Самое тёмное время перед рассветом

      Сегодня Сабуро вернулся домой почти в одиннадцать, попросив Рамуду прикрыть его. Парень, жуя леденец, было слышно, протянул «ну-у-у», после согласился, но за то, что он примет участие в его дизайнерских примерках и попозирует. Парню было это ни к селу, да и Рамуде-то не очень претило врать старшему Ямаде про нахождение мелкого. Надо было расплачиваться за свои походы в ночи. Он был голоден, хотел пить, надо было бы отлить, пах канализацией, а также сваливался с ног. Спал всю дорогу до Икебукуро. Недолгую дорогу. А по пути подумал, что кто во сколько примерно заканчивает не составило особого труда. Как и отследить за самым поздним парнем, Каннондзакой, который явно не был доволен работой, но скрывал это за ужасно грустным и уставшим выражением лица. Будто готов в любой момент коньки отбросить. Тёмные мешки под глазами, бледный цвет лица, неровная осанка, а также шатался из стороны в сторону. Ну точно готов умереть. Но как подойти к мужчине, который в два раза взрослее? Надо было узнать о его друзьях. Это с утра. Парень надеется, что маленькая камера у его дома не будет замечена или затоплена дождём. А ещё жучок на двери. Правда, живущий один в съёмной квартире парень… не похож на того, кто мог бы говорить сам с собой. Хотя ладно, Сабуро припомнил, как тот по дороге домой бубнил что-то. Нечленораздельное. Сабуро хотел отоспаться в воскресенье, но с таким графиком он в воскресение ляжет спать только после обеда. А в субботу попросится с ночёвкой к школьному другу. От дока идти до компании ближе, как и к дому Каннондзаки, да и вставать не придётся так рано, чтобы успеть к моменту, как тот проснётся и решит выйти за покупками.       Дом встретил его тихой громкостью телевизора на канале TMS-Kyokuchi*, было слышно, как идёт детектив Конан. За телевизором на диване развалился Ичиро, а на полу сидел Джиро. Оба посмотрели на Сабуро ровно в тот момент, когда тот разулся со словами «Тадаима»* и подошёл к холодильнику за едой.       – Ты в последнее время зачастил ходить к Рамуде, – сказал Ичиро, поднимаясь с дивана и смотря за спинку. Там, за столом, расселся младший из Ямад, который, прошептав «Итадакимас», принялся за рис с овощами.       – Ичи-нии, одному дома скучно, пока вы занимаетесь бандой, – посмотрел на брата со всей серьёзностью Сабуро и пожал плечами, быстро жуя рис. – А с Рамудой как-то получилось.       – И как он тебя ещё не выпотрошил за такой стиль в одежде, – протянул Джиро. Сабуро со всей яростью глянул на спинку дивана, за которой расположился средний брат.       – Заткнись, у нас договорённость с Рамудой насчёт моего вкуса, – взъелся на брата подросток. – А вот твой стиль в одежде даже дворники не одобряют.       – Да ты себя видел! – шикнул, вставая с пола старший. Сейчас он был в чёрных штанах и свободной синей кофте. Его обычная домашняя одежда. – У тебя джинсы в траве, да и одеваешься ты так, будто тебе не четырнадцать, а шестьдесят!       – Чего сказал! – крикнул Сабуро, подрываясь и собираясь уже ответить на колкость брата. Он понимал, что это всего лишь спектакль, самому парню тоже не нравилась такая одежда. Но спорить с Джиро было хуже наркотика, хотелось выводить его из себя снова и снова. Тот стоял уж напротив младшего.       В этот момент прилетело обоим от Ичиро.       – Сабуро, Джиро, какая разница, какой у кого вкус в одежде, а вы вообще братья. Неужели так сложно жить в мире, – после старший сел обратно на диван, утаскивая за собой слабо сопротивляющегося Джиро. – Сабуро, завтра в школу, ты и так припозднился.       Младший согласился и, поблагодарив за еду, убрал за собой и направился в свою комнату, пожелав спокойной ночи, широко зевая. Только мелкий скрылся в ванной, лицо Ичиро стало озадаченным, а Джиро как-то озабоченно глянул на старшего брата.       – Нии-чан, что случилось?       – Нет, просто задумался. Рамуда сегодня сказал, что Сабуро был у него, но тот точно был не дома. Оба. Дайс говорил, что он сегодня с дизайнером ходил по Шибуе, но ни слова о Сабуро. А от самого брата несёт помоями.       – Может, его буллят в школе и он хочет это скрыть, – пожал плечами Джиро, тут же получив укоризненный взгляд от Ичиро. – Нии-чан, лично я бы не хотел, чтобы ты решал мои проблемы.       – Сабуро не дерётся, – слабо возразил Ичиро, откидываясь на спинку дивана. – И вся его физическая подготовка – это те крупицы из школы. Если он так поздно возвращается, нужно хоть чему-то его обучить.       – Ты ведь занимаешься бандой, нии-чан, тебе не до этого. Да и Сабуро толковый парень, не думаю, что нарвётся на неприятности.       – Зато они тебя находят, – как-то сурово сказал старший. – Я видел твой табель оценочный, Джиро.       – О-я! – тут же подскочил средний. – Я же не доделал домашку!       И пробежал мимо выходящего из душа Сабуро. Тот подозрительно спокойно проводил взглядом брата и направился в свою комнату. У младшего были свои тараканы в голове, а горячий душ расслаблял натянутые мышцы, приводил голову в порядок. Подросток громко выдохнул, плюхаясь на кровать. Вырубало. Но у него ещё есть пару дел. Дело не в домашке, которую он уже сделал, пока следил за людьми, а в том, что новые сообщения на почте были явно устрашающими. В телефоне он сидел с левого аккаунта, потому не мог удалять ненужное, даже прочитать полностью письма, адресованные ему, что уж говорить об отправителе. Зато мог глянуть на заголовки писем. Первое значимое с заголовком «от йоко.ие.» – а эти подонки не любят шифроваться, да? Горизонтальная семья*, значит. Второе от брата, Сабуро уверен, «от букуро» – при чём катаканой! Парень цыкнул, со стоном падая на пол.       – Сабуро, всё хорошо? – постучал Ичиро, но не вошёл, ожидая ответа.       – Да-а, Ичи-нии, – протянул парень. – Просто вспомнил, что не сделал один предмет на завтра.       – Только не засиживайся, оясуми*.       – Оясуми, Ичи-нии.       Услышав, как хлопнула дверь в комнату брата, Сабуро поднялся и отнёс свою тушку к монитору ноутбука. Ввёл пароль – до одури простой, пробел, после чего открыл сайт уже с аккаунта администратора и открыл первое письмо с просьбой найти информацию про главу Йокогамской мафии. И Ичиро просто фото его – они уже знакомы многое время – а именно информацию о его манипуляциях в течение последнего месяца. Видимо, знакомая Джиро об этом не знала, потому пришлось обращаться к нему. К LB. Парень тут же открыл досье про Саматоки Аохитцуги и распечатал страницы с манипуляциями за последний месяц, как и просил брат, держа лист перчатками. В банде брата были те, кто мог бы выявить отпечатки на бумаге, если это нужно было. Быстро настрочил, что оплату ждёт в Шиндзюку, у той статуи «LOVE» в три ночи с субботы на воскресение. Ичиро как-то легко согласился, аж было страшно. После вошёл в чат, который уже затих, но пара человек всё же переписывались. [DubaiのGameCreater зашёл в чат] [DGC]: Доброй ночи, сэнсей, Якудза-сан. [Mr.Hr.]: Здарова, шкет. Опять не выспишься. [iD]: Недостаток сна сказывается на даже юном организме. Советую спать больше. Усталость может накапливаться, Дубай-кун. [DGC]: Я стараюсь спать больше, но учеба занимает много времени, эх( [DGC]: /пересланное сообщение *Здарова, шкет. Опять не выспишься.*/ Есть такое, ха-ха. [DGC]: По правде говоря, у меня ещё домашка не сделана, вот тружусь ^^;       Сабуро глянул на второе письмо, в котором один из йокогамской мафии просил найти предателя, скинув всех новичков, имена и фамилии. Это задание уже поинтересней. /приват[DGC]-->[iD] [dgc]: док, я завтра у вас ночую. [id]: хорошо, сабуро-кун, опять дело проворачиваешь? [dgc]: не совсем трудное, но да, нужно передать информацию, а с утра проследить за одним человеком и из вашего подземелья будет удобнее добраться до этих мест. [id]: если меня вызовут, знаешь где ключи? [dgc]: конечно! /end.приват[DGC]-->[iD] [Mr.Hc.]: Так поздно и не сделал дз? [Mr.Hc.]: Работаешь что ли? Или просто ты один из тех, кто не любит учится и жаждет хорошей жизни, а, шкет? [DGC]: Работаю, а домашка со школы давно сделана. Это задание на кружок. Не люблю сидеть без дела ^^; [Mr.Hc.]: Бесят твои смайлики. В любом случае, образование на первом месте, работа, какой бы она не была, может отойти на второй план. Это мой тебе совет. [DGC]: Я отличник, Якудза-сан. Но спасибо, что заботитесь обо мне!       Сабуро пробил только трёх из той группы, но те были чисты. Ни одной подозрительной переписки ни в одной из соцсетей. И телефон тоже чист. Ползунок загрузки проверки только начал двигаться. [DGC]: Ладно, Якудза-сан, спасибо за вашу компанию, я был рад вас увидеть! [DGC]: Оясуми! [Mr.Hc.]: Да-да, я тоже пойду. До завтра, док. [iD]: Приятно было с вами пообщаться, Хардкор-кун. [Mr.Hardcore вышел из чата] [illDOC вышел из чата] [DubaiのGameCreater вышел из чата] [Все пользователи оффлайн!]       Сабуро откинулся на спинку стула, читая ещё одно сообщение, где просили найти какого-то ненормального, который насилует малолеток. Это не его дело, он не занимается тем, чем должна заниматься полиция.       