Причина твоих комплексов

— Что ж, ребята, приветствую вас! — громко проговорил учитель истории, словно гром прогремел среди ясного неба.       Все ученики сразу же затихли, услышав знакомый и устрашающий голос учителя Чхве.       Внешне он выглядел довольно молодо для своих сорока трёх лет. По телу, которому было слегка подкаченным, сходили с ума все девочки школы. Очки и седеющие пряди волос делали его не менее привлекательным, а модная и опрятная одежда делового стиля придавала ему ещё больше шарма. Мальчики видели в нём одновременно и конкурента, и кумира. Скорее больше второго, чем первого. Учитель истории, на самом деле, был строгим преподавателем, и физическая форма его тела не так пугала подростков, как его преданность к своей работе и чёткое выполнение её. О своём классе, как классный руководитель, мужчина знал абсолютно всё: родители, адрес, успеваемость и другие детали своих подопечных.       «Знание — сила» — как любил говорить учитель Чхве, завершая свою нравоучительную лекцию ученику, в чём-то провинившемуся или совершившему неприемлемое действие в общественном месте. Многим приходилось несладко…       Самые главные хулиганы и двоечники школы, даже Юнхо и Минги, ходили по его струнке, а простые ребята, желающие получать знания или же просто без каких-либо плохих последствий весело проводить время в школе, могли дышать спокойно и чувствовать себя уверенно. Класс был под властью историка, поэтому рангов и иерархий в этом коллективе не наблюдалось. Все были равны, никаких подачек и никаких ограничений, в общем, полное равноправие и единый дружный класс, так сказать. Многим это не нравилось, но они не особо спешили бороться за независимость, зная, что произойдет после этого, а именно «БИГ БЭНГ!» — подобное говорили именно те, кто попадал под руку учителя. А разозлить его, поверьте, могло всё что угодно… Но несмотря на это, его любили абсолютно все. Женский пол, как говорилось ранее, мужчину просто обожал, а мужской, точнее большинство мужского пола, хотел быть таким же, как и он. — Наш новый учебный год начинается, но не просто так, а с новыми учениками, — продолжил мужчина, внутренне довольный, как произнёс свою вступительную речь.       Стоявший рядом с ним Сонхва это заметил по мимолётной ухмылке нового классного руководителя, но постарался забыть об этом, и, надев маску безразличия на своё прекрасное личико, отвёл взгляд от учителя, чуть приподнял голову и прищурил глаза, стараясь изобразить максимальный бичфейс. Они с Хонджуном стояли у доски возле учителя и ждали своего часа, чтобы представиться коллективу. Хон, на взгляд Хва, держался уверенно, скорее всего не впервые этот парень переходил в новую школу. На Киме была всё та же лёгкая улыбочка и приветливый взгляд, делая его ещё большей очаровашкой. Ни капли волнения не исходило от него. Поражало то, как он реагировал на завистливые и недовольные взгляды парней. Точнее вообще не реагировал и просто делал вид, что не видит их. «Как рыба в воде. Только в воде этой ещё и пираньи присутствуют».       К Сонхва медленно подкралось чувство зависти к новому знакомому. У Кима, судя по всему, было много друзей, раз он так легко заводил разговор с чужими людьми. В отличие от него, Сонхва будто шёл в первый раз в первый класс. Другое место, другой мир… Да он еле из дома вышел, какое там с людьми, да ещё и его возраста, знакомиться.       До того момента, пока Хва не столкнулся с Хонджуном, парень не заводил никаких знакомств. Он выходил на улицу до школы, да, но только для того, чтобы прогуляться по тем местам, что должны были помочь ему пробудить в нём воспоминания о детстве, да и в целом, о прошлом. С людьми он не контактировал и старался обходить их стороной, видя в них потенциальную опасность, сам не зная почему. В их районе, на самом деле, жили лишь пенсионеры да молодожёны с новорождёнными детьми, но не его сверстники. Поэтому с людьми его возраста ему ещё не доводилось общаться, разумеется, до сегодняшнего дня… — Ну что ж, прошу вас представиться, — сказал учитель, с интересом ожидая услышать голоса новеньких.       