Часть 14
18 декабря 2020 г., 22:02
После этого небольшого, связанного с Адерианом, инцидента, что казался совсем крохотным и незаметным на фоне недавнего похищения Лори, прошло несколько дней. В один из вечеров к ней в комнату постучались. Лори в это время заполняла документы и отчёты о недавних заданиях, которые у неё были. Но, услышав стук в дверь уже в четвёртый раз, она спросила:
— Да кто там, чёрт возьми?!
— Это Адер. Если ты занята, то я приду в другой раз, — сказал он с едва заметной паузой. — Прости, что побеспокоил. Пока.
Лори встал из-за стола и в спешке открыла ему дверь. Адер уже стоял к ней спиной, но она его окликнула его, и он, вернувшись к ней, протянул маленький горшочек с гортензией, который мог с лёгкостью поместиться в его ладонях.
— Вот, — начал Адер, протягивая цветок. — Это тебе. Я сам её создал из маленького семечка, после того как любимая гортензия моей бабушки отцвела.
— Но ты же говорил, что она очень для тебя важна. Почему же ты даёшь эту гортензию мне? Разве не было бы лучше отдать её матери или твоей девушке?
— Если… Если ты не хочешь неё брать, то я пойму, — едва ли слышно прошептал он. Было видно, как дрожали его ладони и голос, взгляд метался из стороны в сторону, а уши едва заметно покраснели, хотя их прикрывали волосы, но от зоркого взгляда Лори ничего не могло скрыться. Вот только она не придала этому значения, посчитав, что за окном далеко не лето, и Адер мог просто замерзнуть
— Нет. Что ты. Мне очень нравится гортензия. Да и к тому же, это очень мило с твоей стороны, — проговорила она, принимая подарок. — Спасибо!
— Правда? Вот радость! Спасибо тебе большое! Я, пожалуй, пойду! — заторопился Адер.
Лори не успела что-либо сказать, как он уже исчез. Сольферина в последнее время очень часто попадала с ним в такие ситуации. Ведь каждый раз, когда Адериана что-то не устраивало, он злился, суетился или же просто не хотел отвечать, то тут же исчезал, словно уходил от ответа. Конечно, её это очень раздражало, но указывать ему как жить она не могла, ведь понимала, каково это, когда ты не имеешь права на личную жизнь.
Лори вернулась в свою комнату. Она поставила маленький горшочек на своём рабочем столе и увидела крохотную записочку, привязанную к тонкому стеблю бежевой нитью. Снаружи записки она смогла увидеть надпись «Для Л.Энгил». После этого Лори сняла записку и, открыв её, прочла:
— Я надеюсь, что ты будешь счастлива. Сегодня для меня небольшая знаменательная дата, но не волнуйся, даже если ты не помнишь об этом. В этом нет ничего страшного. Я понимаю, что у тебя много дел, и ты постоянно занята. Но я очень надеюсь, что мой подарок оставит в твоём сердце тёплые воспоминания о моём существовании.
Всё это было написано очень мелким почерком, и было видно, что пара капель упала на этот маленький листик, ведь он был деформирован в нескольких местах. Руки того, кто это писал, явно дрожали, но не от страха, а словно от волнения, переживания или чего-то другого, ещё не обыденного и чужого.
— И что бы это могло значить?
Лори положила записку под дно горшка и, откинувшись на стуле, потерла переносицу. У неё от всех этих непонятных секретов и намёков уже начинала болеть голова, но она всё равно, вздохнув, продолжила писать свой отчёт о последней миссии, ведь это входило в её обязанности наравне со спасением мирных граждан. Когда всё было закончено, то Лори посмотрела на цветок и улыбнулась его красоте. Мелкие овальные листья, с острой верхушкой и слегка заметным жилкованием. А цветовая гамма этого растения переходила от розового до тёмно-фиолетового и едва заметного синего у корней или красного, что мог появиться на границе розового и фиолетового. Цветы гортензии сформировались в соцветия, которые имели форму шара.
