Осколки

Александра. Дашка с Топольским отлично ладили. Утром, выйдя на кухню, я умилилась идеальной картинке — Дашка взахлеб рассказывает про какой-то фильм и зверски кромсает помидор, а Сергей варит кофе и задает Даше уточняющие вопросы. Милота. Реклама, как она есть, прям хоть сейчас бери и рожай от него. Я с трудом удержалась, чтоб не хихикнуть. — Доброе утро! — Доброе! В больницу не звонили? — Звонили, — Сергей снял турку с огня, — в себя пришел, но пока не пустят, посоветовали после обеда ещё раз позвонить. Но динамика положительная. Садись, собаку мы уже тоже погуляли и накормили. — Уже хорошо. Даш, давай после завтрака к вам съездим? Вещи соберёшь? — Да я могу вообще домой вернуться, я не маленькая. — Даш, — я вздохнула. Очень не хочу ее пугать, но мелкая тоже под ударом это мы еще вчера с Сергеем обсудили, — не надо домой. И не потому что ты не самостоятельная и маленькая, нет. — А почему? Это из-за Андрея? — Это из-за меня. — И Леша? — спросила Дашка. — Да. Ты только не пугайся. — Ты объясни Даше нормально, — Топольский, поставил передо мной чашку кофе, — а от того, как ты темнишь, даже мне страшно. Дашка молча переводила взгляд с Сергея на меня. Она умеет требовательно молчать — не знаю как еще описать весь ее вид. — Ладно. Даш, есть человек, которому мое счастье поперек горла. Бывает так… — Это Дима, да? — перебила меня девочка. — Снова уши? — Я не дура. — Не дура, — кивнул Сергей, пряча улыбку — Дашка ему определенно нравится. — Вы говорите громко. И Андрей… — Дашка опустила глаза, краснея, — вкладки с перепиской не закрывает. Я не про тебя искала, а про ту козу, которую он подвозит… — Так, — теперь уже я недоуменно посмотрела на Дашку — какую козу? — Мы с Маринкой гуляли, увидели, как из Андрюшкиной машины дев… — Дашка запнулась, — девушка, выходит. Такая вся… — Не понравилась? — Вообще, — Дашка фыркнула, — ну я и полезла в комп, вы мне ничего не ответили потому что. — Я не знала даже, Даш. Но это может быть просто знакомая, да и Андрей взрослый мальчик, разберется. — Не знакомая, — мелкая скривилась — девушка ей явно не нравилась, — дальше рассказывай? — А что дальше, Дашик? Леша переломался, Андрей в больнице, я не хочу, чтоб еще что-то случилось. Дядя Игорь организует охрану, ничего не надо бояться, но и рисковать тоже. Вопросы? Или ты из наших переписок и так все знаешь? — Один раз всего залезла, — Дашка снова опустила глаза. — Ревнуешь? — Нет, просто она коза! — Просто, по мнению Даши, — сказал Сергей, — эта… хм, коза, не подходит ее брату. Коза не их круга. — Ты туда же? — я укоризненно посмотрела на Топольского, — Девушку никто не видел еще, а она уже коза! Нехорошо, товарищи! — Да нормально, Настя тоже моих подруг браковала. Жесткий сестринский отбор. Кофе стынет, дамы! Давайте потом разберемся с козами, когда за вещами поедем.

