Safety Net

Я наконец-то на его пороге. Я ненавижу это осознание, мне больно это признавать, но я всю неделю мечтал об этом моменте. Всю неделю мечтал о нём. Я ненавижу, ненавижу, ненавижу, что это происходит. Я сижу на учёбе, бегаю между столами на работе и думаю про себя "скорее, скорее, скорее!", мечтая наконец увидеть его. У меня ломка. Это ненормально. Это абсолютно неприемлемо. Я нервный, я странный, я сам не свой. Настроение скачет, я то смеюсь, то плачу. Все это видят, а я это чувствую. Я схожу без него с ума. Когда мы вместе, я его ненавижу. Смотрю ему в глаза и думаю "Вот как ты смеешь, что же ты со мной делаешь?!", и я так злюсь, и я хочу на него кричать, и я хочу плакать. Почему именно он? Почему именно сейчас? Почему именно так? А он спокойный, он всё понимает и никогда не злится. От этого я злюсь ещё больше. Твою мать, да забери ты у меня этот ёбаный браслет, и дело с концом! Забери его и оставь меня в покое! Но вот он я, сам иду к нему. Никто меня силой не тащит. Я бы мог его сдать, предать, подставить, обмануть, обокрасть, но вместо этого в пятницу вечером я иду к нему ужинать. К нему домой. Добровольно. Он мог бы подстроить ловушку прямо у входа, как в мультиках, чтобы я туда свалился, стоило мне переступить порог. Он мог бы меня отравить, сдать, подставить, предать, обокрасть, запытать. А я иду. Вот, уже почти пришёл. У меня совсем не осталось сил. Конечно, драться с зомби - дело не из приятных, колледж тоже давит на мозг, и на работе тоже иногда завал, но это всё мелочи, это всё такие мелочи... Мышцы болят, мозг кипит - херня! Это не сравнится с моральной пыткой, через которую я прохожу последние пару месяцев, и чем дальше, тем она изощрённее. Почему он просто не пошлёт меня? Зачем всё так усложнять? Обмани меня. Предай меня. Обворуй меня. Сдай меня, как последняя шестёрка. Разболтай все мои секреты. Сделай то, чего все от тебя ожидают. Но не люби меня, пожалуйста, не люби меня. Я подхожу к его порогу, вздыхаю, злюсь. Звоню в дверь. Он открывает. Аж сияет весь. Такой чистый и красивый, как всегда. - Привет, - он улыбается. - А я тебя жду... Как же меня всё это достало, сил моих больше нет. Ждёт он! Слышали?! Он ждёт меня, ну надо же! Может, ещё и лепесточки с ромашки срывает? Я устало улыбаюсь и переступаю порог. Мы стоим и смотрим друг на друга. Нет, Господи, пожалуйста, нельзя, ну нельзя, ну сколько ещё раз мне нужно это себе повторить... Я буквально падаю на него, он обнимает меня. И всё. Всю усталость как рукой сняло. Я закрываю глаза и просто стою, а мои руки обнимают его за талию. О, боже, как же я об этом мечтал, это всё что мне сейчас надо, боже мой, как же я скучал по запаху его геля для душа... - Я соскучился... - тихо произнёс он. Соскучился он, ну ты подумай! Я упираюсь лбом в его плечо. Не люби меня, пожалуйста, я тебя прошу, не люби меня. хХх Очень вкусно пахнет. - Устал, да? - мягко произнёс он, поправив мои волосы. - Ну ничего, уже пятница! Я ненавижу то, что я сейчас смотрю на него щенячьими глазками. - Вот, смотри сколько всего наготовил! - гордится он, улыбаясь, и ведёт меня к столу. Я смотрю не на еду, а на него. - Как дела? - поинтересовался он, когда мы начали есть. - М, ну как, вкусно? Очень! Я закивал, смутившись. Я чувствую такую ужасную вину каждый раз, когда восхищаюсь им, когда хвалю его, когда смеюсь над его шутками, когда думаю о нём... - Как неделя прошла? - повторил он. Я глянул на него. Ну да, хорошо неделя прошла - зомби и вправду стало в два раза меньше. Спасибо, дорогой! Мне больнее вдвойне, когда я делаю ему больно, но это будто моя обязанность - открещиваться от него и постоянно напоминать, насколько это всё неправильно. - А, да супер, - ответил я. - Задолбался правда немного, ещё и сессия скоро. А ты как? - Классно, я ж альбом пишу! - он улыбнулся. - Уже три песни записал... - А, это те, которые ты играл? - вспомнил я. - Так что, получается, это был эксклюзив, и я услышал их первым? - Ага! - он хихикнул, я хихикнул в ответ. Опять стало очень стыдно. Стыдно перед всеми: перед Фокс, перед Совой, Би, Хеджем, Блэком и Рэдом. Если они узнают, чёрт, если они узнают... Он накрыл мою руку своей. Фак... - Спенси... - мягко обратился он ко мне, и я слышу нежность в его голосе. Он не решается ничего сказать, я не решаюсь ничего сказать. Если мне так стыдно и сложно, я могу просто уйти, просто расстаться с ним. А