-1-
17 декабря 2020 г., 14:56
Снейп и сам не мог понять, как оказался в одном из самых популярных ночных клубов Нью-Йорка изрядно выпившим. Отмахиваясь от сигаретного дыма, выдыхаемого рядом сидевшим Люциусом, он безразличным взглядом окидывал помещение. Неоновый свет, громкая музыка, искусственный дым, стелившийся по сцене, извивающиеся тела вокруг — все это было чуждо Северусу. Он — консерватор и моралист — никогда не посещал подобного рода заведений. И даже не потому, что считал это аморальным или же ниже своего достоинства (все-таки статус миллионера и владельца сети фармацевтических компаний наделял правом делать все, что он захочет). Дело в том, что ему просто было скучно на подобных мероприятиях. Если бы не Люциус — вечное шило в заднице Снейпа — он бы в жизни не согласился на подобную авантюру. Но так уж сложилось, что Северус имел неосторожность проиграть своему лучшему другу в покер желание. И тот не придумал ничего лучшего, чем вытащить упорно сопротивляющегося Снейпа в самый раскрученный гей-клуб. Видите ли, Люциус считал, что другу нужно развеяться, присмотреть себе смазливого парня и наконец-то расслабиться, потому что вся жизнь Снейпа в последнее время напоминала калейдоскоп из деловых встреч, преподавания в вузе и одиноких вечеров за бокалом виски. Северуса такая жизнь более чем устраивала, а вот Люциус называл его затворником и пророчил одинокую, полную разочарований старость.
— Посмотри, какой славный парень бросает на тебя заинтересованные взгляды, — Люциус сделал глоток виски, взглядом указывая на компанию за соседним столиком. Снейп даже не повернул голову, продолжая безучастно перекатывать лед в бокале. — Может угостишь парня выпивкой?
— Люциус, не выводи меня, — Снейп допил свой виски и подал знак официанту обновить напиток.
— С возрастом ты становишься все более упрямым и невыносимым. Не завидую тому счастливчику, который сможет все-таки залезть под твою железную броню.
— А я твоей жене не завидую — ты же наверняка проводишь не менее часа в ванной и перед зеркалом каждый день, — Снейп окинул насмешливым взглядом друга, который всегда выглядел с иголочки. Вот и сегодня его длинные белоснежные волосы были собраны в аккуратный хвост и перевязаны шелковой лентой, рубашка от Тома Форда сверкала белоснежностью, а в ботинках, которые стоили не меньше месячной зарплаты среднестатистического американца, можно было увидеть свое отражение.
— Упустил свой шанс, теперь — кусай локти, — Люциус беззлобно улыбнулся. Раньше, еще во времена студенчества, их действительно связывали отношения романтического характера. Но после, поэкспериментировав, Люциус понял, что он все же поклонник женского пола, а вот его друг, так и остался приверженцем более нетрадиционных взглядов на любовь. После разрыва они некоторое время не общались, но после женитьбы Люциуса на Нарциссе, ранняя влюбленность окончательно прошла, и друзья смогли отбросить прошлые обиды, возобновляя общение. К слову, с того момента прошли уже добрые 20 лет, что вовсе не мешало Люциусу время от времени подстегивать лучшего друга.
Снейп замечание Малфоя проигнорировал, и переключил внимание на сцену. Там в скором времени должно было начаться выступление шоу-балета, и это единственное, что могло хотя бы немного скрасить этот скучнейший вечер.
— Ты скоро плесенью покроешься! Вот скажи, где ты был в этом месяце, кроме моего особняка, университета, и своего дома?
— Я не обязан перед тобой отчитываться, — устало кинул Снейп, откидываясь в кресле.
— Так было бы, о чем, — хмыкнул Люциус. — Да у покойников жизнь насыщеннее, чем у тебя! И это с твоими-то деньгами и возможностями!
— У нас с тобой разные ценности.
— Спорим, ты сейчас даже не вспомнишь, когда в последний раз трахался? Или секс тебе тоже стал не интересен?
— С кем попало? Нет, не интересен. Я умею контролировать свое тело и эмоции.
— Ну-ну, — недоверчиво хмыкнул Люциус и замолк. На сцену вышел ведущий.
