Кто не спрятался, я не виновата!

***

      Кушина Узумаки отлично соответствовала своему клану — она сама живой водоворот эмоций. Её всегда швыряло из крайности в крайность. Если первым желанием было — удавить одного мерзкого старика, то буквально несколько предложений от мужа, и вот она уже рыдает, сжимая в объятиях родного сына. Тот, что показательно, даже не думает вырываться, да и вообще не против составить ей компанию. Минато терпел минут пять, а потом начал успокаивать обоих.       Жизнь у их ребёнка была не сахар, особенно первые лет десять, но виновник уже был найден, а пороть горячку — не в стиле Узумаки. Мастера фуин устраивали многоступенчатые комбинации наказаний. Умели они и быть благодарными. В тот первый вечер Кушина выяснила, кто заслуживает её благодарностей. И если Учиха Юми ей сейчас недоступна, то есть ещё кое-кто, кому она обязана.       Наруто ещё не успел восстановиться после использования Ринне Тенсей и засыпал прямо за кухонным столом. Родители тут же спровадили его до комнаты, куда сонно улыбающийся Джинчурики дошел только благодаря Кураме. И только после этого Кушина решительно поднялась на ноги, и направилась на выход из дома. Минато бесшумно присоединился к ней. Он прекрасно понимал чувства своей жены и не собирался ей препятствовать.       Осенние ночи в Конохе всегда тёмные, но шиноби ли бояться темноты? Для них она лучший друг и союзник. Чета Узумаки неспешно покинула свой квартал, обошла разрушенный центр деревни и свернула на неприметную тропинку. Кушина с удивлением отметила, что, несмотря на разруху в деревне, здесь время словно застыло — тропинка была отсыпана песком, что казался серым пеплом в ночном свете.       Вскоре показался свет огня и деревья резко расступились, открывая взору клановое кладбище клана Учиха. Огонь же горел в Храме, он и служил символом жизни, пока тлеет хоть одна искорка — Клан Красноглазых Демонов будет жить. — Как много… — Прижав ладонь ко рту с болью прошептала Кушина. — Да как они вообще посмели? — Мы разберёмся, дорогая, — Минато положил руку ей на плечо. — Я обещаю. Пойдём, мы пришли к друзьям. — Я надеюсь они простят нас за поздний визит… — Слабо улыбнулась Кушина. — Фугаку не привыкать, — усмехнулся Минато.       Да уж, сколько ночей было проведено в кабинетах, что у самого Минато, что у Фугаку. Кушине и Микото иногда приходилось утаскивать мужей, и даже с применением силы. Намикадзе грустно улыбнулся, останавливаясь рядом с плитой со знакомым до боли именем. — Здравствуй, старый друг…

***

      Той ночью не только Узумаки были на кладбище Учиха. Мадара тоже навестил родственников, вот только он был в более древней части — той, что из ныне живущих знакома только ему, Изуне и Юми. Учиха и сам не знал, зачем он сюда пришёл — все, кто здесь похоронен, умерли уже очень давно. Но всё же ноги принесли его к могиле отца.       Таджима Учиха не был идеалом родителя, Мадара никогда не спрашивал, но сомневался, что его отец бы сразу ответил — сколько у него детей и как их зовут? Когда-то он даже презирал своего отца, тому было абсолютно плевать на свою семью. Главное — внешнее величие Клана.       А вот теперь он сам стал родителем, да ещё и детки у него взрослые и самодостаточные. И вот что ему с ними делать? Глубоко в груди снова шевельнулось то непонятное чувство, когда он прикрыл глаза и представил Юми. — А знаешь, отец, — задумчиво протянул Мадара, присаживаясь напротив камня с его именем. — Я не буду повторять твоих ошибок. Пусть я их не знаю, но ничто же не мешает — просто узнать? Изуна говорит, что любит их. Любовь… Не знаю, я никогда не пробовал, но я точно не позволю никому причинить им вреда. Любой, кто попытается навредить МОИМ детям — сгорит в пламени Аматерасу.       