Часть 17. День, в который всё произошло. Часть 3.
19 мая 2025 г., 01:03
— Как думаешь, где они все сейчас? — раздался женский голос, послышалась французская речь.
— Не знаю, милая. Я просто рад, что мы не влезаем в их семейные дела и они не трогают нас, — последовал ответ на немецком.
Кристалл кивнула. Зорн прав. Чужие проблемы им не к чему, хватает и своих.
Они несколько минут как идут вдвоём, внимательно осматривая окружающий их дремучий лес. Чужая душа — потемки, не так ли? Ну, тут выражение обрело буквально значение. Они были в чужом сознании. И это было… Жутко.
Кто-то может подумать, что раз они рядом, они одни, то наверное Крис с мужем просто напросто будут делать то, что обычно делают сладкие парочки вроде них.
Заблуждение, однако. За эти несколько минут они ни разу не сюсюкали. Им просто было некогда и незачем таким заниматься.
Вообще, в серьёзных ситуациях Де Даме сама становилась такой. Она не была наивной или беспечный. С братьями жизнь такая. Неоднозначная.
***
Кто-то скажет, мол, так единственная дочь, это принцесса семьи. Уместно было бы, будь эта дочь младшей. У Крис старший брат был всего лишь один, и тот на момент её пятилетия уже уехал из родного поместья в Пуатье на учёбу в Париж. (Ад, подобно миру людей, делился на страны, континенты и тому подобное. Исключением была область Королевского двора, центра Империи, буквально в самом центре ада.) Остальные дети в семье были пять младших братьев, за которыми нужно было следить и подавать пример, как второму по старшинству ребёнку. «Между братьями и сестрами должна быть крепкая и нежная дружба. Молодой человек должен быть более вежливым со своей сестрой, чем с любой другой молодой женщиной в мире, а молодая женщина, пока у нее нет мужа, должна считать брата самым близким в мире для нее человеком. Они должны в этом мире охранять друг друга от опасностей и обманных и гибельных путей. Сестре надо стараться завоевывать любовь и уважение брата. Она не сможет причинить большего вреда, если внушит ему мысль, что все женщины бессердечны и легкомысленны, жаждут только удовольствий и желают, чтобы ими восхищались. А братьям, в свою очередь, следует охранять сестер.» Кристалл помнила увещевания матери, буквально выведенные черным по белому на бумаге. Близких отношений, к сожалению, установить особо не удалось. Они, конечно, и не враждовали, но Де Даме чувствовала себя для них скорее нянькой, чем подругой и старшей сестрой. Нет, потом правда у неё была орава «охранных псов», но братья, скорее, действовали так из желания показать себя джентльменами перед толпой на званом вечере, или что бы порадовать мать с отцом. После свадьбы никто из них не писал ей более полстраницы формальных любезностей в месяц. Она не обижалась. Рин, в конце концов, стала своего рода сестрой и для неё. И по возрасту они были близки. Только из-за летоисчесления демонов, что было у каждого индивида своим. Так-то Крис была на добрых тридцать лет старше суженого и его сестры, но по вышеупомянутой причине это не было заметно.***
— Крис, — обратился к супруге Рот. — Да, Зорн? — А куда делась Мёрд?***
— Привет. Мёрдерин уставилась на незнакомку. Незнакомой та, впрочем, была только внешне. Голос её демоница ранее уже слышала. И учитывая о чём этот голос говорил, настроена эта девушка с цветными прядями и белыми глазами была не очень дружелюбно. Рин очень сейчас жалела, что во время войны не была на фронте вместе с братом. Может приобрела бы опыт по падения в плен ещё тогда. Сейчас было бы не столь страшно сидеть в незнакомой хижине посреди леса, загнанной в угол во всех смыслах. — Вы не могли бы меня отпустить? Пожалуйста… Я очень прошу, — сказала мягко. Вежливость штука полезная. Утбурд говорил, что даже когда враг явно настроен на драку, и битва неизбежно, про дипломатию нельзя забывать. Как там Элизабет в диалогах упомянула русскую поговорку? «Язык до Киева доведёт»? Может сейчас договорятся, и её отпустят. А уж подальше от этого места, рядом с братом и Крис, можно будет и излить весь свой запас нецензурностей. Зря она что ли сейчас так лимонничает? — Не, милая моя, нельзя. Запас нецензурностей у неё большой. — Тогда, эм… — Рин, я не «Эм», — смешок. Напрягающий, даже мерзкий. Зорн бы за такое в своё время ударить мог. Да и сейчас тоже, чего греха таить. — Мисс… — Муза. — Мисс Муза, а что вы от меня хотите? — Да так, поболтать о том о сем. — А в другом месте, где посветлее… — Нет. Schlampe! Да не бывает так много нецензурных слов, тем более на родном немецком. Можно, правда, русские использовать, Ли научила многому новому. — О чем поболтаем? — О, об одной человеческой девочке…***
