Головная боль в подарок

– С днем рождения, – пожелал Рейес. И паскудно улыбнулся. Так, что Маккри сразу поскучнел. Ничего хорошего эта улыбка в себе не несла. – А вот и подарок, – жизнерадостно продолжил Рейес. Огромная коробка с бантом заинтриговала. Маккри обошел ее кругом, прислушался. – Что там? – То, что тебе нужнее всего. Взгляд Маккри, полный скепсиса, Рейес выдержал достойно, еще раз ухмыльнулся и сосредоточил внимание на Джеке. Вернее, на омнике, носившем это имя. Чем-то этот киборг семьдесят шестой модели напоминал Рейесу давно погибшего друга. Маккри, честно сказать, сколько в фотографию живого Джека Моррисона ни всматривался, так ничего общего с этой жестянкой не нашел. – Так что там? – Открой и узнаешь, – посоветовал Рейес, забирая планшет из рук «Джека» и удаляясь. Маккри пожал плечами и решительно пнул ближайший угол коробки, послушно обрушившийся вниз. – Какого… – растерянно пробормотал он. – Добрый день, Джесси Маккри, – сказал подарок, глядя сквозь него. – Рад вам служить. А потом поклонился на азиатский манер. Хотя какие манеры еще могут быть у киборгов модели «Шимада»? Эта модель на службе Овервотч стояла довольно давно. В честь какой-то японской семьи поименованная. Все, как на подбор, молчаливые, исполнительные, оборудованные арсеналом, сравнимым с вооружением небольшого отряда наемников. Маккри пару раз выходил «в поля» с одним таким. Впечатления были не самыми приятными. Всю миссию он дергался, не зная, к кому опаснее спиной повернуться – к врагам или к напарнику. И вот теперь одна такая была ему презентована. Хотя… Маккри оглядел омника еще раз. А почему, собственно говоря, он решил, что это модель «Шимада»? Ничего общего не было, наверное, просто этот восточный поклон с толку сбил. Этот был какой-то мелкий, при этом достаточно корпусный, с прической а-ля «что отросло, схватим лентой, что из ленты выпало – пусть висит». – Имя? – Отсутствует, – омник умудрился изобразить пожатие плечами, забавно дернув верхней частью корпуса. – Модель, – с досадой поправился Маккри. – Шимада. Маккри растерянно уставился на него. Все же Шимада… – А почему какой-то не такой? – он покрутил в воздухе рукой, пытаясь подобрать слова. – Старшее поколение. Создан для взаимодействия с человеком. Это становилось все непонятней. Что за старшее поколение, если модель «Шимада» клепалась в двух вариантах и десяти расцветках? Что за взаимодействие? Ну, если не считать самого прямого, после которого от человека остается мертвая тушка, а омник идет на чистку от кишок и крови? – Вы можете дать мне имя, – добавил омник. – Какое вам понравится. Оно будет прописано в моих протоколах взаимодействия. Это поможет нам преодолеть психологический барьер. Маккри сглотнул и попятился. Преодолевать психологические барьеры и психиатрические заборы вместе с этим мутировавшим роботом-пылесосом он желанием не горел. – А я могу вернуть тебя на фабрику и получить свой подарок на день рождения деньгами? – уточнил он. – Нет. Маккри готов был поклясться, что в голосе жестянки прозвучало ехидство. – А выкинуть тебя на свалку? – Если так хотите. Маккри вздохнул, незлым тихим матом помянул Рейеса и его подарки, заодно прошелся по родословной «Джека», всех моделей «Шимада», прихватив еще линейку «Заря» и впутав до кучи братьев Текхарта, которые немало бы удивились, узнав, что являются гибридом торшера, вступившего в совокупление с калькулятором. Остановиться заставило только то, что омник вытянул руку и легонько ткнул Маккри в солнечное сплетение. – Прошу прощения, – без малейшего раскаяния сказал он. – Требовалось срочно переключить ваши мысли на нечто менее… обидное. – Обидишь тебя, как же, – огрызнулся Маккри. – Меня – нет, – ровно ответил омник. – Его… Маккри оглянулся. Ну да, кто бы