... and don't eat yellow snow

В самых обычных ромкомах с рождественской тематикой на Netflix персонажи обычно делятся на два типа. Всегда есть те, кто обожают Рождество всем своим существом и еще с середины ноября начинают подготовку к празднику. Рождественские распродажи, украшение дома, выбор и упаковывание подарков, песни про Рождество… И слишком большая концентрация зеленого, белого и красного на один квадратный метр. А еще, раз есть такие протагонисты, то обязательно должны быть и антагонисты, этакие кузены и кузины Гринча, только не зеленого цвета. Разумеется, они просто обязаны ходить с хмурым видом, презрительно фыркать на всю происходящую суету и обязательно носить черное. Чтобы показать, наверное, что чернее их футболки из Forever21 только их душа и лак на ногтях. А потом обязательно эти два типа людей сталкиваются в магазине, ссорятся, потом мирятся, начинают отношения и вот вы уже не успеваете оглянуться, как в конце фильма эта парочка в милых рождественских свитерах и им по шестьдесят пять лет. Вокруг бегают их внуки и золотистый ретривер догрызает какую-нибудь пакость, украденную из мусорного бака. Идиллия. Если вы ждете, что моя история будет похожа вот на такую банальную идею для фильма с бюджетом в 18 миллионов долларов и провалившимися кассовыми сборами, то спешу вас огорчить. У меня с самого начала все пошло не так. Меня зовут Эббигейл Дэшвуд, сегодня 26 ноября и моя жизнь полетела ко всем чертям.

