Шанс первый
17 декабря 2020 г., 23:40
Тут всё как и должно быть: громкая музыка с популярных платформ, куча забывшихся пьяных людей, смешанный запах дорогого алкоголя с тянущимся из курилки табаком, минимум света и раздражающие светодиодные лучи повсюду. Впрочем, такие же раздражающие, как и само место. Только в список того, что тут должно быть, никак не вписывается не менее раздражающий японец, что сидит в vip-зоне на втором этаже, на красном диване и полностью игнорирует рядом танцующую стриптизёршу. Ли давно его заметил – ровно с того момента, как чувствует на себе пристальный взгляд.
Тэён – альфа, но без всех этих омегаверсных штучек, что встречаются на просторах интернета. Он альфа по существу, и как ему не повезло совмещать это с званием «ютиного бывшего».
Юта – сука. И у Тэёна нет другого слово для описания, потому что «катастрофа» для него слишком безобидно. Юта даже не подошёл бы на роль омеги, потому что те лапочки, а это исчадие ада какое-то. Правда, может, Тэён ещё не наткнулся на манхву с пиздецки оборзевшими омегами.
Он опустошает очередной тумблер с виски и жмурит глаза. Пока алкоголь обжигает его горло, сознание решает подкинуть пару моментов того, как красиво японец изгибается под тэёновыми руками, как превосходно крутит своими бедрами и владеет языком, из воспоминаний. Тэён рвано выдыхает, и лучше бы причиной этому не было накатывающее возбуждение. Он проводит языком по своим губам, готовый поклясться, что чёртов японец видит даже такой малейший жест. И не важно, что расстояние между ними приличное – просто Юта хорошо Тэёна знает, как и наоборот. Они изучали тела и души друг друга полтора года, жадничали и не упускали ни детали. Хотя, скорее, Тэён упустил одну когда-то, раз однажды застал Юту на чужом члене, прямо на их кровати. Да, Тэён был тем, кто разорвал их отношения. Кстати, перед этим кинув рядом с ними пачку презервативов и пожелав удачи. Тэён горд собой, и ни о чём не жалеет. Разве что об отданном Юте сердце.
И совсем-совсем немного о потерянном шикарном сексе.
Корейца начинает душить рубашка, потому он расстёгивает пуговицы вплоть до груди, поднимается и чуть пошатывающийся идёт в туалет. Там он умывается, потому что быть в стельку пьяным не входит в планы. Капли воды стекают по его острым скулам вниз, по шее, ключицам и, наконец, оголённой груди. Честно говоря, он дёргается, когда вода скатывается по соскам, и поднимает взгляд на зеркало. Он ужасно горяч как в прямом, так и переносном смысле.
Какой-то парень заходит в туалет и уже несколько минут трётся в углу у раковины, нерешительно подглядывая за умывающимся Тэёном. Ли это сразу замечает. Что ж, парнишка старшеклассник, а значит не посадят. В следующие минуты он зажимает его между собой и стеной, проталкивая язык в чужой рот и ухмыляясь на невинные стоны. Они планируют втиснуться в кабинку туалета, как в помещение заходят и вместе с этим раздаётся непринуждённый кашель.
– Лишаешь девственности старшеклассников в туалетах? – парень от Тэёна отлипает и сбегает, оставляя того заведённым.
Прикусывая язык от досады, Ли зачёсывает чёлку назад, открывая свой лоб и невероятно красивые глаза. Юта в эти глаза не отрываясь смотрит.
– Пасёшь бывших в клубах? – отвечает, смотря на японца в отражении зеркала. Тот так сильно изменился, и Тэён бы хотел повнимательнее рассмотреть, но не мог в силу состояния-стояния.
– Я спугнул твою пассию на вечер, – Юта медленно подходит, закатывая рукава своей рубашки, и встаёт напротив корейца, накрывая ладонью его пах и закусывая губу от тихого рычания из тэёновых уст. – Извини, – поднимает ладонь выше, к ремню, и ослабляет его, приближаясь губами к уху. – Могу я загладить вину? – лижет мочку и самодовольно улыбается.
Тэён не очень осознанно заталкивает его в кабинку, запирается и усаживает парня на крышку унитаза. Плевать он хотел на санитарные нормы, когда в паху так сильно тянет и хочется поскорее ощутить с трудом забытые губы. Он на Юту не смотрит – слышит лязг ремня, чувствует его пальцы на своём члене и, охчёрт, влажные, горячие губы. Ли рычит снова, а после губу закусывает, когда Юта берёт полностью. Он не может ошибаться в том, что японец всё ещё лучший в минете. В сексе, в поцелуях, в отношениях – Тэён ломается и стонет над чужим ухом, складываясь напополам. Ютин язык умело вылизывает головку, кончиком забирается под крайнюю плоть и сосёт, затем широко ведёт во всю длину, касается губами пульсирующих вен и повторяет движения. Тэёна удовольствие накатывает с головой, он зарывается пальцами в коротких тёмно-синих волосах и тянет назад, кончая на лицо, но обламывая со стоном – глотает его и стискивает зубы.