Было видно, что Джуном совсем не овладело чувство робости, и что на него не давила сама ситуация, поэтому он решил начать говорить первым, беря всё под свой контроль. Ладони Сонхва вспотели, однако его лицо оставалось спокойным, не показывающим нервозность, а вот в голове парня происходил полный хаос. Пак мысленно кланялся в ножки Хону за его желание выступить первым. Все сидящие одноклассники не сводили с них любопытных глаз. Хонджун, словно встретясь со своей близкой подружкой, начал болтать: — Привет, я Ким Хонджун. Совсем недавно я переехал из Парижа в Сеул. Люблю всех, кто меня окружает, ровно так же, как и куриные рулетики по-французски с грибами и сыром, — парень подмигнул всем сидящим ребятам и прислонил свои миниатюрные ладошки к лицу, делая эгьё. Все девочки класса принялись восторженно шушукаться и хихикать, а парни в свою очередь стали придирчиво фыркать, выражая тем самым своё недовольство. Хонджун почесал затылок, неловко посмеиваясь. А Сонхва впитывал информацию из уст Кима, как губка, продумывая и заготавливая свою речь. — Так! Это ещё что за неуважение по отношению к Хонджуну?! — рявкнул учитель Чхве и, угрожающе смотря на возмущающихся, поправил очки. Те сразу же завистливо посмотрели на Хона и послушно подавили своё негодование. Но один ученик решил отличиться своей остроумностью и выпалил: — Учитель, у него же синие волосы! Это непозволительно! — В нашей школе нет строго предписанных законов, — мгновенно ответил мужчина, поблёскивая очками. — Так как все ученики нашей школы почему-то особо не стремятся как-то себя выделить среди других, то в наших правилах не указано, что красить волосы строго настрого запрещено. Не думаю, что в этом есть что-то плохое, Чан. — Но… — А сейчас мы продолжим… — историк подмигнул Хонджуну, тем самым его подбадривая. Хон в ответ лишь улыбнулся и продолжил: — Надеюсь вы поладите с нами, — Ким, не обращая на возгласы класса, закончил речь и повернул голову в сторону Хва и взглянул на него, подчёркивая этим действием свои слова. Сонхва попытался сдержать смущенную улыбку. И сдержал, потому что он понимал, что Джуну было неприятно слышать те слова от одноклассника. Как ни странно, людей Хва читал, как книги. — Ты забавный парень, Ким Хонджун, ха-ха-ха! Ну да ладно, теперь перейдём ко второму нашему новичку, — сказал учитель, приобнимая и хлопая Пака по плечу.       Ладошки Хва намокли ещё сильнее, именно так, будто вся впитанная информация со слов Хонджуна начала выделяться и испаряться. Все слова и умные термины, что знал Сонхва, покинули его голову. Сердце стучало как у бурундука. И вот настала его очередь… Ладно! Он справится! Он просто будет вести себя также, как и Хон. Свободно и непринужденно. Просто расскажет о себе как и Хонджун, как его мудрый сенсей.       И он начал: — Привет, я Пак Сонхва. Мама мне говорила, что раньше, когда я был совсем маленьким, наша семья жила в Каннаме, но потом мы переехали в Мёндон, то есть сюда. Я люблю людей также, как и говядину. Надеюсь вы поладите с нами, — не запинаясь словно выдохнул свои слова парень, переведя взгляд на недоумевающего Хона, повторяя его прошлые действия, также подчёркивая последние слова. Весь класс замер в неловкой тишине, которая словно аплодировала черноволосому за столь убогий рассказ о себе.       Хохот учителя её перебил. Вторым начал смеяться Хонджун, после чего смех уже подхватили все, даже ранее недовольные одноклассники, кроме Сонхва, который искренне не понимал, что именно смешного он сказал. Почему-то в этот момент он слышал только нежный и заливистый смех голубоволосого парня, но в этот момент смотреть на него Хва вовсе не хотел…

