Самое тёмное время перед рассветом

      Док, такой внимательный и заботливый, звонит Сабуро вечером в среду, чем удивляет парня, ведь Джакурай-сэнсей ни разу не звонил подростку, насколько бы не была ужасной ситуация. И всё же поднимает трубку.       – Моши-моши*, сэнсей, – здоровается парень. Голос не такой шипящий, как в воскресение или понедельник, но всё ещё больной и слабый. – Вы редко звоните, – не забывает подметить Сабуро.       «Сабуро-кун, приятно слышать, что всё не совсем ужасно», – голос дока успокаивал.       В комнате кроме него спящий Ичиро, который случайно заснул за чтением «Некого научного Рейлгана», опираясь спиной на тумбочку прямо у кровати Сабуро. Парень потрепал волосы старшего брата, закрывая книгу и откладывая её, после чего укрыл брата пледом.       – Мне чуток лучше, – отвечает подросток. – Правда от тех таблеток, которые вы дали, у меня через время случилась лихорадка.       «Чего я и опасался», – выдыхает. – «Сабуро-кун, у меня к тебе небольшая просьба. Я знаю, ты ещё не выздоровел, это могло подождать, но я решил, что лучше раньше».       – Я до четверга не хочу слышать о работе, но для вас…       «Сабуро-кун, это не работа», – прерывает док. – «Но кое-что, что, мне кажется, я должен тебе сказать, пока не начались волнения».       – Ближе к делу, – парень лёг обратно на кровать, но правую руку протянул к брату, поглаживая того по волосам, ероша чёрные локоны.       «Вчера у меня был посетитель с моей прошлой работы, из-за которой меня отстранили от врачевой деятельности», – парень почувствовал себя не в своей тарелке. Док никогда не рассказывал о своём прошлом, да и как-то подростку было не интересно, чем дед занимался до их встречи. – «Её имя я не скажу, потому что даже работая там, её я видел от силы раза два. Она не была врачом, но учёным, которая занималась исследованиями с одним доктором, который наставлял меня несколько лет. Сабуро-кун, его имя сейчас другое, из-за небольшого переполоха в нашей лаборатории его могли убрать и тот взял другую фамилию. Я хочу тебе сообщить. Она искала тебя. И я боюсь, что для того мужчины».       – Что такого странного, что меня ищ… – но тут осёкся. – Почему она вышла на подпольного доктора и знает о нашей связи.       «Да, Сабуро-кун, она не детектив, а учёная. А мой бывший наставник очень коварная личность. Думаю, они до сих пор общаются, как я и сказал, боюсь, если это так».       – Имя скажите, я пробью его по сайтам, – Сабуро закрыл глаза. Те были сухие, казалось, что песка в глаза насыпали. – Или вы не помните?       «Амаядо Рэй, это его имя сейчас. Пишется как «небо», «долина», «парень» и имя «ноль». Но настоящее имя, мне кажется, лучше найти самому. Ты поймёшь, почему».       – Значит, думаете, что это он хочет со мной связаться через эту девушку? – тут же задумчиво протянул Сабуро.       «Я не могу знать, Сабуро-кун, я просто предполагаю. Мне не хочется терять информатора, а также иногда и правда бывает слишком горькой, а некоторые тайны лучше вообще не раскрывать», – подросток задумывается. Надо найти фото этого человека. – «Но есть ещё кое-что. Пообещай, что будешь аккуратен с Чуоку, та группировка из Токио. У неё была их тату, я боюсь, что их лозунг про равноправие между полами лишь прикрытие».       – Хорошо, – выдыхает. – У меня нет причин вам не верить. Но мне не по себе от этих недомолвок.       «Боюсь, ты меня не поймёшь, если я тебе расскажу всё, как есть», – голос сэнсея слабый, но полный теплоты. – «Дьявол прячется в деталях, я хочу чтобы ты сам это выяснил. Я надеюсь, после этого ты поможешь мне».       – Я не вижу даже в целом картину, потому не могу дать ответ.       Ичиро всё ещё спал, когда Сабуро завершил разговор ближе к десяти вечера. Сабуро слабо улыбнулся, ероша волосы старшего брата. Джиро как раз в это время и вернулся домой: входная дверь слишком уж громко хлопнула. Брат постучался и осторожно заглянул в комнату младшего Ямады. Болеющий подросток приложил палец к губам и показал на спящего брата. Джиро без слов на цыпочках подошёл к нему и взял (Сабуро чуть не начал молиться снова всем богам, чтобы Ичи-нии не проснулся) старшего под шею и ноги. Ноль внимания. Правда Джиро выглядит после этого подъёма немного… тяжело, да, само собой. Подросток открыл дверь, чтобы брат мог занести старшего в комнату, а также взял одеяло. Джиро мягко положил Ичиро на кровать, а Сабуро, кашлянув в рукав, накрыл спящего, после чего поплёлся к себе в комнату.       Хоть иногда Джиро понимает без слов.       На следующий день парень нашёл фотографию Рея на своём сайте. Редактор. Но половину лица не видно, в очках, шляпе. И как-то загадочно улыбается. Сабуро осенило в какой-то момент: он его видел! Точно, даже сохранил тот файл. Но это разговор на потом, оно подождёт. Работа информатором научила парня терпению. Кто выжидает – получает многое. А ещё он недостаточно здоровый, чтобы заниматься этим сегодня.       