На часах почти два, когда ползунок загрузки дополз до отметки в двадцать шесть процентов, а сам парень уже сидит с ароматным горячим кофе в руках, накинув на себя плед. Информация о продвижении банды брата и йокогамской мафии за сегодня была пополнена, файлы обновлены, а также новости прочитаны. Фотографическая память записала даже некоторых людей, которые сколотились в банду в районе Шибуи, назвавшиеся «Модники», потому что носили классные шляпы. Им так казалось. Рамуда бы их за этот стиль прирезал. В лучшем случае. Их глава, дизайнер, который соперничает с как раз-таки Амемурой, находится в творческом кризисе, его фрилансерство никто не принимает, вот и скатился до этого. Хоть бы мозгов хватило не тормошить MCD, а то Сабуро не хочется опять подставлять документы полиции о том, кто был убийца, стирать все доказательства как-то муторно. Делать поддельные документы убийцам, которые в соседней палате лежат, только прооперированные Джакурай-сенсеем.       Хоть бы этому куску хватило ума не ввязываться в ‘букуро тоже, где его палками погонит брат с бандой, придётся подкупать свидетелей, если в итоге тот поранится, чтобы все знали, что это была самозащита, а не атака со стороны NB. Тоже головная боль. А отказываться от работы не в его стиле, тем более от такой крупной, пусть и ужасной.       Кофе жжёт язык, горло, оставаясь призрачным горьким отпечатком во рту. Парень кашляет, открывая очередное письмо, в котором незадачливый ребёнок грозил его найти и всей бандой отдубасить. Ужасно, ему четырнадцать, как и Сабуро, но мозгов на десять лет максимум. Не страшно, пусть и с самообороной у него не ахти, он пользуется ножами, балончиком с газом, а также может только убежать. Не сильный, зато скользкий.       Глаза слезятся к третьему часу ночи, половина людей просмотрена. Параллельно с программой парень открыл на планшете часть программ, чтобы найти по лицу парней из того списка. Конечно, он работает медленнее, спать ужасно хотелось, кофе едва помогало. Но нашёл парочку из списка, которые на камерах общались с офицерами полиции – спасибо всё той же программе. Но в их диалогах в соцсети не было ничего против мафии. А один вообще говорил, что его одноклассник работает в отделе расследований. Офицер или детектив так бы не осёкся, значит и правда одноклассник. Но всё равно эта часть была скопирована и перенесена на одноразовую флешку. И ещё пара людей, очень аккуратны, даже на камерах не заметил, но то, что они заходили куда-то с детективами – уж точно, а глава MCD сам уже решит, что да как и кого за что. Его задание – улики, он пробил всё, что мог. К пяти утра работа была сделана, осталось лишь отсортировать. Сабуро же, сонно моргнув, глянул в окно, где было уже светло, как днём. Солнце восходит с другой стороны дома, потому он почти не видит его в своей комнате. Вечерами не дома. Надо завести парочку будильников и выпить с утра американо с энергетиком, так по-доброму ему покупает их Рамуда, пусть и возмущается. В таком возрасте-то!       Кровать мягкая, а в комнате тихо и тепло. Сабуро накрывает себя одеялом с головой и закрывает глаза, вдыхая запах свежевыстиранного белья. Уютно.       Он даже не спал. Просто провалился в темноту. Кто-то его трясёт, звучит дрель будильника и голоса.       – …буро! Сабуро! Вставай, Сабуро, – ещё трясут. Подросток еле разлепил глаза и сонно смотрит на взволнованно на Ичиро, а сзади, в проёме, стоит Джиро, который чистит зубы, но выглядел не менее обеспокоенно. У него на плечах полотенце, а волосы мокрые.       – Да? – слабо спрашивает младший, поднимаясь на локтях и бросая взгляд на часы. На будильнике полвосьмого. А, да, школа. – Охаё, Ичи-нии.       – Ты хорошо спишь, Сабуро? – обеспокоенно спросил брат, отходя от кровати младшего и не отрывая взгляда от мешков под глазами младшего. На нём этот дурацкий розовый фартук в белый горошек, который ему подарила Нему. Но выглядело и правда комично.       – Не очень, – зевнул подросток, поднимаясь с кровати и проходя мимо братьев. – Ичи-нии, я без завтрака, по пути перекушу.       – Д-да, конечно, – непонимающе согласился Ичиро, а потом глянул на чистящего зубы парня. – Джиро, ты слышал, во сколько Сабуро лег?       Брат пожал плечами.       – В два ночи я слышал, как он стучит по клаве, – отозвался средний, пытаясь говорить понятно с зубной щелкой во рту. – Громче, чем обычно. А ещё ходил за кофе, вроде. Потом я уже не знаю.       – Это ненормально, – хмурится старший, смотря на мятую одежду на дверце шкафа. – Постараюсь с ним сегодня поговорить. Передашь Куко-куну, что я опоздаю?       Джиро кивнул, возвращаясь в ванную, где уже обосновался младший из Ямад.       Сабуро умный, он знает, что братья уже что-то приметили, а сегодняшний просып было нечто, ведь младший никогда не встаёт позднее, как Джиро. Да, ладно, встаёт чуть позже, вслушиваясь в дрель будильника около минуты или двух, ожидая среднего брата, пока тот не начнёт стучать в дверь или стенку, если не выспался, но к пятнадцати-двадцати минутам подросток уже на кухне. Сегодня он успел только привести в порядок себя, широко зевая на каждом шагу. Мешки под глазами стало скрывать труднее, а сегодня он вообще проспал два часа.       Джиро вплывает в ванную, пристраивается слева от Сабуро и сплёвывает пасту, полощет рот. Второй в это время уже ополоснул лицо, надел линзу на умытый глаз, который слезился. И начал чистить зубы, пока старший ерошил голову полотенцем и выходил из ванной, что-то печатая в своём телефоне.       Даже проспав, Сабуро успел всё-таки откусить кусочек бутерброда и отпить капучино, морщась от убойной дозы сахара в кружке Ичиро, промолчим про молоко.       И всё же опоздал немного на первый урок. На пару минут, но это неважно, зато смог купить по пути американо, как-то уговорив заварить его в кружке побольше, залил это безобразие на глазах у бедного баристы и тут же выпивая залпом. В этот момент, показалось, мужчина уверовал во всех богов, включая не только японских, но и китайских, прошептал «Ками-сама»* и отвернулся от парня. Сабуро поначалу стало плохо. Точнее, сначала всё было нормально, всё так же хотелось спать, а потом плохо и как-то потребность во сне отошла на второй план. А потом уже организм справился с этой гремучей смесью, как раз к тому моменту, как парень зашёл в школу.       Извинившись перед сэнсеем за опоздание, сел за свою парту, доставая тетрадь с ручками. Всегда казалось странным, что он, даже если Сабуро отличник и до мозга технарь, не обращает внимания на выходки ученика. Даже не жалуется. Хотя у другого хорошиста, когда был спален за телефоном, была хуже ситуация. Его просто выгнали из кабинета. Сидящий рядом одноклассник отодвинул свою парту от Ямады. Сабуро предпочёл пропустить это действие, доставая планшет и начиная упорядочивать информацию за ночь. В голове гудело, а в горле першило. И ещё было жарко. Ну, казалось. Файл был скопирован на флешку, после чего упакован в полиэтилен. Парень назначил сегодняшним вечером встречу в Шибуе, попутно набирая Рамуде и прося того передать флешку. Дизайнер согласился, возмущаясь, что сам не может этим заняться. Он был вторым человеком, третьим, если считать Хифуми, кто знал, что Сабуро – информатор. И очень трепетно относился к работе младшего из Ямад. Но вообще, подросток давно понял, что дизайнер не просто так это делает. Его интерес заключался в разногласии в семье братьев или в том, как тот работает и не попался Ичиро. В любом случае, парень пожимал плечами, примеряя очередной наряд из новой коллекции дизайнера. Кажется, что Амемура что-то скрывает. Всё равно, пока это не коснулось его самого. Тёмная лошадка.       С последнего урока он отпросился, ссылаясь на больную голову и невозможность понимать речь без усилий – что было правдой, но у него есть обязанности помимо этого, потому парень, едва выйдя за порог школы, тут же рванул к станции Икэбукуро. Рамуда сегодня был с утра пораньше на встрече в дизайнеров, потому ждал его не на станции Шибуя, как обычно, а на Ниси-Васэда, на линии Фукутосин*, что было только на руку Сабуро. Подростка вырубало в метро, но зная закон подлости, при котором он вечно просыпает нужную станцию, решил купить до входа в подземку ещё американо, отчего его желудок скрутило и чуть не стошнило. Ему было хреново из-за толкучки в поезде, отчего кофе чуть ли не попросился обратно через рот.       – Божечки, Сабу-чан, ты спал сегодня? – увидев помятый бледный вид Ямады вскрикнул Рамуда. Парень с розовыми волосами держал в руках кипы бумаг с дизайнерскими проектами. – Выглядишь, будто тебя переехал грузовик!       – Да, Рамуда-сан, так и есть, – кивнул на толпу информатор, намекая на то, что толкучка в поезде не хуже всякого автобуса может задавить не привыкшего к темпам Токио человека. Передавая пакет в перчатках, Сабуро приметил, что у самого дизайнера маникюр – просто покрытые прозрачным лаком ногти, – У меня было много работы ночью, потому спал меньше, чем обычно. Рамуда-сан, это надо будет передать на станции Шибуя в шесть вечера человеку с белыми волосами. Он сам вас найдёт, вам ничего не нужно будет делать, просто отдать флешку.       – Если Сабу-чан в это время будет отсыпаться, то я обязательно приду, – потом парень достал леденец и протянул информатору. Увидев, как подросток уже собирался отказаться, тут же затараторил: – Бери-бери, у меня их много!       – Спасибо, Рамуда-сан, – сказал Сабуро, нехотя забирая леденец из рук дизайнера. – Если честно, то у меня ещё сегодня встреча, но после я пойду отсыпаться. Прикроете? Я сегодня у Дока ночую.       Даже в этой суматохе бело слышно, как хрустнул леденец во рту Амемуры. Дизайнер на секунду потерял самообладание, но тут же его вернул, выбросив палочку и доставая очередной леденец. Из-за чего-то эти двое трудно общались, а работать их заставить было трудно. Но частенько встречались на квартире у Джакурая.       – Хорошо-о, – протянул, наконец-то выдохнув, Рамуда. Подросток выдохнул – бомба замедленного действия решила подождать и не взрываться на глазах у людей. – Информацию брату передаёшь?       – А вы проницательны как всегда, Рамуда-сан! Тогда, в следующее воскресение у вас?       – Ага, – на прощание Амемура помахал парню, убегая в толпу токийского водоворота людей. – Пока-пока, Сабу-ча-а-ан! От-сы-пай-ся!       Оставалось заскочить домой и переодеться. Посмотрел на леденец, к которому была прикреплена какая-то таблетка. При пристальном рассмотрении её парень увидел часть слова препарата. От головной боли? А дизайнер и правда тёмный человек. Сабуро не захотел бы иметь его у себя во врагах, так думает, запивая таблетку водой из бутылки, которую купил при входе в метро и садясь в электричку в сторону Икэбукуро. Парню повезло влезть в вагон, а вот парня за ним уже заталкивали в поезд. Сабуро перемолился всем богам удачи, начиная с Эбису и заканчивая Бишамонтэн*, чтоб до своего района доехал не мешаниной из органов.       Дома было тихо, но лишняя пара обуви стояла при входе – Ичиро дома. Странное стечение обстоятельств, но Сабуро только рад лишний раз пообщаться с братом.       – Тадаима, Ичи-нии! – крикнул подросток, скидывая обувь. Он пытался звучать как всегда и не закашлять, хотя горло першило чуть сильнее, чем утром. Послышался звук со стороны спален и из небольшого коридора выглянул старший брат. Он был в обычной одежде, словно он только собрался на встречу или с неё заявился домой. – Уже вернулся или ещё не ушёл?       – Второе, – сказал брат слишком обреченным голосом, будто случилось что-то такое, из-за чего мир перестал вращаться. – Сабуро, есть минутка?       – Конечно, Ичи-нии, – кивнул парень, направляясь в свою комнату. Голос брата достигал как будто из-за морской пучины, а свой казался громким. – Что-то случилось?       – Это о твоём режиме сна, – брат заходит в комнату вслед за младшим, который скидывает рюкзак у входа. – Джиро сказал, что ещё в два часа ты не спал.       – Я делал домашку, – пожал плечами Сабуро. – Забыл про математику, я случайно! – вторая часть фразы была произнесена чуть громче, а также вполоборота к старшему.       – На компьютере, – скептически уточнил Ичиро. – В два ночи.       – Да, – ответил парень. Ложь горька, а правду говорить язык заплетается, – в два ночи на компьютере скидывал задание однокласснику, который в жизни не делал сам алгебру.       – Ага, конечно, – протянул старший Ямада, наблюдая как Сабуро ищет что-то в книжной полке. Папка, хотя младший знал, что там информация, которая нужна как раз-таки Ичиро. – А твои прогулки с Амемурой…       – Кстати, я к нему сегодня с ночевкой, он попросил помощь в бытие «вешалки», – Сабуро пытался вывести этот разговор из опасной зоны. Врать он умел, но Ичиро врать никогда не хотелось. Парень взял небольшую сумку-пакет, в которое кинул всё, что понадобится для сна и умывания. И пара таблеток от головной боли и кашля. Люди болеют, а информаторы – никогда. – И закончим, наверняка, поздно. Но я обещаю, что отосплюсь за все те часы, которые не отсыпал за неделю!       Ичиро выдохнул, улыбаясь.       – Хорошо, Сабуро. Но вопрос прежде чем ты уйдёшь, – старший подошёл в плотную к брату. – Амемура же не был дома тоже до поздна.       – Не был, – согласился парень. – Я делал домашку, пока он не вернулся домой.       Ичиро скептически посмотрел, но в итоге плюнул, пожелав удачи в ночёвке.       – Спасибо, Ичи-нии! – и выскочил за дверь, на ходу натягивая ботинки. Старший знал, что не остановит младшего, но его бледное лицо заставило старшего задуматься о своём решении.       В Шиндзюку намного спокойнее в отличие от улиц ‘букуро. Но это не значит, что людей вовсе нет. Все ходят с такими лицами отрешёнными, все занятые и боятся пропустить лишнюю секунду, торопятся, толкаются. Сабуро наблюдал за тем, как в переулке какая-то банда пыталась ограбить человека. Парню плевать, пока это не касается него самого, но сообщить Ичиро стоило. Конечно, Икэбукуро – база, но близ прилежащие территории так же были под опекой брата, такие как сама Тошима, Шиндзюку, северная часть Шибуи(юг заняли MCD), юг Итабаши и Киты, самый восток Неримы, Накано кроме самого западного кусочка, а так же часть Бункё, который был поделён между NB и организацией девушек с востока, Чуоку*. Сам Сабуро знал о них относительно мало, файл с информацией о них был пуст, всего-то семь листов (для сравнения хотя бы MCD, чей файл был увесистым на страниц шестьдесят с закладками и количестве членов мафии(те, кто были и правда мафией, а не мелкие сошки, которых ночью проверял Сабуро), ссылки на их страницы в социальных сетях, полные имена, даты рождения, некоторые способности и остальное. Файл банды брата был повесомее, всё-таки, брат. В сотню страниц всякой дребедени. Так что девичья банда скрытый мир, а подросток любит всё тайное.       В доме у врача тихо. Джакурай тенью выплывает из своего кабинета, услышав как закрывает кто-то замок в его квартиру, но, увидев Ямаду, нахмурился.       – Нехорошо себя чувствуешь?       – Завтра открою больничный, – поспешил его успокоить парень, скидывая рюкзак и направляясь за своей уже сухой одеждой. – Мне ночью надо сбегать кое-куда.       – Ты никогда просто так тут не остаёшься, догадался уже, – выдохнул Джакурай, кидая бутылёк таблеток парню. – Это понижает температуру. Обманка для организма, но я бы не использовал. Температура – это способ тела бороться с инфекцией.       – Спасибо, сэнсей! – и спрятал в рюкзак, а после глянул на часы. Без четверти шесть. – Я пока лягу, сон – способ бороться организма бороться с инфекцией, да?       – Верно, Сабуро-кун, но не в таком количестве, в каком ты спишь часто, – посетовал врач, возвращаясь к себе в кабинет.       Парень часто думал о месте, где прячется док. И не о двух выходах и третьем в канализацию на нижнем этаже. Когда входишь – спускаешься по лестнице с первого этажа в обычной квартире Шиндзюку – ключ прилагался. На той же площади жила старуха, которая выращивала цветы, под горшком одного из них был ржавый ключ, который удивительно подходил квартире 4 – а Док не из боязливых*. Впрочем, это была квартира, прописка тут же, но интересно, сколько он угрохал на запасной выход сюда? Основной вход был с другой части дома, подвал сразу вёл на нижний этаж. Огромная зала в два этажа без окон, половина которой находилась просто на втором этаже, где и был выход в зону прописки сэнсея, небольшая лестница, упирающаяся в небольшой напольный люк под ковром. Диван находился у этой лестницы, тут обычно и спал Сабуро, притащив это произведение год назад с небольшой помощью Рамуды (после того дня дизайнер провалялся три дня с болью в спине и причитал подростка и то, как младший Ямада выздоровел всего за день свалив на сильные тренировки к физкультуре). Чуть дальше, по сторону дивана, (в другой стороне лестница, ведущая вниз) идут две двери, одна ведёт в кабинет сэнсея, а вторая в операционную. Снизу же, в большом зале, есть дверь, находящаяся как раз справа от лестницы, под тем небольшим вторым этажом, где и находился склад врача со всякими химическими элементами, считая морфия – буквально куча, холодильник с лимфой и первой положительной и отрицательной кровью. Инструменты, в соседнем помещении место для мытья оборудования, где и был этот люк. И этот люк лучшее решение Джакурая.       В итоге парень заснул лишь к семи часам. Накрасил ногти чёрным лаком и провалялся на диване, собирая информацию про события в родном ‘букуро, после чего его просто отрубило. Ему не снилось ничего, лишь странные образы, пытающиеся его догнать.       Будильник на телефоне был тихим, но поднял всё равно подростка во втором часу ночи с головной болью и нежеланием никуда идти. А также вечным недосыпом. Док выглянул из своего кабинета с кружкой кофе (крепчайшего эспрессо, при первом глотке Сабуро даже скривился). Голова гудела, а ещё сонный голос из-за осипшего горла казался ещё тише и гнусавее. А ещё не переставая першило и хотелось выкашлять лёгкие. Одна из таблеток сэнсея смутно помогла. Со второй стало уже лучше и Сабуро попросил занять ванную в его квартире. Док кивнул и улегся на то место, где спал до этого подросток.       