Через несколько часов, когда многие студенты спали, а луна висела в небе, то всё было уже готово. Сольферина зашла в кабинет одного из преподавателей, того самого, что отсылал отчёты во все отделы. Она оставила свои записи на его столе, а после поспешила в круглосуточный магазин, чтобы купить себе небольшой перекус. После захода в магазин Лори медленным шагом шла в сторону общежития. Ей не давала покоя эта маленькая гортензия. Её друг, Адериан, несколько раз рассказывал о том, насколько этот цветок, и каждое его крохотное семечко было ему дорого, и о том, насколько он дорожит воспоминаниями о своей родине.
Внезапно Сольферина остановилась, онп посмотрела в небо и сказала:
— Жаль, что брата нет. Я бы попросила у него совета.
Она продолжила медленно идти по улице, не отводя взгляда от луны. Бледный диск, усеянный ямами на своей поверхности, освещал всё вокруг себя. Хоть лунный свет и был тусклым и не таким ярким как солнечный, но именно благодаря этому он казался таинственным и романтичным.
— «Интересно», — подумала она. — «А каким будет мое следующее задание? Я хочу пойти с Адером. Кстати о нём».
Лори остановилась во дворе университета. Она видела, как в комнате Адериана горит свет, и сам он ходит по ней, словно суетится перед приходом важных гостей. Лори решила, что компания ей не помешает, и поэтому поспешила к его комнате. Через пару минут она уже стояла возле его двери, но почему-то замешкалась, а после пары секунд вздрогнула и постучала.
— Кто там?
— Это Лори. Ты занят?
— Да. Прости, но я сейчас пишу отчёт о наших последних миссиях.
— Может тебе помочь?
— Нет, спасибо. Я… Мне нужно ещё девять написать, так что…
— Хорошо. Я поняла, — печально проговорила она. — Не буду мешать. До завтра.
После этих слов Сольферина ушла. Она через несколько шагов набрала номер и после пары гудков сказала:
— Мегги, ты сейчас свободна? Можно я приду?
— Конечно, приходи! Я у себя в комнате. Только дай мне пару минут убраться.
Подруги отключились, и Лори направилась в крыло медицинской части университета. Она вздохнула, оглянулась в надежде, что дверь откроется, но ничего не произошло. Сольферина направилась к комнате подруги. Она шла медленно и совсем не торопясь, будто растягивая время, вот только на самом деле Лори было тяжело. Она не могла понять, откуда появилась эта тяжесть в груди, которая тянет на дно, и ощущение будто что-то идёт не так, словно она должна была настоять на своём и встретиться с Адером. Но это предположение она тут же отбросила, ведь мир не вертится вокруг него. Лори шла по коридору, через высокие окна, освещённые лунным светом, повеяло ветерком.
— «Наверное, кто-то дверь открыл», — подумала она.
Лори чувствовала, как прохлада тянется по полу, забирается под одежду и словно щекочет. Пару минут спустя Сольферина прошла к нужной комнате и постучала. Дверь ей тут же открыла её подруга, из-за спины которой вышел рассерженный Виталь, тот самый, что учится в одной группе с Лори. Он толкнул её плечом и искоса глянул на её блестящими от злости глазами.
— Не пиши мне! — напоследок крикнул он, прежде чем скрыться за поворотом в сторону своей комнаты.
— Да кто вообще будет тебе писать! — ответила Мегги. Когда Виталь скрылся, то она вздохнула и, опустив голову, что казалась ей непосильной ношей, сказала голосом, полным печали, пропуская подругу вперёд: — Заходи.
— Спасибо, — проговорила шепотом Лори и зашла в комнату. Когда Мег закрыла дверь, то тут же рухнула на свою кровать и закрыла руками лицо. — Я совсем некстати, да? Наверное, я лучше пойду.
— Ты здесь ни при чём. Я уже устала постоянно ловить его за руку в барах с какими-то другими девчонками, — ответила Мегги, поднявшись с кровати. Она попыталась улыбнуться, но получилось не очень убедительно. Лори хорошо читала людей, но это сейчас было и не нужно. Любой, кто увидел бы эти печальные, заплаканные и опухшие от слёз глаза понял, что Мегги больно. — Я очень рада, что ты здесь.
