Когда мы перестанем существовать?

Так скоротечны живые моменты, Так скоротечна жизнь. Нам далеко не уйти от смерти, Мы для неё рождены. Бычков Дмитрий — нас нет. Угольные глаза были направлены куда-то в даль неба, и даже если бы кто-то захотел, то не смог бы рассмотреть в них какие либо эмоции, кроме полыхающей где-то глубоко, злости, которую, на удивление, даже не перекрывала тягучая обида, что не приходила, стекая по обожённым плечам. День выдался ясный. Солнце немного слепило глаза, заставляя поморщиться. В голове, на удивление, не было почти никаких мыслей, кроме оскорблений этого места, хоть там было не так уж и плохо. Казалось, брат перепутал места и привёз его с место для душевнобольных, ведь люди в белых больничный рубашках, явно напоминали психов. В их взглядах можно было увидеть лишь сияющую пустоту, которая перебивалась только тогда, когда на стол ставили еду. Там не было столовой и все приёмы пищи приходилось «переживать» в палате, где он был один. Так даже лучше. Учихе не очень то и хотелось делить с кем то пропахшее лекарствами, помещение. Но на самом деле ему было как то всё равно. Тем не менее, оставаться здесь и покорно ждать чего-либо Саске явно не собирался. Каждый раз, когда их выводили погулять, словно в тюрьме, Учиха сидел на небольшой лавочке, уже придумывая план побега. Но вдруг, его мысли нашел внезапно подошедший врач, брезгливо сверкая пустыми глазами. — Учиха Саске. — в пол голоса произнес мужчина, безразлично оглядывая парня.– пришли результаты анализов, которые вы сдавали. В глазах Саске слегка помутнелась пелена удивления. Анализы? Это какие? Неужели брат уже что-то успел сделать, пока тот лежал в отключке, как оказалось, ещё со вчерашнего дня. Скривив губы с обидной усмешке, Саске бросил взгляд вновь на врача, неосознанно кивая и прося продолжать. — у вас, — слегка задержав речь и утыкаясь в бумаги произнес мужчина, — Гнилостная трансформация головного мозга.– скупо закончил он, бросая взгляд на непонимающего парня.– ваш мозг гниёт в месте лобной доли и затылка. Слова, словно лезвие от ножа резали по понимаю и. почему то глазам. Значит, все эти боли, все эти приступы были не случайны. Не удивительно. — если так это оставить то вы продержитесь ещё несколько месяцев.– добавил врач, а после поправил очки, — вскоре вам будет проведена операция по извлечению поврежденной ткани, так как она уже переросла в более высокую степень.– монотонно продолжал мужчина. Не смотря на безразличие, резко охватившее Саске, слова об операции задели сонную душу, если она конечно была. — операция? — недоуменно моргнул Учиха, переспрашивая. — да, ваш брат приказал сделать её как можно скорее. По этому она запланирована через четыре дня. Будьте готовы.– договорил тот, а после замолк и сцепляя руки замком за спиной, ушел. Злость, недавно поселившаяся в темных глазах, разросла ещё больше. Какая операция?! Итачи рехнулся? Саске знал, что если эту дрянь ему все-таки проведут, то что, кем он останется, будет как минимум — овощ. Таких Учиха видел не раз, из-за этого в голове мелькнула мысль как можно уже быстрее разобраться с пробегом из этого чёртового места. День в раздумьях прошел довольно быстро, хотя в голову не приходило ничего цельного. Все же, мысли остановились на идее со звонком кому-нибудь. Только в голове все ещё метались сомнения: Звонить., но только кому и как? Итачи ведь забрал телефон. На момент, Саске почувствовал себя маленьким и обречённым ребенком, которого наказали взрослые. От осознания собственной беспомощности хотелось рвать и метать. Проходясь по светлому коридору и заглядывая в ночное небо, Учиха задумался, пока не врезался во что-то. Или в кого-то. Тихо шикнув, Саске потёр ушибленный подбородок тыльной стороной ладони, смотря вперёд. Темные глаза разглядывали белый халат незнакомого врача. Тот подал руку помощи, но Саске отпихнулся и от неё, поднимаясь самостоятельно. — осторожнее.