В пятницу, ближе к вечерним часам, Сабуро почувствовал себя более-менее здоровым в плане не ломающихся от движения конечностей и спины. Все ещё был кашель, заложенность и небольшое першение в горле, но эти проявления болезни не настолько ухудшали состояние, просто иногда мешали, но разум не затмевали (а ещё он высыпался!). Когда голова уже не болела, вечером в пятницу, Сабуро тот же час взял свой ноутбук и притащил к себе на кровать, начиная работать. Накопилось несколько небольших запросов ещё со вторника. Ни одного от банд, что не могло не радовать. И письмо от дока, в котором было перечисление нужных ему предметов. Было понятно, что оно было общим для него и того работника, сэнсэй явно не захотел для каждого переписывать. Из всего списка парень не понял и половины предметов, но это явно нужно было мужчине. Особенно те, что были выделены красным: антисептики, иголки, физрастворы (интересно, для чего), кровь. Сабуро застонал. Это явно не то, чем занималась компания Доппо, поэтому это та часть, которая свалилась на плечи юноши. Откинувшись, парень задумался над тем, кто мог бы помочь в этот раз. Сабуро не сможет всегда заниматься поставками, а без средства передвижения его возможности сужались до невозможности. Было бы лучше, имей он мотоцикл. Не то чтобы это проблема, ему нужно научится его водить, а единственный, к кому тот мог обратится – Саматоки-сан, которому явно не хочется вести лишних дел с Сабуро, если конечно тот не согласится работать на MCD. Подросток выдохнул и щелкнул пару раз на сайт больницы, которая была платной и не совсем законным заведением, скорее прикрытие для притона в южной Шибуе для йокогамской мафии. Надо будет как-то договорится с ними.       Эти сволочи реально заламывали цену, но обещали конфиденциальность для Доппо, который будет этим заниматься, и самому LB. Мафия и её партнёры «славились» тем, что сдерживали своё слово. Хотя бы эта инфа никуда не уйдёт. Парень пытается выдохнуть, прежде чем вечером в субботу говорит брату, что обещал встретится в воскресение с Рамудой. Согласился при условии что этот самый Рамуда заберёт его из дома. Он что, так волнуется или не доверяет?       – Моши-моши, Рамуда-сан? – звонит Сабуро в тот момент, пока сидит уже за столом и отвечает на условие больницы (придётся сдавать кровь бесплатно раз в месяц его партнёру, Доппо уже согласился, а также при условии переполненности больницы людьми мафии док обязуется помочь за бесплатно), попивая латте из своей кружки. Клавиатура еле успевает реагировать за пальцами юного хакера.       «Моши-моооошь, Сабу-чан!~» – голос мужчины по ту сторону трубки слишком сладкий и наигранный. – «У тебя что-то срочное? Надеюсь, не то, что ты отказываешься?» – а ещё наигранно обижается. Сабуро морщится от этого театра.       – Ичи-нии сказал, что отпустит при условии, что ты меня заберешь, – говорит парень и тут же морщится от случайно неверно выбранного кандзи в предложении. Бывает трудно писать так, чтобы не подумали, какого возраста этот самый информатор загадочный. Потому он всё ещё думает, писать «доброе утро» катаканой или кандзи. – У меня же все ещё кашель.       «Оооох, Сабу-чааааан», – протягивает Рамуда. На той стороны линии слышатся шебуршания. – «Если мой хороший знакомый тебя подхватит, это, надеюсь, будет не проблема. И возьми ночнушку! И форму! Я хотел тебя познакомить одному знакомому, который связался со мной на днях, после того, как примеришь мою одежду~».       – Болезнь болезнью, а работа по расписанию, – кашляет Сабуро, отсылая количество нужной химии для начала вслед за согласием. – Я передам слова Ичи-нии, но и ты пришли ему соо, хорошо?       «Для самого милого информатора что угодно!~» – младший Ямада перекладывает трубку к другому уху. Шея затекла. – «Кстати, помимо того знакомого, с нами будет Дайсу, так что пусть Ичиро не волнуется».       – Передам-передам, – Сабуро вчитывается в следующее письмо, пытаясь вникнуть в просьбу отправителя, но потом понимает, что это очередная просьба от полицейского, который подписывается «кроликом». Там состоял вопрос в информации на наркопритонах в районе Йокогамы. – Рамуда-сан, во сколько ваш друг приедет?       «Ну-у, часов в десять. И он придёт, а не приедет, Сабу-чан», – юноша слышит, как дизайнер что-то чиркает карандашом по бумаге. Очередное творение для одежды юношей или девушек, интересно? – «Он вечно одевается, как студент из начала прошлого века, не спутаешь! О, повиси так чуток, это звонок от Ичиро!».       Сабуро выключает звук микрофона, подключает наушники к телефону и начинает слушать, правда динамики барахлят поначалу и подросток слышит квакание, но вскоре оно прошло. В тот момент парень пишет своему знакомому «из раменной» по поводу подозрительных заведений в северной Йокогаме. Хакер сейчас оффлайн, значит спит. Оно неудивительно, этот парень (парень ли?) идёт спать в десять дня и просыпается в семь-восемь вечера. Если повезёт, но с двенадцати до шести точно дрыхнет, следуя по его активности. Сейчас на часах без пятнадцати восемь, значит, прочитает он сообщение через полчаса, наверное. Парень откидывается на стуле и начинает кататься, вслушиваясь в то, как Рамуда щебечет с братом о чём-то запредельном, о партии одежды для новеньких, которые вступили в банду. Сабуро решает записать часть людей, которые пережили год и удостоились стать полноправными членами. Просто правит в файле их имена, помечая другим цветом. Правда, младший Ямада на интуиции отметил их, потому что имен не было сказано, только количество кофт.       «Ну что, всё слышал?» – голос с той стороны принадлежит Рамуде, а Ичи-нии не было слышно. Сабуро опасливо включает микрофон.       – Почти, – признаётся. – Я пропустил часть разговора в самом начале. Юмэно-сан, значит? Который начинающий писатель?       «Когда только успеваешь!» – восклицает Рамуда. – «Да, именно он. Кстати, помнишь ту информацию про банду, пару лет назад? Это он помог Ичиро!»       – Ты про похищение нас с Джиро, – не отвлекаясь от файла с именами, утверждает парень. – «Лестница в небеса» или как-то так, не хочу даже вспоминать. Это были тяжёлые полгода, для Ичиро, который нашёл всем сиротам дом, для нас в общем. Мы тогда ещё с Джиро начали ссорится. Хотя, – Сабуро смотрит на звёзды за окном. – Мы оба виноваты, что поняли Ичи-нии неправильно пять лет назад.       «Сабу-чан признаёт свою ошибку! Скажи это ещё раз, я хочу записать!»       – Ни за что! – на эмоциях прикрикнул парень, очень возмущаясь. – Забудь, что я сказал или не припоминай мне хотя бы.       «Ты такой милашка, Сабу-чан!»       – Перестань, это звучит мерзко, – парень достал учебники из книжного шкафа. – Но у меня есть пара вопросов, Рамуда-сан.       «М? Есть что-то, что ты не можешь найти через свой любимый подпольный сайт?»       Он абсолютно точно издевался над ним.       Сабуро волновал вопрос, ответ на который скрывался в прошлом Рамуды. Или хотя бы ниточка, которая может привести к тому, что он хотел давно найти. В этом сайте*, Пландерер, которым пользуются многие хакеры, но лишь единицы могут найти именно то, что ищут, ибо многое зашифровано. Так вот, даже на этом сайте не было ничего про некого «Рамуду Амемуру», лишь пара строчек о дате рождения, имени. Но ни родителей, ни о школе. Но один день на всего пару часов в его профайле была строчка «DON’T TRUST HIM». И файл, в котором было фото парня, ужасно похожего на Рамуду, детского возраста, около четырёх лет, наверное, от роду, во рту леденец, а рядом с ним мужчина. Но проблема в том, что на фото Рамуда, конечно он, но это не всё. Там не один Рамуда, сзади видно, как парочка, повернутая спиной к снимающему, мазюкает что-то на асфальте. Волосы такие же, как у Рамуды. Но последнее, что действительно смущало парня, так это тот самый парень. Он видел его, конечно, он известен в узких кругах как редактор. Юмено Гентаро один из его подопечных. Тогда почему он в лабораторном халате и без своих солнечных очков. И ещё нет этого шрама на глазу.       У него гетерохромия, один глаз из них серый, а второй зелёный. Рэй, ноль. Сабуро долго думал об этом, приплетая разговор с доком. Амаядо Рэй. Гетерохромия. Рэй. Это точно один и тот же человек, фото редактора и фото юноши-доктора чуть ли не идентичны.       – Я спрошу об этом при встрече, Рамуда-сан, – ответил парень. – Мне нужно будет ещё заскочить за формой к доку. Оясуминасай.       «’суми, Сабу-чан! Жду твоего вопроса! А к Джакурай-сэнсею зайдём вместе, всё равно вечером заскочить в Шиндзюку нужно!»       Непременно, думает Сабуро про вопрос, ложась, даже падая, на кровать и отключаясь. Этот Амаядо странный парень. Кто в здравом уме откажется от того, чтобы лечить людей и станет простым редактором? Была ли у него жена или ещё есть? На фото той давности видно кольцо на левой руке. Но больший вопрос к тому глазу, зелёному.       Как у всех трёх братьев Ямада.       Это странно, но Сабуро подумал, что о завтрашних делах будет думать завтра*, поэтому откинулся на подушки и прикрыл тяжёлые глаза.       Парень проснулся не от того, что выспался, а от того, что кто-то звонил. Так ещё и в полвосьмого утра, в воскресение! Хорошо, что лёг пораньше, в одиннадцать (а заснул ближе к двенадцати, ибо спать не очень и хотелось). Протирая глаза, младший Ямада встал и проскользнул в коридор. Мимо него с заспанным лицом, бардаком на голове, проскользнул Ичиро в ночной рубахе (на серой рубахе протёртый принт с каким-то аниме) и штанах тёмно-серого цвета.       – ‘хаё, Сабуро, – бросил брат, надевая по пути кофту на молнии.       – Охаё, Ичи-нии, – ответил подросток и скользнул в ванную. Наверняка очередной реквест на работу.       К девяти часам парень уже был готов, даже выбрал нормальную одежду. Поверх белой футболки с принтом на груди с улицей Шибуи и снизу катаканой название надел полосатую рубаху с закатанными рукавами на три четверти. Сабуро только подумал о том, как переодевает те костюмы Рамуды, как чуть не откинулся и просто попросил про себя, чтобы это переодевание не затянулось больше, чем на два часа. И натягивает светлые джинсовые штаны, у которых подвёрнут низ на полголени. После достаёт кроссовки из нижнего ящика гардероба, чёрные, но местами жёлтые, как и шнурки. А подошва белая. Сабуро просто представил, как Рамуда ругается на стиль, как решил, что лучше именно так одеться. Авось смилостивится.       