Тварь из Ада

После Крылоборства, а потом ещё и пары скучных уроков, на которых я по невинной случайности соприкасалась глазами с Люцифером, наконец то наступил вечер. Весь сегодняшний день, каждый демон трещал о предстоящей вечеринке в честь победы, и как вы уже поняли, я не могла на неё не пойти. —На долго?—голос отца доносится из гостиной, где по обыкновению он читал толстую книгу в кожаном переплёте. Я заглядываю в комнату, быстрым взглядом проношусь по шкуре какого то животного, ковриком покрывающей чёрный мраморный пол, по горящему пламенем камину, а затем перехожу на отца, который сидел за высоким кожаным креслом. —Переживаешь?—с издевкой спрашиваю я, оказываясь стоящей прямо перед ним. Бафомет окинул довольным взглядом моё платье, мое лицо, которое озарялось красным от огнива рядом стоящего камина. —Да. Я с самого твоего появления на свет говорю, что тебя ненавидят. Ненавидят потому что боятся. Поэтому, пускай ненавидят дальше, ведь где есть ненависть всегда есть любовь и уважение. Запомни это.—отец, устало встаёт с кресла, касается руками моих плеч, а затем из внутреннего кармана своего пиджака достаёт бархатную чёрную коробочку. Он раскрывает её, отбрасывает в огонь, где она секундно сгорает и превращается в пепел, а содержимое уже застегивает на моей шее. Чёрные рубины, крупными камнями уселись на моей шее, словно были созданы для неё. —Оно прекрасно.—протягиваю я, рукой пройдясь по чёрному ожерелью, отбрасывающий бордовый свет мне на ключицы. —Спасибо.—я обнимаю отца, и ухмыльнувшись напоследок выхожу из дома. Сердцевина преисподней, там где лава заменяет воздух, там где живым нет места, там где правит тьма. Пятый круг Ада, где неизменным остаётся город дьяволов, и сам клуб всех нечистей планеты. Под моими ногами земля трескалась, из неё словно гной вытекала красная тягучая жидкость. В алом, даже бордовом небе беспокойно кружили драконы, а рядом с небольшим помещением с одной большой чугунной дверью, с двух сторон пестрило огниво. Я решительно открываю дверь, нечетко вижу чёрные лестницы уводящие все глубже в темноту, а дверь за мной уже с грохотом захлопнулась. Не успели зайти? Извините, половина вашего тела, уже не ваша, её всего лишь отрубило дверью. Оптимистично. Я фактически на ощупь спускаюсь, наконец то уверенно ступаю ногами на ровный кафельный пол. Синие лампы, прямо на стыке потолка и стен, как одни загорелись, освещая один бесконечно длинный коридор, весь обделанный чёрными обоями и ромбовидными зеркалами. Я кидаю быстрый взгляд, на массу своих статных отражений в зеркалах. Создавалось такое ощущение, что я в этом коридоре не одна, что все мои копии в зеркалах тоже живые. Я встаю напротив одного из зеркал, осматриваю своё чёрное, с маленькими переливающимися камнями платье, с глубоким вырезом на ноге до самого бедра, открывающий прекрасный вид на длинные загорелые ноги, чёрная ткань коротенького платья, проходилась по груди, закрывая лишь соски, ну и ещё немного. Шикарный вид. Я довольная направляюсь дальше, пока вновь не создаётся странное ощущение. Сейчас за мной точно кто то шёл. Я почувствовала смертельный холод, который пробежался по голым ногам, почувствовала это легкое воздействие, отразившееся крепким узлом на моей шее. Ну твою мать. Что опять? Я замедлила шаг, сделала его ещё более непринужденным. Нет, я не боюсь, просто неприятно. Ещё неприятнее мне становилось от того, что я не понимаю кто идёт за мной. Обычно я заведомо знаю, но сейчас вижу одно лишь чёрное пятно. Я останавливаюсь, громко усмехаюсь, а затем чуть поворачиваю голову, разглядывая того кто стоял в нескольких метрах от меня. Блять. За моей спиной стоял дьявол, ну или не дьявол вовсе, а существо, которое я тоже безошибочно узнала. Твою мать. Ещё этого мне не хватало... в голове, словно обрывками донеслись воспоминание из прошлого. Окулус. Тот который убил все. —Какая встреча.—я медленно поворачиваюсь к нему лицом, разглядывая не изменившуюся фигуру. Высокий парень, в строгом чёрном костюме, с парой цепочек на шее, и неизменными очаровывающими глазами. Он был бы идеальной парой для меня, до сих пор помню сколько силы храниться в нем и сколько чёрного дёгтя он прячет. Его карие глаза, вновь приняли незабываемо-похотливый оскал, после того как тягуче медленно прошлись по моему телу и поднялись на лицо. —Шесть тысяч лет, а я все помню, словно это было вчера.—цедит он, влюблённо вглядываясь в мои чёрные глаза. —Ты все так же прекрасна, а я все так же влюблён. —Для этого ты здесь?—я чуть поднимаю подбородок, взаимно вглядываясь в его глаза. Чем больше я смотрю, тем больше начинаю вспоминать. Контракт. Смерть. Я. Все мешалось рваными отрывками прошлого появлялось в моей голове как вырезки из кино. —Ты ведь узнала его. Это хамское поведение, самодовольное ебальце, и все такая же неизменная любовь к шлюхам. Вспомнила? Значит не смогла забыть и о нашей сделке.