Christmas with You

4 недели до Рождества Юнги был обречен. С тех пор как они с Чонгуком обменялись номерами телефонов, они переписывались без остановки. Он узнал, что Чонгук танцевал с Чимином и Хосоком (это объясняло его бедра). Он узнал, что Чонгук был смешным, потому что он заставлял его смеяться вслух бесчисленное количество раз. Он узнал, что Чонгук был невероятно конкурентоспособным и любил все и вся, где он мог показать свое спортивное мастерство. И, к сожалению, спортивное мастерство было тем, чего не хватало Юнги. Да, он немного играл в баскетбол в средней школе, но это было много лет назад. На их первое свидание Чонгук привел Юнги на открытый каток. Юнги стоял на краю катка, ожидая Чонгука, который пошел взять напрокат две пары коньков. И да, припорошенные снегом деревья и натянутые фонари определенно вселяли в Юнги рождественский дух. Но, к сожалению, никакое количество рождественского духа не сделало бы Юнги магически изящным, чтобы не опозорить себя сегодня вечером. Юнги немного вздрогнул, когда вернулся Чонгук и мягко схватил его за плечи. — Бу, — сказал он с улыбкой. — Длинная очередь? — Нет, все было в порядке, — заверил его Чонгук, — Почему ты так нервничаешь? Это просто катание на коньках. — Может быть, для тебя, — надулся Юнги, — Для меня это вопрос жизни и смерти. Я не думаю, что ты понимаешь, как плохо с координацией у меня на самом деле. Чонгук наклонился и прошептал на ухо Юнги: — Это просто дает мне повод держать тебя поближе к себе, — когда он отступил и заметил румянец, поднимающийся на щеках Юнги, его взгляд смягчился, — Если ты действительно нервничаешь, мы можем заняться чем-нибудь другим. Я не против. Я просто хочу провести с тобой время. — Обещаешь, что будешь держать меня за руку? — Даю слово. И Чонгук сдержал свое слово. Чонгук крепко держал руку Юнги, ведя его вокруг катка. Единственный раз, когда он отпустил его, чтобы поймать его за талию. Юнги был рад, что его лицо не было видно, потому что он был уверен, что оно было ярко-красным. Несмотря на свои первоначальные сомнения, Юнги в конечном итоге провел лучшее время своей жизни на этом катке. Он чувствовал себя таким нужным и теплым в присутствии парня. У него никогда не было серьезных отношени, но он довольно часто встречался, и никто не заставлял его чувствовать себя так. Это было так, будто он жил своей дрянной мечтой о рождественском фильме, и он никогда не хотел просыпаться. И как будто Юнги нужна была еще одна причина, чтобы поверить, что Чонгук был человеком его мечты, он предложил им обоим взять горячий шоколад и прогуляться, глядя на рождественские огни, как только они закончат кататься на катке. — Спасибо большое. Это, наверное, лучшее свидание в моей жизни, — сказал Юнги, когда они возвращались в его квартиру. Чонгук настоял на том, чтобы проводить его домой. — Неужели? — спросил Чонгук и его лицо расплылось в кроличьей улыбке, — Я так рад. Я прекрасно провел с тобой время. — И я ничего на тебя не пролил, так что иди ко мне, — пошутил Юнги. — Не сглазь. Ты все еще держишь в руках горячий шоколад. — Я все еще не могу поверить, что ты действительно хотел пойти со мной на свидание, учитывая нашу первую встречу. Я был в полном беспорядке. Чонгук только рассмеялся. — Может быть. Но я люблю беспорядки. Реплика была такой дрянной, но Юнги все еще чувствовал бабочек от слов Чонгука. Поэтому он собрал все свое мужество и потянулся к руке Чонгука, переплетая их пальцы в перчатках. На мгновение он испугался, что решил испытать судьбу, но потом почувствовал, как парень сжал его руку. — Чимин говорит, что ты вроде как одержим Рождеством. Вот почему я выбрал катание на коньках, так что я рад, что тебе это понравилось. — Я бы не