* * *

— В лагерь я не поеду, да? — спросила Дашка, устраиваясь на заднем сидении. — Честно? Не знаю. Поговорю с дядей Игорем и скажу, ладно? Может быть так безопаснее будет. — А Андрей тут как? — А я на что? Как телефон разрешат, будешь ему звонить. Ты ведь, хотела? — Когда я хотела, все было хорошо. — Все и так уже более-менее хорошо, Даш. Дарья притихла, и в наш разговор с Сергеем не о чем не влезала — думала о чем-то, глядя в окно. Переживает ребенок. — Даш, — сказала я, открывая дверь в их с Андреем квартиру, — ты, наверное, ту большую зеленую сумку собирай. Если ты все-таки едешь в этот лагерь, то завтра времени заехать собраться не будет. — Ладно, — вздохнула девочка, — сегодня-то хоть время есть? Я посмотрела на Сергея. — Есть. Не торопись, ладно? — ответил тот. — Пойдем на кухню, — сказала я, когда Дашка скрылась в своей комнате, — это надолго. — Курить можно? — Можно. на подоконнике пепельница, только форточку открой. — Первую помощь ты где научилась оказывать? — спросил Сергей. — Это папа. И меня и Лешку заставил вызубрить порядок действий, даже практику устраивал, — я усмехнулась, — бинтовали друг друга. — Пригодилось? — Вчера. Вообще по мелочи да, даже палец как-то вправляла знакомому. Лешке больше — они в своем мото-братстве постоянно что-то калечат. — Стрелять тоже отец учил? — Леха. Папа не хотел, я же девочка, зачем мне? Рассуждать, думать, уметь отстаивать свое мнение, это да, а оружие принцессе не нужно. — Для самообороны? — Для самообороны я могу в челюсть дать. Ну, раньше могла. — Правда что ли? — поднял бровь Топольский. — Я с Лешкой росла, не забывай. Мы постоянно что-то делили — совочек, медведя, шоколадку, яблоко. Это не Андрей, который все пополам делит, а то и вовсе уступает, это — вредный собственник, которому надо было меня выбесить и устроить гонки по участку, так что драться я научилась. Надо было же с Лешкой что-то делать, когда я догоняла. — Суровая вы дама, госпожа Лишина. — А ты прямо никого не дразнил и тебя девчонки не били? — Дразнил. Били. В основном подручными средствами. По коридору в ванную пронеслась Дашка с рюкзаком, на нас даже не посмотрела. — Она сейчас полдома соберет, — предупредила я Сергея. — Я был к этому готов. Отстань от ребенка, половину она потом в лагерь заберет, если поедет. — Дашке не говори, что она ребенок. Оскорбится. — Юношеский максимализм. Телефоны заверещали одновременно. Сергей мельком глянул на экран своего и вышел с кухни. Скажите, какие тайны! Я пожала плечами и смахнула зеленый кружок со скалящейся Лешкиной физиономии на дисплеи. — Как Андрюха? — спросил Лешка, игнорируя приветствия. — И тебе добрый день, Леш. — Привет. Так как? — В себя пришел, больше пока ничего не говорят. Тебе кто телефон разрешил, у тебя сотрясение! — Ой, Шура, меня батя лечит, давай ты хоть не будешь! — Правильно, я б тебя вообще на опыты сдала, дядя Игорь на редкость терпелив. — Батя обещал в армию, — заржал Леха. — Тоже вариант, кстати. — Ты сама-то как? Надюха сказала, что ты Андрея нашла. Вчера хотел позвонить, Надька отговорила, — голос друга стал виноватым. — Хорошо, что не позвонил, Леш, мне вчера не до разговоров было — нас с Дашкой допрашивали под протокол, потом мы конца операции ждали, домой только около двух попали, плохо помню, как. — Помощь нужна, Шур? — Дядя Игорь помогает, спасибо ему, а ты поправляйся давай, оболтус! — Нет, Шур, батя там по-своему, может так что надо? — Спасибо, Леш, но все, что ты можешь сделать, это не подставляться больше и лечиться. — Ты звони, ладно? — попросил Лешка, — Я тут как рыбка в аквариуме — все вижу, сделать ничего не могу. — Хорошо, Леш. Если что узнаю — я напишу, ладно? — Хорошо, Шур. Я положила мобильный на край стола и подошла к окну. Как бы я себя не успокаивала, но сердце все равно не на месте. Положительная динамика, хорошие прогнозы это замечательно, но… Что мне мешало появится у него во дворе на десять минут раньше? Всего десять минут и ничего бы не было, мы бы собирали Дашку в лагерь сейчас вместе, Андрей бы нудным голосом зачитывал список необходимого, переживая, как курица-наседка, Дашка бы фыркала и возмущалась. Десять минут… — Есть две новости, — сказал Сергей, входя в кухню. — Хорошая и не очень? — Обе ничего так. Даша! — Что? — взлохмаченная Дашка появилась на пороге. Целиком она в шкаф заныривает, что ли? — Новость первая — у Андрея был следователь, они побеседовали. Ничего конкретного, к сожалению, он не вспомнил, но одежду нападавшего описал, теперь по камерам будут искать. — А вторая? — я обняла заметно повеселевшую Дашку. — Вторая — я нашел в больнице, где он лежит, блат — так что тебя могут к нему пустить после трех. — Может, лучше Дашку? — Дашку пустят, как только можно будет, это завтра-послезавтра. Поедешь, нет? — Поеду, конечно. Ты не обидишься? — спросила я мелкую. — Нет, так, наверное, лучше, — кивнула девочка, — только я уеду завтра… — Ладно, это вечером Игорь заедет, поговорим, может что-то придумаем. — Может, я не поеду, а? — спросила Дашка. — Даш, давай это все вечером, ладно? Я тебе ничего сейчас не скажу. — Ладно, вечером так вечером, — вздохнула она. — У тебя везде блат? — спросила я Топольского, когда мелкая ускакала собираться дальше. — У меня много знакомых, Санечка. Как видишь, в этом есть плюсы. Закинем ребенка домой и поедем в больницу? — Да, как раз по времени уложимся — Дашка еще час копаться будет, не меньше.