Может ему это показалось, разыгралось воображение или выпитое за ужином саке оказалось слишком крепким, но в шелесте ветра он услышал: — Расскажи… — У меня есть — родная дочь, — словно заворожённый произнёс Мадара. — Ты не поверишь, кто её мать… Мито Узумаки. Я бы и сам не поверил. Она просто вылитая копия твоего младшего сына — Изуны, ты его помнишь? Он тоже жив, и обожает свою племянницу, просто до безобразия. Ты бы от разрыва сердца умер, если бы узнал, что твоя внучка сражалась на войне в первых рядах. Да ещё и что она овладела нашим клановым додзюцу, представляешь? Ты ведь её даже видел, они же тут с Изуной на пару его могилу грабили. Вот кто бы мне сказал, что кто-то рискнёт раскопать могилу моего брата — я бы не поверил. Да ещё и с его разрешения, и при его же участии. Это звучит, как бред? Но, это грёбанная реальность (Жизнь вообще безумная штука — прим. J). Я мечтал закончить все войны, и чуть своими же руками не похоронил собственный клан. А они знаешь что в итоге сказали? Пойдём домой. Вот как, как они так могут? Я же их едва не убил. А Юми? Эта… Эта… Зараза малолетняя! Она же умерла, чтобы спасти — меня! Ты хоть представляешь, какие чувства я испытал — видя, как умирает моё будущее? Она ведь не одна умирала… Как никогда жалею, что у нас не приняты физические наказания для девушек, видит Тенгу (Он видит это гораздо дольше папаши — прим. J) — она заслуживает хорошей трёпки. Это же надо было додуматься — беременной на войну отправиться! И даже то, что она не знала — не аргумент! Вот, что мне с ней делать?       Тишина в ответ была красноречива. — А ведь ещё и сын есть, — пробормотал Мадара. — Вроде как… Не могу же я признаться, что понятия не имею, что такое «генетическая точка зрения»? С этим вообще не понятно, что делать. Он же моему нынешнему телу — ровесник! И вот как я должен найти с ним общий язык? Да я его даже в лицо не видел! — Его в лицо только Юми и видела, — хмыкнул знакомый голос у него за спиной. — Как ты меня нашёл? — Моментально подорвался на ноги Мадара. — Пф… — Выдал Изуна, выходя в круг лунного света. — А куда ты ещё мог пойти, не в бордель же?       Мадара бросил на брата быстрый и острый взгляд, вот только Изуну не проняло. Он за этот год успел обрасти бронёй невозмутимости и смущаться не спешил. — Да ладно тебе, — ткнул Мадару братец. — Не переживай так, всё устаканится, ты только на них не дави. Они к тебе сами придут. Мне вон недели на адаптацию к новым реалиям хватило. Хотя, честно, я ещё не до конца привык к нынешней моде… Помнится, при второй встрече с Юми, она меня тогда Эдо Тенсей призвала, обалдел, когда её в шортах и футболке увидел. Даже сказал… Ммм, а что же я сказал? — Что-то про то, что поможешь ему прятать трупы тех неудачников, — хихикнула за правым плечом Мадары девушка. — А после этого на пару с Енотом пялился на мою задницу! (неплохую такую задницу — прим. G) — ЮМИ! — Взвыл Изуна. — Я 21 год Юми, — пожала плечиками девушка. — Даже уже почти 22, через месяц будет. — Ты-то тут что делаешь? — Мрачно спросил Мадара. — Гуляю? — Предположила девушка. — Беременным положены прогулки на свежем воздухе! — Фух, поймал! — Из соседних кустов словно слон вывалился Итачи с ежом в руках. — Я не знаю, зачем тебе понадобился Ёж в полночь, да ещё кладбищенский, но я его изловил! — Мммм! — Юми тут же уткнулась носом в обалдевшего от такого внимания ежа. — Он так прикольно пахнет!       Вся мужская часть компании растерянно переглянулась, но только Изуна не стал сдерживаться. — Ежик… Ой не могу… — Между истерическими всхлипываниями прорывалось у него. — Понюхать… Ежа! — А ведь это только первый триместр… — Как-то тоскливо пробормотал Итачи.       Несчастного ежа в итоге спас Мадара, и отпустил, пока Итачи успокаивал обиженную девушку, пытаясь объяснить ей, что вообще-то ежики переносят кучу болезней, а вот ей сейчас болеть никак нельзя…