***
— Так, мальчики, активнее двигаем попками — начало выступления через 10 минут! Я хочу видеть страсть, слышите меня? Чтобы каждый, кто сидит сейчас в зале, подумал: «Ей, да это же было самое горячее шоу, которое я когда-либо видел!». Я хочу, чтобы сегодня в нашем клубе не осталось ни одного незаинтересованного посетителя. Найджел, поправь жилетку! Том, солнышко, прошу тебя, не забудь финальную часть и не запутайся в ногах. Мне не нужна грязь в танце! Так, а где Майк? — мужчина в ковбойской шляпе и таких же сапогах яростно сверкнул глазами — Где наша чертова прима-балерина? Он опять опаздывает? — Майк в костюмерной, Хэнк, — подал голос белобрысый худощавый парень, припудривающий танцора перед зеркалом. — С минуту на минуту подойдёт. — Он должен был уже быть тут! — Так он тут и был, просто забыл в гримёрке галстук-бабочку и вернулся за ней. Не переживай, все под контролем, — парень широко улыбнулся Хэнку и успокаивающе похлопал его по плечу. — Очень на это надеюсь, Драко! — немного растеряв свой пыл сказал мужчина. — Он же фронтмен шоу! Вот выгнал бы его давно, не будь мальчишка таким талантливым! — Не выгонишь, ты же его любишь, — нараспев протянул Драко, усаживая Хэнка на свой стул у зеркала. — Но чтобы ты не переживал, я сам сейчас его приведу! Парень выскочил из гримёрки, заполненной участниками шоу-балета. Он молил все небесные силы, всех богов, включая Кришну, чтобы Поттер действительно оказался в костюмерной. Влетев в комнату, заполненную различными костюмами, Драко облегчённо выдохнул. Это лохматое несчастье, прыгая на одной ноге, пытался влезть в узкие кожаные штаны. Слава небу, жилетка и галстук уже были на нем. — Поттер, где тебя опять черти носят? — Драко устало прислонился к дверному косяку. — С тебя Хэнк шкуру снимет. — Не снимет, я делаю ему кассы, — Гарри, с трудом натянув штаны, пытался их застегнуть. — И прошу, не называй меня по имени. Майк, просто Майк, добро? Не хватало, чтобы ты еще проговорился при ком-то. Черт! Кто вообще придумал такие узкие костюмы? — Как скажешь, Майк, — Драко сложил на груди руки, наблюдая за Гарри. — А на штаны зря жалуешься — они прекрасно подчёркивают твой спортивный зад, — парень нагло ухмыльнулся. — Смотри, чтобы я тебя в этот зад не послал. — И это твоя благодарность, за то, что я постоянно тебя прикрываю? — наигранно обиженным голосом протянул Драко, пока Гарри натягивал кроссовки. — Я тебе безумно благодарен, — Гарри поднял на парня зеленые глаза и широко улыбнулся. — Но это не значит, что я пущу тебя в свои штаны. — Больно надо, Поттер. Ты же знаешь, я не по твоим голубым делишкам. Меня не интересует волосатая грудь и подмышки, точно так же, как тебя — красивое женское тело, — Гарри что-то невнятно на это пробормотал и выпрямился. — Опять задержали в пиццерии? — Алиса как всегда опаздывает, и мне приходится позже передавать смену, — Гарри покрутился перед зеркалом, оглядывая себя со всех сторон. — Ну как, прилично? — Терпимо, — Драко окинул его оценивающим взглядом. — Опять охмуришь весь первый ряд. — Да брось ты, никого я не охмуряю! — Ну конечно, именно поэтому у тебя в гримёрке после выступлений весь стол завален букетами и приглашениями на свидание, — Драко закатил глаза. — Ну я же не специально это делаю! Я просто танцую! — Главное, как ты танцуешь, — парень специально сделал правильный акцент, на что получил раздраженный взгляд Гарри. — Ничего, мне осталось немного — пару месяцев и я насобираю полную сумму на первый курс, а там можно будет уволиться с одной работы, и жить сразу станет легче. — Не понимаю тебя, Поттер, — лениво протянул Драко, разглядывая сценические костюмы. — Я тебе тысячу раз предлагал помочь с этим, а ты готов крутить голым задом перед мужиками, лишь бы не принимать мою помощь. — Дело не в том, что это твои деньги, а в том, что я должен всего добиться сам, — Гарри начал