***

— Я, конечно, не гинеколог, подруга, но это явно пизда, — говорит Найл, делая глоток Гиннеса в пабе за углом моего дома. Вообще-то мы должны были встретиться только завтра, но произошедшее буквально час назад заставило меня выдернуть друга с очередного не совсем удачного свидания. — И не говори, — я утыкаюсь лицом в ладони и жалобно бормочу из своего укрытия, — Ну вот что со мной не так? Все же было так хорошо. — Это с тобой не так? — друг чудом не давится пивом, — Это с твоим Джошуа что-то не так. И я говорил тебе, что этот дизайнер толчков тебе не подходит. — Он не дизайнер толчков, а дизайнер сантехники! — привычно вскидываюсь на защиту, а потом осекаюсь, понимая, что это уже бессмысленно, — Хотя ты прав, он реально дизайнер толчков. Рука сама собой тянется к телефону, чтобы переименовать контакт Джошуа в его прозвище от Хорана, но я останавливаю себя. Может взять какую-нибудь классику типа «мудак», «бывший» или «козел»? Может вообще комбо-набор «бывший мудак-козел»? Звучит не очень, но становится совсем немного легче. — Посмотри на себя, — кажется, у Найлера наступил период пьяных убеждений окружающих в своей правоте, — Ты молода, прекрасна, у тебя своя доля в бизнесе и даже своя квартира. Кстати, о ней, раз ты выгнала этого толчок-мена, то пустишь меня пожить на пару недель? А, нет, пьяных упрашиваний. — Опять кто-то из бывших караулит около твоего дома, чтобы сказать тебе, какая ты скотина? Шатен только кивает, снова прикладываясь к стакану, а я подпираю голову рукой. Как бы самой не превратиться в такую бывшую, которая сталкерит парня и обвиняет его во всех смертных грехах. Хотя обвинять Джошуа мне действительно было в чем — стоило один раз прийти на час раньше с работы, как я застукала его в нашей постели в моей, на минуточку, квартире с женщиной, старше его раза в два. Жалкие попытки объяснить все происходящее попыткой заработать повышение на работе я пропустила тогда мимо ушей — перед глазами все еще стояло обнаженное тело его начальницы, которая спешно собралась и ушла, пока я пыталась прийти в себя. Черт, а ведь неплохо выглядит для своих пятидесяти! Но эта мысль промелькнула и ушла вместе с остатком какого-либо уважения к бывшему. Подумать только, хотела стать однажды миссис Джошуа Стенли, а в итоге чуть не стала миссис Джошуа Я-ебу-начальницу-потому-что-не-могу-получить-повышение-сам. Длинноватая фамилия, не хочу на такое получать новые права. Тем временем Джош суетится около меня, пытается что-то говорить, но я только могу выдавить из себя требование собрать свои шмотки и свалить из моего дома. Скандал со стороны Стенли набирает обороты, пока я сижу на барном стуле на кухне и наблюдаю за его истеричными сборами. Вот он несется со стопкой футболок к чемодану, говоря что-то про вечную непорочную любовь, а вот идет обратно, бережно прижимая к груди утюг и тут уже слова о том, что я не понимаю кого теряю. Подумать только, прожили вместе всего три месяца, а ни разу его не использовали и, если честно, судьба утюга, который привез с собой Джошуа, волнует меня куда больше нашего очевидного расставания. Теряю ли я действительно бесценный утюг?.. — Ты понимаешь, что никого лучше меня ты не найдешь? — возглас прорывается к моему мозгу будто сквозь толщу воды и приходится приложить небольшое усилие, чтобы сфокусироваться на Стенли. — Тут ты прав, я найду кого-то в разы охренительнее тебя и мне даже прикладывать усилий не придется, — слова, колкие и обидные, произносятся как-то легко и естественно, будто давно нужно было расстаться. И почему я не заметила этих очевидных отговорок о большом количестве работы в последний месяц и регулярных задержек в офисе. Боже, надо будет выбросить то постельное белье и вообще сменить матрас. Не смогу там спать сегодня ночью. — Ты вообще хоть что-то, кроме этого, скажешь?! — он фонтанирует эмоциями за нас двоих, злой от того, что его поймали на горячем, обиженный за то, что не может в очередной раз придумать себе кучу оправданий. Смотрю на красные пятна, что расцвели на его коже, на перекошенное от злости лицо и не понимаю, как я не видела этой картинки раньше. Будто кто-то снял с меня очки для близоруких, которые я зачем-то носила, имея идеальное зрение. — Да нет, мне, знаешь ли, кристаллически похуй. Хлопок входной двери в моей голове совпадает со щелчками пальцев Найла перед носом. Вздрагиваю, выныривая из потока мыслей и недоуменно смотрю на друга, который явно пытается привлечь мое внимание. — Что? Прости, я задумалась. Надо срочно найти новый матрас, не хочу спать на… — затыкаюсь и морщусь, снова и снова проигрываю эту картинку в голове. Голый зад бывшего между раздвинутых пятидесятилетних ног. Ладно, на них не было этого написано, сначала я подумала, что ей тридцать пять, пока не увидела лицо. Твою мать, как прекратить думать об этом?! — Я говорю о том, что переночевать сегодня можешь у меня. Все равно бы на работе встретились. А там уже найдем и матрас, и здравый смысл, и нового парня для тебя. — Думаешь? — отшучиваться от всего этого уже нет сил. Стандарты общества, капающие тебе на голову о свадьбе и браке до двадцати четырех включительно, заставляют чувствовать себя некомфортно без отношений в двадцать пять. Черт, еще же родителям как-то сказать. Хоран понимающе похлопывает меня по плечу, просит счет и в скором времени мы уезжаем на такси в сторону его дома. Надеюсь, это было последнее дерьмо, что вылилось на меня за этот год.