***

      После всей этой суматохи начались нудные уроки. На всех занятиях Пака не отпускало непонятное чувство стыда, из-за которого ему хотелось сжечь себя заживо. А Хонджун, сидя возле Сонхва, тихо посмеивался и поглядывал на парня, который уже выдавал своё нервное поведение. Его умиляло то, насколько были искренни и невинны чувства этого парня. Хоть черноволосый и умел их скрывать, однако это длилось не так то и долго. Всё, что чувствовал и о чём думал этот парень, можно было прочитать на лбу через пару минут, если, конечно же, к этому прикладывались особые усилия: смотреть на него в упор, к примеру. Пак Сонхва был словно… воплощением взрослого ребёнка. С детской и загадочной натурой. И с подтянутым красивым телом тоже.       Сонхва воткнул в уши наушники и включил музыку, дабы абстрагироваться от общества и хоть как-то отвлечься от мыслей о непонятной ситуации. Но не тут то было… — Привет Сонхва. Давай знакомиться! — И Хонджун! Давайте познакомимся!       Ребят окружили одноклассницы, которые — чуть ли не каждая девушка! — кокетливо играли со своими волосами, местами хихикая. Их намерения Хонджун сразу же просёк, но виду не подал и с удовольствием вступил в беседу, ожидая, что подключится и Сонхва. — Раз ваши имена, дорогие дамы, я узнал, то почему бы вам не познакомить нас с Сонхва с окрестностями этой прекрасной школы? — вежливо проговорил синеволосый парень, узнав имена поклонниц. Незаметно он покосился в сторону Хва. Тот продолжал не проявлять интерес к разговору и сидеть, уткнувшись в окно. Девочки уже не обращали на него внимания, что одновременно радовало и огорчало Кима. — Конечно! — хором согласились те и в буквальном смысле силком потащили его.       От неожиданности Хон рассмеялся и скрылся в коридоре вместе с весёлыми и громкими одноклассницами. Уголком глаза ему всё же удалось заметить, как Сонхва поворачивает свою голову в сторону уходящего балагана. Его забыли...

***

      Наконец, занятия закончились. Школьники начали разбредаться по домам. Сонхва вышел за пределы ворот учебного заведения и глубоко вздохнул, прокручивая моменты с его представлением перед одноклассниками. Почему ему стыдно? Вроде бы он всё правильно и чётко сформулировал, прямо как Хонджун. Так от чего же все смеялись? Раздражённо пнув близлежащий камень, Хва поспешил домой, стараясь не думать обо всём этом. Но образ Хонджуна не хотел выходить из его головы. «Вот чёрт!»       Хва взъерошил чёрную шевелюру и почапал дальше. Но крик, что донёсся позади него, в итоге его остановил: — Йа! Сонхва!       Помахивая руками, по направлению к Паку мчался на всех парах возбуждённый чем-то Ким. Сонхва от неожиданности чуть ли икать не начал, но всё же сдержал эти позывы и снова натянул на своё лицо полное спокойствие и умиротворение.       Когда голубоволосый подошёл к Сонхва, то начал диалог: — Сонхвааааа. Как же я рад тебя видеть!       Хонджун не был из тех, кто любил навязываться. Обычно люди сами к нему тянулись с распростёртыми объятьями, желая провести с ним весело время. Но не Сонхва… — Я… тоже… — промямлил черноволосый, поправляя лямки портфеля оранжевого цвета, после чего отвёл взгляд. — Мы толком не поговорили сегодня в школе… Может прогуляемся? — поправляя синие волосы, предложил Хон. Хва всё-таки икнул, начиная отвечать: — Я бы с удовольствием… но мне нужно домой и… — А, ну… Окей. Тогда может обменяемся номерами телефонов? Сейчас только достану… — не теряя надежды, Джун принялся энергично рыться в рюкзаке, чтобы найти свой телефон.       Хонджуна будто пристрелили дробовиком, когда он вспомнил о том, где на самом деле сейчас его телефон. Его голову окутал утренний флешбек, от чего он выругался и виновато посмотрел на Пака. — Вот блин, не получится! Дело в том, что я его сегодня утром потерял, — Ким поник, сложив руки в карманы. — Вот это облом конечно вышел… — Давай я тогда запишу свой номер телефона на бумажку, а когда ты найдёшь свой телефон, позвонишь мне, — никак не ожидая от себя подобного, выдвинул идею Сонхва, потирая затылок. Надежда блеснула в глазах синеволосого и тот бесспорно кивнул. Сказано — сделано.       Парни попрощались и разошлись по домам, каждый думал о своём. Хонджун яро продумывал план по нахождению своего телефона, шевеля всевозможными извилинами своего мозга, Сонхва же, идя медленной походкой, рассматривал телефон с розовым блестящим чехлом и гадал: совпадение ли это, или нет?