***

Последними в поместье вернулись Сай и Кисаме. Почти незаметно те просочились через двери сада, и если бы не Мадара — на них бы просто не обратили внимания. А так, тот ловко выловил обоих уже на подходе к кухне. — Дочь, это тоже наши? — Уточнил Мадара, заглядывая в кухню.       Юми радостно улыбнулась и кивнула. Кисаме оглядел фронт работ и понял, что с возвращением они поспешили. Сай же никак не мог определиться: падать в обморок или прикинуться дохлым? Тут важно сказать, что в этот момент его за шкирку держал Бог Шиноби, и даже слегка встряхнул. — Батя, отпусти Подкидыша, — попросила Юми. — Он у нас официально живёт, мзду в общий котёл складывает. Кстати, Кушина-сан, вы бы присмотрелись — у него Чернильная Техника на основе фуин, может он больше ваш? — Чернильная Техника? — Тут из кухни выглянула и Кушина. — Это интересно. Юми-сан, а что он у вас такой бледный? — Это он не у нас, — проворчала Юми, отбирая экс-АНБУ НЕ у папеньки. — Это всё нездоровая атмосфера у Данзо.  — Учиха-доно, если я занимаю слишком много места — то так и скажите, — попросил Сай. — Не надо меня никому отдавать! Я сам в общагу съеду! — Что-то мне подсказывает, что у нас тут тоже общежитие, — тихо пробормотал Мадара, глядя как Кушина тискает Сая. — Ну, так получилось, — пожал плечами Кисаме, пристраивая Самехаду на стойку. — Вы тут как, уже освоились? — Пытаюсь, — так же тихо ответил Мадара. — Чего ждать от сегодняшнего вечера? — Да всё стандартно, — клыкасто улыбнулся Кисаме. — Сейчас притащится толпа голодающих — сожрут всё, что не приколочено, а потом на источники догоняться пойдут. (курить куришку, бухать бухашку, и слегка морально разлагаться — прим. G) — Я в кабинет, — тут же представив эту картину, попытался слинять старший Учиха.       Вот только не успел, Юми припахала всех таскать готовое на стол в гостиной, потому как народ подтянется с минуты на минуту. Первыми ласточками стали небезызвестные Енот и Кот, которые закончили дежурство в резиденции, и поспешили убраться оттуда как можно быстрее. — Жесть, — признался Тензо, обнимая всех девчонок по очереди.       Он как-то даже не заметил, что машинально обнял и Кушину-сан, но та не возражала. Енот поглядывал голодными глазами на стол, и Юми только рукой махнула — мол налетай. За ними пришли Иваши с Асумой и Куренай, последние оставили дочку на клан, и впервые вырвались куда-то вдвоем. Завершился сбор Изуной с Генмой и Югао с Хиноко. Насчёт последней долго думали: брать или не брать?       Нет, с одной стороны она по всем правилам уже совершеннолетняя, а с другой, этому Мелкому Гению — всего 14 лет. Парни быстро решили по-мужски — на камень-ножницы-бумага, кто сегодня будет бдить за Мелочью. А то плавали уже, знаем. Им в своё время Юми, а потом и Саске с Наруто хватило. Впервые налакавшийся Учиха навёл такое гендзюцу, что весь корпус до общаги добрался только благодаря Юми и Какаши. На которых оно не подействовало — Слава Ками, а не то фиг его знает, чем бы оно кончилось.       А Хиноко с её личной техникой Игл Чакры, могла устроить массу «приятных» впечатлений всем присутствующим вне зависимости от ранга и возраста. Наруто, как-то рискнул стать добровольцем — так Сакура его на три дня в госпитале заперла.       Если бы среди АНБУ были провидцы, они бы никогда не взяли с собой Хиноко на те посиделки к Учихам. Нет, вечер прошёл нормально, ну подумаешь — залип ребёнок на Мадару. На него все пялились, когда ещё живого Бога Шиноби в хорошем настроении увидишь? Тем более, что Юми специально поставила поближе к папеньке большое блюдо с суши, которые тот любил, так что Мадара, можно сказать, добрый был.       Разведчики обсудили последние сплетни, и таки дождались киносеанса от Изуны. Со списка Сенджу проржались все, особенно Мадара с Юми — вот уж действительно не далеко друг от друга ушли. Правда, на комментарии Тобирамы о замужестве Юми, последняя зависла, зато со стороны Итачи отчетливо полыхнуло Ки, да так, что он даже Мадару переплюнул. Еле успокоили всем гарнизоном, делая акцент на том, что Второго жизнь уже наказала. Всех мало-мальски подходящих куноичи уже разобрали, а кто свободен и адекватен — те сами сбегут. Вон, Шизуне тому пример.       Мадару так вообще угомонила Хиноко, всего одной фразой: — Да Юми его просто в Вечный Плен засунет и пусть он там с Шинигами размножается!       