– Я так хорош? – прикрывает один глаз, ощущая белую жидкость на своей щеке и губах, с последних слизывая её и морщась от непривычки.
Ли застёгивает штаны, отрывает несколько одноразовых полотенец и кидает их в ютино лицо. Он хочет ответить, но учащённое дыхание не позволяет, поэтому уходит молча и надеется никогда больше не пересечься.
***
С этого момента проходит день, почти два, потому что Джонни с Джэхёном приходят к Тэёну под ночь. Они бы и не пришли, если бы неожиданное приглашение на выпить. – Юта отсосал мне, – прерывает гулкую беседу обоих, как ни в чём не бывало делая глотки из бутылки с пивом. Джонни делает музыку тише и переспрашивает. – Юта отсосал мне, – с таким же безразличием повторяет. – Вчера. – Это тот, что… – Да, – заторможенно моргает и поднимает взгляд на друзей. – Это… Случайно вышло. – Случайно можно палец порезать, работу проспать, матом ругнуться, но никак не натягивать рот бывшего на свой член, Тэён, – Чон от негодования бесится начинает. Джонни его в объятия заключает, как в ловушку какую-то, чтоб он ненароком Ли не отмутозил. – Вообще, Джэхён прав. Но если ты ему ничего не обещал после, то можно счесть за своеобразную месть. – Типа воспользовался? – в надежде тэёновы глаза загораются. – Я ничего не обещал. И слова не сказал. – Тогда пьём, – Со протягивает бутылку вперед, улыбаясь на последующие звонкие чоканья.***
А дальше всё как по самому худшему сюжету. Они пересекаются ещё раз, в кафе. Тэён там официантом подрабатывает, а Юта девушку на свидание приглашает. Они сталкиваются лицом к лицу, но Тэён снова не смотрит. Изучает девушку рядом и пытается в голове уложить дикие ютины наклонности быть оттраханным. По исходу дня оказывается, что японец её бросать собирается, на что Тэён за стойкой лишь глаза закатывает и громко ставит стакан, что на это сам Юта оборачивается. Взглядом они всё же встречаются, и второй весь сжимается под тяжёлым тэёновым. Выглядит он немного подавленным, с кругами под глазами и менее решительным. А Тэён это успешно игнорирует. Игнорирует даже тогда, когда парень до конца его смены сидит и безостановочно пьёт американо. – Мы закрываемся, вообще-то, – приходится заговорить Ли, когда фартук официанта уже снят, а рабочее время закончилось. – Ты ненавидишь меня? – чужой голос слегка надламывается, глаза он старательно прячет под чёлкой. Тэён опирается руками об стол и по выпирающим прежне обычного венам на них можно сказать, насколько он напряжён. В этот раз он смотрит прямо в глаза. – Какой-то ты слишком неуверенный для того, кто отсасывает бывшим в клубах, – сводит брови к переносице и начинает нереально злиться. – Погоди-погоди, что ты ожидал? Что я резко всё забуду и вернусь или я чего-то не понимаю? За окнами начинает темнеть: их освещают только уличные фонари, потому что в самом заведении кореец уже давно выключил свет. Юту видно плохо, но по привычным жестам Ли понимает, что тот нервничает. В самом деле, Тэён не знает, что ему делать. Хочется поколотить, наорать до хриплоты в голосе, унизить и выпнуть, но колкая боль в сердце напоминает ему о незаживших ранах и единственной любви. Как же ему повезло втрескаться в такую суку и не любить после него никого. Тэён пытался, правда. Один раз даже думал, что получилось. Может, ему и больно где-то в глубине души, только показывать этого он не собирается. – На всех ли членах ты побывал, зай? – неожиданно ровным тоном произносит и наблюдает, как Юта руки в замок перед собой сжимает. – Нет? Тогда удачи в исследованиях. Они оба понимают, что разговор окончен. Накамото поднимается и проходит мимо корейца. Звучит приятный звон колокольчика и тихий скрип двери, после которого Ли падает на диван и закрывает лицо руками. Быть альфой круто, но вот альфой с разбитым сердцем – паршиво и совсем не весело.***
Проходит около полугода. Тэён зависает в ненавистном ему клубе, где всё бесит до чёртиков. С бывшим они не виделись с того разговора в кафе, а потому ему легче на душе, и сердце не так болит. – Меня, кстати, Донхёк зовут, – для разрядки атмосферы говорит парень, пока Ли пьяный пытается открыть дверь собственной квартиры. Когда открывает – оба вваливаются туда, сплетённые горячим поцелуем. Донхёк немного настойчивый, гибкий и стройный. У него необъяснимые ютины вайбы, потому Тэён трахает его до неустойчивых ног, слёз на глазах и криков. Донхёк не сопротивляется, наоборот довольный засыпает у тэёнова бока с ладонью на его торсе. Ли кажется, что он с ума сходит, потому что ютин запах чудится. На утро просыпается первым, оставляет парня одного на кровати и хочет идти в душ, но останавливается рядом с загоревшимся экраном чужого телефона.Юта-хён, 08:46.