мы вообще встречаемся? Он со мной - да. А вот я завис где-то посередине. И мне очень хочется упасть в ту сторону, где есть он. - Хочу послушать готовый альбом, - я улыбнулся, но у меня не очень получилось скрыть смятение. - Ты будешь первым, - он улыбнулся в ответ, погладив мою ладонь пальцем. Я хочу привстать, наклонившись над столом, и поцеловать его. Да, мы могли сутками вот так разговаривать, и это было бы потрясающе, но мне его так не хватает... Я так соскучился! - О, ты всё? - как всегда ласково спросил он. - Давай уберу... - Я сам... - мы одновременно потянулись к тарелке и соприкоснулись руками. - Давай вместе... Он счастливо улыбнулся и кивнул. Я просто полюбил его. Это очень даже неплохо. Я хочу быть с ним, засыпать и просыпаться по утрам, готовить вместе завтрак, мыть вместе посуду, как сейчас, и брызгаться друг на друга водой, смотреть сериалы, лёжа в обнимку. Я фантазирую о том, как выйду за него замуж, и мы заведём кошку, именно кошку, потому что оба обожаем кошек. Это чудовищный каламбур, но у меня от него бабочки в животе. - Ай, блин! - он смеётся, уворачтваяся от моей водяной атаки. Я тоже сначала смеялся, а потом провёл параллель. Сейчас мы брызгаемся водой на его кухне, где он накормил меня очень вкусным ужином, а в один ужасный день мы можем так же уворачиваться от реальных ударов. Мои друзья могут его убить. Некоторые из них считают это единственным выходом. Но пока мы балуемся и смеёмся. И всё было бы прекрасно, не будь он Бражником. - Устал? - спросил он тихо, погладив меня по щеке. Я непроизвольно закрыл глаза от удовольствия. - Угу... - хмыкнул я. - Идём в душ? - предложил он, и чёртовы, мать их, бабочки затрепетали. - А потом спатки, сколько хотим... Он обнимает меня за плечи, и утыкается носом в висок, и целует, и меня будто обволакивает пелена счастья и абсолютного умиротворения, и я хочу вечно лежать с ним под одеялом, одетым или нет, спящим или бодрствующим... - А, м-м... - я обнимаю его за талию, и дышать становится всё тяжелее. - А тебе завтра никуда не надо? - Ты что! - он прикоснулся своим лбом к моему. - Я весь твой на все выходные... Теперь никак не отвертеться. Если бы у него были дела, то я бы прорыдал остаток выходных в подушку, но по крайней мере совесть моя была бы чиста. Я бы не вздрагивал каждый раз, когда телефон вибрирует, я бы не видел кошмары о том, как мы друг друга убиваем. Но я совру, если скажу, что не рад. Мы ведь оба знаем, как всё будет. До душа оставалось совсем немного, но свой выбор мы всё равно остановили на кровати. Я так по нему скучал-скучал-скучал... - Спенси... - он играет с моими волосами, а я целую его грудь. Он снимает футболку, потом джинсы. Я выражаю то, чего не могу сказать словами. А я очень хочу ему сказать. Просто каждый раз кажется, что если я скажу, то назад дороги не будет. Хотя, какая уж тут дорога назад? Правда остаётся правдой, озвучиваешь ты её или нет. - Сейчас, смазка... - пробормотал Дэлли, ёрзая на кровати и пытаясь доползти до тумбочки на локтях, постоянно падая. Дэлли... Мне стыдно называть его так, даже мысленно. У него не должно быть имени - он для меня Бражник. А я использую уменьшительно-ласкательную форму. Для Бражника. Бражника, нашего врага, который работает на нашего главного врага. - А ты... - я погладил его по бедру, и меня бросило в жар. - Хочешь так? - А, м, мне всё равно, как хочешь, - Дэлли улыбнулся. - Главное с тобой... Если это всё обман, и он преследует свои корыстные цели, то я не переживу. Вот я думаю об этом, но всё равно лежу между его согнутых ног. Он моя Вселенная. И я так хочу сделать ему хорошо... - Боже, малыш... - он стонет, запрокинув голову назад. Я глажу его по внутренней стороне бёдер, делаю всё медленно. Не хочу, чтобы это заканчивалось. Хитрый коварный Бражник, вскружил бедному мальчику голову! Использует меня, как хочет, ещё и наслаждается! Вот он, тот самый Бражник, которого мы все так ненавидим, который использует мирных граждан в своих целях, который хочет лишить нас способностей! А я хочу, чтобы ему было хорошо, и всё для этого делаю. Хотя, я ведь только сейчас, в данный момент всё для этого делаю. А так я то открываюсь ему, то отталкиваю, не решаясь расставить все точки над "и". Нам с Блэком нужно поменяться оружием - я бы отлично орудовал йо-йо. А Бражнику сейчас очень хорошо. Он громко кричит и сжимает руки в кулаки. А ещё постоянно