Когда мы перестанем существовать?

«К чему слова, к чему все мысли, Зачем рождаться и творить? Зачем разбрасываться искрами, Зачем богов благодарить? Жизнь пролетит и не заметишь, Виной всему твоя душа. Она лишь требует ответы, О том, кому она нужна. Весь мир - иллюзия, не больше. Создатель - мир, задумал так. Ты можешь жить в нем так, как хочешь, Твой выбор взвешен на весах.» Дмитрий Бычков – Экзистенция. Уже знакомое чувство, помутнение перед угольными глазами и обеспокоенное лицо Узумаки. Все это было знакомо. Образ беловолосой попался под взгляд темных глаз. Она стояла посреди пустоты и смотрела на Саске. Странно, что пока он был в больнице, она не давала о себе знать, зато теперь.. Она подходила всё ближе, сверкая пустыми, белыми глазами. Из под ее рукавов кимоно были видны торчащие лапки маленьких пауков, и казалось – они перешёптываются с ней, рассуждают о том, как они убьют Учиху, как будут мучить. Но, по поводу их разговоров, – это были лишь догадки прогнившего мозга Саске. Беловолосая подошла ближе, оставляя след холодной рукой на щеке Саске, про которой провела, поддевая бледную кожу черными ногтями и пуская по ней темные полосы крови. Саске не чувствовал боли от ее прикосновений, боль была в голове; и она перебивала любые ощущения. Страшно не было. Безразличие давило на мозг, разъедая его ещё больше. Чего бояться? Беловолосая не такая уж и страшная. Хвататься за последние ниточки жизни? Переживать об этом? Нет, этого не хотелось. Саске уже успел свыкнуться с тем, что того как раньше, боли менее размеренной жизни, уже никогда не будет. Появился Узумаки, появилась она; брат оставил его; как оказалось, его мозг гниёт в прямом смысле этого слова. Как раньше уже не будет. Слишком много поменялось. Оставался лишь один вариант – смириться. Все равно, рано или поздно он умрёт. Как и все. Все люди и живые существа умирают. Но, является ли он сейчас живым? Черт его знает. На затылке Учиха почувствовал на удивление теплое касание чьей-то руки и дернулся, а после замер. Это чувство, когда теплая рука поглаживает затылок, словно давая облегчение. Лицо беловолосой исказилось странной злостью, она приоткрыла свои бардовые губы и ударила по теплой руке, но она не оторвалась. Заметив это, она стала тихо что-то шептать; сначала Саске не понял, да и не пытался, а после стал чётко слышать и понимать ее слова: – Саске, ты нужен лишь мне в этом мире. Больше ни кому. Останься здесь, будь со мной. – безразлично произносила та, двигая губами; и словно пытаясь казаться более человечной. Но получалось у нее плохо. Учиха не мог ничего ответить, потому что глотку будто парализовало. На секунду стало страшно, но страх тут же ушел на второй план, ведь беловолосая схватилась своей тонкой рукой за волосы на его затылке. Голову накрыло обжигающей волной. Что же она сделала? Пауки побежали по волосам, впиваясь в кожу и пуская светлый яд, от которого стало ещё больнее, но Саске словно ничего не чувствовал. Вдруг, на затылке вновь почувствовалась теплая ладонь, которая аккуратно поглаживала по голове, поддевая темные пряди. Хотелось забыться в этих ощущениях, ведь они перекрывали эту сильную боль и ощущения от лапок пауков, что продолжали разливать яд по лицу, а иногда переходя и на шею. Беловолосая вновь разозлилась. Она хотела замахнуться, но вдруг – попросту исчезла, издав последний вздох. Темнота исчезла, а перед глазами появилась комната. Но не его. Кажется, если судить по ее виду, то это была комната Узумаки. Ведь где он может быть ещё, на данный момент? Наруто сидел на кровати, где лежал Саске и смотрел на его лицо, а на затылке Учихе держа свою теплую ладонь. Он смог вывести его из этого удушья? Из этого тьмы? Бездны? – Узумаки..– хотел было начать Саске, но в голове всё помутнело, а в горле появился комок, который уже, кажется, не проглотить. – Саске, как ты себя чувствуешь?– с беспокойством спросил блондин, убирая руку с затылка и гладя ее на лоб брюнета, проверяя температуру. Голове, где секунду назад была теплая человеческая плоть, стало холодно. Словно чего-то стало не хватать, но Учиха лишь не обратил на это внимание, поднимаясь и садясь на кровать, где лежал. – я в порядке.– сухо ответил Саске, вспоминая о вопросе, что задал ему голубоглазый. Он посмотрел на блондина. В его лазурных глазах плескались нотки явного недоумения и беспокойства, которое перепихивалось лишь с хотением спать. – сколько время?