Ждал лишь Юмено-сана, который пришёл, какой пунктуальный, секунда в секунду в десять. Сабуро подскочил к двери уже готовый. Сегодня парень решил не причёсываться, не наносить макияж и надевать линзу. Хотелось простого человеческого прогуляться со знакомыми. Которые старше тебя чуть ли не на десять лет. Но ни Рамуду, ни Сабуро это не смущало.       – Я ушёл, Ичи-нии, – кричит младший.       – Удачи, Сабуро, не задерживайся, – старший следит с кухни (неужели у Сабуро есть нормальная одежда – читалось на лице Ичиро, а Джиро был ещё в большем замешательстве, ну конечно, всё-таки, это не была та безвкусица, а один из костюмов от Рамуды), как подросток выходит, а там юноша в классической одежде прошлого века.       – Охаёгозаймас, – здоровается Сабуро, выходя. – Я Ямада Сабуро, пишется как…       – Я видел, – улыбается парень. – Да и ты видел моё имя, в этом нет необходимости, Ямада-кун.       Пауза. Сабуро был немного отвлечён литературным «я» на мгновение. У него есть знакомый в интернете, который говорит при помощи этого местоимения.       – Видели?       – Я соврал, – моргнул юноша. – Но Рамуда сказал, что надо кого-то забрать, а также то, что этот кто-то знает меня. Но у тебя слишком лёгкое имя, чтобы не знать, как оно пишется.       Вышли на освещённую солнцем улицу. Сабуро немного поморщился от такого яркого света, но вскоре привык. Улочки ‘букуро были заполнены народом, большая часть молодых и юных, подростков (больше всего), а взрослых за тридцать почти не видно. Многолюдно везде, но на главной улице количество народа превышало ожидания. Но чем ближе к станции, тем больше людей брата. Один раз даже одноклассников увидел, одетые в обычную одежду.       До станции оставалось пройти пять минут, когда люди начали поглядывать на них. Но, это ещё что, многие подростки и молодые пялились, что блин такого с ними. Подумаешь, юноша в традиционной одежде и стоящий с ними парень с гетерохромией. Даже не те мешки, что обычно носит. Честно, пару раз Ямада младший видел в толпе парней из банды брата, которые явно таращились на него. По правде говоря, парень никогда и не появлялся так явно на людях почти никогда, потому понятно, что не так. Да и братья вечно говорят про отсутствие вкуса у младшего.       – Интересно, что их заставляет смотреть на нас, – подал голос знакомый Рамуды. – Вероятно, в их глазах мы как иностранцы, не часто увидишь таких уникальных личностей.       Сабуро непонятно посмотрел на парня, словно на отсталого.       – Я, к примеру, писатель из прошлого, которого призвали, чтобы бороться с очернителями книг. Думаю, даже такое привидение, как я, умеет право на отдых в такой солнечный день.       – Мне кажется, что вы слишком много говорите не по делу, – недовольно глянул Сабуро.       – Я просто лгу, – улыбнулся Юмено. – Но тема с очернителями интересная. Я запишу, пожалуй.       Его одноклассник, тот парень неделю назад, смотрел на все глаза на него. Подросток улыбнулся слишком высокомерной улыбкой. Младший Ямада любил чувствовать превосходство над другими. Это сладкий вкус на кончике языка. Он лучше других. Хорошо, что тот не подошёл. Правда, теперь этот недомерок пристанет к нему в школе, если поймёт, если не такой тупой, как тот же самый Джиро.       Сабуро заходит в метро, которое уже многолюдное. Гентаро за ним, след в след. Подросток находит наушники, клубок, в сумке и достаёт, присоединяет к телефону и смотрит на список песен и выбирает Fantasy от The Oral Cigarettes. Сабуро наткнулся на эту группу случайно, Ичи-нии любит аниме, а одна из песен этой группы была в опенинге. Парень как-то зацепился за эту песню, а потом вышел и на другие.       Don’t stop believin’       Парень давно не мечтает о чём-то запредельном, рассчитывает шаги и мерит, до чего дотянутся его возможности. Но в детстве он мечтал о большом, о семье, о веселых днях, полных эмоций, о маме. Какая она была бы для него? Ичиро никогда не говорил о ней, а Джиро вряд ли помнит её, как и Сабуро. Правда, кое-что есть. Это сладкое, мягкое чувство теплоты от мысли о том, кто привёл тебя в этот мир.       Следующая песня была ещё более старой, погружала всё глубже в воспоминания о его мире. Подросток переключает на другую, а потом на следующую. Порой его мысли уходят слишком далеко в анализе. Сегодня Якудза-сан ночью злился на то, что не смог отчитаться перед главным, потому что там были «жополизы» – дословно, отчего реально выбесился и впечатал одного в стенку. Док побеспокоился за состояние Якудзы и за ранения парня, который прилизывался.       На Шибуе его уже ждал Рамуда, на станции у выхода. В компании девушек. Сабуро недовольно цыкнул, прежде чем подошёл чуть ближе.       – Сабууу-чаааан! «Гентарооо!» – протянул дизайнер, завидев их обоих и начал махать рукой, после чего извинился перед девушками и присоединился к их небольшой компании. – Осталось только заскочить за Дайсом!       – Думаю, он опять застрял у автоматов, – протянул Гентаро.       – Нам обязательно за ним заходить? – прикусил губу парень, но увидев, как на него посмотрели эти двое, тут же исправился: – Азартный игрок, да-да, я знаю.       Дайс нашёлся прямо у входа в казино с таким видом, будто он съел лимон. И в куртке NB на поясе. Сабуро посмотрел на него с пренебрежением. Тёмная футболка, на которой снизу, ближе к левому боку знак Рамуды: четырёхконечная звезда в круге. Правда, это был неудачный кусок ткани, который Дайс забрал себе. И порванные светлые джинсы, коленки в грязи и зелени. Где он ползает?       – Вы сказали, что будем лишь мы втроём! – глянул Дайс на младшего Ямаду с удивлением и недовольством в голосе. Тот недовольно фыркнул.       – Это была ложь, – улыбнулся Гентаро.       – А я не хотел портить сюрприз! – поддакнул Рамуда.       – Такой себе сюрприз, – пробубнил Дайс. – Но если от этого мой долг станет меньше, то я буду вашей вешалкой на сегодня вместе с Сабуро-куном. И вообще, Сабуро-кун, ты же не носишь такое!       – Ты думаешь, мне подходят лишь тёмные наряды и мешки, в которых я выхожу на улицу? – прищурил глаза Сабуро. – В отличие от некоторых, я могу себе позволить иногда одеваться не как бездомный.       – Оя!! – возмущённо вскрикнул Дайс под явный хохот Рамуды. Гентаро же просто улыбался.       Улицы Шибуи наполнены людьми, как и в ‘букуро, но чувствуется это по-другому. Много девушек с сумками, много света, много шума. Икэбукуро же район, полный анимешников, почти как Акихабара*. Сабуро ассоциировал эту часть Токио с безобидным утренним солнечным светом (но и ночью здесь кипит жизнь!). Более творческий район, где живут многие популярные дизайнеры. Рамуда был таким, правда. Пока они шли к дому парня многие девушки успели попялиться на зарождающуюся звезду, скорого нового двигателя моды. Одна парочка даже не постеснялась взять автограф у него, пока Дайс от нетерпения грыз локти, а Гентаро что-то в тот момент говорил, на что парень не обратил внимания. Зато его привлекла парочка, которая смотрела на него из толпы. Парень привык, потому притворился, что не заметил. Ямада Сабуро, который школьник, умный и замкнутый, Сабуро, который брат главы NB – простачок, которого вечно опекают кто-то из окружения Ичиро. Но настоящий Сабуро, LB, коварный тип, который может подслушать разговор, услышать его среди толпы и даже через месяц пересказать его. Идеальная память.       – Это же Сабуро, тот парень, который брат Ичиро-сана?       – Похож, вот, даже Дайс-сан рядом. Но разве у него не… другой стиль в одежде?       – Да, точно, ведь…       Сабуро взял за плечо Арисугаву, заметив, как тот напрягся и шепнул на ухо: «не оборачивайся даже». Юноша принял слова, после чего обратно посмотрел на Рамуду со стеклянными глазами (явно подслушивать стоящих сзади людей было намного интересней), который слишком мило общался с девушками. Подросток улыбнулся.       – Ну и выражение лица, – сказал Дайс, с пренебрежением смотря на Сабуро.       – Сказал парень со стеклянным взглядом, – и понизил голос: – неужели так интересно?       – Здесь нейтральная территория, освобождённая от распрей MCD и NB, каких чудаков не повстречаешь, – вдруг сказал писатель, отвлекаясь от дизайнера. – Ты же знаешь, что два года эти группировки делили только Тошиму.       – Да, знаю, – согласился Сабуро. – К чему это?       – Интересно это, – пожал плечами.       – Оно логично, – легко ответил подросток. – Саматоки-сама присоединился к мафии, после года смог перетащить самых верных в Йокогаму, вот и получилось, что банда скатилась в сборище преступников. Но со своими принципами многие. Просто так в его банду не пропускают. Должна быть обязательно причина.       – Много знаешь, – достал сигарету Дайс и начал поджигать уже, как понял, что зажигалка уже выжила своё. – Гентаро, есть огоньку?       – Мне отойти? – скептически посмотрел на молодого человека подросток, что даже Юмено улыбнулся своей загадочной улыбкой.       – Конечно, Дайс, – ответил товарищу писатель, – повезло, что я нашу зажигалку с собой для таких случаев!       – Правда что ли? – с щенячьим взглядом посмотрел на товарища Арисугава.       – Нет, вру, я же не курю, Дайс.       Арисугава простонал, после чего попросил у какого-то прохожего прикурить. Сабуро почувствовал, как ветер подул в лицо. Те двое уже ушли, которые подумали, что это был не брат главы, а просто кто-то очень похожий. Хотя, по гетерохромии сложно ошибиться.       Правда, бегать с открытым лицом как LB тоже опасно. Капюшон – это полдела, надо прикрыть нос и рот хотя бы. Получше маскировку придумать у парня нет сил, желания, да и сам он не креативен. Вся одежда, что у него есть, сшита по заказу Рамудой полгода назад, когда один из заказчиков сказал, что ему информация нужна на руки, чтобы случайно по источникам не нашли. Скептик в душе Сабуро почувствовал неладное, но всё прошло хорошо, правда, NB, которые следили за заказчиком, в итоге чуть не поймали обоих. Мужчина в шубе и с цепочкой как-то умудрился убежать. В обмен парень получил кое-что про Юмено Гентаро, которым тогда увлёкся Рамуда. Та информация оплатило всю одежду. Странный парень этот, начинающий писатель, о котором знает каждая собака в литературном мире.       