Кладовая мысль.

Темнота. Куда не повернись, вокруг кромешная тьма. Глаза больно режет чёрный цвет, а глухая тишина бьёт по вискам. Грудь словно сдавили тысячи цепей, перетягивая до хруста костей и едва позволяя дышать. Плохо, страшно, больно. Что это? Почему он испытывает это? Эти чувства… Они не принадлежат ему. Так почему он ощущает их так явно?! Надо бежать. Убираться из этого проклятого места! Быстрее! Он бежит, оглядывается и снова бежит. Бежит и, одновременно с этим, будто стоит на месте. Словно бесконечный коридор в никуда. Места, из которого не выбраться. Вдруг парень резко останавливается. – Чонгук, – словно эхо чей-то голос звучит в голове. Нежный, немного шепелявый и совсем тихий, будто на последнем издыхании, - Чонгук, ты должен спасти меня. Прошу! Мне так плохо! Пожалуйста, не бросай. Ты нужен мне! – юноша вертит головой и мечется из стороны в сторону. Голос! Такой не знакомый, но такой родной! Голос, звучащий одновременно так далеко и совсем рядом. Голос человека, которого хочется найти, забрать себе и никогда не отпускать. Настигает паника, становится трудно дышать, слезы предательски стекают по щекам. –Ты нужен мне. Нужен. Нужен. – голос отражается от стен и с каждым разом звучит всё тише и тише. Чонгук отчаянно вертит головой в попытке разглядеть что-то в кромешной темноте. Он бежит вперёд, но натыкается на тупики, а руки его задевают лишь воздух. Найти. Он обязан найти это голос! – Я... Я здесь. Я с тобой! – Чонгук, как котёнок, наугад бросается вперёд, ища обладателя этого голоса и, всё равно, не может найти, – Я с тобой. Слышишь? – отчаянно кричит в пустоту. Ничего не видно, не слышно – словно у него галлюцинации. – Пойдём со мной. Я защищу тебя, спасу и никогда не брошу. Прошу! – держится за рукой грудь. Сердце останавливается и бьётся слишком медленно, становится холодно, но Чонгук почему-то потеет. Он вглядывается в темноту и слышит слабые шорохи. – Хей... - он не успевает договорить, его кто-то хватает за запястье. Рука вся в ссадинах и кровоподтёках. Она до ужаса тонкая. Чонгук спешить схватить её и чуть не кричит. Мокрая и ледяная, как у утопленника! Спустя мгновение из темноты появляется лицо. Лицо, взгляд на которое вызывает бесконечный ужас и вселенскую жалость. Это он. Ошибки быть не может. Это лицо он видел на фотографии из старого альбома. Вот только… Волосы, что забавно пушились, сейчас свисают грязными сосульками. Глаза впали и были полузакрыты, словно юноша боялся смотреть на парня. Его губы, посиневшие от холода, дрожали, по ним маленькими струйками стекала кровь, перемешанная со слюной. Он отчаянно глотал слёзы, а лицо его выражало боль и усталость. - Юнги? - спросил Чон дрожащим голосом. С каждой минутой делалось всё холоднее. Воздух становился влажным и, казалось, что лёгкие потихоньку заполняются водой. Словно они погружаются на дно. Туда, откуда никогда не выбраться. – Я так устал…Мне так плохо…Чонгук, разве я заслужил этого?! Почему?! Почему я должен…?! – он едва мог говорить, с каждой фразой захлебываясь в собственной крови всё сильнее. – Чонгук, - рука, что до этого безвольно лежала в чужой ладони, изо всех сил сжимает чужое запястье сильнее, впиваясь ногтями в кожу и оставляя маленькие ранки,- Помоги мне! Мне страшно и холодно. Прошу, спаси меня! - он смотрит красными слезящимися глазами. Пианист плакал навзрыд. Чонгука колотила нервная дрожь. У него начиналась паническая атака. Что делать? Как помочь? Как прекратить страдания несчастного юноши? Что он может сделать, что облегчить его боль? Всё, что он мог, это сжимать до хруста чужую руку в ответ, пытаясь передать хоть каплю тепла, замершему парню и говорить, что он рядом. Он будет рядом. Не знает, как, но будет. Плевать! Он не за что не бросит его! Вдруг он перестал ощущать холод чужой руки. Он вообще перестал чувствовать что-либо. Чонгук поднял взгляд и вновь увидел лишь темноту. Нет! Вернись! Чонгук вновь побежал. Где же? Где же Юнги? Но как бы он не звал его и не пытался найти, всё было тщетно. Чонгук опустился на колени и закрыл руками уши. Резко прозвучал громкий звон. Чонгук подорвался с кровати. Его всего трясло, мокрая от пота чёлка прилипла ко лбу, грудь тяжело вздымалась, а пульс стучал в висках. Сон! Всего лишь сон! Чонгук выключает будильник и идёт в душ. Нужно забыть об этом! Вот только маленькие царапины на ладони, на которые случайно падает взгляд, заставляют сердце пропустить удар, а после забиться вдвое быстрее. Это же был сон…Да?