пудрить лицо, что получалось у него крайне плохо. — Дай я, — Драко отобрал у парня пудру и принялся его гримировать. — Ты же знаешь, у меня нет влиятельных родителей, которые бы все за меня порешали. Да у меня и просто родителей нет, — Гарри словил на себе оскорбленный взгляд и поспешил исправиться. — Я не в упрек тебе, не подумай. У каждого своя жизнь, и я рад, что твоя семья может о тебе позаботиться. — Святоша Поттер, — Драко взял гель для укладки, и стал зачесывать непослушные волосы Гарри. — Мой отец был бы в восторге, если бы ты был его сыном. — Ты ему еще не говорил, что поступаешь в медицинский? — Нет, хочу сделать сюрприз. Он же считает меня неудачником. — Брось, уверен, что это не так! — Ты не знаешь моего отца, — Драко сделал последние штрихи и повернул Гарри к зеркалу. — Так гораздо лучше. Когда ты красишься сам, то становишься похожим на трансвестита бальзаковского возраста. — Обидно, но не поспоришь, — Гарри улыбнулся, рассматривая себя в зеркале. — Всегда удивлялся, как ты умеешь за пару минут превратить меня в смазливого красавца. — Я просто волшебник, Гарри. Просто волшебник, — Драко ответил на улыбку и подтолкнул его к выходу. — Иди скорее к Хэнку, а то у него точно случится приступ.***
Свет в зале стал более мягким, а яркие софиты осветили сцену, перед которой сидел Северус и Люциус. Заиграла музыка, смутно что-то напоминающая Снейпу, и на сцену вышли пятеро парней в шляпах борсалино и длинных черных плащах. Резкие движения в такт музыке, неприкрытая мужественность, в сочетании с мягкостью и плавностью, очаровали весь зал. Отточенные длительными тренировками движения, синхронные и грациозные, наполненные сексуальной энергией и обещанием приковывали к себе десятки взглядов, не позволяли оторваться ни на секунду от созерцания. По мере оголения танцоров уровень возбуждения зала возрастал, и когда на парнях остались лишь черные кожаные штаны, а движения их стали более откровенными, глаза мужчин из первого ряда горели жадным блеском. Северус с интересом наблюдал за выступлением, постепенно осушая бокал. Он не был большим ценителем танцевального искусства, но мог однозначно сказать, что это шоу, хоть и имело сексуально-эротический подтекст, было поставлено профессионально. Снейпу было неприятно признавать, но Люциус оказался прав, на счет этого заведения — тут было на что посмотреть. Особенное внимание к себе приковывал фронтмен коллектива — молодой черноволосый парень с пронзительными зелеными глазами. Мало того, что его движения были самыми отточенными и грациозными, так еще, когда он сбросил с себя жилетку, оголяя прекрасный подтянутый торс, кубики на котором просились быть пересчитанными, Снейп с ужасом понял, что возбудился. И, ему даже на какое-то время показалось, что парень выделил его из всех, и его бесовские зеленые глаза были обращены только к нему. Апогеем ситуации стала финальная сцена танца — зеленоглазый безумец опустился на колени, совершая поступательные движения бедрами и закусывая губу. Теперь Снейп был готов поклясться всеми акциями своей многомиллионной компании, что парень не сводил с него глаз. Резко стало трудно дышать, а в штанах стало слишком тесно и горячо. Снейп уже и не помнил, когда реагировал на кого-то, как опьяненный гормонами подросток. Напоследок, парень ему подмигнул и под оглушительные аплодисменты и свист скрылся за кулисами. — Ты смотрел на него так, будто хотел съесть, — с издевкой протянул Люциус, подзывая к себе официанта. — Неужели тебе еще может кто-то понравиться? — Отвали, Люциус, — Снейп старался сесть так, чтобы максимально скрыть свой стояк, но его попытки были тщетны — от Малфоя ничего не укрылось. — Ну-ну, — насмешливо протянул он, раслабляясь в кресле. — Давно тебя таким не видел. Если не сказать никогда. — Ревнуешь? — Северус тоже откинулся на спинку кресла. — Наоборот, хочу посодействовать развитию твоей личной жизни, — мужчина хитро улыбнулся и встал. — Жди меня тут. — Что ты задумал? Чтобы это ни было — я против, Люциус, слышишь? — в спину уходящему мужчине выкрикнул Северус и устало прикрыл глаза. Снейп слишком хорошо знал друга, чтобы не быть уверенным в том, что то, что Люциус собирался сделать, ему не понравится.***
