Когда демоны пробуждаются

      Огонь полыхал ярким пламенем, разгоняя ночную мглу. Тёплый ветер кружил с ним в танце, не давая потухнуть. Очередное селение вновь было почти полностью разрушено, проснувшимися в эту ночь демонами. Мирные жители, которые не успели укрыться в безопасном месте, сейчас, вместе с отрядами Анбу и шиноби, украшали горящие развалины, лёжа в лужах крови. Кроме них, вокруг больше никого не было. Лишь маленький мальчик, лет шести, стоял перед своим домом, поглощённым языками пламени, рядом с которым расположились истерзанные тела его родителей.

***

      Утреннее солнце озарило комнату, слепя через закрытые веки. Приоткрыв один глаз и поняв, что спать дальше не получится, Саске сел на постели, вспоминая, что же так мучило его во сне, вызывая какой-то необъяснимый, детский страх. Изрядно измучив сознание, пытаясь догнать смутные, ускользающие картинки, но, так и не сумев этого сделать, он подумал, что раз не запомнил и вспомнить не может, значит это не особо важно. Потому, потянувшись, все ещё сидя на постели, он кинул взгляд на часы. — Чёрт, — досадно выдохнул он. — Опять опаздываю. Итачи снова будет мне лекции читать. Хотя, когда меня это волновало? — усмехнулся Учиха своим противоречивым мыслям и, встав с кровати, направился в душ. Минут через пятнадцать, освежившись, он облачился в стандартную форму Анбу, состоящую из чёрной экипировки, защитного жилета, металлических нарукавных пластин, перчаток и фарфоровой маски в виде лиса, которую украшали чёрный перевернутый треугольник на лбу и три полоски такого же цвета в районе щёк. За спиной, вместо меча Анбу, который использовался ранее, по обыкновению, прикреплён клинок Кусанаги. Саске быстро позавтракал и направился на собрание, надеясь, что старший брат будет в хорошем настроении.

***

      Саске Учиха — двадцатилетний шиноби военного формирования Анбу деревни Скрытого Листа (именуемой Конохагакуре) из клана Учиха. Вернее, из того, что осталось от клана. На протяжении нескольких десятилетий, клан Учиха, на ряду с кланом Хьюга, был большим и уважаемым в деревне, состоящим из одарённых и сильных шиноби. Однако после нападения демонов на Конохагакуре четырнадцать лет назад (первый раз за эти четырнадцать лет с их последнего визита), клан понёс значительные потери. Большая часть его сил была направлена на устранение одного из сильнейших демонов, относящегося к виду Они, Акиры и его ученика, имя которого так и не удалось выяснить. Единственное, что о нём знали: в своей самой страшной для людей форме, он покрывался оранжево-красной пеленой, которая образовывала девять хвостов за его спиной и в целом очень сильно напоминала лиса. Из-за такой необычной способности, его прозвали Девятихвостым Демоном — Лисом. Его же учитель — Акира, славился своей живучестью и невероятной жестокостью. Акира был намного кровожаднее всех демонов. Он не отступал, пока не разрушал до основания, пока от человека не оставалась каша из сломанных костей и внутренностей, а в то время как другие Они, чаще всего, умирали от расчленения их клинком Кусанаги, отрубленные части Акиры, вплоть до половины тела, прирастали обратно.       В этой кровавой, ужасающей своим масштабом, схватке, сопровождающейся взрывами огненных шаров, звуком разрезающих воздух лезвий, криками людей и падающими замертво ниндзя, окрашивающих землю алым, был не понятен дальнейший расклад событий. Демон с учеником убивали одного за другим, особо не напрягаясь, а Учихи вновь и вновь выступали против них, применяя свои сильнейшие техники, периодически нанося им ранения, и пытаясь лишить их головы. Шиноби выкладывались в полную силу, медики старались спасти всех, кого еще возможно было, казалось, ещё немного и вот она, долгожданная победа, но, увы.       В эту ночь, как и во многие другие, победу одержали демоны. Они ушли, громко смеясь, полностью удовлетворённые сегодняшним шоу, а лежащая в руинах Конохагакуре, ещё долго оправлялась от этой бойни.       Сама деревня, конечно же, отстраивалась, но вот численность населения, и мирного и военного, которая сократилась в несколько раз, восстановить было не так просто. Ударом для многих стало известие о том, что глава клана Учиха вместе с его женой были жестоко убиты. Траур по погибшим длился неделю, если не больше. Боль и отчаяние отразились в глазах людей, страх заполнил воздух, делая его нестерпимо тяжёлым, казалось, даже дышать стало труднее, будто при каждом вдохе сдавливало рёбра до хруста костей, а при выдохе легкие хотели покинуть тело вместе с углекислым газом.       Несколько месяцев в Конохагакуре действовал первый уровень тревоги, все шиноби были подключены к отрядам Анбу для помощи, а все их миссии были отклонены. Деревню накрыло волной беспокойства. Люди были настолько подавлены, что боялись покинуть дома даже в дневное время, улицы опустели, и лишь через несколько месяцев волнения в деревне утихли. Нападений не происходило, уровень тревоги был понижен до второго, а ещё через полгода, тревогу сняли вовсе. Ниндзя вернулись в привычный режим работы, Анбу продолжали патрулировать границы деревни, некоторые отряды были направлены следить за обстановкой в других селениях Страны Огня (в которой и находилась Конохагакуре), а также в другие страны, чтобы узнать, как у них обстоят дела, продумывали новые стратегии. За прошедшие года спокойной жизни, о которой в ту ужасную ночь мечтали все, жители Конохагакуре уже и забыли то отчаяние, боль от потери близких, те горы едва распознаваемых тел и разруху и были, от чего-то, уверенны, что такого больше не повторится.