– сухо произнёс врач, слегка улыбаясь и похлопывая Учиху по плечу. Саске наконец взглянул на него в полный рост. Этот врач отличался от того, что диктовал брюнету его диагноз. У этого глаза были более добрые, но всё такие же холодные как и у всех здесь; они отливали чем-то жёлтым, а его выпирающие скулы и длинные волосы напоминали нечто змеиное, да ещё и губы растянутые в странной улыбке добавляли образу реальный вид на нечто похожее на ядовитую змею. Они разговорились. Вернее, Орочимару, как оказалось, врача звали так; пытался говорить с Саске. Однако все, что он понял — именно этот человек будет делать ему операцию через четыре дня. Хотя. Нет, не будет. Почему то глухая надежда на помощь от этого человека (а человека ли?), промелькнула в темных глазах Учихи. Поможет ли? Саске уже и сам не понял, как очутился в кабинете Орочимару, смотрящим на дымящуюся кружку в собственных руках. — слушай.– тихо начал Саске, ловя вопросительный взгляд врача, — дай позвонить кое кому. — возможно, он хотел сказать что-то другое, но заметил небольшой телефон в руках Орочимару и слова вылетели сами собой. На самом деле, Учиха даже удивился, когда врач без особых вопросов дал ему устройство, сразу с включенной иконкой, для набора номера. Все так просто? Саске взял телефон в руки и стал думать. Кому звонить? Брату? Точно нет. Но кому? Руки сами собой набрали номер придурка Узумаки, хотя в голове метались непонимания: Почему он? Откуда он вообще знает его номер? Всё так просто? Послышались гудки. — сейчас вернусь.– кивнул Орочимару беря электрический чайник в руки, и выходя из кабинета. По коридору были слышны его тихие шаги, но и они быстро стихли. Саске даже сначала не понял: как так? Неужто мин стал прогибаться под него, как в самых дешёвых романах? Послышался резкий и громкий звук вибрации и из трубки послышался голос Наруто: — алло? — Узумаки.– прошипел Саске, понимая что и правду правильно набрал его номер, — забери меня из одного места. — в голове гудело от осознания, что он, Учиха Саске, такой неприступный и злой, просит у кого-то помощи, а тем более у него. — Саске? Прямо сейчас? — удивился Наруто, — с чьего номера ты звонишь? — не важно. Просто приедь и забери меня.– Саске не знал, как Наруто приедет прямо сейчас куда-то далеко, но ему уже было все равно. Больше он не мог оставаться здесь. — л-ладно.– выдохнули на той стороне трубки, — адрес? Взгляд Учихи стал метаться по помещению, но через секунду он сообразил выглянуть в окно. Кабинет находился перед воротами, по этому адрес быстро попался на глаза. И какой идиот поставил табличку с адресом на внутреннем дворе? Однако, сейчас было не до этих мыслей. Учиха быстро продиктовал все, что нужно, чуть ли не ломая глаза, когда пытался разобрать буквы, напечатанные черным цветом и тонким шрифтом, в кромешной тьме, которая перебивалась лишь слабым светом уличного фонаря. — понял.– произнес Узумаки. Было слышно шуршание одежды, а после звук закрывания двери, — скоро буду, жди меня через минут двадцать. Саске не стал что-то на это отвечать, по этому быстро сбросил трубку и словно по привычке, удалил всю информацию об этом звонке. Как раз в этот момент, дверь открылась и в кабинет зашёл Орочимару. — спасибо.– кивнул Учиха, отдавая телефон в руки его владельца. — а теперь показывай как отсюда незаметно свалить… Пожалуйста.– последнее слово было произнесено максимально тихо. — оу…– вздохнул Орочимару, — ты точно уверен? — да. Врач молча открыл какой-то ящик и недолго там что-то искал, а после вынул руку, в которой красовалась среднего размера, баночка с белыми таблетками внутри. — держи.– кивнул он, протягивая Учихе эту баночку, — это поможет задержать развитие твоей болезни, но ненадолго.– закончил он, а после без лишних слов смотрел как Учиха кивает и выходит из кабинета, бросая: — скоро вернусь и ты выведешь меня. Саске, уверенными шагами направлялся к своей палате. В больнице все спали, по этому везде была давящая тишина, но сейчас не до неё. Саске зашёл в палату лишь для того, чтобы нацепить оставленные носки для сна и больничную обувь. В голове все ещё держалась мысль, что на улице сейчас едкий февраль. Сделав всё, что нужно, Учиха глянул на время. Кажется, Узумаки должен был приехать примерно через три-четыре минуты, по этому Саске поспешил в кабинет врача. Тот сидел как ни в чем не бывало и попивал расстворимый кофе. — ты уже всё? — бросил взгляд жёлтых глаз Орочимару, но в ответ было лишь скупое молчание.