* * *

В этот раз нас пустили без проблем. Коридор, почему-то, был пустой и каждый шаг отдавался глухим эхом. Как я буду ему в глаза смотреть? — Давай, я подожду, — остановился перед дверью в палат Сергей. Я молча кивнула, постояла в нерешительности еще пару секунд и, вдохну поглубже, как перед прыжком в холодную воду, открыла дверь. — Сашка, — Андрей попытался улыбнуться. — Привет, — я придвинула стул поближе к его кровати и села, — ты как? Было страшно смотреть на почти черные тени под глазами, заострившееся лицо и, почему-то, желтую кожу. — Живой, — говорил он тихо и нарочито четко, — Дашка? — Со мной. Испугалась, но я обещала, что с тобой все будет хорошо. — Спасибо, — друг устало прикрыл глаза, помолчал и сказал, — ты ни в чем не виновата. — Андрюш… — Погоди, — он поморщился, — мне сказали, ты меня спасла. — Если бы не я, то и спасать бы не пришлось. — Давай я хотя бы встану и мы поспорим, ладно? — Обязательно. Ты только поправляйся. — Спасибо, Саш. И за Дашку тоже. — Иди ты, — я отвернулась. Второй раз за неделю плачу в чужой палате. — Саш… — Нормально все, — я вытерла слезы неловким нервным движением, — Меня выгонят сейчас, так что скажи — ты против, если Дашка все-таки уедет в свой лагерь? Дядя Игорь говорит, там нормальная охрана, можно ребенка доверить. — Не против, я поправлюсь как раз. Не надо, чтоб мелочь видела. — Она переживает и не уедет, если тебя не увидит. Друг закрыл глаза и вздохнул — тяжело ему даются разговоры еще. — Ладно, если пустят, пусть. — Ты не видел, кто тебя ударил? — спросила я. — Нет. Там темно, а он в капюшоне, — Андрей помолчал, — голос тоже не узнал. — Он с тобой говорил? — Да, закурить попросил… пока я зажигалку доставал, он и ударил. Я молчала — слова не находились. — Саш… Он ведь этого и добивается, чтоб ты страдала. Не надо, сделай назло. — Как у тебя просто. — И об этом я тоже поспорю… — Андрей вздохнул, — когда встану. — Хорошо, — я попыталась улыбнуться, — я пойду, ладно? Пустили всего на десять минут. Как разрешат, я тебе вкусняшек и телефон притащу. — Лучше ноутбук. И не терзайся. — Попробую, — я поцеловала его в горячий лоб, — все, поправляйся. — Все нормально? — спросил Сергей, когда я вышла в коридор. — Да. Мне надо врача найти, поговорить о возможности перевода. Не хочу чтоб Андрей здесь лежал. Врачи тут, может, и хорошии, но вот остальное… — Пошли искать. — Ты мне хоть поговорить с ним самой дашь? — получилось резковато. Зря, Сергей ни в чем не виноват, злиться я могу только на себя. — Считаешь, что я тебя слишком опекаю? — Есть немножко. Никто меня здесь не съест, можешь внизу подождать. — Не могу. Лучше я у кабинета подожду, пока ты будешь с врачом разговаривать. Все, пошли. Ну да, кто бы сомневался, что Топольский так легко сдастся?