сказал, что одержим. Это просто мое любимое время года. Я знаю, все думают, что это слишком коммерциализировано, и это так, но в этом есть что-то волшебное. Снег, огни и музыка. Я не знаю. Рождество просто заставляет меня чувствовать, что все возможно. Это банально, не так ли? Мне очень жаль, — сказал Юнги, пожимая плечами. — Не банально, — заверил его Чонгук, — Это очень мило. Совсем как ты. Юнги не смог удержаться от смеха. — Ну, я такой, — сказал он, когда они подошли к входной двери его дома, — Спасибо, что проводил меня до дома. — Как будто я откажусь от возможности провести с тобой лишние 20 минут. Не за что, — сказал он с улыбкой. И когда Чонгук придвинулся ближе, Юнги был уверен, что он собирается поцеловать его. Но вместо этого он почувствовал, как его притянуло к груди Чонгука, когда тот начал кружить их в небольшом танце. А потом он услышал, как тот тихо запел. I don't want a lot for Christmas There is just one thing I need I don't care about the presents Underneath the Christmas tree I just want you for my own More than you could ever know Make my wish come true All I want for Christmas is you И когда Чонгук нежно поцеловал его в щеку, прежде чем пожелать спокойной ночи, Юнги почувствовал, как в его груди взорвался фейерверк. В ту ночь он лег спать с самой широкой улыбкой на лице. 3 недели до Рождества — Ты никогда не рассказываешь нам никаких подробностей, — пожаловался Чимин, вытирая столы в кафе, — Это несправедливо. — Почему бы тебе просто не спросить Чонгука? Вы, ребята, живете вместе, — заметил Юнги. — Вытянуть из него что-нибудь — все равно что вырвать зубы, — надулся Чимин. — Вы, ребята, уже дважды гуляли, верно? Все идет хорошо? — Спросил Хосок. Юнги прислонился к прилавку, на его лице застыло мечтательное выражение. — Он…замечательный. Вчера вечером мы ходили на рождественскую ярмарку, а потом ужинали. И я не знаю, как кто-то может быть таким совершенным? Чимин только рассмеялся. — Поверь мне, как его сосед по комнате, я могу заверить, что он не идеален. Но он один из лучших людей, которых я знаю. — Есть только одна вещь, — Юнги начал грызть ногти, нервная привычка, которую он пытался отбросить (вот почему он начал красить их), — Мы отлично проводим время вместе и он всегда так мил со мной, так что я почти уверен, что нравлюсь ему. Но… он не поцеловал меня. Как ты думаешь, он…может быть, я его не привлекаю? — Юнги, он буквально не перестает говорить о тебе, — сказал Хосок. — Наш групповой чат — это Юнги это, Юнги то. Юнги — самый красивый мужчина, которого я когда-либо видел. Честно говоря, слишком много информации о тебе, — добавил Чимин. — По-моему, однажды он назвал тебя настоящим ангелом, — продолжил Хосок, — Поверь нам, его определенно влечет к тебе. — Тогда почему он не хочет меня поцеловать? — Ты мог бы сам поцеловать его, — заметил Хосок, но наткнулся на хмурый взгляд. — Послушай, Юнги, несмотря на всю свою развязность и самоуверенность, Чонгук тоже довольно застенчив. Возможно, он лучше тебя умеет это скрывать, но, скорее всего, он просто нервничает. Ты ему очень нравишься, — заверил Чимин. — Это случится, не волнуйся. 2 недели до Рождества. Последние два часа Юнги мыл свою квартиру сверху донизу. Несмотря на то, что Чонгук всегда настаивал на том, чтобы проводить Юнги домой, он никогда не был внутри. Это будет в первый раз. Сказать, что он нервничал, было бы преуменьшением. Он даже позвонил маме по видеосвязи, чтобы она помогла ему выбрать наряд. Он снова чувствовал себя подростком, готовящимся к первому свиданию. В конце концов он проигнорировал все ее предложения и натянул джинсы и свою любимую фланель. К тому времени, как раздался стук в дверь, он почувствовал, что дрожит. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и открыл дверь. И у него тут же перехватило дыхание. Чонгук был мечтой. Он был закутан в теплую черную толстовку, которая выглядела такой мягкой, что Юнги захотелось потереться о нее лицом, а сверху была надета потертая кожаная куртка. А его кудрявые волосы были влажными от снега, который падал снаружи. Юнги пришлось напомнить себе, что нельзя бросаться всем телом в объятия Чонгука. Когда он, наконец, очнулся от навеянного Чонгуком тумана, он вспомнил о своих манерах и о том, что когда ты приглашаешь кого-то к себе, ты должен впустить его. — Эй, заходи. — Я принес шашлык из баранины, — сказал Чонгук с улыбкой, держа в руках пакет с едой, который Юнги до этого момента не замечал. — У меня есть вино, — сказал он, забирая куртку Чонгука и вешая ее в шкаф, — Я очень рад, что ты смог приехать. Как бы я ни любил зиму и снег, я подумал, что было бы неплохо устроить свидание, где мы не замерзнем. Чонгук рассмеялся. — Значит ли это, что ты не будешь кататься на санках в качестве нашего следующего свидания? — Я уверен, что ты шутишь, но мы можем прямо сейчас покинуть мою квартиру и уйти. Я просто обожаю кататься на санях. — Я так и думал. — Располагайся поудобнее. Я только возьму тарелки и вино. Юнги не торопился на кухню. Его сердце бешено колотилось. Еще никто и никогда так быстро не вселялся в его сердце. Можно ли так быстро испытывать чувства? Он так не думал, но из-за Чонгука многие невозможные вещи казались возможными. Когда он вернулся в комнату с телевизором, Чонгук удобно сидел на диване, ожидая его с улыбкой на лице. — Привет. — Ты мне действительно нравишься, — выпалил Юнги, прежде чем успел остановиться, — Очень. Это нормально? Чонгук ничего не ответил. Вместо этого он встал и подошел к нему. Он взял тарелки и вино из рук Юнги и поставил их на стол, а затем взял руки Юнги в свои. — Ты мне тоже очень-очень нравишься. — Неужели? — Да. — О, хорошо. Я рад. Ты был таким удивительным последние несколько недель, но я немного испугался, — признался Юнги. — Испугался? Почему? — Я имею в виду, это немного неловко, — сказал Юнги, переминаясь с ноги на ногу, — Наверное, я веду себя глупо, но это так… Я имею в виду…ты не поцеловал меня. Я подумал, что, может быть, ты на самом деле не видишь меня привлекательным. Может быть, ты просто хотел быть моим другом. — Юнги, я люблю своих друзей, но не хожу с ними на свидания. Я определенно хочу быть больше, чем просто твоим другом, если ты позволишь. По правде говоря, я давно не встречался с кем-то, и ты мне действительно нравишься. Я просто не хотел быть слишком настырным и пугать тебя. И я немного нервничаю. — Ты никогда не сможешь меня напугать, — тихо сказал Юнги, — Ты — все, о чем я только мог мечтать. Чонгук придвинулся ближе и нежно погладил Юнги по щеке. — Я собираюсь поцеловать тебя сейчас. Их губы встретились и Юнги мог поклясться, что видит звезды. Губы Чонгука были именно такими, какими он их себе представлял. Мягкими, как подушка. В этот момент он понял, что никогда не хотел целовать никого другого 1 неделя до Рождества Неделя, предшествующая Рождеству, была самой тяжелой. Между выходными часами на двух своих работах и, знаете, необходимостью спать, он вообще не видел Чонгука. Это не мешало им переписываться при любой возможности, но Юнги хотел большего. С момента их первого поцелуя Юнги оказался зависимым. Если бы он смог сдержать то чувство, которое испытывал, когда целовал Чонгука, и продать его, то наверняка заработал бы миллионы. За исключением того, что он никогда не захочет делиться. Они еще не встречались все официально, но Юнги надеялся, что именно к этому все и шло. Ему просто нужно пережить эту неделю, и он