Среди нас

Я почти закончил работу с калибровкой этих пресловутых передатчиков в комнате под названием «Электричество», как едва ли не лишился слуха от звука сирены. Двери где-то позади меня закрылись, а планшет издал звук, похожий на трель дверного звонка. Лишь только я его достал, из динамиков донесся девичий плач, а иконка игрока под грифом «Violet» замигала синим цветом. Иконки остальных игроков оставались белыми с черным шрифтом, а поле игрока «Blue» погасло — убили Синюю. « — И судя по всему ее нашла Фиолетовая…» — несколько ленивая мысль, впрочем, как и всегда, скользнула у меня в голове, и тут я приметил отсчет времени внизу табло — осталось ровно сорок семь секунд, сорок шесть, сорок пять… — Не рыдай, возьми себя в руки, — иконка Розовой подсветилась синим. — Это всего лишь игра. — Вот именно, лучше объясни нам все хорошенько: где ты, кого убили… — бодро вмешался Красный. — Как вы не поймете, тут настоящий труп… — всхлипнула Фиолетовая. — Где ты? — я решил прервать эту череду глупых вопросов. — Ор… Оружейная. — Подождите, ребят, — очнулась Оранжевая, — вы хотите сказать, что там настоящий труп Синей — с кровью, и прочим?! — Да! И об этом я твержу с самого начала! — Фиолетовая перешла на крик. — У нас осталось меньше минуты, помните про время, — наконец-то хоть одна дельная мысль сошла с уст Желтого. — Сейчас, в жилом корпусе собрались Зеленый, Белая, Оранжевая и я — Розовая. С нами, соответственно, нет Синей и Фиолетовой, Красного, Желтого, Голубого и Черного. Честно, — девушка тяжело вздохнула, — я понятия не имею, что и делать, и быть может, впала бы в панику, если бы не таймер внизу. Десять секунд, потом нам дается еще минута на принятие решения. — Мы всегда можем пропустить голосование, — напомнил Желтый, — только три раза, впрочем… — Когда я уходила с реактора, как вы знаете, там рядом камеры… — девушка всхлипнула. — Живее рожай, — прыснул Красный. — А то пока выразишься, нас всех порешают! — Кто-то был на камерах, он мог видеть убийцу! — Оружейная там не просматривается, — тихо ответил Желтый, — можете сами завтра посмотреть. — Если мы ничего не предпримем, — начала было Розовая, как таймер обнулился и снова начал отсчет с шестидесяти секунд. — Этой ночью снова кого-то убьют. — Я бы мог обследовать труп, — медленно проговорил я, — вот только — не сейчас. Утром. — Хорошая идея, Голубой. Но решение надо принимать сейчас! — Красный язвительно обрадовался. — Решение? Оранжевый и Черный, вот вам мое решение, но что оно даст — еще парочку бессмысленных смертей? — В смысле смертей… — Оранжевая всхлипнула. — А, что ты думаешь-то, — прыснул Красный. — Тех, кого мы будем выгонять оставят в живых наблюдать из соседней комнаты?! Конечно же, мы решаем кого убить! — Это не я! Я не хочу… Умирать! — Оранжевая вконец расплакалась и на фоне ее иконки послышался успокаивающий голос то ли Розовой, то ли Белой. — Предлагаю пропустить сегодняшнее голосование, — твердо заявила Розовая. — Помните, что нам надо согласиться единогласно? — Поддерживаю, — хором произнесли Желтый и Зеленый. Иконки обоих отметились галочкой — скорее всего, они нажали на кнопку «Skip» под всеми иконками игроков. — Только сейчас, — согласилась Черная, голос который я слышал не впервые, но впервые за игру — прокуренный, то ли от природы с хрипотцой, но будучи курильщиком со стажем, я склонялся к первому варианту. Сигареты, пожалуй, были моим единственным утешением, и последние три штуки я берег по одной на каждый день. — Не хочу видеть смерть еще раз, — сипло произнесла Фиолетовая и проголосовала. Мой голос я так же отдал «пропуску», и после того, как проголосовали остальные участники высветились итоги — единогласный пропуск голосования. Двери разом открылись, планшет погас, возвращаясь к невыполненному заданию «откалибруйте передатчики», на что я уже просто махнул рукой — разберусь с утра. Я медленно убрал планшет в карман, направляясь к выходу, тщательно обдумывая ситуацию. На самом деле, мое предложение по поводу Оранжевой и Черной не были беспочвенными. В пользу первой говорила ее беззащитность, такая себе маска невинности; ну, а Черная, если проще — она мне не импонировала, от слова, совсем! Люди ее типажа всегда вставали у меня на пути, своим сочувствием и напускной важностью, обещали провести меня вперед, в итоге выгораживаясь моими заслугами и отбрасывая меня, словно мусор, когда я больше не мог приносить им пользу. Но не только это было моей целью… Как только я добрался до жилого корпуса не прошло и минуты — дверь закрылась, оповещая десять часов вечера. В коридоре стояли только Красный, Черная и Белая. Хотя последняя быстро промчалась в свою комнату, запираясь. Моя комната находилась сразу справа от входа, так что я уж было зашел, как до меня донесся разговор двух игроков. — Знаешь, а ты тут самая клевая. — Обойдусь без твоего одобрения, — комнаты обоих игроков располагались в самом конце коридора — друг напротив друга. Я медленно зашел внутрь, слегка выставляя голову. И хотя подслушивать чужие разговоры было не моей специализацией, прежде всего, это место являлось полем боя и любая информация могла быть полезна. — А я вот так не считаю, — Красный обошел девушку и преградил путь к ее комнате. — Мы бы могли славно провести этот мрачный вечер в твоей комнате, не находишь? — Не испытывай мое терпение. — Хочешь, пойдем в мою комнату? — юноша крепко схватил Черную за руку, и я уж было стал перебирать все варианты моего вмешательства, где я не выхожу с переломанными ребрами, как девушка цокнула и в ответ схватила парня за другую руку. Всего за считанные секунды она потянула парня за предплечье на себя, подхватила его плечом, и повернувшись к парню спиной, перекинула его через себя в коридор. Он рефлекторно отпустил свой «захват» и распластался на полу, с мгновение другое не чувствуя себя. — Твою мать, — прокряхтел он, без эмоций глядя на закрывающуюся дверь. Следом, я закрыл и свою. Мысль о том, что ночью моя дверь могла быть в числе тех, что откроется, не давала мне покоя и я нашел отличное решение проблеме. Решившись пожертвовать целостностью планшета для голосования, я поставил его на круглую ручку входной двери, предварительно постучав его корпусом по слишком мягкому ковролину. Утяжелив мою «ловушку» своим блокнотом для наблюдений, я понадеялся на свой чуткий сон. Утро началось с того, что оно вообще для меня началось: блокнот и планшет лежали на месте, никаких ночных шагов я не слышал, да и в целом, остался жив — на том и спасибо. Удивившись своему вздоху облегчения, я сел на кровати потирая глаза. В коридоре послышался как всегда громкий голос Красного, и я тут же с улыбкой вспомнил его вчерашнее фиаско. Учитывая то, как Черная бросила его, словно бы тростинку, она не была убийцей, во всяком случае не убийцей Синей. Как я уже думал, она являлась типажом таким, что не стали бы столь грязно убирать свои цели. С ее физической подготовкой проще было бы свернуть шею. Из тумбы я достал новый гигиенический набор с зубной щеткой, мылом и полотенцем и вышел в коридор комнаты, направляясь в медпункт с единственной раковиной на корабле. Завтрак прошел более-менее спокойно, не считая того, что за столом я сидел один, а все девушки, исключая Черную сгруппировались вместе и утешали то Фиолетовую, то Оранжевую — она боялась, что все посчитают ее убийцей потому что кто-то из игроков