***

      Саске, наслаждаясь прекрасным прохладным утром, не спеша шёл до здания бывшей Военной Полиции Конохагакуре, решив прогуляться. Несмотря на раннее утро, в деревне уже бурлила жизнь. Запахи вкусной еды и выпечки заполняли улицы, тут и там резвились дети, шиноби спешили на задания. Погода радовала ярким солнцем, ласково согревающим своими тёплыми лучами всех, кого касалось, пели птицы, кружа над домами, а затем улетая высоко в небо. Мимо Учихи пробежали дети, весело смеясь и, кажется, играя в какую-то игру. «Какие они ещё беспечные, » — с улыбкой под маской подумал он. — «Я должен защитить их детство, чтобы им не пришлось пережить то, что пережило моё поколение, что пережил мой брат, » — с твердостью в голосе приказал он сам себе.       Как бы хотелось забыть об опасности демонов хотя бы на месяц и просто пожить, не беспокоясь о том, что следующим утром ты уже не проснёшься, не пройдёшься по этим, до боли родным, улицам деревни и не увидишь всех, кто был тебе дорог и кому был дорог ты.       В раздумьях о будущем, Саске дошёл до пункта назначения. Подойдя к нужной двери, за которой находился кабинет собраний, он сначала хотел сразу распахнуть дверь и войти, как делал это всегда, но в последний момент отдернул руку, решив, что в этот раз, лучше пересилить себя и все- таки, постучать. Так он и поступил. — Войдите, — совершенно спокойно, словно совсем не заинтересованно в происходящем, сказал капитан Анбу. — Привет, — не церемонясь и никак не извинившись за свое опоздание, Саске поздоровался, с гордым видом прошёл и сел на своё место, сняв маску. — Ты снова опоздал, — с досадой и щепоткой осуждения констатировал факт Итачи, — Который раз за этот месяц? — не повышая тона и никак не выказывая недовольство, процедил он. — Не знаю, не считал, — подставив руку под голову и смотря куда-то в сторону, но не на старшего брата, сказал он как по шаблону, не уделяя должного внимания замечанию капитана. — Раз десятый? — не задумываясь, ответил он. — Если бы десятый, — выдохнул Итачи и, выдержав небольшую паузу, сказал, все тем же спокойным голосом. — Я уже свыкся с тем, что ты не прислушиваешься ко мне как к капитану, но как к главе клана, будь добр, имей больше уважения.