Мадара от такого предложения немного подвис, благо встреча с Шинигами была ещё свежа в памяти, и в кои-то веки резко посочувствовал Покровителю Узумаки. — Не богохульствуй, деточка, — посоветовал Мадара, припоминая мерзкий характер Шинигами. — А то он может и на огонёк заглянуть. — Судя по тем матам, что доносятся из нашего Храма, — доверительно сообщил Наруто. — То не заглянёт — он очеееннь занят… (хоть вазелинчику на алтарь бы возложили — прим.G)       Мадара даже не заметил, как народ плавно перебазировался в частный онсэн Узумаки. Вот как Кушина материлась, узнав, что его АНБУ выкупили — это он хорошо запомнил. Ещё бы — когда увидишь, как у милой девушки волосы дыбом встают, и на 9 частей делятся? И Ки так шарашит, что стайка птичек с дерева упала? Роскошная женщина, повезло Четвёртому.       Но больше всего по дороге запомнилось довольное до безобразия лицо дочери. Кушина, когда узнала, что Юми дочь Мито-сама милостиво разрешила ей оставить у себя фирменную сковородку, к большому сожалению всей мужской части Клана. Мадара тоже был в рядах недовольных, он ещё помнил это страшное оружие в руках Шинигами.       Вот так они и добрались до небольшого частного онсэна. Надо признать, место оказалось очень уютное, а главное — неприметное. Хотя народ по дороге сюда они встречали, многие даже здоровались — похоже, АНБУ не только в масках работают. Особенно внимание доставалось его названному сыну, похоже ещё не все знали о скорой смене в его досье, в графе «семейное положение».       Девушки удалились на свою половину, а парни радостно отодвинули незаметную панель в стене, и аккуратно вытащили оттуда несколько холодных бутылок саке. Мадара удивлённо приподнял бровь, на что Наруто только усмехнулся: — Пара фуин, и тайничок-холодильник — готов! — У девчонок тоже есть, — хмыкнул Саске. — Только у них там вино фруктовое.       На этих словах напрягся Минато — Кушина иногда меру не знает…       Но народ только рукой махнул — у них уже был эпизод с бухим Джинчурики. Наруто пристыженно опустил глаза, но хватило его раскаяния ровно на 2 минуты. Не он один по пьяни чудил, особенно после того, как Сакура из больницы спирта принесла. Правда, потом выяснилось, что это был не совсем спирт, и не совсем медицинский, а какая-то экспериментальная хрень (возможно даже неведомая) из лаборатории Орочимару. И как все выжили-то? Вот в чём вопрос… (главное — что не тентакли отрастили — прим. G)       Кстати, об Орочимару, когда на огонёк приполз Змей никто не заметил, но зато у него состоялся серьёзный разговор с Мадарой. Последнему было очень интересно, где это Змей откопал его кровь, чтобы состряпать Юми? Змеиный Саннин крутился, как уж на сковородке, но пришлось сдавать свои источники. Как Учиха и предполагал — кровь ему Мито передала, собрала с доспехов Хаширамы, после той битвы, в результате которой у Конохи и появилась одна из местных достопримечательностей (хоть и не по пьяни, но тоже эпично — прим. G).       Бойцы Управления «Мути и Жути» неожиданно оказались интересными собеседниками, а ещё кладезем информации. Особенно парень с сенбоном, Мадара даже имя его ухитрился запомнить сразу — Генма. Под видом анекдота, тот мог выдать весьма интересные сведения — только умей слушать. АНБУ-шники не только умели, но ещё могли и практиковали.       А ещё эти сволочи любили делать ставки. Вот как раз сейчас звучали предположения — кто не отмашется от Тобирамы, и что в таком случае подарить несчастной? Самым удачным, по скромному мнению Мадары, была идея подарить строгий ошейник и намордник.       Он уже намеревался опуститься в источник, когда его аккуратно придержал за локоть Асума, даже тут не расстающийся с сигаретой. Сарутоби кивнул на другой край бассейна, и Мадара сообразил, что там выход с женской половины. Пока эта мысль осваивалась с воспитанием вековой давности, послышался смех девушек, которые тоже решили погреться, и вышли из купальни. — Отойди, — успел предупредить Генма.       Но куда там… Конфликт воспитания и реалий организовал Богу Шиноби знатный ступор, поэтому он оказался единственным мокрым, до того как окунулся. А всё из-за мелкого персонального Кошмара Управления, до Чудовища пока не дотянула, да и это место прочно занято Юми (и Наруто не забывайте, да — прим.G). Хиноко с размаху ушла в бассейн бомбочкой, благо глубина позволяла. АНБУ прекрасно знали об этой милой привычке своей оперативницы, поэтому и в воду не спешили — плавали, знают. — Фыр… — Девчонка вынырнула и обернулась к девушкам. — Давайте, залезайте, не буду я брызгаться — обещаю!       