Человек из прошлого

«Забудь о нас. Я надеюсь, ты найдёшь себе новую книгу» © Шукуро Цукишима. Bleach Brave Souls       Я перечитываю твоё прошлое, подобно захватывающему роману. Страница за страницей, и от него уже трудно оторваться. Изначально оно казалось мне простым и незамысловатым, а весь интерес ограничивался только планом, в который ты входила и являлась лишь инструментом влияния на нашу цель. В других случаях мы вряд ли бы встретились, а если бы и встретились, то попросту прошли бы мимо друг друга.       «В дальнейшем контакте нет необходимости» — сказал я тогда Шишигаваре, не понимая о том, что это окажется лишь наглой ложью.       Я тщательно подготовился к делу, изучив твою биографию, много раз просмотрев фотографии и узнав, что ты уже успела вскружить голову своим одноклассникам, а позже и повергнуть в нокаут беднягу Моэ, отвыкшего от общества нормальных людей. Всего лишь один удар меча, после которого мы больше никогда бы и не увиделись. Удар, необходимый для дальнейшего плана. Ничего личного. Подобное пришлось провернуть с Куго и остальными, чтобы всё выглядело естественно.       Перелистывая очередную главу этой увлекательной книги, я понимаю, что твоя весёлость и дурачество всего лишь маска, под которой прячется много горечи, которую ты пытаешься заедать сладким и прочими странными блюдами. Внешняя беззащитность тоже обман, потому что прекрасно помню тот взгляд при нашей первой встрече, когда ты услышала, что это я напал на твоего друга. На самом деле нет, но тебе и не нужно было этого знать. Тогда ты готова была сражаться, абсолютно ничего не зная обо мне. Готова была убить позже, когда Чад проломил мной стену. Ты сильна и без своего Куросаки-куна, о котором постоянно думаешь и считаешь своим спасителем.       Я видел, как ранее ты пыталась защитить Чада, выступив против Ямми, прекрасно зная, что гигантский арранкар может раздавить твой щит одним движением пальца. Видел отчаяние, когда тот уничтожил Цубаки и полную подавленность, когда тебя отстранили от сражений, а затем и похитили, не оставив никакого выбора. Честно скажу, мне было приятно, пусть только и в подставных воспоминаниях, оторвать руку одной летучей мыши, посмевшей принести тебе столько страданий, и оставившей незаживающий рубец в психике. Такие товарищи не заслуживают жизни.       Впрочем, как и я сам, проводящий своё посмертие в качестве нахлебника госпожи Шиба, по неизвестным причинам, подобравшей всю нашу троицу.       — Куукаку-сан, здравствуйте! — послышался знакомый голос в коридоре, заставивший меня закрыть книгу и уйти в другую комнату. Вот почему, стоит только вспомнить, как ты сразу же появляешься? Тем более, что вряд ли обитателям Мира Живых полезно долгое время находиться в Обществе Душ. Что тебе нужно? Попасть сюда ты всегда успеешь, и чем позже, тем лучше. Уходи!       Но, конечно же, она никуда не уйдёт. Любезно поболтает с Гинджоу и Гирико, словно, ничего и не произошло, а потом…       Нет, не вздумай меня искать. Хватит!       И, конечно же, при каждом таком визите, из вежливости или по каким-то другим, ведомым только ей причинам, Орихиме всегда заглядывала поздороваться и спросить о том, что же читаю на этот раз. Это было невыносимо и сравнимо с пыткой. Невыносимо видеть искреннюю улыбку и интерес после того, как я едва не сломал психику, перегрузив разум несчастной девушки собственным присутствием. Я вижу, что она благополучно забыла о моих манипуляциях, полностью придя в себя после лечения Урахары. Она забыла даже о том, кто я такой, и я с облегчением думал, что так будет правильнее и проще: чужие люди, которые никогда не встречались и не имели друг к другу никакого отношения. Я думал, что наши пути больше никогда не пересекутся. Но судьба посчитала иначе.       Было ироничным то, что своим неожиданным появлением и желанием Гинджоу «отдать должок» Ичиго, мы, по сути, спасли мир. И каким же удовольствием было видеть опешившее лицо лейтенанта, пришедшего взять интервью, когда он узнал об этом. А также неожиданно выяснить о том, что для Готея я выгляжу ещё большим злодеем, чем Куго. Как говорят, ученик превзошёл своего учителя.       Но сейчас, когда вся эта история уже закончилась, и нам был открыт свободный вход в Сейретей, хотелось, чтобы прошлое навсегда осталось позади и больше никак не напоминало о себе. А так же те, кому не посчастливилось встретиться со мной в Мире Живых, попросту забыли об этом. Следы всего, что мы натворили уже не стереть, поломанные жизни не склеить, и, казалось, будучи мёртвым, я уже не создам больших проблем, пока в очередной раз не вижу твои радостные серые глаза.       Взгляд невольно опускается на левую руку, ранее отрубленную и полностью восстановленную тобой, и служит воспоминанием о том коротком периоде, когда я был для тебя другом и кем-то большим. Но это должно было исчезнуть после моей смерти. Почему же ты продолжаешь навещать меня?       Ответом может послужить один из обрывков твоего прошлого, где ты обращалась как к человеку к тому, кто давно перестал им быть. Чьи эмоции заменились пустотой, а сердце — сквозной дырой. И осознание этой схожести неприятно царапает душу, потому что я не желаю быть похожим на него и оставлять в твоей памяти такие же болезненные шрамы. Мне не нужна твоя доброта. Она напоминает о том, как легко её можно обратить во вред, и заставляет вспомнить последние дни своей прошлой жизни.       