У третьего по счёту оказалась-таки зажигалка, после чего парень отошёл ближе к переулку, где не было людей, а за ним поспешили Юмено с Сабуро.       – Но мне тоже интересно, Ямада-кун, такую информацию нигде не найдёшь, а ты говоришь это голосом как само собой разумеющееся, – продолжил писатель разговор.       – У меня брат глава NB, если не забыли, – недовольно сказал Сабуро, как само собой разумеющееся. – А ещё мне об этом рассказывал Куко, а он тоже глава, – что было правдой. Куко не умел держать язык за зубами, когда был в кругу друзей и безоговорочно верил Ичиро, как и в обратную сторону. Закадычные друзья. – Может, пока зайдём в кафе, пока Рамуда-сан наговорится со своими фанатками?       – Хорошая идея, – затушил сигарету Дайс, после чего убрал окурок в сигаретную пачку. – Вон то кафе выглядит интересно.       – Это мэйд-кафе, ты что, от брата нахватался, – сморщился от отвращения Сабуро. – Ужас, ну и вкусы.       – Как тебя только братья выносят, – сквозь зубы процедил юноша, направляясь в соседнее, обычное кафе. Юмено улыбнулся и поспешил за парнем, а за ними Сабуро.

***

      – Вы меня оставили! – крикнул Рамуда, залетая в кафе и плюхаясь на место, пустующее с Сабуро.       – Рамуда, ты сам нас оставил, когда начал с ними флиртовать, – напомнил Дайс, поедая пончик, который ему купил Гентаро.       – Ну-у-у бли-и-ин, – распластался на столе дизайнер. – Сабу-чан, поддержи меня, ты же популярен среди девочек, ты понимаешь меня.       Сабуро посмотрел на дизайнера с таким выражением лица, что казалось, что убьёт лишь взглядом.       – Я похож на такого человека? – даже глаз задёргался. – Рамуда-сан, со мной не общается никто из класса.       – А кто в этом виноват! – и взял чашку кофе из-под носа младшего Ямада. И отпил. – Фу, американо. Вообще не сладкий!       – Купите сами себе латте или какао! – прикрикнул Сабуро, забирая свой кофе. – Я ещё не выздоровел, чтобы давать пить из своей кружки!       – Да ладно, Сабу-чан, вот Гентаро точно даст мне отпить, да, Гентаро?       – Конечно, дам, – улыбнулся парень, но как только Рамуда потянулся к кружке писателя, тот тут же забрал её. – Я соврал.       – Злые вы, – начал ныть парень, после чего достал телефон и сделал фото сидящих. – Сначала зайдём ко мне домой за одеждой, у меня на носу показ моей коллекции, у меня есть пять готовых наряда для взрослых и шесть на подростка, мне нужно сделать несколько фотографий.       Квартира у Рамуды находилась в пятнадцати минутах от этого кафе, потому они могли ещё насладится приятной погодой на улице. И эти четверть часа превратились в полчаса, потому что ну нельзя не идти, как нормальные. Сабуро казалась компания Рамуды очень странной, один Гентаро чего стоит. Но как они начали общаться с дизайнером, на каком основании? А Дайс-то? Или можно со вторым долго не думать, простая дружба? У младшего Ямады вскипел мозг, пока тот думал об этом. О, ему кто-то написал. Это был чат одноклассников, в котором обычно ребята списывались по поводу домашнего задания, о планах собраться или ещё чего. Его туда занесло бедствие в виде старосты, которая заставила там быть всем. Тенруй Аояма: предлагаю собраться, если кто свободен. Тенруй Аояма: есть пара местечек, куда я хотела бы сходить вечером. Мотоиджи Акиро: Я сейчас на собрании NB, но потом могу присоединится Ишикава Юкине: О, тогда и я пойду!       Сабуро поставил на беззвучный беседу, как раз пришли к дому Рамуды. С какой стати им звать его, разве он не выстроил стену между ними в начале средней школы? Парень почувствовал себя так, будто его стошнит. Ну, смотря на количество цветов, его точно должно было вывернуть. Дизайнер дал пару пакетов Дайсу, который немного прифигел от количества одежды.       – Ты же сказал, что их будет одиннадцать!       – Так их и одиннадцать, – невинно сказал Рамуда. – Просто обувь тяжелее ткани.       В итоге Дайс тащил два пакета, а Сабуро один. Что Гентаро, что сам дизайнер были без какой-либо ноши. Когда Арисугава попутался что-то сказать по поводу этого, что они несут с мелким пакеты, ему прилетело от писателя, что его руки слишком нежные и он слишком слабый, а Амемура поддакнул, добавив, что они молодые, в отличие от них. А ещё припомнил долг, от чего азартный игрок приткнулся. Сабуро же решил поднять тему о том, куда в итоге дизайнер отошлёт одежду и фотографии, отчего парень засветился и защебетал с двойным усилием.       Было жалковато, отчего компания остановилась купить мороженное, а кто-то фруктовый лед. Рамуда отказался, достал леденец и мелочь, передал Дайсу, чтоб тот купил себе тоже. У того прямо щенячий взгляд. Гентаро, который ел клубничное мороженное, сказал, что сам купит ему, чтоб Рамуда убрал ничтожные монеты обратно. Дайс чуть не заплакал. В этот момент у Сабуро на руку потёк фруктовый лёд, отчего руки стали сладкими и липкими. Хорошо, что у дизайнера были влажные салфетки.       