* * *

Сергей. — К чему пришли? — спросил я, когда Саша вышла от главврача. — Через три-четыре дня продолжим, но, в принципе, перевезти Андрея можно. Пойдем на улицу, пожалуйста, мне в этих коридорах дышать трудно. — Пошли, за кустами лавочка есть, во дворе — посидишь, успокоишься. — Так заметно, что нужно успокоится? — нервно улыбнулась она. — Пошли, — я приобнял ее за плечи. — Не бойся, плакать не буду, — она натянуто улыбнулась. — Плачь. Ты со вчера как замерзла — так нельзя, Саш. — Можно. Я всю жизнь такая. — Если долго сдерживаться, потом прорвет в самый неподходящий момент. — Да понимаешь… Он меня спасал, а я не успела. Десять минут, Сереж, и Андрей бы не сидел в этом дворе. Можно было вообще не ходить в кино вчера, в конце концов. Если с Лешкой я ничего не могла сделать, то Андрей… — Ты думаешь, эти десять минут бы решили что-то? Давай логически, Саш — если Клоп этот, все же жив и начал охоту на твоих друзей, то просто выбрал бы другое место и время. Андрей для тебя близкий друг и сильная опора, его нельзя оставлять, если нужно тебе почву из-под ног выбить. — Но в другой раз могло тоже не получится! — Если бы у бабушки… Прости. Саш, это уже случилось, уже ничего не сделаешь, только разбираться с последствиями. Ты ведь сама это все понимаешь. — Понимаю. Просто я устала бояться и… Да, Андрей правда для меня поддержка и близкий друг. — Саш, а как вы с ним познакомились? — задал я вопрос, который, как казалось, должен ее отвлечь, — Двенадцать и пятнадцать это же пропасть. Девушка едва заметно улыбнулась: — Андрей любил читать, а у меня была большая библиотека и схожие вкусы. Сначала просто книжки брал, потом мы стали их обсуждать, а дальше он как-то втянулся в наш дурдом, какие-то пацанячьи движухи с Лёшкой начались — у них-то разница уже не три, а два года. Знаю, что ты скажешь, нет. Мы очень быстро сдружились, без кокетства заигрываний — он друг и все. Мама меня подкалывала, что жених, а я не понимала, как нас вообще можно сводить, мы же почти родственники? Он мне сопли вытирал, когда моя большая любовь конилась. Ну знаешь, та самая, которая у всех лет в пятнадцать бывает? На выпускном у меня был — одноклассницы завидовали, а он ржал весь вечер и какую-то дичь мне на ухо рассказывал. А дальше папа умер, Андрей рядом был — он тогда у меня личным водителем стал и психологом. Я не просила, он сам, говорил, что зачем друзья, если их нет, когда плохо? Потом его родители… Да ты знаешь. А еще Андрей меня водить учил — папа умер уже, Лешка орал, как потерпевший, когда лбом в смотровое прилетал, а у Андрея терпения хватало. Ну, еще он пристегивался. — И никогда и ничего? — Царапает еще, что ли? Не ревнуй. В Андрея Надюшка была влюблена, всерьез, но он… сначала не замечал, а потом вовсе не до того стало, Надя тоже перегорела, безответные страдания это не ее. Да и разные они, хотя я бы искренне порадовалась, если бы сложилось. — Зато у Андрея есть «коза», — улыбнулся я. — Сережа! — Саша укоризненно уставилась на меня, — Ладно Дашка, но ты-то куда? — Давай кофе где-нибудь попьем? — предложил я, радуясь, что у Саши появились какие-то эмоции, кроме безысходного отчаяния и чувства вины. — Это с чего такие предложения? — Тебе успокоиться и отвлечься надо, иначе ты себя сейчас с потрохами съешь. — Уже. Отвлекаешь меня, да? — Не без этого. Но успокоиться тебе правда надо. Дома Дашка, ей завтра уезжать, не будем пугать ребенка. — Не будем. Сереж, за что ты мне? Что я такого хорошего сделала? — Я тоже не подарок, просто мы с тобой удачно сложились — как пазл. — Я очень тебя люблю, — она прижалась ко мне поближе, взяла за руку, переплетая пальцы, — надо чаще это говорить, да? — И я тебя. Домой или кофе пить? — Домой. Просили же нас не подставляться.