В коридоре приближались знакомые шаги, заставившие отвлечься от неприятных мыслей. Всё-таки несмотря на всё произошедшее ранее, я был рад снова увидеть её.       — Здравствуй, Орихиме,— подняв взгляд от книги, поздоровался я, завидев девушку в дверном проёме,— решила почитать что-нибудь новенькое?       — Да, роман, который вы мне дали ранее, оказался настолько увлекательным, что я проглотила его залпом и теперь хочу вернуть обратно.       — Как быстро! — удивился я, невольно забыв о том, что время здесь и в Мире Живых идёт по-разному.       — Я бы не сказала, что пара недель для такой книги — это очень быстро, но оторваться было очень сложно.       Девушка начала рассказывать ещё что-то про жизнь, работу и своих друзей, что невольно заставило меня отложить свою книгу в сторону и слегка улыбнуться Орихиме в ответ, внимательно слушая всё, что она говорит, приправляя своими забавными комментариями. Её жизнерадостность была настолько заразительной, что, казалось, отогнала все неприятные мысли и невольно втянула в этот бессмысленный, на первый взгляд, диалог. Правда, в глубине души меня продолжало грызть то неприятное чувство того, что, если бы не вмешательство Гинджоу и не подоспевшие позже Урахара с Ишшином, она вряд ли бы смогла прийти сюда и, наверняка лежала бы где-нибудь в сумасшедшем доме, окружённая мягкими стенами. Возникло желание вновь воспользоваться Книгой Конца и вернуть все стёртые воспоминания о произошедших ранее событиях, чтобы она увидела полностью всю картину и перестала быть со мной такой милой и откровенной, но понял, что это будет бесполезно. Ещё один лишний рубец в и без того истерзанной психике. Некоторые вещи должны навсегда оставаться в прошлом и никогда не возвращаться.       — Кстати, не хочешь выйти на улицу и немного прогуляться? — спросил я, решив перевести тему разговора и немного отвлечься.       — С радостью! — воскликнула Орихиме, явно не ожидая подобного приглашения, но с большим энтузиазмом воспринявшей его. — Тем более, что сейчас такая прекрасная погода. Выйдя из здания усадьбы Шиба, местоположение которой постоянно менялось, повинуясь непредсказуемому характеру госпожи Куукаку, но даже несмотря на всё это, Орихиме всегда знала, как до неё добраться, мы оказались на окраине улицы, полной различного народу.       — Тебе не страшно каждый раз приходить сюда? — поинтересовался я, заметив в толпе несколько духов неприглядного вида.       — Нет. Ведь здесь тоже живут мои друзья, а ещё… — её взгляд заметно погрустнел, словно Иноуэ вспомнила что-то очень болезненное и неприятное, но боялась произнести это вслух.       — Твой брат? — продолжил я, прекрасно зная о том, кого периодически заменял в её воспоминаниях и кого Орихиме любила больше всех на свете. Девушка испуганно посмотрела на меня, явно не ожидая того, что прямым текстом скажу об этом и снова таким образом залезу в её мысли. — Не спрашивай, откуда я это знаю — мой голос стал более твёрдым, — но я хотел бы тебе помочь, если позволишь.       Отдать ещё один должок, но уже личный, чтобы грызущее внутри чувство вины наконец-то отстало и перестало рвать душу на части, подкидывая моменты с не самыми приятными воспоминаниями. Протянув руку и ожидая того, что Иноуэ оттолкнёт её, развернётся и уйдёт обратно в дом, я терпеливо ждал, но позже почувствовал, как нерешительно её ладонь соприкоснулась с моей.       — Вы очень добры, Цукишима-сан, — сдержанно прокомментировала Иноуэ, больше не произнеся ни единого слова. Я чувствовал растущие в ней сомнения и настороженность, но даже несмотря на это Орихиме не вернулась обратно в дом, а продолжила молча идти рядом. Я же с интересом наблюдал дальше, после чего промолвил:       — Тогда в следующий раз буду ждать тебя, если не передумаешь, — после чего мы ещё какое-то время молча побродили по улицам и вернулись обратно в дом. На улице начинало темнеть, из-за чего гостья, отказавшись от предложения проводить её до сенкаймона, спешно ушла прочь, а я вернулся в свою комнату дочитывать книгу, но мне этого сделать не дали, так как вскоре туда ворвался крайне злой Гинджоу:       — Чем ты на этот раз запудрил девушке мозги, что она была как в воду опущенная? Я же говорил тебе оставить Ичиго и его друзей в покое!       — Ничем. Просто предложил ей помощь в одном деле, — уклончиво ответил я, не желая распространяться о деталях нашей ранней беседы.       — Ты помнишь, как всё закончилось в прошлый раз?       — Да, наше вмешательство всегда делает чью-либо жизнь интереснее, — усмехнулся я, — но не волнуйся, Гинджоу, я, правда, не собираюсь делать ничего плохого. Честное слово.       — Знаю я твоё честное слово. Сегодня сказал — завтра забыл и сделал по-своему.       Я уже хотел было в очередной раз отшутиться, но слова уже не лезли в голову, из-за чего только молча кивнул головой, а Куго, казалось, заметив еле скрываемые тяжёлые мысли, присел рядом, положив мне на спину свою широкую ладонь, после чего напрямую спросил:       — Она тебе нравится?       — А разве это имеет значение? — выдохнул я, понимая, насколько абсурдно складывалась нынешняя ситуация. — Я мёртв, она жива. Всего лишь хочу отдать один небольшой должок, не более.       Гинджоу лишь усмехнулся, уже более миролюбиво посмотрев на меня, после чего по-отечески хлопнул по плечу и вышел из комнаты.       — Повзрослел мальчик, — донеслись слова Куго, прежде, чем он захлопнул дверь, оставив меня в полном одиночестве.