— Я сейчас не понял — я что, похож на проститутку? — гневно зашипел Гарри, рассматривая раскрасневшееся лицо Хэнка. — Майк, солнце, не нужно утрировать! Никто тебя ни о чем подобном не просит — всего лишь индивидуальный танец! — Хэнк, ты меня за дебила тут держишь, или как? — Гарри скрестил руки на груди. — Ты думаешь я не понимаю, что означает «индивидуальный танец»? — Танец! Всего лишь танец! — Хэнк заискивающе улыбнулся, потирая пухлые влажные ладошки. — Ну станцуешь мужику один танец, можешь даже белье не снимать — он не настаивает, — Гарри попытался его прервать, но Хэнк предупреждающе поднял руку. — Не перебивай, пожалуйста, дослушай. Ни о каком сексе речи не идёт. Он даже трогать тебя не имеет права — ты делаешь только то, что хочешь и считаешь нужным. Один танец, Майк, и ты получишь свой годовой оклад! — Что? — опешил парень. — В смысле годовой оклад? -Да-да, — зачастил мужчина, видимо уловив, на что можно надавить. — И ты сможешь оплатить свои курсы эмм… Ну, что ты там хотел? Курсы программирования? — Ну почти, — издевательски протянул Гарри. — Если программисты и врачи теперь одно и то же. — Не важно, — отмахнулся ничуть не смущенный Хэнк. — Один танец, мой мальчик, и тебе больше не нужно работать! — А что тебе с этого? Сколько он предлагает? Хэнк озвучил сумму, от которой у Гарри непроизвольно округлились глаза. Этих денег хватило бы не только покрыть первый курс обучения и снять полноценное жилье, но и минимум полгода не переживать о финансах. Предложение было слишком заманчивым, и это настораживало. — Ну, это конечно не все пойдет тебе, — Хэнк сразу спустил Гарри с небес на землю. — Половину нужно заплатить заведению. — 90/10, или танцуй для старых извращенцев сам, — парень был уверен, что руководитель скорее съест свою ковбойскую шляпу, чем откажется от львиной доли заработка. Тем более от такой внушительной суммы. — Да ты с ума сошел! — Хэнк стал заламывать руки и его лоснящееся лицо покрылось бисеринками пота. — 60/40! — Хэнк, если ты не понял — я не торгуюсь. Это мое условие. Либо ты его выполняешь, либо сделки не будет. Все предельно просто и честно. Гарри видел, как в маленькой, лысеющей голове руководителя копошатся мысли. Мужчина прекрасно понимал, что Гарри нагло пользуется ситуацией, но даже 10 процентов от той суммы звучали слишком заманчиво, чтобы от них отказываться. — Договорились — сдался Хэнк, и его лицо из красного плавно перешло в насыщенно пурпурное. — Через 20 минут в вип-комнате. У тебя есть один час. Если что-то пойдет не так — вышибалы всегда на подхвате, — мужчина бросил в Гарри уничижительный взгляд и развернулся. — Давно стоило его уволить, — бурчал он себе под нос, выходя из гримёрки, — но талантлив, гаденыш. Как только за Хэнком закрылась дверь, Гарри устало выдохнул, и будто сдулся. Его напускная уверенность, которая сквозила в разговоре с начальником, улетучилась. Он медленно опустился на табурет, рассматривая свое отражение, освещенное десятками ламп. — Всего один танец — сказал он сам себе. — Один танец, и ты наконец-то сможешь бросить эту чёртову работу и стать на огромный шаг ближе к мечте. Разве оно того не стоит? — Гарри зарылся рукой в растрёпанные волосы и устало прикрыл глаза. Очень хотелось верить, что он принял верное решение.***