Дамы только хихикнули, но спустились по лесенке в бассейн, правда не все. Юми и Сакура остались сидеть на самих ступенях, опустив в воду только ноги. Вода там была теплой, но не такой горячей, как в центре, а парочка беременных куноичи рисковать не хотели.       Парни тоже шустро устроились на любимых крупных камнях, блаженно вытягиваясь в горячей воде. Только Мадара торчал на помосте, как дуб посреди любимого полигона команды №7. Чем неизбежно привлёк внимание мелкой куноичи. Та, уже не скрываясь, оглядела Бога Шиноби оценивающим взглядом, особенно уделив внимание широким плечам, и отчетливо порозовела, когда добралась до края полотенца на мощном торсе. — Юми-сан, — поправив выбившийся из пучка локон, позвала Хиноко. — Да, Соку? — Юми, что до этого тихо переговаривалась с Сакурой, бросала недовольные взгляды на Итачи.       А всё из-за того, что пока девушки принимали душ, Учиха срисовала фигуру Сакуры, и уточнила у той сроки, потому как у Харуно уже начал обрисовываться животик. У самой Юми даже намёка пока не наблюдалось, хотя если очень сосредоточиться, то удавалось почувствовать второй очаг чакры, пока очень слабый, но он был. Оказалось, что сроки у них разнятся всего-то на неделю, вот только старший братец явно не дорабатывал в спальне, поскольку у Сакуры, как и у Анко, ожидалась двойня. Похоже кого-то ждёт серьезный разговор, вместо горячей ночи… Главное фуин на звукоизоляцию поставить — а то ведь все на скандал сбегутся. — А как вы относитесь к идее завести мачеху? — Мило улыбаясь, спросила Хиноко.       На этих словах отмер Мадара, это ещё что за беспредел? Мало ему Орочимару, ещё кандидатки? Вот только к его ужасу, дочь окинула мелкую куноичи лукавым взглядом и выдала: — Сугубо положительно. Но только в том случае, если в результате я получу парочку братиков — минимум! — Отлично, — расплылась в улыбке Хиноко. — Я определилась — выхожу замуж за Учиху Мадару!       Весь присутствующий мужской контингент, женатый и не очень, перевёл сочувствующие взгляды на Мадару. В них читалась разная степень сочувствия и сострадания, вот только Учиха тоже не лыком был шит. Его в прошлый раз в Храм не загнали, и в этот живым не дастся! (крепись мужыг, ты — попал! — прим.G) — Малолетками не интересуюсь, — коротко бросил Учиха, и таки присоединился к отмокающим бойцам. — Зря вы так, батенька, — хмыкнула его дочь. — Молодость это тот недостаток, который быстро проходит! — Тем более, что Пятая почти прямым текстом своих дедуль к нам отправила, — вякнул с другого края Изуна. — А насколько я знаю, Хиноко-чан — джоунин.       Подставы с двух сторон Мадара не ожидал, но если он не отвертится сейчас, то эти двое ему всю жизнь испортят — к прорицателю не ходи! — Я подумаю об этом, лет через 10! — Заявил Мадара. — Какие 10 лет? Ты что, хочешь, чтобы мои братья меня тётей называли??? — Праведно возмутилась Юми. — Поддерживаю, брат, — Изуна, кажется, забыл про инстинкт самосохранения. — Там уже и мои взрослыми будут! — Ладно, — пошел на уступки Мадара. — Лет через 5. — Не, всё равно большая разница получится, — тут уже и Какаши подключился. — Пока найдёшь, пока уговоришь, пока год на традиционные ухаживания, потом свадьба, лет через 8 первого братика получим… — Ну, допустим, искать и уговаривать уже не надо, — хмыкнул Итачи. — Но всё равно долго. Пара лет, не больше. — Вы вообще страх потеряли? — Уточнил Мадара. (заразились от Наруто — прим.G) — Да мы его и не находили! — Хором отозвались все поголовно Учихи. — Через пару лет, так через пару лет, — добавила Хиноко. — Договорились!       Мадара сию реплику проигнорировал. Если что, опыт сбегания из деревни у него уже был, а там глядишь — само рассосётся… Во взглядах всех присутствующих так и читалось, что Учиха не отвертится от заказа на двух братиков, но тот решительно от них отмахнулся, притягивая к себе поднос саке.