* * *

Александра. Я рано обрадовалась, что все как-то устаканилось — Дашка решила покачать права. В целом, я ее понимала — единственный любимый брат в больнице, а она поедет развлекаться, конечно, с ее точки зрения, это нечестно. Понимать-то понимала, но моего хладнокровия на всех уже не хватает. Тем более что на все мои аргументы у Дашки был один — упрямство. — Даш, — я вздохнула, понимая, что сейчас будет новый виток спора, а у меня почти нет на это сил — еще немного и я сорвусь. Спас меня Топольский. Наверняка мы спорили достаточно громко, чтоб он слышал все, при закрытой двери. — Саша, — Сергей стоял на пороге, — выйди, пожалуйста. Я на минуту задумалась, а потом решила, что это не такая и плохая идея — Топольский умеет убеждать, Дашка при нем постесняется истерить, а я устала. Даже не спала нормально — полночи просыпалась от того, что снилась какая-то муть. Поэтому я, под озадаченным Дашкиным взглядом, встала и молча вышла. Я всех пойму и снова начну подбирать слова и искать компромиссы, когда все закончится. Когда я перестану за всех бояться. Не включая свет, я легла на край кровати. Окно закрыто, стеклопакет сдерживает шум проспекта, куда выходят окна спальни, и все, что я слышу, это тиканье часов на полке с фанатскими подарками. Когда первый раз увидала эту полку со всякими фигурками, игрушками, значками и сувенирами, искренне удивилась — не думала, что Сергей так трепетно к этому относится. Кстати, да — тихо. Дашка действительно стесняется истерить или Топольский нашел к ней подход? Я не заметила, как задремала. Просто провалилась в темноту, где ничего не снится. Но, провалилась неглубоко, потому что разбудил меня звук открывшейся двери. — Поговорили? — спросила я у севшего у меня в ногах, Сергея. — Объяснил, что в городе опасно, двоих охранять сложно, даже троих, потому что есть ещё Надя, и если она поедет будет гораздо проще. Обещал завтра ей свидание с братом. Все. — У тебя талант общаться с детьми, — подниматься не хотелось, но я все-таки села. — Да не ребенок она уже, — усмехнулся Сергей, — взрослая барышня. На редкость здравомыслящая, полагаю, без тебя тут не обошлось. — Это у них семейное, я так, мимо пробегала, — я поморщилась — голова по-прежнему раскалывалась, и тяжелый узел волос на затылке нещадно тянул. Шпилька, которую я потянулась достать, как назло запуталась. — Можно? — спросил Сергей. Я не сразу поняла о чем он, но отпустила злосчастную шпильку. — А ты умеешь? — Санечка, я старший брат — я и косы плести умею и банты завязывать. Прядь за прядью, осторожно и бережно, Сергей разбирал мою прическу. Если бы я знала раньше, что это так приятно, даже усталость и головная боль куда-то делись. — Вот и все. И не обязательно было волосы драть, — он ссыпал шпильки на прикроватную тумбочку. — Спасибо. Дашка своей вредностью буквально по краю прошла, если бы не ты — я бы на нее сорвалась. — Я понял. Санечка, что для тебя сделать? — Посиди со мной? Скоро дядя Игорь приедет, опять какие-то новости. — Может быть, это хорошии новости? — Было бы прекрасно. Но честно сказать, я уже согласна на любые, только бы определенность появилась. Посиди со мной, а то за прошлые сутки тебя как-то слишко мало было. — А тебе нужно много? — Сергей обнял меня за плечи, — Как ты меня в туры будешь отпускать? Или, как жена декабриста — за мной по поездам-гостиницам? — А вдруг? — Ты в туре была хоть раз? — Нет. Ну, если ближайшие города не брать во внимание, но мы туда одним днем мотались. — Убедила, поедешь со мной — почувствуешь всю романтику, — Сергей тихо засмеялся. — Ну тебя, — я не удержалась и тоже хихикнула.

