чуть спокойнее, но дрожь на руках никак не унималась. Она прочищает горло и старается смотреть в зеркало. — Как так вышло?— первое, что она задает охрипшим голосом с явно заметной хрипотцой. Следом Чимин грустно улыбается и приподнимает мокрые волосы. Тонкая белая шея с несколькими родинками, по две пары сережек на каждом ухе и небольшая татуировка в виде дракона. Чимин рассматривает внимательно, проходясь свободной рукой по контуру аккуратно мифического существа. Она еще недолгое время прибывает в таком состоянии, после чего отпускает волосы и выходит из ванной. Пак идет дальше по коридору. Следующее, что она замечает, – это отдельный туалет, туда она тоже заходит, но быстро выходит, не находя там ничего интересного. Последнее, что было в небольшой квартире, – это кухня, смежная с гостиной. Чимин подходит к холодильнику, ощущая небольшой голод, и достает из него яблоко. Она быстро с ним расправляется, не зная, что делать дальше. Сессия должна была уже закончиться, но Чимин так не хотелось что-то про нее узнавать, все ее старания выучить предмет с неделю, просто как насрать, ушел непонятно куда. Ее энергия вся иссякла, и казалось, будто мир потускнел. Вдруг воспроизводится звонок в коридоре. Чимин лениво проходит обратно, с потускневшим взглядом. Она открывает дверь только со второго раза, изначально поворачивая не тот шпингалет. На нее смотрит она же, с хмурыми глазами, опущенными бровями и скривившимися губами. Такая родная, что было до слез больно. И действительно по щеке прокатилась слеза, потом другая, а после она чувствует, как падает на пол и сжимает край чужой футболки, чужими, не ее руками. Она не слышит, как кричит, как девушка напротив оперативно закрывает дверь, снимает обувь и идет на кухню. Она даже не замечает, как на и так мокрую голову летит еще полстакана ледяной воды. Весь мир чернеет и Чимин теряет сознание, так и не разжав руки.

