Rainbows always bloom with the rain

Чимин плетется за Техеном и его идея не нравится блондину все больше. Ким давно говорил о какой-то группе, что хочет провести концерт в одном из клубов их района. Не очень то и хорошего района города. Пак даже удивлен, что какая-то группа хочет провести его у них. Только его друг, что даже специально для этого захотел обновить цвет волос, не слушал Чимина ни в какую. Вообще-то блондину давно надо было понять, что если красноволосому захочется что-то и это даже в неком смысле допустимо, то Кима было уже не остановить. Чимин очень любит своего самого лучшего в мире друга, но пойти на концерт в заглушенный бар, на окрайне города, тем более соврав о возрасте. Да в этот клуб их могут даже не пустить, если попросят паспорта, что Пак обязательно взял с собой. Может, удастся не пойти никуда. Только вот почему-то у блондина есть ощущения, что охране даже пофиг, кто идет в их клуб, лишь бы денег влили достаточно на зарплату. На такие мысли Чимин очень устало вдохнул, принимая заранее поражение в войне. — Да, не бойся, Чим, нас у входа встретит мой друг, он уже совершеннолетний,— весело говорит Ким, предчувствуя вкус алкоголя. Он любит дурачиться по этому поводу, хоть и знает о своей неустойчивости к спиртным напиткам. Так-то они с Чимином будут не в первый раз пить. Пак даже славится в их компании как самый лучший алкаш, которому не страшно несколько шотов высокоградусного. Только блондин не очень стремится гордиться этим умением, данным ему походу от отца. — Так, давай заново, зачем нам туда идти?— предпринимает последнюю попытку отнекаться от предстоящего концерта не в самой лучшей компании. — В «Алую Розу» приедет та группа, о которой я тебе говорил несколько месяцев. Вот вход стоит не очень дорого,— Ким начал загибать пальцы, будто говоря зачем они туда направляются,— я наконец найду повод встретиться с Хосоком,— он загибает второй палец,— мы сможем наконец отметить наш выпуск из школы,— он загибает третий палец,— я уже там был и скажу, что алкоголь довольно-таки неплохой,— следующий палец опять загнут,— и я уверен, тебе понравится их музыка, ты у нас больше по року, чем я, но это боолдежно,— вся рука осталась с загнутыми пальцами. Техен улыбается тому, как Пак бьет по лбу рукой. Блондин же понял, что больше ему ничего не остается, как идти в этот клуб и скорее всего смотреть на голодные взгляды, которые давно не спали с какими-то мальчиками. Потому что все, что знает об этом клубе Пак, так это то, что клуб был не простым, а сборищем геев. От этого его настроение стало еще больше угнетающим. — Да ладно тебе, Чим, все будет заебись,— позитивно хлопает его красноволосый по плечу,— с нами будет Хосок, да и большинство придет на концерт, а не за сексом. Потом он рассмеялся и поторопился к уже видневшейся из-за угла вывеске. Пак смотрел на то, как радуется его друг. Может Техен и ходячая неудача, но очень преданный друг, потому Чимин всегда доверится именно ему, хоть красноволосый и с ебанцой немного. — Тэ, ну хоть подожди блин,— пытается догнать блондин, его черные узкие джинсы, которые заставил надеть Ким, не давали сильно разогнаться, потому он шел быстрым пешим. Ну, старался идти. В следующую минуту, он врезался в кого-то, кто точно не был его другом. Брюнет с чуть кудрявыми концами волос, что был выше него на сантиметров семь-восемь, смотрел на него с безразличием, но чуть отойдя все же немного склонил голову. В его руке была какая-то папка, а в другой небольшой чемодан. — Извини,— парень проговорил это бархатным голосом с небольшой хрипотцой, от которого у Чимина пошли мурашки по коже. Потом блондин замечает нотку заинтересованности в глазах, из-за чего невольно улыбается. Парень одет неброско: красная рубашка с черной футболкой под ней, темно-синие джинсы с одной дыркой прям на коленке и полуботинки из черной кожи. — Тоже извините,— Пак также немного склоняется, потом обгоняет парня и идёт догонять Кима, оборачиваясь и замечая, как парень заходит за дом,— Тэ, ну остановись на минутку. Красноволосый даже его не услышал, уже заворачивая за угол к клубу. В этот момент Чимину вдруг захотелось развернуться, наплевав на мэйк, который они делали полтора часа, на укладку и на ту рубаху, что Техен одолжил на этот вечер. В эту секунду он просто хотел пойти домой, потому что изначально знал, что на том концерте он будет третьим лишним. Техен идет туда налаживать свою личную жизнь с тем самым Хосоком, а Паку там делать нечего. Но Киму тоже хотелось устроить Чимина в чьи-нибудь хорошие руки. Только блондину пока никто не нужен. Его больше волнует вопрос: поступит ли он в художественный, куда подал свои документы? Вот только никто про него не забыл, и Ким собственной персоной подбежал к нему и за руку отвел к этому клубу. — Куда ты собрался?— недовольно бурчит Тэхен, подводя его к темно-бордовой вывеске, с яркими розами и колкими шипами. Чимин обреченно смотрит на улыбающегося ему Хосока, что уже держит билеты. Шатен машет ему рукой и еще шире открывает рот, выкрикивая какие-то шутки. Пак пожелал на этом месте провалится, но его уже поставили перед входом и вручили черный билет. — Тэ, скажи, там хоть мой пляж* есть?