Хёк, ты где?
Тэён с полотенцем на шее застывает, мотает головой и всё же идёт в душ. Под расслабляющие струи воды успокаивает себя на мысли, что это может быть другой. Он в зеркале видит, что парень оставил красные следы на шее и ключице. Тот засосы делать плохо умеет, и это видно. Тэён на это мило улыбается и возвращается к кровати. На ней крепким сном спит Донхёк, обнимая тэёнову подушку и тихо сопя. Тэёну даже немного жаль, что это первая и последняя их встреча. Чисто из-за хорошего настроения решает приготовить завтрак, оставаясь в одних спортивных штанах и голым верхом. Когда он хочет разбить яйца, появляется желание разбить чьё-то лицо. Вернее, конкретно того, кто стучится в дверь с утра пораньше. Ли босыми ногами вступает по ламинату и распахивает дверь. – Что надо? – поднимает взгляд с ног на лицо. Парень напротив на секунду прикрывает дверь обратно, смотрит на номер квартиры, затем снова на Тэёна и тихо матерится, но Тэён слышит. – Мир тесен, – неловко начинает Накамото, одетый непривычно ему – мягкого оттенка оверсайз толстовка, рваные джинсы, мило болтающийся брелок на лямке, разноцветные кроссовки. Ли на секунду сам прикрывает дверь, а после снова смотрит на парня. Делает это для того, чтоб чисто убедиться, точно ли видит того японца перед собой. – Не стесняюсь спросить, что ты здесь забыл? Ладно, забыл, как ты вспомнил этот адрес? – Сводный брат моего друга пропал этой ночью. А я как на счастье как раз должен был приглядывать за ним. – М, проглядел, потому что был занят другими парнями? – Тэён скрещивает руки на груди и приподнимает бровь. Юта съёживается и закусывает уголок нижней губы. Тэён ловит себя на мысли, что тот выглядит слишком безобидно. – Прости, – почти по слогам произносит, потому что трудно даётся. – Брата Донхёк зовут? – Ли Донхёк, – отчаянно кивает и ведёт взглядом по чужому телу. Замечая красные отметины, незаметно сжимает край толстовки в кулаке. Как бы он хотел, чтоб его догадки не оправдались. Накамото проходит внутрь по приглашению. Переступив порог, его сердце сжимается до боли в грудной клетке, он взглядом бегает по коридору и не может успокоить внезапную панику. Запах Тэёна тут повсюду, и японца флешбеками бьёт по сознанию. Сколько прошло? Ровно столько же, сколько они встречались? Чуть больше? Юта скидывает кроссовки с ног и идёт за парнем на кухню. Ничего не изменилось. Он быстро осматривается и приоткрывает рот, когда видит подаренную им Тэёну фоторамку с их совместной фотографией. Только она не стоит на прежнем месте, спрятана на полке, за растением, но видимой от этого быть не перестаёт. Тело Тэёна неловкостью сковывает, когда он продолжает готовку с осознанием, что сзади, за его столом, сидит его бывший. Плечи сами собой напрягаются, как и мозг, который пока безуспешно переваривает информацию. Ли, который Донхёк, сонный выходит из комнаты и протирает глаза несколько раз, убеждаясь, что видит всё правильно. – Юта?! – В моей рубашке?! – ударяет ладонями об стол и резко встаёт. Тэёна резко молнией ударяет, так как понимает, почему чуял ютин запах. – Мог спросить хотя бы? Японец проводит взглядом по парню и пятой точкой ищет сиденье стула. Ему неожиданно плохо от виднеющихся, по всей видимости, тэёновых следов от пальцев на чужих ляжках. Он прикрывает лицо ладонью и хочет исчезнуть сейчас как никогда раньше не хотел. Тэён сзади что-то роняет.