***

Пак открывает глаза и видит все тот же потолок, что был в ее кошмаре. Ее начинает трясти, но Чимин приподнимается. Все те же серо-синие шторы, что опять были зашторены, все тот же шкаф напротив кровати и вся та же аппаратура с синтезатором. Ей казалось, что она в бесконечном сне, где ее хотят морально разрушить. — О,— слышится на уровне подсазнания, а Пак все так же не отводит глаз от зеркала, в нем все та же Мин Юнги с Чимин внутри, но не она,— ты проснулась и на тебя нужно опять отправить полстакана кубиков льда. Чимин стряхивает наваждение и смотрит уже на вошедшую девушку. Такие большие губы, медово-карие глаза и пухленькие щеки, кажутся ей столь родными, что она хочет забыть все попытки как-то их убрать, похудеть, закрашивать часть. Они казались настолько своими, что ей снова хотелось плакать. — Хорошо,— Юнги садится напротив нее и слегка хлопает миниатюрной ладошкой по щеке Пак— у тебя глаза красные, успокойся пожалуйста. Мин гладит по красной щеке и немного задерживает взгляд на глазах Чимин. Брюнетка кивает хаотично и быстрым движением смаргивает слезы, стирая их ребром ладоней. Она хлюпает один раз носом и уже повторно кивает, слегка улыбаясь. Они внимательно смотрят друг на друга с минуту и ничего не говорят. — Как,— хрипло шепчет Пак,— такое может быть? Она даже не ждет ответ, просто смотрит и смотрит на Юнги, что грустно опускает голову. Рыжие, почти медные, волосы Мин заплетены в неаккуратный высокий хвост, губы прижаты, а щеки розовеют, когда та берет руки Чимин в свои. Пак опускает голову и смотрит, как маленькие пальцы трепетно сжимают тонкие запястья, что контрастируют с более светлым оттенком кожи. — Я не знаю, но ночью был очень красивый звездопад, ты видела?— Юнги ласково улыбается и гладит сухие руки Чимин. Пак приподнимает брови и отрицательно кивает, потому что ложилась она пораньше из-за сессии по литературе. Ей так хотелось впечатлить учителя, но сейчас походу это уже не важно. — Как прошла сессия?— снова подает голос брюнетка, наблюдая, как Юнги ей улыбается. — Мне очень повезло с Гамлетом, которого я перечитывала по несколько раз, — Мин тянет руку и убирает длинную прядь за ухо,— мне, то есть тебе,— она слегка хмыкает,— поставили пятерку за полный пересказ, трактовку произведения и ответы на наводящие вопросы. — Спасибо,— Чимин освобождает свои руки и быстро обнимает девушку напротив,— большое спасибо, я так тебе благодарна. Она чувствует, как ее в ответ обнимают, и после уже кладет голову на чужое плечо. Она все еще продолжает шептать слова благодарности, а Юнги гладит Пак по спине, успокаивающе. — Ты ела?— спрашивает Мин, чуть отстраняясь от Чимин, что улыбается и кивает. — Да, яблоко перед тем, как ты в дверь позвонила,— она отсаживается обратно и скрепляет руки в замок,— что нам теперь делать? Рыжеволосая внимательно смотрит на то, как Пак сжимает пальцы, и пожимает плечами. — Честно не знаю, но когда я пошла в ванну,— Юнги отводит взгляд и краснеет ушами, а Чимин смущается и еще больше зажимается. После небольшой паузы Мин продоолжает,— короче, у тебя была татуировка на ребрах? Девушка напротив поднимает брови и раскрывает глаза, у нее с роду не было таких. — Так подожди,— Чимин быстрым темпом поднимает белую футболку и смотрит как у Юнги поднимается бровь и в глазах читался вопрос. — Мда, розы, как по-шекспировски,— Мин отшучивается, чуть хмыкая, и касается рукой кожи,— с шипами и одним листом, у меня их было два. Чимин смотрит и опускает футболку, поднимая уже нежно-голубой свитер рыжеволосой. — Но у тебя тоже один лист,— шепчет Пак, проводя длинным ногтем по контуру тату,— может, когда она исчезнет, мы вернемся обратно. Юнги пожимает плечами и грустно улыбается. — Если так, то мы не знаем, из-за чего они будут исчезать, так что надо придумать, как сменить друг друга.— Юнги прикусывает губу и прикрывает глаза, задумываясь о чем-то. — У тебя есть учеба?— Чимин смотрит внимательно, как Мин отрицательно качает головой,— ну у меня сегодня была последняя сессия, давай так,— она наблюдает, как рыжеволосая внимательно смотрит на нее,— ты сейчас позвонишь моему отцу, скажешь так, типа подруга, о которой я ему говорила, спрашивает смогу ли я поехать с ней в Кванжу или Пусан, на твое усмотрение. Кстати можешь сказать про себя, я еще имя ее не упоминала, потом расскажешь, что соберешь чемодан и переночуешь у нее, потому что поезд назначен на завтрашнее утро, думаю папа будет не против, но надо как можно быстрее позвонить, сколько времени? Мин достает свой телефон, что Чимин оставила на кровати, когда уходила на кухню. Она смотрит на тусклый экран и поднимает глаза на брюнетку. — Пол шестого, сейчас я пойду за телефоном, я его оставила в коридоре,— она приподнялась с кровати и быстро вышла из комнаты. Юнги пришла через минуту с трубкой у уха. — Да пап, я уеду только на неделю может чуть по больше, через полчаса приду собрать чемодан, Юнги меня проводит, как раз тебя познакомлю. Чимин поднимает брови, а потом широко улыбается. Мин смотрит внимательно, а потом краснеет ушами, чуть сжимая телефон махрово-серого цвета. — Не думала, что улыбка так выглядит со стороны,— она поворачивается к гардеробу и открывает полку с черными джинсами,— тебе с большинством дырок, с парочкой и цепочками или шорты с диавая? — Давай с цепями, кофту можно я выберу,— Чимин тоже поднялась с большой кровати и подошла к Юнги, кладя подбородок на плечо девушки,— вон та синяя прикольная. Пак протягивает руки к плечикам и снимает светло-синий свитер с бананом в углу спереди и белым английским словом на спине, что как будто стекают, до самого конца. Юнги улыбается и отдает брюнетке штаны, выходя из комнаты, чтобы девушке было комфортнее. Пак смотрит на свое отражение, грустно улыбается и подходит к кровати, оставляя там вещи. Она легко ухватывается за края спальной футболки и приподнимает чуть дрожащими руками. Было неловко смотреть на красивое подтянутое тело , где местами можно было увидеть рельефы и силуэты ребер . Чимин смотрела на тонкие ноги и немного облизывалась, потому что сама все никак не могла такие сделать. Она грустно улыбнулась, смотря на татуировку в отражении, где внимательно рассматривала ее контуры. Вот сама роза, вот пять шипов, и веточка от листочков. Вдруг глаза Чимин расширились. Она быстро выбежала из комнаты в одних джинсах, что успела до этого надеть и в красивом черном бюстгальтере. — Юнги, у нас же был до этого листочек на тату?— она внимательно смотрит на то, как краснеет Мин, но не обращает на это внимание. Девушка напротив, глубоко вздохнув, сосредоточилась и кивнула, она улыбнулась. Обе девушки радостно переглянулись, а потом Мин подгоняла брюнетку, потому что их ждал отец Чимин. Та быстро оделась, находя белые носки под кроватью. Обе поспешили в коридор и, обувшись, вышли из квартиры. Ключи остались у Юнги, а Пак шла за ней, улыбаясь.