В парке было многолюдно. Парень аж растерялся. В руках у Гентаро была камера, которой он был готов снимать ребят, которые переодевались в туалете какого-то кафе рядом с тем местом, где должно было проходить фотографирование. День начинался очень хорошо и Сабуро почувствовал некую приподнятость в настроении, когда вышел в первом наряде. Рамуда светился от счастья, аж заснял парочку раз на фото телефона. Но на секунду призадумался, достал расчёску.       – Дайсу-у, у тебя волосы ужасно уложены, давай тебе сделаем хвостик? – протянул дизайнер.       – Ещё чего, у меня хорошие волосы! – возмутился тот.       – Воронье гнездо, – подметил Сабуро.       – Эй! На себя посмотри! – не остался в долгу парень. Ямада пожал плечами. – У самого на голове ужас, как будто ты встал и не причесался!       – У меня не длинные волосы, в отличие от некоторых, мне легче их привести в чувство. А как вы за своими ухаживаете, господин бездомный?       – Слыш, мелкий, – сказал тихо Дайс. – Беги.       Рамуда заметил редкую картину, как два вроде взрослых, но всё ещё детей, бегают друг от друга. Сабуро перепрыгивал через препятствия, как профессионал, смеясь, мол, «такие старики, как Дайс, ничто для меня». На что тот обижался, как положено ребёнку и кидался за подростком, успевая бросать в его сторону небольшие камушки (откуда вообще их достал?). Этот бардак снимал на камеру Гентаро (фотографии), а дизайнер реально делал видео того, как младший Ямада убегает от бугая в виде двадцатилетнего Арисугавы. Один раз даже на забор забрался, который в полтора раза выше его самого, а Дайс просто смотрел снизу вверх с ущемлённым чувством достоинства. На том остановились, ибо Рамуде ещё работать надо, а день не резиновый.       Сабуро как-то сам не понял, как вокруг фонтана, около которого они устроили фотосет, собралась такая большая толпа девушек. Да, конечно, были и парни, но прекрасной части человечества было очень много. Слишком много. Ямаде не привыкать к повышенному вниманию к своей персоне, но одно дело, когда о тебе общаются, мол, о, тот хакер взломал что-то! Другое, когда на тебя откровенно пялятся. И он увидел пару людей из MCD, которые смотрели на него, будто пытались вспомнить, где рожу-то видели. Синие платки, новички, интересно? Сколько месяцев в банде?       Вторая партия одежды была легче и мягче. Ткань была практически невесомой, даже Дайс в этом убедился. Фотографии были не самого лучшего качества, непрофессиональные, но на уровне. Сабуро сам так делает снимки, когда нужно что-то заснять. К примеру, три месяца назад пришлось проникнуть в полицейский участок, чтобы узнать, где держат одного из MCD. Парень знал, что в Йокогаме есть один парень, который помогает мафии и работает в полиции, но его полномочия заканчиваются на территории как раз этого преступного района, а в ‘букуро тот парень попал реально случайно, ибо там живёт его сестра. И его задержали из-за синего платка, вот тот и разбушевался, был единственных выходной, а пришлось не с семьёй провести, а в полиции для дачи показаний. Где его держат была работа за LB, вот тот и постарался взломать камеры в полиции, заменить их на запись предыдущих дней, в итоге его заметили в самый последний момент. На следующий день его одноклассник, Ишикава Юкине, который обожает его хакер-эго, вломился в класс со словами «LB ВЛОМИЛСЯ В ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК», чем разбудил незадачливого отличника на последней парте. Шуму-то поднялось.       Так вот, один из этих был похож на задержанного тогда парня. Вероятно, то и был этот пацан. Но подросток решил сосредоточится на очередной фотографии и улыбнулся в камеру.       Последний костюм они надевали под вечер, немного тёплый. Теплее других. Многие уже разошлись, но некоторые ещё смотрели за фотосетом. Сабуро чувствовал себя истощённым, его «надеюсь на три часа максимум» развернулось на пять долгих, утомительных. Парень чувствовал себя истощённым. Остались последние несколько фотографий и он может заниматься своими делами. Зайти за своим костюмом ночным хотя бы. А потом уже можно посидеть в компании Рамуды и его друзей.       Но те решили его сопроводить, как только Сабуро заикнулся о том, что надо кое-куда сходить.       – Это же почти Шиндзюку, не? – подал голос Дайс. Парень был на выдохе, ведь ему пришлось самому тащить пакеты с одеждой до дома Рамуды, после чего они отправились уже. Сабуро успел напечатать соо доку по поводу гостей. – Ямада-кун, что тебе вообще здесь нужно?       – Забрать свои вещи, – как ни в чём не бывало сказал парень. – Рамуда-сан, отсюда я дойду сам. Вам вроде тоже нужно куда-то.       – Конечно-конечно, – и достал очередную конфету. – Мы подождём тебя тут! Так случилось, что заказчик перенёс дату встречи, так что я свободен!       – В смысле, подождём? – недовольно произнёс Арисугава, за что получил удар локтем в рёбра от Рамуды.       – Дайс, у каждого есть свои скелеты в шкафу, дай парню их содержать, – мягко сказал Гентаро, это последнее, что услышал парень, прежде чем зашёл в один из домов, где был выход в подполье, откуда очень ловко спрыгнул в канализацию.       Дока не было слышно, но парень знал, куда идти.       – Сэнсей! – крикнул Сабуро, выходя из комнаты в большое помещение, после поднялся по лестнице. В комнате, где док оперировал, сидел как раз Джакурай, а рядом сидел незнакомец. Хотя стоп, это разве не из больницы, с которыми работает док из-за парня? – Конбава!*       – Конбава, Сабуро-кун, твои вещи в квартире, я их сложил в пакет, – улыбнулся док, отвлекаясь от вправления сустава. – И, пожалуйста, стучись в следующий раз, я иногда могу работать.       – Да, хорошо, спасибо большое, – и тут же ломанулся наверх.       Его одежда чудом поместилась в сумку, потому что заботливый док её даже выгладил так, что теперь та занимала очень мало места. Даже обувь вместилась, что было просто даром небес. Правда теперь Сабуро начал осознавать, насколько его сумка неподъёмна. Ну и ладно, выйдет через этот выход в этот раз. Полезать обратно в вонючую канализацию нет сил и желания. Да и он только руки в доме помыл, повезло, что в первый раз не испачкался. За пятнадцать минут компания Рамуды переместилась на несколько метров ниже по дороге, там стояла лавка. Дайс откинулся на спинку, Гентаро же сидел с прямой спиной, а дизайнер болтал ногами. И с конфетой во рту.       – Я всё забрал, – сказал Сабуро. Рамуда с интересом посмотрел на сумку. – Да-да, там моя одежда.       Парень сделал упор на последнем слове, чтобы Амемура не приставал. Хорошо, тот понимал намёки, почему просто предложил катнуться до его дома на такси, ибо время уже почти не детское. И за Дайса опять платили, подросток почему-то не удивлён. Ему надо найти нормальную работу, а не занимать деньги у всех подряд.       С утра надо заскочить домой, потому в машине Ямада завёл будильник на полшестого, чтобы было время привести себя в порядок дома.       У Рамуды не было ничего из еды, что странно, но зато залежи конфет, потому Сабуро, как самый ответственный, предложил заказать пиццу или хотя бы роллы. Правда в мозгу парень доедал уже третью порцию пасты пескаторе*. Рамуда достал карты. Подросток любит настолки, но и карты звучало интересно. Вторая пачка была с Uno, но все единогласно выбрали сыграть в покер.       После четвёртой партии всё-таки приехала пицца. Пока Рамуда ходил расплачиваться, Дайс повернулся к Сабуро:       – Ты жульничаешь!       Ямада же показал язык. Казалось, что даже глаза потемнели.       – А докажи, или слишком глуп? – произнёс подросток, отдавая колоду Дайсу.       – Это ты у нас честный, вот и проигрываешь, – сказал мягко Гентаро, выпивая кофе из своей кружки. – Мне кажется, если ты попробуешь играть так, чтобы у тебя на лице не была показана противоположная эмоция от расклада карт, ты смог бы играть чуточку лучше.       – Я вообще не реагирую на это, Гентаро, – ответил Дайс. – Я слышал, твоя книга выстрелила буквально.       – У кого же это ты услышал, сплетни собрал по улицам, что ли, – хихикнул Сабуро.       – Нормально говорить нельзя, что ли, – нахмурился парень.       – С тобой нет, – в один голос сказали писатель и подросток.       – Кх, – состроил рожу Дайс. – Моя мамка между прочим иногда почитывает твои работы, правда, я с ней уже год как не общался, – парень откинулся на софу. – Вот и интересуюсь.       Пиццу съели за полчаса, Рамуда с Дайсом попивали пиво, которое с газировкой купили как раз эти двое на деньги дизайнера по дороге домой. Сабуро взял колу и налил себе в стакан, после чего открыл пачку чипсов, в которую тут же полезла пьяная половина их компании. Парень пытался сопротивляться, но тут точно не устоишь против двух, которые готовы ради еды раздавить всех и вся. Гентаро культурно попивал свой уже чай, иногда закатывая длинные рукава своей одежды. Они сыграли около десяти минут в ширитори*, первыми выбыли Дайс с Рамудой, после чего сдался Сабуро. Перед писателем он бессилен. После чего Дайс предложил врубить какой-то фильм, который оказался несколько скучным для Сабуро, а вот Рамуда с зачинщиком смотрели, не отрывая взгляда, попивая газировку, весь алкоголь был выпит.       Подросток достал откуда-то шахматы на исходе фильма и вечера и попросил сыграть с Гентаро. Время было почти под двенадцать, но парень расшатал писателя на пару партий, первая была выиграна Сабуро, а вторую Гентаро с Рамудой (фильм уже закончился) сыграли в ничью еле-еле, после чего они начали раскладывать футоны. Сабуро решил занять ванную, в которой до мерзкого пахло цветами и фруктами, парень занял душ. После долгого дня помыть голову самое то. Даже забыл спросить про то фото, точно. Значит, в следующий раз, ему не горит.       Два футона для писателя (уже заснул) и подростка, а на диване развалился Дайс, а на нём Рамуда. Сабуро поставил телефон на зарядку и подтянул футон ближе к нему. Почти полпервого, через пять часов будильник. Подросток просто надеется, что успеет заскочить домой и подготовится к новому дню в школе.