так сказал. Возможно, мне только показалось, но на этих изливаниях души, девочка злобно, как-то даже с прищуром, глянула на меня. Настало время осмотра трупа, о котором мне любезно напомнил Красный. Я молча кивнул, поправляя свой любимый белый халат, поверх такого странного комбинезона цвета неба. Труп Синей все так же и остался лежать в Оружейной — будто бы тут был тот, кто убирал бы подобные вещи… Кожа бедняжки покрылась трупными синевато-фиолетовыми пятнами. Тело в целом никак не реагировало на прикосновения — а чего я еще ожидал?! , хотя как только я перевернул ее полностью на спину, все покраснения на коже медленно сползли вниз. Только сейчас я заметил стоящего над душой Желтого. — Она умерла в промежутке между двенадцатью и четырнадцатью часами… — ответил я на его немой вопрос. — Около двух часов до того, как ее нашли? — изумился Желтый, а я поразился его сообразительности. — Именно. Выходит так, что в течении этих двух часов никого просто не было в этой части корабля, либо же все просто игнорировали труп. — Я пришел на камеры около полудня, затем отвлекся на еду в столовой, но вообще не заглядывал в оружейную… Ты подозреваешь меня? — Желтый вдруг проницательно посмотрел на меня сверху вниз. — Пятнадцать процентов, — мрачно изрек я. — А? — Пятнадцать процентов того, что ты убил Синюю, и тридцать, что ты являешься вторым убийцей. — Хей, вообще не смешно… Я снова вернулся к убитой, и понял, что без какого-либо оборудования, обследовать труп дальше у меня не получится. Возможно, я впервые пожалел, что не находился в нашей больнице. — Давай, хоть это… — я смущенно посмотрел на Желтого, находясь в сомнениях от его будущего ответа. — Надо собрать ее… Кхм… Ну ты понял и отнести в ее комнату. Нехорошо оставлять бедняжку на полу… — Я понял, — откашлялся собеседник, наконец, хотя бы на мгновение принимая серьезный вид. Мы привели девушку в порядок и за руки — за ноги, пронесли ее мимо завтракавших Розовой и Зеленым. У обоих цвет лица сменился на белый. Мы закрыли комнату Синей и воцарилось неловкое молчание. Желтый вдруг сложил ладони и тихо зашептал. — Боже, Отче Всемогущий, тайна креста — наша сила, а Воскресение Сына Твоего — основание нашей надежды; освободи усопшую рабу Твою от уз смерти и сопричти её к лику спасённых. Через Христа, Господа нашего. Аминь. Я лишь неуклюже сложил ладони и повторил не менее неловкое «аминь». — Я слышал, что она работала в храме, — Желтый как-то отрешенно посмотрел мне через плечо. — Ей, наверное, приятно… Я уж было хотел завести речь о том, что мертвые уже ничего не слышат и не чувствуют, но так и не проронил ни слова перед «усыпальницей» девушки. Следующие два часа я провел заканчивая задание с калибровкой передатчиков, загрузил данные в той же комнате — «Электричество», выкурив одну сигарету. Никотин проникал в мои легкие так томно и волшебно, что я на время курения даже забыл о том, где все-таки находился. « — Если будешь и дальше курить — умрешь раньше меня!» Отчего-то именно эти слова проскользнули у меня в голове. — Тц, я и так умру раньше тебя, — я с силой потушил окурок сигареты об пол. « — Братишка! Ну помоги мне с биологией! Ты же такой умный…» « — Мистер ХХХ, боюсь, вашей сестре поставлен довольно-таки тяжелый диагноз. И было бы дело только в нем… Стоимость лечения…» — Продержись еще немного, сестренка. — я со вздохом встал, как вновь трель сирены оглушила мою голову. Я уже приготовился, доставая планшет, но сирена не умолкала, двери не закрывались и планшет не подавал никаких признаков жизни. «— Кнопка в столовой!» — вмиг донеслось до меня и я побежал к месту назначения. Остальные игроки оказались менее догадливыми, чем я, но