***

Они дошли до дома Чимин за пятнадцать минут, за это время девушки узнали друг друга чуть-чуть получше, чем при первой встрече, где они почти не разговаривали. Пак учиться в художественной гимназии на первом курсе, и хочет стать литературоведом, окончила школу с отличием и часто выезжает на море к бабушке. Любит все постельные цвета и порядок в комнаты. Слушает часто что-то из попсы или легкий рок. Часто носит именно платья и обожает придумывать яркие макияжи. Юнги же окончила школу с хорошими оценками и поступила в музыкальное училище, где уже окончила обучение, защитив диплом. Она работает на саму себя, создавая музыку для исполнителей, и иногда прописывая, как где нужно петь. Она иногда любит брать гитару у брата Намджуна, но тот приезжает из их родного города Тэгу настолько редко, что тот остается на месяц как минимум по приезду. Любит слушать что-то тяжелое с ярковыраженным темпом, так же любит иногда посидеть в тишине и рисовать. Не особо любит яркие вещи, но есть куча цветных толстовок от брата, что всегда ей покупал, стараясь разнообразить гардероб девушки. И еще, когда не было вдохновения что-то писать, она садилась на кровать и читала книги, эту привычку переняла от Намджуна, что работал в библиотеке и часто покупал книжки просто так. Они смеялись, пока подходили к ограде личного двухэтажного дома Чимин, от того, что девушка рассказывала некоторые случаи из школы, где у нее были очень хорошие и безумные одноклассники. Юнги смеялась, чуть закрывая рот рукой и мило глаза, Чимин даже не догадывалась, что может выглядеть так мило. На пороге калитки уже стоял не молодой, а скорее зрелый человек, с некой проседью седых волос. Пак чуть было не побежала его обнимать, как обычно делает, но вовремя остановилась, ожидая чего сделает рыжеволосая. Чимин по дороге ей говорила о ее приветствии с папой и, когда девушка нежно обняла мужчину, то довольно улыбнулась, подходя ближе. — Здравствуйте мистер Пак, я Мин Юнги,— она слегка кланяется и улыбается, то как на нее посмотрел отец ей понравилось. Мужчина всем видом давал понять, что Юнги ему нравится, и это очень радовала Чимин в глубине души, хотя она сильно не придала этому значения. — Здравствуй, Юнги, Чимин так много про тебя говорила, проходи,— он открывает железные калитки, рукой приглашая обеих девушек войти.