***

      Всё хорошее рано или поздно заканчивается, закончились и спокойные деньки в квартале Учиха. Всё мужское население мобилизовали на стройку деревни, особенно спрос был на шиноби со стихией Земли, но и остальным работы хватало. А где стройка, там и вечные травмы — Сакура вернулась в госпиталь, но больше не брала суточные дежурства. Юми призвал Шеф, бумажной работы было чуть больше, чем дохрена. Анко отправили в полевую Академию, гонять малышню — и при деле, и опыта наберётся.       Юми таки накатала то самое послание для Дайме страны Воды, где вежливо попросила срочно найти замену Пятой Мизукаге, в связи с её скоропалительным замужеством и предстоящим материнством. Для придания скорости в решении этого вопроса, она сообщила, что её любимый папенька подумывает вспомнить молодость и посетить места боевой славы, на пару с Джинчурики Девятихвостого — тот очень хочет навестить могилку одного небезызвестного Нукенина, с которым недавно встретились его сокомандники. Ну, просто, чтобы проверить — удобно ли Забуза там лежит?       А то, что Забузу и Хаку Юми с Какаши в своё время на чёрном рынке загнали — Дайме Воды знать не обязательно…       Мадара, которому этот опус показал Какаши, только поржал, но владение дочерью искусством деловой переписки — оценил.       Цунаде бы тоже не отказалась от Юми, с её навыками коммуникации, но Учиха на предложение поработать в канцелярии Хокаге только равнодушно пожала плечами: — У каждого Хокаге свой Секретарь, вот если меня устроит ваш Приемник, тогда я и подумаю. (то самое ей на воротниковского — прим.G)       Сенджу только тихо выругалась, но не могла не признать правоты Учихи. У той ведь тоже дел хватает. Шеф снял Юми с оперативной работы, выделил уютный светлый кабинет с мягким креслом, и затарил шкаф травяными чаями, которые разрешила Харуно.       А спустя пару недель, Шеф вообще выкинул финт ушами. Собрал весь гарнизон и офис в конференц-зале и, выдержав длинную паузу, заявил: — Устал я ребятки, ухожу… Мне на смену приходит новое поколение. Поколение тех, кто может сделать больше и лучше.       Если отвисшие челюсти оперативников успешно скрылись под масками, то весь офис во главе с Ибики стоял в полнейшем ахуе. Юми так вообще на ногах не удержалась, спасибо Еноту, тот стоял ближе Итачи и успел подхватить боевую подругу, пока та не шмякнулась на пол. — Шеф, ну нельзя же так резко! — Выдавила Учиха, после того, как ей сунули под нос нюхательную соль. — На кого же вы нас бросаете? Мы же Гарнизон Раздолбаев! (скорей Распиздяев, причем полных — прим.G) Да мы вообще кроме вас никого не боимся! — Ну, ещё комендантшу, — тихо добавил Хомяк, под утвердительный кивок Сокола. — Кстати, об этом, — хмыкнул Шеф. — Итачи, снимай маску.       Учиха даже шаг назад невольно сделал, но под тяжелым взглядом Шефа всё же собрался и снял маску, как и велели. Командующий протянул руку, и Итачи вложил в неё свою маску, простую белую в форме кошачьей морды с одним красным треугольником на лбу. Шеф на мгновение задержал на ней взгляд, а затем пустил разряд чакры, безжалостно разбивая закалённый фарфор.       У всех присутствующих просто не находилось слов, они смотрели на это действие круглыми глазами, и не спешили подтягивать челюсти. А Шеф тем временем развязал небольшой свёрток, который до этого мирно лежал на столе. Им оказался такой же плащ, как у него самого, а в него была завёрнута новая маска.       