— Какого черта маячек так тупит?! Тупой человеческий мозг, тупое людское сознание, тупые люди… — ругался Люц. Он установил магическую слежку за Сатом и Утбурдом. И за источником голоса как-то смог. Это плохо работало. Это существо отсутствовало, сигналы тоже. И что самое страшное, отсутствовал выход. — Папа… — Бена неуверенно позвала. И как ему сказать. — Что?! — Ты не сможешь найти эту девушку. Люцифер насторожился. — Почему? — Я… Я заключила с ней контракт. Это день хреновы сюрпризов?! Люц глухо зарычал.***
Орешек, покрытый тонким карамельным слоем, звучно раскололся меж зубами. Интересно, знал ли бедолага, что сейчас на коленях лепетал прошение, как ей осточертело и как всё бесполезно. Разве она может что-то сделать? Давно должно быть понятно, эти приёмы лишь формальность. Если отец не прикажет, ничего не будет. Она либо не повлияет на Врадыку, либо могла бы, но слишком боится. Их с Сатаной, который между прочим, отсутствовал давным давно, папа не послушает. Он мог бы послушать аменьку, будь та ещё жива. Мог послушать Утбурда, который, слава Бездне, был жив. Все прошения должны быть к нему, они самые действенные. Проглотив лакомство, Вербена прервала демона перед ней. — С вашего позволения, месье… — А больно оно ей нужно, его позволение. Единственная дочь императора. Воротит что хочет. В будуаре было тихо и одиноко. Служанка иногда приходила к ней перед важными мероприятиями, одеть во что-нибудь церемониально старомодное. Пол ада одевались так почти всегда, даже в повседневной жизни. Она, подобно Утбурду, была новатором. Королевская семья была гораздо более продвинутой, чем подданные. Зе Бист, или, как давным-давно при деде Ваале, когда они с братом даже не планировались, Ля Цефабисто, на латынкий манер. Потом переделали на Английский, он удобнее. Всё же и отец перенял у людей достаточно много штук. Их фамилию и то переделал на более простую. Вообще, демонов был свой древний язык, но его использовали реже, чем Бена бесячие тяжёлые платья с корсетом и воротником-фрезой. Тысячу раз будь проклятый традиции двора. Выбрали в качестве придворного платья моду самого поганого века, 16. — Ваше Величество! — елейный женский голос. Какая мразь посмела, без разрешения и стука, в самое уединенное место её покое?! Вербена развернулась. Посмотрела на девушку в тёмной мантии с капюшоном, из-под которого видны были светлая кожа, белые глаза, и волосы розового и зелёного цвета. Чёртов ходячий арбуз. Ну а как такие волосы ещё назвать. Не хватает чёрных пятен-косточек… Тогда бы был натуральный арбуз… Королевской дочке, правда, не до шуток. Присутствие этой наглой девки раздражало, напрягало, и, надо сказать, немножечко пугало. — Ты… — Вы, наверное, очень бы хотели узнать о брате больше… За небольшую обратную услугу. Девушка протягивает руку. Мерзавка, тронула за самое больное место. Принцесса жмёт Музе руку прежде чем задумывается о последствиях и условиях сделки. Дядя Ут и папенька ведь не будут ругать сильно? Они и не узнают, наверное… — Говори. — Я дам вам увидеть брата. Да-да, так и сделаю. Только давайте ваш отец не будет искать меня?***
Она всё вспомнила. Холодный голос отца вырывает из раздумий. — Мы ищем твоего брата, Бена. Я не буду её искать, как она и просила тебя. Но пусть эта тварь попробует к нам подойти. Я не дам ей легко уйти, Вербена, — он говорит стальным тоном. Девушка кивает, на деле прячя заплаканные глаза. Почему всё так?.. Почему всё так?! «Матушка, если бы ты была здесь… " — Мысленно шепчет. Но могли ли мёртвые слышать живых, тем более читать мысли…