После душа парень спустился обратно, вытирая свои мокрые волосы бирюзовым полотенцем, повешенным на плечи. Джакурай спал, а телефон дока лежал прямо у головы. Сабуро прошёл мимо, забирая одежду со спинки дивана и заходя в онлайн и попутно глядя на время, полвторого. Он успевает, правда, нужно одеваться уже потихоньку.       На своём сайте было новое сообщение от системы, напоминание, что пора сменить пароль. Сабуро забыл, что сегодня как раз тот день, но в голове пусто, придётся придумать вечером.       Начало недели готовилось быть жарким. И дело в том, что ещё ночь, тёмная – самое тёмное (да и самое холодное) время это перед рассветом. Но даже с той прохладой было относительно тепло. Руки не мёрзли, как и пальцы, отстукивая быстро по телефону чечётку, набирая сообщения Рамуде. Тот прислал сообщение не в городском чате, во всяком случае так казалось, а на телефон: Амемура Рамуда (прислано в 20:12): Я сделал, что ты просил! Сейчас вернусь с нашим ужином на сегодня!~       Сабуро ухмыльнулся, дизайнер осторожен, как всегда. [DubaiのGameCreater зашёл в чат] /приват[eR]-->[DGC]       Сразу же всплывает окно. Внимание! Это пользователь не в сети! Всё равно войти в приват? да/нет       Сабуро выбирает «да». [er]: /пропущенное сообщение/ ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО БУДЕТ САМАТОКИ??? [dgc]: Спасибо, Рамуда-сан, вы меня выручили! А, да, Аохитцуги-сан решил сам со мной встретится, но я чувствовал себя недостаточно хорошо, чтобы побегать от него в толпе:( (не прочитано!) [dgc]: Он не упустит возможность снова склонить меня в мафию как мейн информатора MCD, знаешь же, эх (не прочитано!) /end.приват[eR]-->[DGC]       На месте он был один, но чувствовал всей кожей то чувство, что кто-то наблюдает исподтишка. Информатор спокойно прошёл к статуе и сел прямо под ней, ожидая подлянки со стороны NB, хотя, в отличие от Йокогамской мафии, ребята брата намного более лояльные. До встречи ещё минут пять. Пунктуальный информатор смотрит в монитор телефона на наличие сообщений из городского чата. Все оффлайн. Выдохнув, он убирает гаджет в карман и, выдохнув, натягивает ещё ниже свой капюшон. Чёрные ногти блестели в свете ночных фонарей.       Ему навстречу вышел Рэй Курусу, бывший одноклассник Куко Хараи, одетый в толстовку NB и озирающийся всё на идущего с ним под руку Дайса Арисугаву в той же одежде поверх. Правда второй был скорее подсадной уткой Рамуды, по его приказу уйдёт, если нужно. На кого работает же дизайнер совершенно неинтересно.       Стук шагов по асфальту. Одна пара остановилась раньше, а вторая подошла чуть ли не впритык.       – Йоу, РиБэ*, – поздоровался Дайс. Сабуро надел перчатку и достал папку, из которой достал нужную информацию, но прежде взял деньги из рук юноши, проверил стоимость и наличие подделок и прочего, после чего, кивнув, отдал файл.       – Я ЭлБэ, – поправил сиплым пониженным голосом парень, прежде чем ускочить в паутину Шиндзюковских домов.       Это не ‘букуро, тут всё более серое, простое, тусклое и унылое, но тоже знакомое. Тут не улицы пустынны ночью, а сейчас ещё и было тихо, что слышно, как едет какая-то машина в паре домов отсюда, причём относительно громко. Было жарко – лихорадка взяла своё, а ещё сбилось дыхание. Усталость упала тяжёлым одеялом на плечи хакера. Звёзды исчезали, а становилось чуточку светлее. Хотя город всё ещё был укутан тенями, было некое предчувствие приближающегося дня. Ночные звуки затихали, в домах загорались первые огни: встающие в четыре люди сами себя не уважают. Солнце ещё не показалось из-за горизонта, а люди ещё не хлынули на улицы. Новая неделя начиналась, зоря разорвала эту ночную материю на части, привнося в мир свет, одаряя каждую улицу своим нежным теплом. Сабуро сидел в этот момент в парке, наблюдая как из-за высоток выглядывает яркое утреннее светило.       Он чувствует, как за ним спешит кто-то. На секунду повернувшись на лавочке и глянул на человека сзади. Это был никто иной, как Хифуми, который, заметив лицо подростка, начал весело махать рукой и тут же направился в его сторону. В Шиндзюку полно странных личностей, а увидеть хоста ранним утром пусть и немного чудно, но отнюдь не необычно. Сабуро подвинулся и блондин плюхнулся на соседнее место.       – Добрейшего утречка, Ямада-кун! – здоровается хост.       – Охаё-о, Изанами-сан, – кивает парень. – Вы сегодня поздно.       – Ой, да это мой обычный график, не волнуйся, – махает рукой Хифуми. – Я даже раньше смог уйти. С котятками порой бывает трудно, но я их люблю, – после чего сминает рукой пиджак на плече. – Работаешь даже по выходным, полагаю?       – Пришлось, – кивает подросток. – Мне ещё утром надо будет перехватить одного человека, прежде чем я смогу вернуться домой и открыть больничный.       – Совсем ты себя не бережёшь, Ямада-ку-у-ун, – протянул мужчина. – Могу тебя потревожить и до утренней работы пригласить выпить кофе? Если ты не против!       Хифуми поднялся. Сабуро задумался, глядя на локоны знакомого. Из-за лучей солнца казалось, что волосы стоящего человека горят.       – Думаю, у меня ещё есть время, – кивнул подросток, взвесив все за и против и поднялся вслед за хостом. – Правда, странно гонять в такой одежде по улице днём.       – У меня есть лишняя одежда, осталась со школы, удачно, да? – и они двинулись в сторону места жительства мужчины.       Сабуро было интересно слушать все новинки, которые Хифуми рассказывает ему. Все сплетни, все слухи парень впитывал, как губка. Проблема не в обмене информацией, конечно, но подростку казалось, что дружба не зависит от возраста. Рамуда посмеялся бы. Как банально. Но общаться со старшим поколением намного интересней и проще, нежели со своими одноклассниками.       Странности окружали Сабуро с самого начала карьеры, как информатора. Но то, что он сейчас стоит напротив квартиры, за которой, вроде, поставил слежение, казалось ну очень, чересчур странным. Правда, парень решил списать это на усталость, попутал, с кем не бывает. А ещё он ещё болеет, что вносит свою лепту в спутанную, разрозненную информацию.       Здесь было тихо.       – Дверь слева – ванная, слева тут – моя дверь, дальше – моего лучшего друга. Помнишь, я говорил?       Хифуми снял свои ботинки при входе с пиджаком и скользнул в большую комнату, гостиную-кухню-столовую. Правда, эта самая кухня огорожена тумбами от столовой-гостиной. Впритык стоял стол с четырьмя стульями, дальше кофейный столик, со стороны дверей стоит диван, напротив – телевизор. На подоконнике стоят цветы. Один из них знакомый. У Дока такой же. Но названия, к сожалению, не удалось вспомнить*.       – С ним любит общаться мой друг, – объяснил с улыбкой мужчина, заметив как парень тычет на листья шишкообразного цветка. И продолжил греметь.       Солнце уже поднялось за горизонтом. Пока Хифуми мылся и переодевался, Сабуро успел немного вздремнуть на диване. Телевизор тихо жужжал, показывая один из новостных каналов Шиндзюку. Но как хост вернулся к приготовлению завтрака – в свободной кофте, штанах, босиком и в странном чёрно-белом фартуке в полоску – подросток проснулся и уныло глянул на телевизор, после чего потянулся за рюкзаком и достал оттуда таблетки. На диване лежали вещи, которые на удивление подошли парню (это была белая футболка с какой-то группой и чёрные потёртые штаны). Ночная одежда была спрятана в сумку, которая сейчас уныло висела при входе.       На часах было без пяти шесть, когда Хифуми приготовил завтрак и разложил по трём тарелкам. Это был оякодон*. Послышался звон из той комнаты, в которой живет друг хоста и невнятное бормотание.       – Подождём его, хорошо? Тебе какой кофе?       – Американо, – не задумываясь ответил подросток и тут же рядом с тарелкой поставили ароматный напиток. – С-спасибо, Изанами-сан.       – Ой, да что там, Ямада! – замахал рукой парень. – Я, помню, не отблагодарил тебя за то, что ты нашёл того котёнка, одну из моих преследовательниц.       – Именно эта даже и не пыталась прятаться, так что не трудно, – отхлебнул из кружки подросток. – Вкусно. Миндаль?       – В точку! – кивнул Хифуми, наливая кофе (ещё один чёрный) во вторую кружку, а в третью налил чая. Вроде, чёрный с бергамотом.       В этот момент, Сабуро внимательно смотрел на открывающуюся дверь. Из комнаты бурча выполз тот самый человек с фото. В бежевой пижаме с огромными мешками под глазами, недовольным видом и буквально гнездом на голове из копны рыжих волос. Часть локонов переливала тёмно-циановым цветом, как у Хифуми – зелёным. И парень был солидарен с выходящим в одном.       – Доппочи-и-ин, охаё-о-о-о, опять спал от силы три часа?       Они оба те ещё ублюдки, раз не дают поспать своему организму из-за работы.