* * *

Дядя Игорь приехал к девяти. — Как Лешка? — Срастется — в армию сдам, как раз осенний призыв! — Достал уже? — улыбнулась я. — Ой, Сашуль, — старший Ольшанский только рукой махнул. — Чай будешь? — просил Сергей. — Я бы хотел не чай, но сегодня только среда и мне еще домой. Так что давай чай. — Новостями поделитесь? — Поделюсь, — дядя Игорь забрал у меня чашку с чаем, и устроился поудобнее, — но там такие новости, что я не знаю с чего и начать. — Случилось что-то? — Да голову морочат мне! То техники нет, то разрешения, то начальника! Еще сегодня днем должны были выкопать и дело с концом! — Странно это, — не сдержалась я. — Не странно, Сашуль. Бардак там в их провинции! Сонное царство, эксгумацию в последний раз при царе горохе проводили, вот суетятся без толку, как тараканы. Ничего, я им своего эксперта отправил, он там быстро разберется. — Надеюсь. А вообще новости есть? — Есть. Любопытные новости. Сашуль, — Ольшанский достал из папки лист бумаги фоторобот, — посмотри, похож на Маркова? — Не знаю… — я вглядывалась в черные грубые линии, — что-то вроде есть, но вот брови, нос… нет, не скажу. А откуда это? — История, Саш, любопытная. Приехали место происшествия осматривать, на камерах аптеки на углу есть человек — по времени и одежде, которую Андрей запомнил, подходит. Довели мы его два квартала по камерам, а дальше все. Совпадение такое — камеры на перекрестке — ни одна не работает. Начали искать- копать, оказалось пацанята нем баловались рогаткой. Лаааадно, нашли пацанят, те в отказ, мол случайно, дяденька, но у участковый там не зря хлеб ест — детишки раскололись. — Камеры не случайно побились? — спросил Сергей. — Конечно. Оказалось, днем раньше какой-то мужик пообещал этим пацанам пятихатку, за то, что они камеры побьют. Даже сказал, какие именно — готовился, видать. Вот со слов детей и фоторобот. — Хреново, — покачал головой Сергей, — но похож или нет, Саш? — Я не знаю, — с нажимом повторила я, — глаза похожи, подбородок, но все остальное… — Так. Значит план такой, — дядя Игорь убрал фоторобот и захлопнул папку, — завтра уезжает мелочь, провожатого я ей нашел, у меня этого добра много. Довезет, сдаст с рук на руки и отзвонится. Вы двое — сидите тихо и не представляетесь. Можете? — Дашку проводить хоть можно? — Можно. А потом домой, сидеть тихо и не высовываться, как минимум сутки. — Собака на балконе будет гулять? — спросил Сергей. — Она ведь на охрану обучена, — я поежилась, — думаю, за пять минут со мной ничего не случится. — Тем не менее, застрелить Зету не так сложно. Давай так, я знакомому звоню, собака едет со мной, ты сидишь дома. Ты тоже, — это уже Сергею. — Куда? Кто сказал что я Зету отдам? — Цыц! В кинологический питомник. Работать будет, заботиться о ней тоже будут хорошо. Это не обсуждается. На днях тоже найду вам человечков, чтоб по пятам ходили, сама понимаешь, абы кому доверить не могу, это не ребенка до лагеря сопроводить. — Думаешь, Дашу не тронут? — Сергей крутил в пальцах сигарету, которую достал из пачки, но так и не прикурил. — Охотиться в открытую на нее вряд ли будут. В отличие от вас. Прости, Серег, но ты первый кандидат на покушение. Стрелять умеешь? — Лет двадцать назад из травмата по банкам последний раз, так что считай, что не умею. — С Сашки толку больше. Сашуль, когда твоя Надя из своей командировки возвращается? — В пятницу, но она пока сама не знает точно. — Значит, еще одного человечка надо, — вздохнул дядя Игорь, — с Ниной я не разговаривал, только с ее Валерь Палычем, кстати. — А что так? — подняла я бровь. — Он человек серьезный и обстоятельный, вполне может жене охрану выделить, чтоб она ни сном ни духом не о чем. — Ну да, если мама узнает, она испереживается вся. Спасибо, дядя Игорь, я сама не догадалась. — Да не за что. Так, ну, чаем меня напоили, на вопросы я на все ответил, пора домой. Доброй ночи, Сашуль. Серега, на пару слов? Мужчины вышли, а я откинулась на спинку стула. У них там уже тайны и Топольский «Серега». Вот уж не думала, что дядя Игорь будет дружить с моим… А кем? Русский язык как-то не располагает нужными словами. Любовник? Фу, какая пошлость. Молодой человек? Ну да, ну да. Мужчина? Жених? Хотя предложения мне никто не делал, какой жених? Бойфренд? Тут я не выдержала хихикнула. Из всего пришедшего мне в голову не годилось ничего. — Ты чего? — заглянула на кухню Дашка. — Да так, ерунда в голову пришла. Хочешь узнать, до чего мы договорились? — Нууу… вообще да. — Да ничего нового, Даш. Завтра сначала к Андрею, потом на вокзал, дядя Игорь тебе провожатого нашел. — Провожатого, — Дашка скривилась. — Я же не могу с тобой поехать. Не бойся, за руку тебя никто водить не будет, считай, что это личная охрана. — Ладно, — Дашка как-то легко согласилась. Интересно, о чем они с Сергеем разговаривал, все-таки? — Хочешь, посмотрим что-нибудь? — предложила я, — Помнишь, ты мне про какой-то фильм рассказывала? — А… — Дашка посмотрела на дверь. — Сережу тоже возьмем. Всем отвлечься надо. Дашка, у тебя проблема, как к нему обращаться, что ли? — Угу, — мелкая кивнула, — дядя Сережа как-то стремно, он не старый. — Ясно, — я постаралась сдержать улыбку, — вернется, проясним этот момент. Пойдем, фильм найдем и разберемся как его на телек вывести.