– тогда идём. Они вышли из кабинета и уже находились довольно близко к запасному выходу из помещения. Орочимару спокойно открыл его и вышел оттуда вместе с парнем, а после через такой же запасной выход через высокий забор, вывел его наружу. Через пару десятков метров, находился большой и темный, как показалось сейчас, лес. — ну всё. Приятно было поболтать.– ехидно улыбнулся мужчина и зашёл обратно, закрывая за собой двери. Учиха огляделся. Странно, что на заборе не было камер. Хотя, может они были только на главном входе? Черт его знает. Недалеко показался рык мотора и прямо возле Саске остановился байк, на котором сидел Наруто, бросая на Учиху взволнованный взгляд. Узумаки был слегка запыхавшийся, но сейчас было не до этого. Брюнет спокойно спихнул Наруто с места «главного» и залез туда сам. – эй..– возмутился тот, но не смотря на свои слова аккуратно присел на место «пассажира» обхватывая друга руками и слыша, как рычит мотор. – с кем ты живёшь?– неожиданно спросил Учиха, двигаясь с места. Холодный ветер дул в лицо, разгоняя по всему телу табун неприятных мурашек. – о..один.– ответил Узумаки, чуть жмурясь от скорости, с которой нёсся Саске,– а что? В ответ парень промолчал. В душе было боли менее нормально, от осознания что он наконец-то выбрался и теперь ему не нужно сидеть в этих четырех стенах, среди недо-овощей. Домой к Узумаки они прибыли довольно быстро, хотя под ругательства и всю прочую ерунду. Наруто кое-как в попыхах продиктовал Учихе адрес своего местожительста. Но теперь он мог выдохнуть с облегчением, ведь они наконец-то остановились. Саске слез с транспорта и подошёл к подъезду старой пятиэтажки, дожидаясь пока Наруто припаркует своего железного коня и откроет ему дверь. Как оказалось, Узумаки жил на пятом этаже, но поднялись они с той же скоростью, с которой могли подняться.. скажем... Лишь на второй. Учиха чуть ли не бежал по лестнице, а Наруто кое как успевал за ним. Квартира Наруто встретила их теплотой собственной тишины и приятным запахом его духов. Саске тут же ускакал в душ, под неописуемые ругательства, как свои так и Узумаки. Наруто только и успел сунуть ему в руки небольшую стопку своей одежды. Холодная вода приятно ощущалась на плечах, а осознание собственной чистоты в какой-то степени даже радовало. Странно, что беловолосая не приходила столь давно. Хотя, по подбирающимся знакомым ощущениям, становилось понятно, что скоро приступ повториться, и снова придет боль. Как и пару дней назад. Боль... За эти недели она стала столь знакомой и даже родной. Наконец выйдя из душа, Учиха нацепил одежду, что дал ему Узумаки.: До неприличия огромная футболка, темно синего цвета, и слегка растянутые черные домашние штаны. Как у Наруто могли оказаться подобного цвета вещи, Саске понятия не имел. Узумаки, как было видно, всегда предпочитал яркие и даже вырвиглазные цвета, по типу яркого оранжевого или жёлтого. Но больше удивлял размер той футболки, но сейчас было слегка не до неё. Зайдя на кухню, Саске ощутил странный сводящий спазм в животе. Он понял, что просто проголодался. Присев за стол, Учиха уставился в ткань скатерти, однако «налюбоваться» ею не дала тарелка, поставленная прямо перед его носом. Приглядевшись, Учиха понял, что это лапша быстрого приготовления. Но он готов был съесть и её. – спасибо.– сухо кивнул он, беря предложенную вилку и сразу приступая к пище. Так же сделал и Наруто, что сидел прямо напротив него самого. В целом, ночь проходила вполне неплохо. Но что если Итачи узнает о том, что его больной на голову брат свалил из клиники? Но об этом Саске будет думать явно только завтра. Странно, что Орочимару так просто согласился ему помочь. Но и об этом думать не хотелось. Ведь в голове начинало знакомо ныть, а перед черными глазами стала появляться столь знакомая пустота, с таким знакомым обликом где то вдали. Все было так знакомо...