все-таки сумели собраться через пять минут. — Эту сирену нужно к чертям сорвать, — Красный недовольно сел на стуле протягивая ноги на стол. Рядом сидящая Черная, раздраженно окинув это движение взглядом, отодвинулась вместе со стулом и сложила руки на груди. Стул возле меня пустовал… — А что случилось-то? — Зеленый, словно бы божий одуванчик посмотрел на игроков. — В-вас собрала я… Мы больше так не можем. — Оранжевая смущенно уставилась в пол. Стоило девушке начать речь, как кнопка в центре стола осветилась таймером, как на планшете. — Понимаете, я не меньше вашего боюсь быть убитой: убийцей ли, на одном из голосований… Но это не значит, что я буду сидеть сложа руки! Голубой, ты проверил тело Синей? — Ну допустим, — я положил ногу на ногу. — Желтый был рядом. — Я верю тебе, — девочка положила руки на коленки. Ее короткие рыжие волосы дернулись от движения головы. — Она умерла около двух часов до того, как ее обнаружили, не так ли? — я кратко кивнул. — Я видела, как Белая и Синяя уходили в сторону Столовой незадолго до звучания сирены. — Белая, кхм… — Розовая слегка покосилась на покрасневшую блондинку рядом с собой. — А это имеет место быть. Вы ведь были уже в паре, когда началась игра. Кто знает… Кнопка тихо пискнула, а затем планшеты всех игроков разразились трелью. На экране высветилась панель для голосования. На самом деле, Белая имела восемьдесят процентов того, чтоб быть убийцей Синей, хотя с Оранжевой я не снимал подозрения. Но раз уж все остальные так поверили ей… — Я хочу только, чтобы вы знали… — Белая сказала это с суровым лицом, хотя ее нижняя губа подрагивала при каждом слове. — Синяя, нет, Эмилия — была девушкой из очень небогатой семьи, прямо-таки бедной. Их единственным доходом в семье был убогий старый православный молитвенник — храм, который и без всего прочего приходил в упадок, как к ним заявились арендодатели земли с требованием выплатить аренду на год вперед. Никаких исключений. Эмилия нуждалась в деньгах, едва ли не сильнее каждого из вас… — Да что ты знаешь об остальных?! — Фиолетовая встала с места. — Предложи альтернативу, а не читай нам проповеди! — Я не хочу, чтобы кто-то умирал… — Белая не сдержалась и заплакала, однако не теряя самообладания продолжила речь. — Быть может, если мы сумеем как-то решить проблему сообща, сможем выйти из игры… — Излишний оптимизм, — Красный грубо прервал девушку. — Ты была с Синей в последний раз, как ее видели, вы не разлучались все это время, а теперь ты даже не можешь сказать и слова в свое оправдание… Ребят, десять секунд. Пора голосовать. Я с секунду обдумал свое решение и со спокойной душой нажал на кнопку «пропуска». Итоги высветились тут же: двое за «пропуск», двое за Оранжевую и пять голосов за Белую. Как ни крути, а для Белой игра закончилась. Голосование закончилось, итоги были подведены, но ничего не произошло. — Даже теперь голосование должно быть единогласным?! — Красный встал из-за стола. — Не думаю, — Желтый покачал головой. — Скорее всего, нам должны объявить, как именно убираются участники. « — Насколько Желтый неуравновешенный парень, — я тихо прыснул в своих мыслях. — От улыбки до циничного высказывания, как говориться…» Насколько я ощущал время, было около полудня, и в отсеке рядом с мусорным баком, снова подалась еда, как вдруг Белая упала со стула, удерживая воротник костюма. Она криво села на полу и часто задышала, хрипя вся громче. Затем руками она схватилась за грудь, крепко сдавливая ее. Лицо покраснело, и затем издав нечто похожее на «помогите» она упала без движения.

RED — жив PINK — жив YELLOW — жив BLUE — мертв CYAN — жив GREEN — жив WHITE — мертв VIOLET — жив ORANGE — жив BLACK — жив