— Люциус, я не согласен на подобного рода авантюры, — возмущался Снейп, продолжая следовать за другом, который уводил его куда-то в глубь зала. — Считай это моим подарком тебе на день рождения. — Мой день рождения больше чем через полгода! — Тогда это будет твой подарок на мой день рождения. — Он еще позже! — Просто заткнись, и получай удовольствие, — Люциус провел Снейпа по слабоосвещенному коридору и остановился у закрытой двери. — Дальше сам. Я буду тебя ждать в зале — остаток вечера предлагаю провести у меня. Цисси уехала к сестре в Париж, а в моем личном баре появилась бутылочка интересного 20-летнего односолодового виски, который нужно срочно опробовать, — мужчина блеснул серыми глазами и похлопал Снейпа по плечу, от чего тот недовольно поморщился. — Так может пропустим этот никому не нужный этап, и сразу поедем на дегустацию? — с надеждой переспросил Северус, на что получил лишь снисходительный взгляд. — Иди, и не смей возвращаться раньше положенного! Снейп толкнул тяжёлую, обшитую кожей дверь, и оказался в небольшом круглом помещении. У стен стояли мягкие диваны, вульгарного красного цвета, а в центре комнаты одиноко разместилось деревянное кресло, судя по всему предназначенное для него. Северус недовольно хмыкнул и занял место в центре комнаты. Он откинулся в кресле, насколько позволяла не самая удобная конструкция, и, расстегнув верхние пуговицы рубашки, закатал к локтям рукава. Он был крайне скептично настроен, и хотел, как можно скорее закончить весь этот фарс. В голове он уже проработал примерный план действий — он отошлет несчастного мальчишку, которому явно не повезло в жизни, если он работает в подобного рода заведении, посидит для приличия минут 10-15, и вернётся в зал к Люциусу. И все в этом плане должно было сработать идеально, если бы не одна неизвестная, которая в корне поменяла весь ход мыслей Снейпа. Дверь неслышно отворилась, и Снейп понял, что весь его план может катиться коту под хвост, ведь перед ним, переминаясь с ноги на ногу, появился тот самый зеленоглазый парень.***
Мысленно проклиная свою везучесть утопленника, Гарри рассматривал сидевшего перед собой мужчину. Вот и нужно же было из всех возможных вариантов, чтобы именно этот мужчина решил, что готов отвалить огромнейшую сумму за то, чтобы получить индивидуальный танец от Гарри. Дело было в том, что не предполагая подобного развития событий, парень позволил себе во всю с ним флиртовать со сцены — ему так было проще раскрепоститься и расслабиться во время выступления. Он всегда выбирал себе одного мужчину из первых рядов, и концентрировался на нем, чтобы не думать о том, сколько людей на него сейчас смотрит. И это всегда отлично срабатывало, кроме этого раза. Еще во время танца Гарри почувствовал разницу между всеми сидящими в зале мужчинами и этим кадром — ему было все равно. Его глаза не блестели желанием, он не смотрел на Гарри, как на кусок мяса. Складывалось впечатление, что он вообще случайно забрёл в это Богом забытое заведение. Вот и сейчас он сидел, вальяжно раскинувшись в кресле, наполняя пространство вокруг себя спокойствием и скрытой силой. Даже в этой несуразной комнатке он целиком и полностью правил ситуацией. Взгляд его холодных черных глаз не изменился с появлением Гарри, разве что в них промелькнул намек на удивление, но слишком быстро для того, чтобы быть распознанным. И это очень подкупало, распаляя спортивный интерес. — Хотел бы сказать «добрый вечер», но не хочу лгать, — холодные хлесткие слова, подкрепленные тяжёлым взглядом из-под черных бровей. — Вечер перестал быть добрым, как только мой неугомонный друг решил, что знает меня лучше меня самого и организовал весь этот цирк. Предупреждая твои дальнейшие вопросы и действия говорю сразу — можешь не напрягаться — я не горю желанием наблюдать за твоими телодвижениями. Так что, куколка, можешь разворачиваться и утопывать отсюда — деньги тебе все равно заплатят. Гарри пораженно молчал, чувствуя, как по мере развития этой тирады, внутри него поднимается волна негодования. Сначала хотелось бросить в лицо этому самовлюбленному ублюдку что-то