***

Рабочий день проносится как одно смазанное пятно. В нашем небольшом магазинчике с товарами для творчества обычно не так многолюдно, но перед праздниками, особенно перед Рождеством, здесь бывает не протолкнуться. Кто-то вспоминает, что лучший подарок — это подарок, сделанный своими руками, кто-то хочет приобрести подарок тому, кто делает вещи своими руками, кто-то просто шатается без цели, не зная, что подарить близким. И вся эта толпа проходится по нам в течение рабочего дня, оставляя за собой хаос в помещении и в наших головах. — Неужели мы закончили, — выдыхает Николь, повесив наконец на двери табличку «Закрыто» и заперев дверь на ключ от излишне настойчивых покупателей, которые игнорируют табличку с часами работы. Я только издаю облегченный стон откуда-то из-за кассы, предвидя как минимум час уборки и самого закрытия непосредственно. Если мы с Пейн похожи на выжатые лимоны из отстойного лимонада, то Хоран наоборот вырабатывает энтузиазм за нас троих, кажется. — Напрягите задницы, девочки, — он проносится по помещению как чертов вихрь хорошего настроения, — Сейчас быстренько уберемся, а пото-о-ом… вечер пятницы! Не знаю как вы, а я хочу накидаться. — У тебя это состояние перманентное, мальчик, — на самом деле поход в бар был запланирован еще на прошлой неделе, а после вчерашних событий даже легкое похмелье с утра не остановит меня от желания пойти выпить еще и сегодня. Что лучше поможет забыть измену, чем вечер пятницы с друзьями и алкоголь? Много хорошего алкоголя и симпатичные бармены. — Мы помним про твои желания, Хоран, — фыркает подруга и по совместительству совладелица этого небольшого магазинчика, — Так, Найлер, на тебе художественная хрень, Эббс, возьми все для шитья и вязания, а я посчитаю кассу и закончу с остальным. — Ай-ай, мэм! — Найл, ты вроде не служил в морпехах, так какого хрена? Мы беззлобно смеемся друга над другом и начинаем потихоньку разгребать завалы. Я прибираюсь на полках, сортирую все то, что поперекладывали шаловливые ручонки посетителей и думаю о том, что же мне делать дальше. Вроде как мне всего двадцать пять, кризис среднего возраста еще не должен был наступить, а все равно как-то грустно. Еще позавчера у меня были отношения, какие-то совместные планы, запасной утюг в конце концов! А сейчас я снова вернулась на исходную после колледжа, только с плюсами в виде жилплощади, бизнеса и счета в банке. Если подумать логически, то все не так уж и плохо. Найл был прав — я молода, прекрасна, грудь не обвисла и есть чем заниматься и к чему стремиться. Способов для самореализации полно, не стоит делать это через отношения и любовь, может получиться кусок дерьма, а не конфетка. Да и какие-то это все слишком серьезные мысли для такого времени, так что я встряхиваю головой и заканчиваю наводить последний лоск в доверенном мне отделе. Друзья тоже заканчивают свои дела и через какие-то пятнадцать минут мы уже идем к любимому бару с одной прекрасной целью. Прибухнуть!