– поинтересовался Учиха, переползая к краю кровати и ложась на яркую наволочку подушки. – третий час. Ты хочешь спать?– Наруто моргнул и на секунду ему показалось, что века сейчас не смогут разлепиться, но всё он разомкнул их. – было бы неплохо.– буркнул Саске, принимая лежачее положение и обнимая руками сдвинутое одеяло, а после устремляя уставший взгляд на Наруто. Тот как раз надевал смешные пижамные штаны с мордочками лиса, а после и такую же кофту. Учиха тихо усмехнулся и устроился поудобнее, отползая к стенке и утыкаясь в нее спиной. – пойдешь завтра на пары? – поинтересовался Наруто, ложась недалеко от Саске и подкладывая руки под голову, так как подушку забрал Саске. – завтра воскресенье, умник. – пробурчал Учиха, утыкаясь лицом в одеяло, когда произносил последнее слово, из за чего оно прозвучало довольно непонятно. – а в понедельник? – кажется, собственная ошибка блондина никак не смущала. – нет. – честно ответил Учиха, устраиваясь удобнее и поглядывая на Узумаки. Тот удобно устроился недалеко от самого Учихи и поглядывал в потолок. Кажется, было бы лучше, не будь тут громкого Узумаки, но и теперь благодарный и немного уставший взгляд черных глаз метался по блондину. Саске и в правду был благодарен ему за то, что приехал и разрешил у себя пожить. – спасибо. – тихо шепнул Саске, когда глаза начали закрываться, а после потихоньку погрузился в сон. Перед глазами появился образ, но на этот раз не беловолосой. Саске все понял даже через сон. Это вновь то воспоминание, которое преследует его ещё с детства. Он уже перестал бояться этого, но сегодня что-то пошло не так. Его охватил страх, при виденья этих знакомых образов, при виде этой чертовой ситуации, что причиняла только боль. Сейчас он словно переживал все ещё раз, но отличие было в том, каким он был тогда и каким является на данный момент. И вот, на самом страшном о больном месте в этом сне, Учиха резко расспахнул глаза. Сердце бешено колотилось, а черные глаза метались по комнате, словно тело пыталось убедиться что оно в безопасности. Через пару минут Саске успокоился и понял, что лежит в кровати Наруто, а недалеко от него посапывает этот идиот, и всё сейчас хорошо. Он боли-менее в безопасности. Брюнет снова устроился на кровати, но заснуть больше не получалось, поэтому он поднялся и тихо зашагал на кухню. Если честно, он кое как нашел ее, но как только оказался там, сел на маленький диван, рядом со столом. На кухне пахло едой и немного каким-то аэрозолем с ярким ароматом ванили. Саске подошёл к окну и приоткрыл его на проветривание, а после глянул вниз. Двор за стеклом казался слишком пустым и заброшенным, но Учиха уже привык к подобному. В их стране было много подобных мест, построенных ещё в прошлом веке и стоящим до сих пор. Они были уже разваленные и старые, но люди продолжали жить в этих местах, потому что других просто не было. Даже Наруто жил в старом доме, который уже через пару десятков лет должен был развалиться на крупные обломки. Саске вздохнул и отошёл от окна. На кухне стало чуть прохладно, холодный ветерок дул из открытого окна и отводил осевшую духоту. Учиха сел на диван и попытался расслабиться. Сколько он будет здесь? Вернее, когда же он сможет уйти? Может быть, сейчас было не время думать об этом, но мысли о ближайшем будущем так и лезли в прогнившую(как теперь думал он) насквозь голову. Не будет же он вечно оставаться у Узумаки, как бы этот идиот не был милосерден. Сзади послышалось тихое шуршание тапочек по полу, но Саске не обернулся. И так было ясно. Наруто, по всей видимости, проснулся. – что не спишь? – тихо. – не знаю. – ответил Саске и вновь подошёл к окну. Оттуда дул холодный ветерок, который приятно охлаждал кожу своим дыханием. Узумаки тихо вздохнул и тоже приблизился к окну, чуть ли не прилипая носом к стеклу и своим дыханием заставляя его немного затуманиться. Его всегда интересовали такие вещи. Почему это действует так? Почему может быть больно? Почему это все существует? Кто всё создал, и почему? – недавно мы дрались, – тихо сказал Узумаки, нарушив тишину,– а теперь спокойно стоим у окна. – всё равно ты меня бесишь. – так же тихо произнес брюнет и слегка кивнул словам Наруто, как бы соглашаясь с его мыслью. Глядя на собственное отражение в стекле, Саске словно не узнавал это лицо. Слишком выраженные скулы, слишком пустые и уставшие глаза. И когда он успел стать таким? Это было уже не важно. Казалось, жизнь поделилась на до и после. Хотя.. теперь это не жизнь. Теперь это всё – жалкое существование. – я так и не спросил, – вновь заговорил Наруто, поворачиваясь к Саске. В его лазурных глазах виднелось нечто странное, похожее на эмоции. – что ты делал в той клинике? Неужели теперь ты что-то знаешь об этих странных приступах? Саске вновь кивнул. – брат отправил меня туда некоторое время назад. – процедил он. – а мой диагноз.. Это не твое дело.