оскорбительное, лишь бы сбить с него эту спесь. Возомнил себя невесть кем, и обращается к Гарри, как к какой-то шлюхе. Хотя, наверное, в его глазах, Гарри именно так и выглядел. Гарри прикрыл глаза, досчитал до десяти, и уже спокойно выдохнул. Грубить клиенту нельзя — все-таки он не зря ввязался в эту авантюру, и обещанные деньги ему действительно были нужны. Но проучить его можно гораздо проще. Гарри улыбнулся своим мыслям и хлопнув в ладоши приглушил свет и включил музыку. — Профессор, — сладко протянул Гарри, и с удовольствием заметил, как мужчина едва заметно дёрнулся от удивления. Как обращаться к этому нахалу ему посоветовал Хэнк. Странный фетиш, но Гарри был готов на все, чтобы доказать этому напыщенному болвану, что он такой же человек, как и все. А сделать это можно лишь доведя его до полного безумия. — Я могу называть Вас так? — Гарри не дожидаясь ответа и не сводя глаз с изумлённого мужчины стал медленно расстёгивать пуговицы на своей жилетке. — Послушайте, профессор, при всем желании, я не могу вернуться обратно, — наглая ложь, но Гарри даже не моргнул. — У нас есть час времени, для того, чтобы хорошо провести этот вечер, — парень справился со всеми пуговками и отбросил жилетку в сторону. — Мне нужно выполнить свою работу, а Вам — максимально расслабиться. — Я же сказал, что меня это не интересует, — Снейп упрямо сложил на груди руки и насмешливо приподнял бровь. — Или Ваш мозг настолько не отягощен сознанием, что Вы не понимаете элементарных вещей? Гарри шире улыбнулся, скрывая за улыбкой желание придушить мужчину на месте. — Моего мозга достаточно, чтобы понять, что за Вашей напускной бравадой скрывается страх и желание, — Гарри стал медленно двигаться, в такт музыке, постепенно расстёгивая пуговицы белоснежной рубашки. — Настолько достаточно, что я вижу, как расширяются Ваши зрачки, профессор, когда Вы смотрите, как двигается мое тело. А Вы знаете, что это может значить? — Гарри распахнул рубашку и провел ладошкой по подтянутому телу, с удовольствием отмечая, как нервно дёрнулся кадык мужчины. — Это значит, профессор, что в Вашей крови сейчас бушует сложный коктейль из серотонина, дофамина и эндорфинов. Эти гормоны вызывают внутри эмоциональный всплеск, который при желании можно скрыть, но язык тела выдает Вас, — Гарри немного приблизился к Снейпу, продолжая двигаться в такт музыке. — Ваши зрачки расширены, дыхание учащенно, а над воротничком Вашей рубашки виднеются багровые пятна, которые появились, когда я начал танцевать. Если я прикоснусь к Вам вот здесь, — Гарри наклонился к застывшему мужчине и положил свою руку ему на запястье, где под тонкой мраморной кожей выслушивался хаотичный сердечный ритм, — я почувствую тахикардию. — Удивительные познания физиологии, — Снейп отдернул руку, — как для человека, зарабатывающего на жизнь танцами голышом. Гарри отстранился, пропуская мимо ушей колкое замечание, повернулся к мужчине спиной, и медленно сбросил рубашку на пол. Он знал, что его тело было отличным козырем в этой битве, и не прогадал, услышав сдавленный выдох. — Не стоит недооценивать противника, — Гарри бросил через плечо игривую улыбку, продолжая танцевать. — Вы считаете себя достойным противником мне? — Снейп нервно сглотнул, не отрывая глаз от парня. — Я это знаю, — Гарри обошел мужчину со спины, и провел руками по его напряженным плечам вниз, склоняясь к уху, скрытому длинными черными волосами. — И я докажу это Вам до конца вечера, профессор, — хриплый шепот в самое ухо и шея Снейпа покрылась мурашками. Гарри обдало ароматом дорогого парфюма и лосьона после бритья — до безумия приятное сочетание. Парень и сам не заметил, как слишком втянулся в то, что изначально было только игрой. — Слишком самонадеянно, — хрипло выдохнул Снейп, когда парень перекинул через него ногу, и оседлал его колени. — Вы так считаете? — Гарри прогнулся в