***

      После смерти Фугаку и Микото, советом было решено сделать главой клана старшего сына бывшего главы — Итачи, не смотря на то, что ему тогда было одиннадцать лет. В то время и не разделяли, ребёнок или взрослый, его признавали гением клана, а значит, должен справиться. И он справлялся, в тринадцать став ещё и капитаном Анбу. С того момента, решения по обороне Конохагакуре от демонов и их уничтожение, фактически, полностью легли на клан Учиха, как потому, что большая часть Анбу состояла именно из них, включая капитана, так и потому, что этот клан единственный, который с момента нападения демонов, своей специализацией сделал их изучение и устранение. За то долгое время, что демоны продолжали терроризировать людей, клан Учиха отмечал все: от их самых сильных сторон, до слабостей, их разновидности и иерархическую систему и разрабатывали все новые и новые способы обороны и нападения. Они знали о них больше, чем кто-либо, но все же недостаточно, чтобы полностью решить эту проблему.       В Конохагакуре сейчас действуют две группы военной силы: шиноби и Анбу. Шиноби занимаются выполнением миссий, обеспечивая деревню безопасностью от преступников (если такие появляются в это непростое для всех время), а также деньгами. Основной же задачей отрядов Анбу, является охрана деревни и страны в целом от демонов и их ликвидация. В приоритете — информация о причинах нападений, так как Пятая Хокаге — Цунаде Сенджу, хотела решить этот вопрос мирным путем. Раньше в Конохе существовала ещё и Военная Полиция — правоохранительная организация, целью которой было поддержание правопорядка в деревне, которой управляли Учихи. С начавшимися нападениями демонов, надобность в Военной Полиции отпала, так как, непорядки в селении из-за этого мгновенно сошли на нет, и она была расформирована.       Здание бывшей Военной Полиции Конохагакуре было переоборудовано под штаб Анбу. По периметру участка, на котором он находился, действовала техника, созданная лучшими членами Анбу, не позволяющая видеть и слышать, что происходит внутри. Преодолевать этот, так называемый, барьер могли только Анбу, так как он реагировал на спиралевидную татуировку на плече, которая имелась только у членов формирования и, подделать которую было очень не просто. Поэтому на территории штаба, Анбу могли спокойно ходить без масок и называть друг друга настоящими именами, за его пределами, они перемещались исключительно в масках и использовали кодовые имена (лишь сами Анбу, некоторые Джонины и Хокаге, знали, кто за ними скрывается). Исключение составлял выходной, когда Анбу были одеты не по форме. Это формирование стало почти полностью автономным, и действовало по решениям капитана, но, конечно, Пятая Хокаге, все же, была в курсе обо всех их планах и действиях, и лишь в исключительных случаях, отдавала приказ через капитана, а так же попросила лидеров отрядов докладывать лично ей все, что связано с безопасностью деревни.       Под командованием Итачи, Анбу несколько раз удалось поймать, скрывающихся среди людей, днём демонов, но допросы о том, почему они стали нападать на людей, не дали результата и все пленные были устранены.       Да, когда — то, люди и демоны сосуществовали в мире. Некоторые даже помогали им в чём-то, например, Они, защищали их от другой нечисти, стоящей ниже демонов. Разумеется, были и те, кто не хотел подчиняться такому строю, ведь считали себя выше всех существ, а значит, с чего это они должны мириться с такими слабыми соседями? Но таких демонов либо переубеждали, либо устраняли по договорённости. Однако, несколько десятков лет назад, они начали без разбора, нападать на определенное селение, в любой стране, не только в Стране Огня. Поначалу это происходило довольно редко и не так масштабно, но со временем, нападения участились, а ущерб, который они наносили, увеличивался в геометрической прогрессии. Многие пытались, но так и не смогли выяснить причину такого резкого изменения демонов в отношении к людям. Разборки продолжаются, и по сей день.

