Человек из прошлого

      Высокий худой силуэт, стоящий в темноте и окружённый зеленоватым свечением. Он неожиданно появлялся в голове, стоило только задуматься или же попросту закрыть глаза. Вклинивался в мысли, резко прерывая их. Подобно удару того странного меча, не оставившего после себя раны, но причинившего реальную боль. Как будто плечо разрубили по-настоящему, дойдя остриём до самого сердца.       — Оставь меня в покое! — обхватив свою голову руками, воскликнула Орихиме, пытаясь изгнать навязчивое видение, которое появлялось в любой неподходящий момент и, казалось, жило своей жизнью. Именно оно заставило её соврать друзьям, и именно оно периодически разговаривало с ней, постепенно обретая законченный образ того незнакомца.       — Не бойся, я не причиню тебе вреда… — спокойным доброжелательным тоном промолвил он, приглашающе разведя руки в стороны, словно желая обнять, и всем видом показывая своё миролюбие. Казалось, даже в его словах пробежала тёплая улыбка, но подсознательно Орихиме чувствовала, что это было не так. Боль в плече отдавалась неприятным напоминанием о прошлой встрече, и явно давала понять, что этот внешне любезный и добродушный человек — её враг.       — Ты смеешь так говорить, даже после того, как хладнокровно убил своих товарищей? — непривычно твёрдым для себя голосом спросила Иноуэ, понимая, что сейчас она находится дома совершенно одна, а всплывающий в голове образ посреди темноты вечера казался пугающе реальным. Только осознание того, что рядом не чувствовалось ничьей духовной энергии, доказывало нереальность чужого присутствия. Это всё было только в её голове, но даже от такого вмешательства становилось крайне не по себе.       — Неужели, ты так легко веришь всему, что говорят другие? — насмешливо поинтересовался Цукишима. Казалось, что Иноуэ даже почувствовала его взгляд, но было трудно разобрать, что же таилось в нём. Зелёное сияние по-прежнему окружало молодого человека, но в отличие от обычного света оно не рассеивало темноту а, наоборот, как будто скрывало образ Подчинителя от посторонних глаз.       — Того факта, что ты посмел напасть на моего друга — вполне достаточно, — теряя последние крохи самообладания, ответила Орихиме. Она хотела сказать ещё и про себя, чувствуя ноющую боль в плече, но резко осеклась, словно кто-то прервал её. Лицо Цукишимы расчертила уверенная улыбка, и он лишь продолжил стоять, не проронив ни единого слова. — Прочь из моей головы!       Силуэт послушно растворился, после чего Иноуэ почувствовала несказанное облегчение, но она знала, что это ненадолго, так как парень, назвавший себя Цукишимой Шукуро ещё вернётся. Обернувшись по сторонам пустой комнаты, словно опасаясь кого-то, Орихиме, спешно взяла телефон, и набрала знакомый номер:       — Садо-кун, похоже, становится хуже, я стала видеть его ещё чаще!       — Может, прийти к тебе? — взволнованным голосом спросил Чад, чувствуя крайнюю встревоженность своей подруги. — Мы не знаем, что это за враг, и сейчас слишком опасно оставаться одной.       — Не надо. — вырвалось из горла девушки, после чего она почувствовала на своих губах невесомое прикосновение пальца, и увидела среди темноты торжествующую улыбку Цукишимы. Он продолжил молчать, внимательно слушая весь разговор. — Тебе… тоже нужно быть начеку, — осеклась Орихиме, но позже, видение, как и фантомное прикосновение, неожиданно исчезли, после чего, она смогла продолжить, — когда вы пришли ко мне в прошлый раз, я резко и без своего собственного желания подумала, что Цукишима-сан мой друг, хотя это не так. Мне показалось, как будто я знаю его очень давно, и это очень странное ощущение.       Оба какое-то время молчали: Орихиме продолжала находиться в шоке, пытаясь подобрать подходящие слова, но те никак не шли в голову, Чад же упорно размышлял о том, как будет лучше поступить в данной ситуации, после чего оба, практически, одновременно сказали:       — Об этом пока не должен знать Ичиго.       — Браво! Может быть тебе стоило обратить внимание на этого парня? — послышался в разуме Иноуэ третий, непрошенный голос. — Вы с ним так хорошо ладите и понимаете друг друга с полуслова.       Орихиме осеклась, снова ощутив чужое присутствие, словно Цукишима склонился и прошептал эти слова ей в ухо. Но, конечно же, рядом никого не оказалось, а вокруг была лишь пустая комната, где на неё смотрел только портрет брата, чья добрая улыбка и помогла девушке взять себя в руки.       «Я должна справиться с этим сама», — подумала Орихиме, закончив телефонный разговор. Стало немного легче, из-за чего Иноуэ решила лечь спать, так как утром надо было собираться в школу, а затем и на работу. День обещал быть насыщенным.