спине, притираясь через жесткую ткань брюк к возбужденному члену мужчины. — По-моему, я нашел еще одно доказательство того, что Вам все-таки интересно, — Гарри стал расстегивать пуговицы на рубашке Снейпа, но тот резко перехватил его руку. — Нет. — Как скажешь, папочка, — парень сложил губы бантиком и освободил свою руку. — Только и ко мне прикасаться нельзя, — Гарри прогнулся назад и эффектно сполз с коленей Снейпа. — Смотреть — можно, трогать — нельзя. — Как музейный экспонат? — Снейп включился в игру, шире расставив ноги, и наблюдая, как парень медленно, змеисто по ним поднимается. Гарри провел руками по внутренней поверхности бедра мужчины, поднимаясь снизу-вверх, прогибаясь в пояснице и влажно облизывая губы. Он знал, насколько выгодный ракурс открывался сейчас Снейпу и был доволен вызванным эффектом. Гарри резко развернулся, и проехался задом по возбуждённому члену мужчины, вырывая из его груди тихий сдавленный стон. — Можно и так сказать, — Гарри продолжил ритмичные движения, откидываясь на грудь Северусу и ощущая его возбужденное дыхание на свой щеке. — Что за игру ты затеял? — хрипло выдохнул Снейп, сдерживаясь, чтобы не поддаться бедрами навстречу этому несносному мальчишке. — Ту, которая тебе понравится, но в которой ты проиграешь, — Гарри сам уже был крайне возбужден от их словесной перепалки, от близости этого мужчины и от его запаха. Он редко находил достойных соперников, которые могли бы сразиться с ним в остроумии, и почему-то этот нахальный тип, со слишком высоким чувством собственной важности, оказался именно тем человеком, который смог раззадорить Гарри. Он уже и вспомнить не мог, когда чей-то ум возбуждал его настолько. Парень взял руку Снейпа и положил на свою грудь, направляя ее к подтянутому животу. — Просто представь, что если бы не все эти условности, ты бы мог не сдерживаться, и все это тело было бы твоим, — Гарри опустил его руку на свой выпирающий пах и Снейп, сдавленно зарычав, ощутимо сжал его через грубую брючную ткань. Гарри, на секунду задохнувшись от острых ощущений, не прекратил свою игру. — Ты бы мог провести языком здесь, — Гарри положил его вторую руку себе на шею и почувствовал неожиданно нежное прикосновение. — Или здесь, — парень опустил руку на свою грудь, где возбуждённо торчали соски, требуя прикосновений. Сдерживаться с каждой секундой становилось все сложнее — рука Снейпа ни на секунду не сдвинулась с члена Гарри, продолжая собственнически его оглаживать, уже без контроля со стороны парня. Гарри увеличил частоту и амплитуду своих движений, каждый раз притираясь задницей к члену Снейпа, и чувствуя, что тот находится на грани. Хриплое дыхание мужчины и его хаотичные движения навстречу были форменным безумием, затмевающим разум багровой пеленой. — А, возможно, — Гарри откинул голову на плечо Снейпу и провел языком по мочке его уха, — я бы даже разрешил тебе себя трахнуть. Тело Снейпа выгнулось и мелко задрожало, когда он кончил, тихо, гортанно застонав. Его дыхание сбилось, сердце выпрыгивало из груди, а в голове не осталось ни одной четкой мысли. Гарри встал, болезненно морщась от неудовлетворенного возбуждения, поднял свои вещи и направился к выходу, оставляя позади растрёпанного и изумлённого Снейпа. — Возможно, — кинул он, обернувшись, — если бы всё началось со свидания, ты бы даже мог меня поцеловать. Но мы этого так никогда и не узнаем, потому что ты слишком высокомерен и самовлюблён, чтобы видеть что-то дальше своего носа. И, бросив напоследок триумфальную улыбку, Гарри скрылся в коридоре. Снейп еще пару минут пытался прийти в себя, поправляя одежду и выравнивая дыхание. На его губах играла странная улыбка, неуместная в его положении. Справившись с одеждой, но не с мыслями, Снейп зарылся рукой в волосы и приглушённо рассмеялся. Парнишка оказался прав — эту игру он проиграл, но войну он обязан был выиграть.