—парень подходит ко мне, встаёт практически вплотную. Его сладкий одеколон, такой знакомый мне, тут же ударил в нос как наркотик. Вспомнила. *** Я дрожащей рукой держала чёрное перо с каплей чернил. Дьявол, бессмертное существо возвышалось надо мной, и словно бы подталкивало к подписанию контракта. Золотой пергамент, почернел со всех сторон, а буквы на нем и вовсе практически стёрлись. Я не думала об этом тогда. Это было не важно. Я подписала. *** —Прошло шесть тысяч гребаных лет, о чем ты вообще Окулус, я не помню даже с кем трахалась вчера.—наконец то выдавливаю я, затем усмехаюсь, скучающе и как то механически заправив волосы за ухо. Естественно его это злило, не могло не злить. Дьявол наклоняется к моему лицу, закусывает нижнюю губу, бегает по глазам. Не живое, грубое и такое красивое лицо, впритык рассматривало мое. Четкие острые скулы, вытянутый подбородок и достаточно аккуратный нос, чёрные как и мои волосы сливались с его глазами обрамлённые густыми ресницами. —Не притворяйся, Вики. Не притворяйся, что не помнишь меня, что не узнаёшь.—протягивает существо, резко вскинув руку вверх. В воздухе появляется витающий свиток, теперь уже полностью чёрной бумаги. В воспоминаниях, она была золотой, а сейчас полностью чёрная. Я пробегаюсь глазами по еле видимым буквам. Я серьезно ему душу продала? Я перечитала ещё раз, отпрянула от свитка все так же усмехаясь разглядывая его довольное лицо. Эта сделка о продаже души, и в самом низу стоит моя прекрасная подпись. Шикарно... —И?—я вздергиваю бровь, складываю руки на груди. —Ты правда не прочитала контракт до конца?—он актёрски изображает разочарование. —Боже, пошёл ты, Окулус.—я усмехаюсь, разворачиваюсь на высоченных каблуках и иду дальше по темному коридору с синим светом. Он шёл за мной, невесомо, можно сказать летел. Он не дьявол, он намного ужаснее чем просто дьявол. И моя душа, стала его душой, а его сила впилась в меня, высосала из меня все живое, и заполнила меня ядом. Не помню, за что я продала ему свою никчёмную душонку. Наконец то я вижу огромные двери в зал. Громкая музыка, приглушённые крики и пар, исходили из щелей между стенами и самой дверью. —Так и будешь бегать от меня? Ты ведь и так принадлежишь мне.—Окулус усмехается. Я никому не принадлежу. Никогда не принадлежала. Я вскидываю руку вверх, подбрасываю алый меч смерти, который буквально появился из моей руки. Кинжал прокрутился в воздухе пару раз, и как влитой приземлился мне в ладонь, я быстро поворачиваюсь взмахиваю руку целясь парню по шее. Окулус, перехватывает мои руки, всю меня, собственнически устраивает свои руки на моей талии вводя в обширный зал. Всеми своими действиями показывает, что имеет власть надо мной, показывает что в разы сильнее меня. Будь на его месте любой другой, даже мой отец, то уже был бы мёртв. Но не Окулус. —Ну ты и сука.—цежу я, не брыкаясь идя по залу. Множество дьяволов, которые кажется смотрели только на нас. Море выпивки, дыма, и голых девиц. И каково же было мое НЕ удивление, когда я увидела петушару из коридора. Люцифер сидел на кожаном диване, окружённый голыми шлюшками, а сам спокойно попивал чёрное спиртное. Мы встретились взглядами, дьявол провёл глазами по моему телу, упёрся в чужие руки, которые все сильнее прижимали меня к мужскому телу, а затем непринужденно перевёл взгляд на других. —Знаешь я скучала.—цежу я, заставляя Окулуса остановится. —Скучала, думала и поняла, тогда я не правильно поступила с тобой. Ты этого не заслуживаешь. Тогда я должна была убить тебя. Наконец таки покончить с тобой. А вместо этого сжалилась —я поворачиваюсь к существу лицом, упираюсь ладонями в его грудь. Я вспомнила. Он не только забрал мою душу, это он убил мою мать. Это был он. —Малыш...ты правда не помнишь почему я это сделал? А помнишь почему ты пошла на сделку со мной?—Окулус чуть подхватывает меня за талию, усаживает за барный стул, а сам упирается в барную стойку руками, нависая надо мной. На нас смотрели все. Два незнакомых лица. От нас веяло угрозой, и каждый это понимал. —Не называй меня так.—рычу я, когда нам уже придвигают непрошеные напитки. —Я ничего не помню, что связано с тобой, помню лишь то, что ты обещал бегать за мной на коленях.—чуть ли не в губы, яростно шепчу я. Конечно я врала. Я вспомнила все, кроме причины подписания контракта. Парень, который только что стоял передо мной, встал на колени. Он реально встал на колени. Внутри я удивилась, правда удивилась, но внешне я даже не моргнула. Шёпот вихрем пронёсся по залу, я лишь натянула довольную ухмылку. Он до сих пор любит меня. Что ж...Я вытягиваю ногу, упираюсь острым носом чёрных туфель ему в подбородок. Наши взгляды убивали друг друга, заставляли испытывать страх, и я уверена в какой то степени он опасался меня. Мой каблук лезвием упирался парню в кадык, от чего тот даже не дышал. Окулус стоял, наплевав на свою гордость. Ему всегда было похер на мнение других, он настолько могущественен, что никто ему не ровня, что ему ничего не надо было доказывать. Но во всяком случае, я неустанно оставалась его слабостью. Чуть приподнимаю ногу так, что его подбородок вздымался вверх. Я наклоняюсь к нему. —Знаешь почему я сильнее чем ты? В отличии от тебя, у меня нет ни одной слабости.—я усмехаюсь, резко убираю нос туфли с его подбородка.