сомневался. Любимый киборг Рейеса, которого только что не трахал от наплыва чувств. Хотя, кто там знает, может, уже и оборудовал чем-то свою грелку, жопочесалку и штопор с голосовым управлением. – Тебе не нравится подарок? – уточнил «Джек». Вот кто все эмоции великолепно имитировал, Маккри, если бы своими глазами не видел, что это омник, купился бы на этот участливый тон. – Нет. – У меня было слишком мало времени, чтобы понравиться, – вмешался подарок. Маккри обхватил ладонями голову, грозившую вот-вот разорваться от напора мыслей. – Я провожу вас до вашей комнаты, – проинформировал его подарок. – Сам дойду, – огрызнулся Маккри. Как ни странно, но провожать его этот Шимада-старший не пошел, остался стоять рядом с коробкой и переливаться от обиды как бешеная гирлянда. – Ненавижу омников, – от всей души рявкнул Маккри куда-то вверх. И поперхнулся словами. Из угла на него кротко светил глазами очередной представитель линейки Шимад, на этот раз обычный, привычного дизайна, белый с зеленым. Ничего не говорил, не возмущался, просто сидел на потолке и мерцал. Эдакий бронированный мотылек. – И тебя вообще персонально ненавижу, – убежденно сказал Маккри. – Если бы ты отличал меня от других, – омник изобразил смешок. Маккри вступать в пререкания не стал, поспешил в комнату. Открыл дверь и выматерился. Подарок уже застенчиво переливался в углу. – Ну и на кой черт ты мне нужен? – Для взаимодействия. Маккри плюхнулся на койку, закинул руки за голову, глядя на подарок. – И какое именно взаимодействие? Подарок снова подергал верхней частью корпуса, теперь более удачно, видимо, какие-то шарниры принялись двигаться. – Я смогу прикрывать тебя на миссиях. Смогу оказать первую помощь при необходимости. – Короче, Рейес приставил ко мне няньку. Подарок промолчал. Маккри принялся оглядывать его внимательнее. Воображение само дорисовывало недостающие человеческие черты, которые легко ложились на металл. У него могли быть красивые глаза – темные, прохладные, согревавшиеся на краткий миг при взгляде на что-то или кого-то. У него могла быть потрясающая улыбка, редкая как зимняя молния и от этого такая драгоценная. Он мог быть у Маккри. – О чем ты так задумался? – Ни о чем, – Маккри помотал головой, стряхивая наваждение. Это не человек, у него нет глаз, улыбки, голоса, эмоций, мимики, души. Все только искусственно наведенное, прописанное программой, заранее заданной. – И надо бы подобрать тебе имя. – Надеюсь, красивое? Маккри хмыкнул. В азиатских именах он был не особенным специалистом. – Ли? – Это китайская фамилия, – омник еле слышно фыркнул, вернее, провентилировал систему. – И пока ты не принялся перебирать остальные имена, открой уже Сеть. Маккри покосился на него. – А с каких пор мы на «ты»? Опять психологический барьер, через который я скачу как лошадь на состязаниях? – Но ведь преодолел. Маккри промолчал, не найдясь, что ответить, принялся просматривать столбик имен, выпавших на каком-то сайте. – Аки? – Не нравится. – Джун? – Ни за что. Ближайшие пятнадцать минут Маккри пытался найти хоть какое-то имя, которое устроило бы придирчивую жестянку. Бесполезно. То имя не звучало, то не блестело, то не звенело, то значение не подходило. – Да тебе хоть что-то нравится? Омник померцал в районе морды, потом изрек: – Главное, чтобы оно нравилось тебе. Маккри с трудом удержался от того, чтобы начать разбирать подарок, снова пробежал глазами статью о значении японских имен и ткнул пальцем в ближайшее выцепленное взглядом. – Хандзо. Тебя будут звать Хандзо. И не спорь. – Не буду, – согласно отозвался свежепоименованный. – Шимада Хандзо. Мне нравится. Маккри сцепил пальцы в замок, чтобы не попытаться отколупать от Хандзо кусок на недолгую память. Да уж, с подарком Рейес не угадал. И еще как не угадал!