***

      Саске, продолжая смотреть куда-то в сторону, предпочёл проигнорировать эту ни то просьбу, ни то приказ старшего брата. — После собрания задержишься, — твердо произнес Итачи и хотел уже продолжить объяснять план на сегодня, но Саске не дал ему этого сделать, возразив: — Ещё чего, у меня сегодня много дел, я не могу терять и пары минут, — также отстранённо проговорил младший Учиха. — Это приказ, возражения не принимаются, — отсекая дальнейшие возгласы, донёс он до брата. Саске на это лишь как-то неоднозначно хмыкнул. Удовлетворившись и этим, Итачи продолжил: — Прошу прощения, продолжаем, — извинился капитан перед другими лидерами отрядов, которые невольно стали зрителями их небольшой перепалки. — Итак, поскольку Шисуи сейчас на задании в другой стране, Саске, сегодня ты будешь временным лидером второй группы патрулирования. Думаю, что делать, ты и сам знаешь. — Конечно, знаю, — не без тени гордости ответил младший Учиха. — Хорошо, раз так, — сказал Итачи, разъяснив ещё несколько моментов. — Все получили свои задания на сегодня. Они должны быть выполнены, но помните, не теряйте бдительности. Как вы все прекрасно знаете, некоторые демоны и днём не прочь посетить нас. Если встретите таковых, действуйте согласно закону «О демонах». Свободны, — закончил капитан Анбу, ожидая, когда лидеры выйдут, чтобы поговорить с младшим братом наедине. Когда в кабинете остался только Саске, он начал: — Саске, что с тобой происходит? — ровным тоном, сидя за столом и, облокотив на сплетённые в кулак руки, голову, спросил он. — Ничего не происходит, — не желая продолжать уже знакомый ему разговор, грубо отрезал Саске. — Я же вижу, что происходит, ты просто не хочешь мне говорить, но как я тебя пойму в таком случае? — мягко, стараясь не давить на него, произнес Итачи. — А я и не просил тебя понимать, — вскочил со своего места Саске. — Я просто выполняю свою работу, как и положено. Вот и ты выполняй свою и не лезь ко мне! — прокричал Саске так, что, наверно, его услышали все, кто находился сейчас на территории штаба.

***

      До той роковой ночи, Саске был довольно добрым и жизнерадостным ребёнком, любящим своего брата и стремящимся не отставать от него по силе, но со смертью родителей, он замкнулся в себе, что-то в нём, словно щелкнуло и сломалось, мир потерял привычные очертания. Итачи был занят делами клана и Анбу и не всегда мог уделять достаточно времени брату. Саске все также любил его, но какая-то обида, затаённая ещё с детства, не давала его разуму стать выше чувств. Он был неглупым и понимал, что у Итачи не было особого выбора в сложившейся ситуации, но сердцем он чувствовал, что был брошен и предан и, увы, не только братом. Это состояние неопределенности, потерянности закрутило Саске в какой-то водоворот, не понимая, отчаяния, темноты, поглощающей с головой, и его психика была расшатана. Он перестал себя контролировать так хорошо, как раньше, мог быть милым, дружелюбным и общительным, а потом внезапно сорваться, нагрубить и даже ударить кого-нибудь, впоследствии сожалея о содеянном. Но, что самое интересное, так это то, что такая нестабильность Саске в большей мере проявляется только при взаимодействиях его со старшим братом, не касающихся работы. Итачи заметил перемены в его поведении слишком поздно и всеми силами пытался, и до сих пор пытается, наладить отношения с ним, но пока что, безуспешно.