***

      — Мне нравится здесь, — лицо молодого парня со шрамом склонилось над ней, когда Орихиме, наконец-то, провалилась в сон. Казалось, Цукишима только этого и ждал. Ждал момента, когда его жертва окажется совершенно беззащитной, чтобы снова заявиться к ней.       — Кто ты? И чего тебе нужно? — спросила Орихиме, чувствуя, как пальцы Шукуро перебирают её волосы, а он сам выглядел крайне расслабленным и спокойным.       — Я могу быть кем угодно, но для тебя хочу быть другом, — Цукишима улыбнулся. Эта улыбка была тёплой, и, казалось, в ней не было никакого подвоха. На секунду Иноуэ поймала себя на мысли о том, что хочет, чтобы Куросаки-кун улыбнулся ей так хоть раз, но позже отбросила эти мысли, так как человек, на чьих коленях чудесным образом оказалась её голова, совершенно незнаком, и ранее напал на Исиду и её саму, — просто прими меня и вспомни всё.       Свет резко погас, заменившись пустотой, в которую они начали падать. Точнее, силуэт Цукишимы, казалось, повис в воздухе, загадочно улыбаясь ей, а сама девушка позже оказалась одна в грязной холодной комнате, посреди которой на старом продавленном диване лежал мертвецки пьяный мужчина. В нос резко ударила вонь перегара, смешанная с блевотиной и сигаретным дымом. Пройдя дальше, Орихиме увидела в углу мелкую рыжую девчонку, которая, казалось, не замечала её и пыталась найти себе развлечение, собирая, валяющиеся вокруг «игрушки» в виде бычков и пустых бутылок. Позже дверь отворилась, и в комнату вошёл подросток, от вида которого у Орихиме замерло сердце.       «Это же… брат!» — поняла Иноуэ, после чего осознание всей ситуации молнией прошило её мозг. Орихиме очень смутно помнила этот момент, периодически всплывавший в памяти разрозненными обрывками. Тогда она была ещё слишком мала, и толком не понимала всего происходящего. Сора особо не распространялся о подробностях их побега из дома, но теперь, похоже, настал момент увидеть всё собственными глазами со стороны. Обернувшись, Иноуэ ожидала вновь увидеть стоявшего неподалёку Цукишиму, которому, похоже, нравилось всё это наблюдать, но рядом никого не оказалось. «Воображаемый друг» ушёл, оставив её наедине с кошмарами. На самом же деле девушка чувствовала, что ещё не раз увидит навязчивый образ Подчинителя, буквально вклинившегося ей в голову.       «Он издевается надо мной!» — подумала Орихиме, чувствуя, как внутри неё закипает злость. Она запретила себе возвращаться к этим воспоминаниям, неосознанно заблокировав их и убрав в самые задворки памяти. А этот человек попросту залез туда без спроса и разворошил, подобно осиному гнезду.       Неподалёку орал отец, ругаясь с её братом, слышался шум и звон битого стекла. Орихиме побежала туда, резко распахнув дверь, но на это никто не обратил внимания. Люди не замечали чужого присутствия, продолжая свою ссору. Мужчина, грязно ругаясь, кинул пустую бутылку, едва не попав в подростка, схватившего ничего не понимающую девчонку. Для неё это была игра, для парня же — попытка сбежать из Ада. Соре повезло, что отец был мертвецки пьян, и мог лишь неуклюже встать, поливая непутёвых отпрысков самыми грязными выражениями.       Парень бежал, боясь лишний раз обернуться, и лишь вслушивался в темноту, опасаясь услышать тяжёлые шаги, преследующие их, но позади лежала лишь тишина.       «Брат, спасибо тебе!» — догнав парня, подумала Орихиме, но взглянув в его лицо, отшатнулась. Так как её встретила чуждая и леденящая кровь улыбка. Она казалась доброй и тёплой, но волнистые волосы, шрам на левой брови и карие глаза принадлежали тому, кто ранее напал на неё.       — Цукишима-сан! — от неожиданности выдохнула девушка, чувствуя внутри себя целый клубок противоречивых эмоций.       — Да, это я, — прозвучал спокойный тихий голос, — и я всегда буду с тобой. Данные слова прозвучали, подобно приговору, и закричав от ужаса, Орихиме проснулась, вырвавшись из лап неприятного сна.       В комнате было темно и одиноко. Чужого присутствия больше не ощущалось, из-за чего девушка смогла облегчённо выдохнуть.       — Спокойной ночи, дорогая. Не волнуйся больше так, я всего лишь хочу тебе помочь, — всё тем же доброжелательным голосом промолвил Цукишима.       Посмотрев пустым взглядом на бегущие по потолку от проезжающих мимо машин лучи света, Орихиме, наконец-то смогла провалиться в сон, который уже оказался спокойным.