– закончил он, явно не намереваясь продолжать. – Но.. Саске, скажи.– попросил Наруто. Ему явно сильно хотелось узнать, по этому он подобно маленькому ребенку стал переступать с ноги на ногу, и теребить собственные пальцы, чуть ли не сгорая от нетерпения. – Знаешь, Наруто. – странно и даже как-то зло улыбнулся Учиха, – мой мозг гниёт. – под впалыми глазами образовалась тень, когда он опустил голову. – здесь, – Саске поднял руку и ткнул пальцем в затылок, – и здесь. – перенес тот же тонкий и бледный палец на место лобной части. – понимаешь?! Наруто с ужасом глянул на него и ступил поближе, разглядывая указанные места. – Операция... – начал блондин, но Саске перекрыл его рот рукой и со злостью продолжил. – Если провести ёбанную операцию — я буду как чертов овощ, не буду думать и буду лишь запертым в этом идиотском теле! Ты понимаешь?! – чуть ли не рычал он. – Твоя болезнь уже на столь высокой стадии? – немного невнятно спросил блондин, обхватывая ладонь Саске двумя руками и пытаясь убрать от своих губ, ведь она мешала говорить. – Да. – лишь сухо ответил Саске, а после сам убрал руку и развернувшись, пошел спать. Оставшиеся часы до рассвета, Узумаки провел на кухне, а потом ещё часик поспал. Но вот когда зазвенел поставленный будильник, проснуться ему удалось явно не с первого раза. От пустых ночных размышлений болел мозг. Через час нужно было идти к нескольким репетиторам, а после шагать на подработку. Этого очень не хотелось. В глазах виднелся недосып, а тело слегка пошатывало, слово он был дешёвой тряпичной куклой. Саске же спокойно спал на кровати Наруто, развалившись странным образом; его руки и голова свисали с края пастели, одеяло покрывало лишь часть торса, а ноги были взваленны на стену и согнуты в коленях и раздвинуты почти на шпагат. Узумаки сначала удивился такому положению друга, но увидев как тот комфортно посапывает, просто чуть позавидовал ему. Перед уходом, Наруто оставил на кухонном столе записку, написанную в спешке, ведь он уже опаздывал; и запасные ключи от квартиры, на случай если Учиха захочет куда-нибудь выйти. ** – Чёрт.. – парень зло откинул телефон в сторону и ругнулся, поднося ладонь к волосам и зарываясь в них пальцами, а после сильно сжимая. – Надо же ему было... Но как он?.– вздохнул Итачи. Саске всегда был неуправляемым и упрямым ребенком, но что-то в нем изменилось именно после смерти родителей. Он остался таким же неуправляемым и упрямым, но теперь это усилилось, и к его характеру добавилось полное безразличие к другим, и даже себе. До того инцидента Учиха младший был довольно эмоционален, нежели сейчас. Хотя, даже тогда отец не давал ему должного внимания, а ведь он был самым лучшим учеником в школе. Итачи и не предполагал, как его брат выбрался из больницы, ведь она находилась в паре километров от города, и сам дойти он бы явно не смог. О побеге Саске ему рассказал один из врачей, ему передала санитарка, которая не нашла Учиху младшего нигде, когда было время завтрака. Итачи вздохнул и стал раздумывать: как вернуть Саске? Да так думал и вспоминал его, что тот наверняка уже чихнул, где-то там, черт знает где, – по крайней мере так думал черноволосый. Как бы Итачи не беспокоился, ему в голову лезли вечные слова матери, она всегда говорила что Саске – вольная птичка, и что как бы ты не хотел, не стоит сильно пытаться за ним уследить. Он лишь грубо оттолкнет и уйдет ещё дальше. Учиха старший никак не мог понять, что же ему действительно сейчас делать? Сделать для Саске безопасную жизнь, но при этом он будет крайне не счастлив? Или же. Дать ему свободу? С одной стороны, он уже взрослый человек, сам может определиться что ему делать, а что нет. А с другой – для Итачи он всегда будет оставаться милым младшим братом, которого так хочется защитить от всех. Итачи вновь вздохнул и открыл окно на расспашку, закуривая сигарету и доставая из нижнего ящика большую банку кофе. – что же мне делать..