***

— Хорошо, — видя, что сейчас Саске, как никогда не готов говорить на эту тему, выдохнул капитан. — Собирай группу, и заступайте на пост. Можешь идти. Саске сразу же развернулся на пятках и рванул к двери. Бросив на брата непонятный взгляд через плечо и, ничего не сказав, хлопнул дверью. Как только он вышел из здания, его окликнули. — Саске-кун! — розоволосая девушка в такой же форме Анбу подбежала к нему. — Как прошло собрание? — интересуясь больше самим собеседником, нежели собранием лидеров, спросила она. — Итачи снова пытался меня понять, но в остальном не плохо, Сакура — стараясь не обращать внимания на её навязчивое поведение к которому, он давно уже, вроде, привык, ответил Учиха. — Ты бы поговорил уже с ним нормально, объяснил всё. Он все — таки твой брат, он переживает за тебя, — с явным беспокойством, в который раз, посоветовала она. — Да-да, обязательно, — как всегда отмахнулся Саске. — А тебе не пора, разве, приниматься за работу? Я слышал, что в госпитале много больных, медики не справляются и вас с Ино попросили помочь, — желая поскорее закончить этот разговор, напомнил он. — Вообще-то нам и правда уже пора, Сакура, — подошла к ней подруга, положив руку на плечо. — Идём. — Хорошо. До встречи, Саске-кун, — стараясь скрыть, от чего-то, взявшееся смущение, сказала она. — До скорого, Саске, — бросила Ино и они обе моментально растворились в воздухе. Как только это произошло, Саске, наконец, увидел своих подчинённых на ближайшие сутки. Они что-то бурно обсуждали с ребятами из другого отряда. — О чём болтаете? — поинтересовался младший Учиха. — Ли вчера опять по ошибке выпил саке и пристал к невинной официантке, расхваливая перед ней свою «силу юности»! — сквозь смех, трясясь, объяснил Киба, — Даже чуть бар не разнёс, решив продемонстрировать весь свой потенциал в драке с таким же пьяницей! Хорошо, что мы смогли вовремя его остановить и увести оттуда. — Да нет же, я не мог! — выкрикивал Ли, пытаясь как-то себя оправдать, но все знали, что это правда, от того, наблюдать за его отчаянными попытками внушить всем обратное, было забавно. — Кстати, ты бы сходил и извинился перед ней, у девочки, наверно, такой стресс после всего произошедшего, — твердо сказала Тентен своему напарнику. Ли лишь рассеянно посмотрел на неё, все ещё не веря в рассказ ребят о его вчерашних приключениях. — Вон оно что, — скрывая непрошеную улыбку, прокомментировал Саске. — Я обязательно доложу твоему лидеру о неподобающем поведении его подчинённых, — отпустил шутку Саске, на что Ли сразу же подлетел к нему и в умоляющей позе прокричал: — Нет, Саске — кун, умоляю, не говори ему, я больше никогда так не буду! — со слезами на глазах умолял он. — Я подумаю над этим, а теперь, забирай Тентен и, тоже приступайте к работе, — голос никак не дрогнул, но про себя Саске смеялся даже громче, чем Киба. — Есть! — послушно кивнул Ли и они вместе с Тентен мгновенно удалились. — Отлично. Итак, вторая группа патрулирования, сегодня, как вам уже, возможно, сказали, я ваш временный лидер, — чуть громче обычного проговорил Саске. — Схема стандартная, сменяем первую группу на постах и патрулируем границы и окрестности деревни. Не знаю, какое построение было у вас при Шисуи, сегодня я расположу вас так, как считаю нужным. Хината и Неджи на вас главные ворота, — красноречиво посмотрел он на названных. — Есть! — одновременно отозвались кузены. — Шино — восточные ворота, — посмотрев на Шино, продолжил Саске. Шино в ответ лишь кивнул. — Киба и Акамару — западные ворота, — так же посмотрев на Кибу, проговорил Саске. — Поняли, можешь не переживать, никто не ускользнет от нас! — провозгласил Киба. — Надеюсь. Я буду периодически приходить к вам на точки, чтобы услышать доклад о том, происходило ли что-то в этот отрезок времени. Если что-то срочное, незамедлительно сообщите об этом мне или любому другому ниндзя, будь-то Анбу или шиноби высшего ранга. Всем всё ясно? — Да! — хором отозвалась группа патрулирования. — Тогда приступайте, — с этими словами, его подчинённые тут же разбежались по точкам.       Как только они ушли, Саске расслабленно выдохнул и посмотрел на небо, глазами, полными печали и решимости, которыми он смотрел на мир вот уже четырнадцать лет. Этот взгляд, знающий, чего хочет, но не сумевший полностью заглушить тоску, отчаянно старающийся казаться твёрдыми и угрожающими, выглядел, скорее, очень болезненно. Саске всеми силами старался это скрыть, и ничего не выдавало его душевную боль против его воли, кроме этих черных, как смоль, глаз. Собравшись с мыслями, он хотел уже двигаться дальше, как вдруг почувствовал за своей спиной неприятный запах. Учиха сразу понял, что это и от кого он исходит. — Шикамару, ты опять куришь прямо перед штабом? — раздражёно сказал Саске, оборачиваясь в его сторону — Просил же, не делать этого здесь. — Извини, Саске, ничего не могу поделать, — несколько лениво убирая зажигалку, подаренную ему его сэнсэем и бывшим командиром, ответил парень, — Слышал, ты сегодня с патрулем? — Да, Шисуи на миссии, вернётся, скорее всего, завтра. В крайнем случае, послезавтра. Что насчёт тебя? — Цунаде сказала, что у неё есть пара кандидатов в Анбу, меня назначили их посмотреть — с досадой проговорил парень. — Ясно, не часто Пятая сама лично просит кого-то просмотреть. Последний раз, на моей памяти, рекомендованными в Анбу самой Хокаге были мы, — на мгновение задумался Саске, а потом опомнился. — Кстати, а где Чоджи? — На миссии, помогает отцу, как простой шиноби, должен скоро вернуться, — выдувая очередное облако дыма, ответил Нара, никак не прокомментировав замечание Учихи. — Если увидишь его, передавай привет, а сейчас извини, меня ждут дела, — стараясь проявлять дружелюбие и даже сумев выдавить что-то на подобии улыбки, собрался прощаться Учиха. — Обязательно, удачи. — Взаимно, — с этими словами, Саске преодолел барьер и скрылся. — Ну что за странный парень, — проговорил Шикамару, глядя в чистое голубое небо, по которому лениво плыли белые пушистые облака.