повторяет моё имя. Он единственный знает, кто я под маской. Я ложусь рядом, проведя кончиком носа по его плечу. Мне тоже очень хорошо. Если бы только можно было жить в этом моменте вечно... - Боже, Спенси... - он не может восстановить дыхание. - У меня аж коленки дрожат... Вот так: у меня от него бабочки в животе, а у него от меня коленки дрожат. Я дурак, я такой набитый дурак, да-да, коварный Бражник вскружил бедному мальчику голову... Я опускають и целую его дрожащую коленку. - Спенси, - он хихикает и гладит меня по голове, - я люблю тебя... Вот не надо. Пожалуйста, не надо. Я лежу молча, положив голову ему на плечо. - А ты ещё не... - спросил он, посмотрев вниз. Разумеется, это было только начало, сейчас всё продолжится, и это будет лучшая ночь в моей жизни. А в понедельник будет лютый отходняк. Я опять буду плакать в туалете. - Идём в душ? - предложил я, погладив его по руке. Он улыбнулся и поцеловал меня, я взял его на руки и понёс в ванную. Теперь я кричу так же, как и он до этого. Я чуть не оторвал полочку в душевой. Сейчас кажется, что "оно всё этого стоило". Конечно, дожил до пятницы, прибежал к своему Ромео, и теперь счастлив. Мы тоже скрываемся под масками животных, как персонажи пьесы на балу, но совсем недавно мы с моим Ромео хотели украсть маски друг друга, чтобы друг друга уничтожить. А что будет потом? Будет ли то, что случится потом, стоить того, что сейчас? О, да, определённо будет... Это стоит всех моих мучений. - Фак... - я перебираю его волосы одной рукой, а другой опираюсь на стену душевой, чтобы не упасть. Я тоже хочу кричать его имя, но совесть не позволяет. Потом мы опять оказываемся на кровати, и он садится на меня сверху, а я обнимаю его за талию, и теперь кричим уже мы оба. Первые пару секунд, когда он рухнул на меня, хихикая, были раем. А потом опять проснулась совесть. Что, если Маюра послала своего зомби? Что, если сейчас нужен именно я? Я посмотрел на браслет. Дэлли переплёл наши пальцы и поцеловал меня в лоб. - Спокойной ночи, котик, - прошептал он, накрыл нас одеялом и обнял меня. Я чувствую себя маленьким мальчиком, но не обманутым и использованным, а расслабленным и любимым. Будто нет у меня на плечах всей той огромной ответственности, которая на меня недавно свалилась, будто не надо никуда бежать и спешить. У меня есть свой Бражник, который меня защитит и согреет, который сейчас гладит меня по головке, приговаривая, какой я у него хороший. Во что я ввязался... Не люби меня, пожалуйста, не люби меня. хХх Я открыл глаза. Сейчас едва светло - где-то пол шестого утра, наверное. Он сладко спит, обнимая меня. Интересно, что ему снится. Я смотрю на него, и становится так больно, что хочется плакать. Такой красивый, такой счастливый и спокойный... Я резко развернулся к нему спиной, ощущая, как слёзы наворачиваются. Вдруг я почувствовал его губы на талии, потом на спине, потом на плече. Он целует меня и гладит, а я стараюсь как можно менее заметно вытереть слёзы. - Котик, ты не спишь? - с нежностью произнёс он. - Ещё так рано... Не могу... - Спенси... - сказал он с горечью. Я сел на кровати и всхлипываю, закрыв лицо руками. - Блин, я тебя разбудил? - спросил я, шмыгнув носом. - Прости... О, нет, он обнимает меня со спины... - Спенси... - кладёт голову мне на плечо, проводит носом по шее. - Я так не могу... - пробормотал я. Он теперь гладит меня по плечам. Это было в последний раз. Это надо заканчивать. Надо порвать. - Спенси... - повторил он, целуя мои плечи. Я закрываю глаза от удовольствия, но тут же чувствую боль и злость. - Боже, зачем я это делаю, зачем я это делаю... - повторяю я, как мантру, в надежде на то, что я сейчас чудесным образом встану, оденусь, уйду и больше никогда к нему не подойду. - Ты знаешь почему, - прошептал он, снова обняв меня за плечи и склонив на одно плечо голову. - Мы созданы друг для друга. Просто встретились не в то время, не в том месте, и вообще не при тех обстоятельствах. Совершенно верно. - Так нельзя... - я качаю головой, сдерживая слёзы. Он положил ладонь мне на щёку и заглянул в глаза. - Давай забудем, кто мы, только на выходные, - предложил он, глядя на меня с болью и надеждой. - Только на выходные? - спросил я шёпотом, готовый разрыдаться. Он кивает. - Обещаешь? - переспросил я. Он оттопыривает мизинчик, я берусь за него своим мизинчиком, мы хихикаем, как маленькие. - Обещаю, - заверил меня он.