***

      — Зачем ты меня мучаешь? — спросила Иноуэ, после очередного сеанса подобной «психотерапии», только теперь они уже переносились во времена начальной школы. В тот самый день, когда одноклассницы насильно отстригли волосы. Это воспоминание уже было свежее, но не становилось от этого менее болезненным.       — Как человек, желающий тебе добра, хочу сказать лишь одну вещь, — со своей неизменной лёгкой улыбкой продолжил Шукуро, — я ненастоящий. Всего лишь порождение сил Книги Конца и плод твоего богатого воображения. Твоя память имеет глубокие раны, а подсознание просит о помощи, не выдерживая накопившегося груза. Если ты не освободишься от него, то попросту сойдёшь с ума.       Орихиме вспомнила рассказы Ичиго про Зангецу и внутреннего Пустого, которые пробудились вместе с силой Шинигами. Ему приходилось уживаться, а также мириться с ними и иногда даже сражаться насмерть, чтобы стать сильнее. Она не Куросаки-кун, но попытается справиться и с этим непрошенным гостем. Собственными силами один на один.       — Говоришь, что хочешь стать моим другом? — переспросила Орихиме, будучи уже более уверенной и отбросив всякий страх перед преследующим её незнакомцем, чему тот, казалось, был очень рад.       — Конечно, я ведь ради этого сюда и пришёл.       — Тогда исчезни из моей головы, и больше никогда не возвращайся! — жёлтый свет Отрицания накрыл огненной волной Цукишиму, погасив зловещее зелёное сияние, исходящее от него. Казалось, всё было кончено, и девушка могла вздохнуть с облегчением, но вскоре снова почувствовала на себе пугающий взгляд незнакомца.       — Неплохо, но нам предстоит ещё много работы.       Чужое присутствие исчезло, высвободив из своей хватки, правда, мысль, сказанная ранее этим фантомным Шукуро, прочно засела в её разуме. Она должна освободиться от лишнего груза.

***

      Незнакомец снова вернулся. Получив сопротивление, он уже вёл себя более осторожно, а все «полёты» в прошлое, уже не так сильно трогали душу.       — Мне уже не больно, — с удивлением озвучила пришедшую в голову мысль Орихиме, понимая, что воспоминание о избиении двумя девчонками-арранкарами уже не пугает так сильно, как раньше, и оно превратилось в мёртвую, лишённую силы картинку.       — Конечно. Ведь воспоминания теряют силу, когда ты не придаёшь им должного значения, и когда делишься ими с близкими. Именно поэтому дурной сон никогда не сбывается, если рассказываешь его кому-то ещё, — улыбнулся Цукишима, обняв девушку за плечо, и открыв ещё одну дверь, — пойдём, ты уже достаточно насмотрелась кошмаров, пора вспомнить и хорошее.       Позже они оказались на залитой солнцем площадке, где рядом находилась небольшая кафешка. Стояло лето и адская жара, но даже это не портило тех счастливых эмоций, пережитых ранее. Одно из старых детских воспоминаний, практически забытых, но даже несмотря на это, отдававшихся в душе приятным теплом и восторгом.       — Не хочешь тоже мороженого? — спросил Шукуро, стоя рядом с девушкой, которая с тёплой улыбкой наблюдала, как молодой парень, в котором она безошибочно узнала своего брата заказывает большую порцию лакомства, а сидящая напротив девчонка, уплетает его за обе щёки.       — Но оно ведь тоже ненастоящее, — возразила Иноуэ, слегка покосившись на «воображаемого друга», который уже не вызывал своим присутствием такого сильного страха. Казалось, она уже привыкла к нему.       — Зато бесплатное, — ответил он, после чего оба засмеялись и заняли соседний столик. Хоть в душе ещё оставались неприятные чувства боли и подозрительности, они заметно притупились, и в голову Орихиме закралась непрошенная мысль:       «Может, мне и правда, стоит с ним подружиться?»       Словно уловив сомнения собеседницы, Цукишима слегка улыбнулся. Всё шло точно по плану.