— спрашивает Пак, уже думая окунуть в себя пару бокальчиков любимого коктейля. — Не переживай, Чим, я специально спрашивал у бармена, есть он, есть— улыбается красноволосый, уже отпуская друга и входя в клуб, через охранников, показывая билетик. Чон уже прошел, а блондин, вздохнув, тоже вошел внутрь. Бар оказался не настолько пафосным, нежели вывеска. Яркие прожекты разных цветов, стойка с двумя барменами, места со столиками и диванчиками и танцпол, рядом с которым есть сцена. Все в темных тонах, лишь небольшой народ в ярких одеждах, что иногда отблескивают, стоят возле небольшого выступа. Техен же, взяв Чимина за руку, повел к бару, здороваясь со знакомым. — Чим, это Чонгук, я тебе говорил о нем, младше и охренено делает коктейли,— красноволосый ярко улыбается, а Пак лишь кивает, припоминая такие высказывания от друга,— Гуки сделай секси пляж для секси парня и два коктейля как обычно. Чимин лишь фыркнул на Кима, что улыбается мальчишке напротив. Чонгук тоже улыбается и кивает, наливая какие-то алкогольные смеси в шейкер. — Стоп, какой секси парень, Техен!— он бьет парня по затылку,— Пак Чимин,— он протягивает ту же руку бармену и слегка улыбается. — Чон Чонгук,— уверенно кивает шатен, крепко сжимая руку блондина, после возвращаясь к приготовлению коктейлей. Вскоре парень передает высокий бокал с красновато-рыжей жидкостью. Чимин удовлетворенно делает глоток, ощущая чуть сладковатый вкус, уже не так переживая за свое одиночество. У него есть алкоголь. Потом он наблюдает за тем, как Техен уводит Хосока к танцполу, прижимаясь к нему ближе. Пак искренне радуется за друга, допивая свой бокал алкогольного напитка. Потом краем глаза блондин заметил, как на сцену начали заносить инструменты. Чимин тут же обернулся к новому знакомому, чтобы попросить повторить заказ. Парень улыбнулся, уже протягивая еще один алкогольный коктейль. После он снова посмотрел на своих друзей, что уже пьяно целовались, прилипая друг к другу между другими посетителями клуба. Тут Чимин увидел знакомый силуэт. Все та же красная рубашка со спины и темные джинсы, что оказались порваны и сзади. Он одним действием поставил синтезатор на край сцены и потом уже стойку для микрофона. Пак залип, наблюдая за действиями сбившего его парня. Пока Чимин внимательно следил за действиями брюнета, тот успел оглянуться и остановить свой взгляд на нем. Блондин не отводил глаз, сглатывая ком в горле. Он оставил стакан с недопитым коктейлем на барную стойку и пошел в толпу веселящихся людей. Он смотрит в ту сторону, где только что был парень, но никого нет. Потом свет выключается и все обращают внимание наверх. Пак даже сам не понял, как его толпой снесло прямо к середине сцены. Потом прожектор направляет луч света на бас-гитариста, что уже начал понемногу набирать звук, играя на своем инструменте. К нему присоединилось пианино, а второй луч уже красноватого цвета направился на синтезатор. Чимин ожидал там увидеть того парня, но нет, за инструментом сидел кто-то более большой и элегантный. Затем пошли еще две гитары и под конец уже отдавали ритм барабаны. Пак заслушался, музыка была ему отдельно знакома. Следом свет опять выключился и музыка затихла. — Вы готовы блять,— шепелявый голос доноситься из колонок. Вся толпа орет от радости, а Чимин стоит и не может понять, что сейчас только что было. Он отчетливо услышал эти нотки знакомого голоса. А после свет разноцветными лучами загорелся на сцене. Блондин смотрит, как уже в черной кожанке на толпу смотрит тот самый парень. Он вытащил из стойки микрофон и прошел по краю сцены. С боку от Пака раздалось громкое: «Шуга!». А другие вторили в ответ, с названием группы. Чимин же просто наблюдал, как на руках ярко выражены вены, сглатывая ком и стараясь подавить возбуждение от рыка репера. Он был уверен, что парень не вокалист, потому что это громкое рычание далеко от милого пения. Потом началось само выступление и Чимин признает, что Техен не ошибся. Потому что музыканты так четко играли на инструментах, а голос Шуги, как понял Чимин, просто вводил в транс своей быстротой речи и правдивостью слов. Вскоре к нему присоединилась довольная пара из друга и Чона, а блондин до сих пор не отводил глаз от репера напротив. Их взгляды вновь пересеклись, но Шуга лишь хищно улыбнулся прорычал в микрофон и дальше продолжил концерт. Чимин же стоит и невольно сжимает рубаху Техена. — Понравился?— слышится на ухо. Пак оборачивается, встречаясь глазами с Кимом и тут же краснеет, когда рука друга проходит по вставшему члену, легко и непринужденно, потому что оба понимают, что это лишь доказательство слов Техена. — Вижу же, Чимини,— красноволосый хищно улыбается, после смотря на сцену и широко улыбается. Пак оборачивается, Шуга сидит прям перед ним, читает что-то, что не разбирает парень, и смотрит прямо в глаза. Блондин не может оторвать взгляд, забывая, как дышать. Потом он протягивает руку, но быстро возвращает обратно, некая игра с фанатами. Чимин ощущает, как у него краснеет все и становится тесно в штанах. Концерт продолжается.