***

      Харуно Сакура, Яманака Ино, Рок Ли, Тентен, Хьюга Неджи, Хьюга Хината, Инузука Киба, Абураме Шино, Нара Шикамару, Акимичи Чоджи, Сай — эти ребята стали спасательным кругом для Саске, не дав ему с головой погрузиться в пучину одиночества и безумия, которые как хищник, уже готовились перегрызть ему глотку, утянув за собой, не давая и шанса на возращение. Они были одноклассниками в академии (кроме Неджи, Ли и Тентен, с ними ребята познакомились на экзамене на ранг Чунина и довольно быстро сдружились), но Саске редко обращал на сверстников внимание. Ему больше было интересно общество его старшего брата и тренировки, которые должны были ему помочь догнать Итачи и услышать похвалу от отца. Однако, когда Саске был подавлен из-за того, что брат, в такое трудное время, оставил его, ребята пришли его навестить. Всячески пытались развеселить Саске и убедить, что всё будет хорошо, что всё итак хорошо, что брат всё также его любит и заботится о нём. Тогда Саске посмотрел на них по-другому, после этого неожиданного визита, после общения с ними, в груди разлилось что-то тёплое и светлое, на мгновение перекрывшие тьму. Он понял, что хоть брат и «отвернулся» от него, у него есть его одноклассники, которых Саске уже уверенно может и называет своими друзьями и очень благодарен им за всё, что они для него сделали и продолжают делать до сих пор. Но та бездна, все же, не до конца отпустила Саске, оставалось ещё что-то, что держало его в состоянии отрешённости, что-то, что было важным, но за целью изменить этот мир, забылось.

***

      Распрощавшись с Шикамару, Саске, проверив подчинённых на точках, направился к Пятой, доложить, что вторая группа патрулирования сменила первую и заступила на пост. Он шёл, не обращая ни на что внимания, в первый раз серьёзно задумавшись над советом Сакуры. «Всё ему объяснить? Ха, сказать то просто, но как? С чего начать? Я ведь совершенно не умею выражать свои чувства, » — мысли вертелись в голове Саске с бешеной скоростью, продумывая все возможные варианты, а его шаг, почему-то, начал ускоряться.       В раздумьях, он не заметил, как столкнулся с человеком. Учиха влетел в него с такой скоростью и силой, что бедняга, не удержавшись, упал ему под ноги. — Ай-яй, — простонал незнакомец, потирая ушибленное место. — Прошу прощения, я не заметил вас, задумался, — объяснился Саске и протянул незнакомцу руку, чтобы помочь ему встать, быстро осмотрел его. Это был мужчина, лет тридцати, среднего телосложения и со шрамом на лице неизвестного происхождения. Выглядел устало и очень потрепанно. — Да ничего страшного, я сам виноват, вечно куда-то спешу, не глядя по сторонам, — пробормотал мужчина, как бы ругая сам себя. Увидев протянутую руку, он уже хотел принять её, но в момент проскользнул по ней взглядом вверх и от чего-то поменялся в лице. На нём проступили еле заметные капли пота, которые не ускользнули от опытного Анбу, мужчина нервно сглотнул и пролепетал, вставая: — Ой, что вы, спасибо, но я ещё не такой старый, — поднявшись, он нервно посмеялся. — До свидания, всего вам хорошего! — с добродушной улыбкой во всё лицо, он поклонился и побежал дальше. «Ну и что это сейчас было? Я, конечно, знаю, что некоторые люди испытывают дискомфорт, имея дело с Анбу, но чтоб до ужаса? И кто это вообще? Я его раньше в деревне не видел. Может плотник из союзной страны? Хотя, эта его улыбка, очень уж знакомая, » — подумал Саске. Такую туповатую улыбку не часто встретишь и это его насторожило. У Учихи была догадка, но он до последнего не хотел в неё верить. Решив, что разберется с этим чуть позже, он возобновил свой путь.