проведет Сочельник с Чонгуком. Остальные, очевидно, тоже будут там, но именно Чонгук зажег в нем огонь. Рождественский сочельник Чимин и Чонгук переставили всю свою мебель и застелили пол всеми подушками и одеялами, какие только нашлись в их квартире. Гирлянды были натянуты, и пространство заполняли не одна, а две ярко украшенные елки. Играли рождественские гимны, в духовке стояло печенье. В общем, это была настоящая зимняя страна чудес. Юнги был будто в раю, когда он устроился рядом с Чонгуком и положил голову ему на плечо. — Так монополия или тривиальная погоня? — спросил Тэхен, перенося обе игры. — Я не собираюсь играть с ним в тривиальную погоню, — заявил Джин, указывая на Намджуна, — Он всегда побеждает. Это несправедливо. — Не ненавидь игрока, ненавидь игру, — гордо сказал Намджун. — Ненавижу эту игру, — огрызнулся Джин, — И я вроде как ненавижу тебя прямо сейчас. — Это же Рождество! Никто никого не ненавидит, — сказал Чимин. — Да, вы, ребята, отпугнете Юнги, если будете продолжать вести себя так, — добавил Хосок. Тэ только рассмеялся. — Да брось. Он и Чонгук находятся в своем собственном маленьком мире, даря друг другу сердечные глаза. Они не обращают на нас внимания. — Заткнись, Тэ, — ласково сказал Чонгук, целуя Юнги в макушку. — Почему бы нам просто не посмотреть фильм? Один Дома? — Предложил Джин. — Нет! — это предложение возмутило Чимина, — Сегодня сочельник. Мы всегда играем в этот день. Это традиция. Когда остальные шестеро погрузились в хаос и игривую перебранку, Юнги не мог не думать, что именно здесь он должен был быть в этом году. Конечно, он сильно скучал по своей семье, но если бы он вернулся домой, в его жизни не было бы новых замечательных людей. Возможно, он упустил бы свою цветущую дружбу с Чимином и Хосоком, которые теперь занимали особое место в его сердце как его самые лучшие друзья. Ему бы не хватало изворотливости и остроумия Тэхена. Ему бы не хватало злого чувства юмора и защитного характера Джина. Ему бы не хватало блеска Намджуна и убийственного музыкального вкуса. И он бы скучал по парню рядом с ним. Парень, в которого он влюбился по уши. Парень, которому теперь принадлежало его сердце. — Эй, у меня есть кое-что для тебя, — прошептал Чонгук на ухо Юнги, — Пойдем со мной на минутку? Юнги кивнул и они вдвоем направились по коридору в спальню Чонгука. Остальные все еще были слишком увлечены своими препирательствами, чтобы заметить это. — Это не Рождественский подарок, потому что я знаю, что мы обещали, что не будем делать подарки. Но я хотел отдать это тебе, — сказал Чонгук, вкладывая листок бумаги в руки Юнги. Юнги посмотрел вниз и ему потребовалась секунда, чтобы понять, что это было. Это была квитанция из проката коньков с их первого свидания. — Ты сохранил это? Чонгук кивнул. — Сохранил. Я знаю, что это звучит невероятно банально, но на том первом свидании я знал, что оно особенное. Что ты особенный. Может быть, это и глупо, но я не мог выбросить эту квитанцию. Не тогда, когда это было началом самого лучшего, что когда-либо случалось со мной. Мы можем сделать это официально? Будешь моим парнем, Юнги? В этот момент Юнги почувствовал что-то, что, как он знал, было чистым счастьем. Ему больше не нужно было сдерживаться и он бросился в объятия Чонгука. — Конечно, я буду твоим парнем. — Неужели? Юнги нежно поцеловал Чонгука в губы. — Да. Спасибо тебе за то, что ты стал моим рождественским чудом, Чонгуки. Юнги начал рождественский сезон, думая, что он будет один. Но теперь он был совсем не один. У него была самая лучшая семья, о которой только можно мечтать, удивительная новая группа друзей и идеальный парень в его объятиях. Банальные рождественские фильмы не имели ничего общего с этим.