***

— Ну и я ему выдаю «да мне кристаллически похуй», — спустя час я во второй раз пересказываю во всех подробностях свое расставание с Джошуа Николь, а та хохочет над тем, что я уже не возмущаюсь на его новое прозвище. Дизайнер толчков. А звучит же. Мелькает шутка от Найла про дизайнера очка, и мы смеемся еще громче, а от того компания рядом даже пытается шикнуть на нас, но мы их не слушаем. Здесь шумно и людно, совсем как на работе днем, но это приятная атмосфера. Я даже ловлю себя на мысли о том, что раз уж я свободна, то может стоит все-таки попытаться замутить с Лиамом? Старший брат Николь был моей недосягаемой мечтой еще со средней школы. Может, у вас была такая ситуация, когда теряешь голову от старшего брата своей лучшей подруги, ведь у вас разница в два года и он кажется таким умным, таким взрослым… А с течением времени ты понимаешь, что он остается таким же придурком, как и все твое окружение противоположного пола, только симпатичный, зараза. Как-то раз я мельком увидела его в одном полотенце после душа и это было моей влажной фантазией на последующий неопределенный период. Не подумайте, я не вуайеристка какая-то, просто так сложились обстоятельства. Но для Лиама я всегда оставалась лишь подружкой его младшей сестры, как это не грустно. И не запретно. Может Николь и будет рада тому, что мы начнем встречаться, но если расстанемся, то ей придется выбирать между подругой и семьей, а ставить ее перед таким выбором просто подло. Пейн будто чувствует, что я думаю о ней и переводит взгляд на меня, отвлекаясь от истории Найла про его не совсем удачное свидание. — Что такое? — Я… — не говорить же ей о том, что я думала насколько горячий ее брат, — … думала на счет того бармена. Симпатичный, да? — Этот? — девушка переводит взгляд за барную стойку и оценивающе рассматривает мужчину, — Ну нет, на один раз, не больше. — А вдруг это моя судьба? — начинаю неожиданно для самой себя заводиться, хотя часа три назад, как и всю свою жизнь, считала все эти разговорчики о судьбе пустой тратой времени. — Вот если хочешь узнать свою судьбу, то тогда тебе точно не ко мне, — подруга закатывает глаза и вдруг зачем-то начинает рыться в сумочке, после чего достает визитку и протягивает ее мне. — «Таролог Триша Малик», — читаю и поднимаю взгляд, — Ты серьезно? — Более чем. Говорят, что карты показывают только направление, а следовать ему или нет решаем мы сами, — она пожимает плечами, — Зато хотя бы узнаешь альтернативные версии своего будущего от человека, который тебя не знает. Попробуй. — Ты после сеанса у нее решила в старшей школе дать второй шанс Гарри? — Хоран, как всегда, не упускает шанса подколоть Николь, и та почему-то смущается, пытаясь скрыть это за очередным глотком коктейля. — Ты же не… Красноречивое молчание становится для нас самым явным ответом. — Ну нет, Николь! Он в Италии, блин, а ты в Лондоне! Как ты себе это представляешь? Будете общаться картами Таро или что? — Он приедет через две недели на Рождество, и мы хотели поговорить. Гарри Стайлс для Николь, как Лиам для меня, только с более размытым окончанием истории. Они начали встречаться еще в старшей школе, несмотря на разницу в возрасте в почти те же два года и косые взгляды девочек из группы поддержки. В Гарри сложнее было не влюбиться, если честно, потому что все было при нем — высокий рост, спортивное телосложение, какая-то бешеная харизма и буйные кудри, которые свели с ума не одну девушку от 14 до 88. Верхняя граница возраста слишком размыта, да. Но у меня было такое чувство, когда я его впервые увидела, будто его на свет породили Дэвид Бэкхем и Джастин Тимберлейк, а где-то рядом подозрительно крутился молодой Джонни Депп. Но сердце красавиц склонно к изменам и переменам, как и сердце красавцев, что показала практика. Они с Николь то расходились, то снова сходились и мы с Найлом думали, если честно, что последнее расставание два года назад все окончательно расставило по своим местам. Но нет. — Вот же дерьмо, — я вздыхаю и залпом допиваю коктейль, — После таких новостей остается только нажраться. Что тебя в нем привлекает? Запись в трудовой о том, что он был администратором в Теско или что? Ответ на этот вопрос я могу и не ждать, ведь уже знаю его. Каштановые кудри, зеленые глаза, потрясающие ямочки на щеках, много татуировок… Даже радостно немного, что эпидемия имени Гарри Стайлса в старшей школе прошла мимо меня, ведь у меня было персональное заболевание в лице Лиама Пейна. А вот Николь, похоже, еще не пришла в себя после этого, да и сам Стайлс тоже. У него полно горячих итальянок вокруг, а он все так же стабильно при своих поездках домой пытается заморочить голову моей подруге. — Сначала он был кассиром и все время работы сотрудником месяца, — педантично уточняет Найл и в этот момент мы снова заходимся смехом. Был такой эпизод в жизни Гарри, когда летом он на спор устроился работать в Теско и за каких-то четыре месяца дошел до администратора. Мы даже как-то шутили, что если бы не поступление в академию Брера в Милане, он бы так и продолжил идти по карьерной лестнице гипермаркета. А ведь такую возможность упустил. Видимо, такая мысль приходит в голову и ребятам, потому мы продолжаем хихикать, но уже потише и в свои стаканы, потому что даже бармен попросил нас быть потише. Вот в такие моменты жизнь перестает казаться беспросветным дерьмом. А визитку я все-таки убираю в карман куртки. Чем черт не шутит, можно и попробовать, хуже уже не станет.