Она тоже была по форме Кошачьей, только куда детальнее прорисованная и изящнее выполненная. Если прошлую маску Итачи можно было обозвать довольным кошаком, то этот был из Бойцовской Породы. Три красные полосы на лбу, по три уса с каждой стороны щек, оскалившиеся клыки — с таким Котом лучше не связываться. (тюремщики из «Форт Боярд» принимают его как родного — прим. J) — Я взял на себя смелость попросить Госпожу Кушину выполнить её, — произнёс Шеф, протягивая новый атрибут формы Итачи. — Каюсь, пришлось сказать ей, для кого она… — Я… Шеф… Я не могу! — Попытался отмазаться от такой радости Итачи. — Куда ты денешься, родной? — Ласково проворчал ещё действующий Шеф. — Мы уже всё обсудили, думаю ни для кого тут не секрет, КТО станет Шестым Хокаге?       АНБУ дружно помотали головами, ещё бы Разведчики такой информацией не владели. — Так вот, вообще-то существует традиция, Новый Хокаге — Новый Шеф, — продолжил Шеф. — Но Цунаде всё устраивало, да и время было непростое. А сейчас всё удачно совпало. Думаю, что под руководством Кошачьего Прайда (скорей мафии — прим.G) — Коноху ждут новые времена. — Это большая честь, — всё же выдавил из себя Итачи, опускаясь на одно колено и принимая маску. — Владей, и не вздумай меня разочаровать! — Грозно заявил Командир, когда Учиха поднялся на ноги, а он сам снял с себя плащ. — Командир уходит. — Да здравствует Шеф! — Гарнизон тут же вытянулся по стойке смирно, и произнёс ритуальную, но изменённую фразу.       Итачи медленно приложил новую маску к лицу, и впервые посмотрел сквозь прорези на теперь уже своих бойцов. Гордый строй Зверюшек всех мастей, так и стоял дожидаясь команды «Вольно», которую он не задумываясь им и отдал. — Ну вот, — довольно протянул экс-Шеф. — И вовсе это не страшно, правда же?       Учиха с трудом подбирал слова, у него ещё в голове не уложилось его новое назначение, но народ видимо почувствовал раздрай нового командира и поспешил очистить конференц-зал. Они и так терпели почти полчаса, им срочно нужно это обсудить! — Пойдём, — махнул рукой экс-Шеф. — Покажу тебе, где у меня что лежит. Хотя, если что, твоя невеста знает это даже лучше, чем я.       Итачи слабо улыбнулся под маской, но пошёл вслед за уже бывшим командиром. — Вы нам так и не скажете, кто вы? — Спросил Учиха, когда они вошли в теперь уже его кабинет. — Нет, — покачал головой бывший АНБУ. — Тех, кто знал меня, как шиноби — уже давно нет в живых, а вам оно и не надо. — Вот, значит почему, никто из нас не знает, кто вы, — протянул Итачи. — Не совсем, — покачал головой старший шиноби. — У твоей маски есть несколько дополнительных фуин, ребята знают кто ты, но стоит тебе её надеть, как они классифицируют тебя только как командира, без имени, возраста и прочего… — Ну, хоть подсказку дайте! — Усмехнулся Итачи. — Вы ВСЕ меня знаете, — хмыкнул экс-Шеф. — И если сможете догадаться… Что же, тому кто первым это сделает — выдай бутылку из вон того сейфа.       Итачи пришлось довольствоваться этим. Бывший командир быстро рассказал: что, где, как, зачем и почему, а после этого покинул кабинет, прихватив возвращённый Узумаки фикус — нестандартно, через дверь. Оставив нового Шефа принимать и разгребать дела, что остались ему в наследство. Итачи не долго думая, вызвал на помощь Юми и убедился в словах экс-командира. Кошка говорила с ним исключительно на «Вы» и обращалась «Шеф», впрочем, долго Итачи это проверять не стал.       В конце концов, почему бы не пополнить список интересных мест — кабинетом Главы АНБУ? Юми была всеми конечностями только «За».