***

Выходят они все втроем только ближе к полуночи. Техен, веденный за руку Чоном, и Чимин. Чимин, что никак не мог отойти от последнего дерзкого и заинтересованного взгляда и сбитого дыхания в микрофон Шуги. Член все еще стоял, помня данную картину, и как капля стекает под черную майку, потом, когда Пак очнулся, вся толпа разбежалась по танцполу, а группа ушла в гримерку. Тогда блондин снова заказал пляжный коктейль и выпил залпом. Парочка вновь ушла танцевать, но Чимин видел, как сжималась хватка старшего на талии красноволосого. Они же шли впереди Пака, мило икая и смеясь с очередной шутки Хосока. Не успел парень и сделать шаг, как его тянут в подворотню, прижимая к грязной кирпичной стене. — Скажи, как твое имя?— дыша через раз, шепелявит Шуга, прижимаясь к шее Чимина. — Чимин,— теряясь в пространстве, выдыхает блондин, ощущая лишь то, как репер дышит на его кожу. Следующим действием он чувствует, как его еще ближе прижимают к стене и хватают за бедро, сильно сжимая под ягодицами. — Юнги,— тихо произносит брюнет, целуя шею. Чимин тихо простанывает, обхватывая чужие плечи руками и прижимая ближе к себе. Репер кусает, сразу зализывая засос и отстраняется. Целует в губы, углубляя поцелуй. Чимин лишь стонет громче, яростно отвечая и скрепляя в крепкие объятия на шее. Потом он чуть ли не орет, когда Юнги прижимается бедром по стояку блондина. Тогда он кусает нижнюю губу в ответ, слыша тихое рычание. Чимин лишь чувствует, как ему начинают расстёгивать рубаху.

***

После того, как Чимин кончил, он лишь устало держался за брюнета, отчетливо слыша гулкое дыхание репера. Юнги потом помогает ему надеть узкие джинсы и застегнуть рубаху. Пак смотрит на то, как улыбается репер и тоже повторяет такой жест. Только вот он перестает улыбаться, когда брюнет тупит взгляд и чертыхается, походу что-то вспоминая. Брюнет виновато улыбается и выпускает Пака из объятий. — Вообще-то я подошел, чтобы пригласить на свидание,— он слегка отходит и скромно чешет затылок,— Чим, не хотел бы сходит в кафе? А Пак смеется, лишь усердно кивая и затягивая брюнета в объятия. Шуга тут же окольцовывает его талию, прижимая ближе и целует. — Тогда,— он отходит,— давай заново. Я Мин Юнги, двадцать лет, третий курс продюсерского,— он протягивает руку. — Пак Чимин, семнадцать, будущий студент художественного,— пожимает в ответ Пак, сильнее улыбаясь. И его уже не волнует вопрос, поступил ли он в художественный колледж. Так же не волнует вибрация в заднем кармане джинс. Его только волнует сладкая улыбка Мин Юнги и то, что он наверное снова возьмет что-то из вещей друга. Оказывается, он зря не хотел идти сюда, ведь сейчас его за руку ведут домой и обсуждают новый альбом общей любимой рок-группы.