***

Юнги быстро собрала небольшой чемодан, и они попрощались с родителями Пак. — У тебя такой энергичный отец,— устало говорит Юнги, катая за собой чемодан,— как я встала по этому гребанному будильнику, то он тут же начал мне втирать про ежедневную зарядку, а после накормил блинчиками, я даже не знаю, как он успел после той пятнадцати минутой зарядки что-то еще делать. Чимин рассмеялась и начала рассказывать, как в детстве из-за его инициативы девушка ходила только на спортивные кружки, и только ближе к тринадцати мама отвоевала звание «девочки». Они шли недолго и успели накупить немного продуктов. На часах показывало девять, а обе девушки нещадно устали, что даже не стали разбирать рюкзак. — Давай просто умоемся и пойдем спать,— зевая, говорит Юнги, она спала меньше Чимин, но та была полностью не против такого предложения. Они совместно умылись и переоделись в домашние вещи. Чимин отрыла в чемодане свою пижаму с персиками и довольно одела ее. Юнги же достала из шкафа еще одну спальную белую футболку и, переодев уличное, легла в кровать. Они спали на одной кровати и не жаловались.

***

Чимин на третий день жизни поняла, что так комфортно с кем-то, кроме родных, ей не было. Юнги умело поддерживает разговор, приятно расчесывает ей волосы. Дает себя заплетать, иногда играет на своем синтезаторе и поет, Чимин ей подпевает. Татуировка заметно стала меньше, от нее осталось лишь пять лепестков и один шип. Только из-за чего она пропадает было до сих пор загадкой для обеих девушек. Самое невозможно представляемое, что могла бы предсказать Чимин, случилось. Она потихоньку влюблялась в такую Юнги: открытую, дающую слушать свои творения, смотрящая вместе с ней сериалы, такая добрая и умеющая готовить. Спит она тихо, и обнимается во сне, от этого становилась так тепло.

***

А вот на пятый день она не сдержалась и поцеловала Юнги в щеку, пока та работала с музыкой. Только ей не дали убежать после этого. Она хотела было спрятаться в ванну, но Юнги быстро перехватила ее за талию и посадила на свои колени. — Чимин,— она внимательно смотрит в глаза Пак, а после приближается, мягко целуя губы брюнетки. Чимин ошарашено раскрывает глаза, а после некоторого времени закрывает, полностью отдаваясь Мин на еще один поцелуй. В один миг ногам стало тяжело, а руки мягко гладили чужую талию. Она ощущает руки Юнги на своей шее, хотя точно помнила их ласку на бедре. Она открывает глаза и видит черные, с красивой формой глаза, что смотрят на нее удивленно. Пак тоже внимательно смотрит и начинает смеяться так легко и свободно, потому что Юнги выглядит красиво, она изящна и такая по-королевски утончена. Чимин захотелось всегда видеть ее такой. Юнги через пару секунд тоже смеется и прислоняется лбом ко лбу второй. — Я люблю тебя,— шепчут они одновременно и снова целуются. Чимин счастливо плачет и нежно перебирает чужие губы. Весь оставшийся день они проводят за любованием друг друга и нежными объятиями с теплыми кружками какао с корицей. — Давай посмотрит на тату,— как-то говорит Юнги и они обе идут в ванну. На ключицах обеих по маленькому аккуратному сердцу из лепестков,— розы, все-таки, красивы. Чимин кивает и прижимается теснее к Мин, ощущая тепло в груди от ее мягкой улыбки и черных глаз, с формой лисицы, переполненных нежными чувствами. Чимин это видит и ей так легко, а про ту «Важную сессию» она уже и не помнит. Помнит только то, как на следующий день ей вечером Юнги читает «Гамлета» и рассказывает, как Намджун подарил ей книгу в пятнадцать. Чимин чувствует такой комфорт, что просит отца разрешить ей жить с Юнги, потому что до гимназии совсем недалеко. Но на саму гимназию ей давно уже плевать, потому что ее всё сидит за синтезатором и работает. Пак не удерживается и целует ее, садится рядом с ней и не мешает, наблюдая, как красивые, тонкие пальцы проходятся по клавишам. Девушка кладет голову на чужое плечо и засыпает под приятную мелодию будущей песни.