После этих слов Мег обняла подругу. Они сели на кровати и Сольферина достала угощения, которые принесла.
— Кстати, ты же ведь не просто так пришла, верно? — подметила Мег. — Что случилось? Я вся во внимании!
— Ничего. Всё как обычно. Мы просто давно так не зависали и… — начала Лори, но внезапно к ней пришло осознание того, насколько очевидную ложь она говорит. — Прости.
— Что? О чём ты?
— Я знаю, что ты поняла, что я вру. Но я не знаю, как тебе это сказать.
— А ты скажи как есть. Уж я-то точно тебя пойму.
— Ну, я хотела посоветоваться с Адером, мне нужно было с ним серьезно поговорить, но… Он не открыл мне дверь.
— А что он сказал?
— «Я пишу отчёт. Я занят». Что-то в этом духе.
— Может у него бардак?
— К этому я привыкла, и он знает?
— А может Адер действительно писал отчёты?
— Он их сдает регулярно в тот же день, когда мы возвращаемся с миссии.
— Тогда не знаю. А у вас ничего не случилось?
— Ну, он подарил мне очень ценную для него гортензию, и там была записка. Я ничего не поняла. Вообще я очень плохо понимаю намёки.
— То есть ты хотела сказать, что вообще их не понимаешь.
— Ха-ха, — с сарказмом ответила Лори. — Очень смешно. Хотя так оно и есть. Но с этим я ничего поделать не могу. Я не привыкла, что со мной все общаются и не поливают грязью.
— Да ладно тебе! — явно повеселев, проговорила Мегги. — Слушай, у Адериана ведь две способности?
— Ну да. Перемещение от матери и растения от отца. А что?
— Ого. Я не думала, что ты так всё подробно о нём знаешь.
— Он сам мне об этом рассказал. И вообще, на что ты намекаешь?
— Ни на что. С чего ты взяла, что я намекаю?
— Мег!
— Да ладно тебе. Давай посмотрим, что означает эта твоя гортензия.
— Означает?
— Да. У каждого растения есть своё значение. Я думаю, что Адер, как человек, владеющий подобной способностью, знает этот язык.
— Да. Он говорил про это что-то, но не про гортензию.
Лори рассуждала о сложившейся ситуации, а тем временем Мегги уже нашла в интернете нужную информацию.
— Вот. Смотри, — начала она, показывая экран подруге. Девушки рассматривали гортензию на изображение, под которым было написано значение этого цветка. — Вот. Значение: «Согласно цветочному языку, гортензия означает «вспомни обо мне». Она… бла-бла… Это нам не надо, — рассуждала Мегги, пролистывая статью. Нашла! Растение символизирует: чистоту, благородство, изящество, скромность, преданность, искренность и…
— Что? Что там такое?
— Чаще всего любовь. А какого она у тебя цвета?
— В основном розовая.
— Здесь написано, что это означает признание в любви.
— Но…
— Она ведь у тебя точно не голубая?
— Нет.
— И слава богу. А то это означает, что ему на тебя плевать. Ну, единственное, что я мог у сказать это, «Совет вам да любовь»!
— Что ещё за глупости?
— Почему глупости? Ты уже ведь не кукла своей матери и вправе сама решать, что делать дальше. К тому же ты сама втюрилась в Адера.
— Что? С чего ты взяла?
— Да видно же! Вы как два слепых и недалёких…! Как бы это сказать? Ну, в общем, как большие дети!
— Он мне не нравится!
— Ага! Ты ещё скажи, что не влюбилась и не веришь в любовь.
— Не верю.
— Что? Почему это?
— А что это вообще такое «любовь»?
— Это сильные и искренние чувства и…!
— Это бессмыслица!
— Что? Не говори так!
— Но сама посуди! Люди вступают в брак «по любви», вот только по итогу разводятся.
— Но не все!
— Хорошо. Тогда другой пример! Сколько раз тебя бросали?
— Что?
— Я не хотела. Прости. Я…
— Может ты и права, но я ведь не отступаю. На планете огромное количество человек, и ты считаешь, что на ней нет никого, кто бы смог тебя полюбить?
— Знаешь, когда я не в платьях или юбках, а просто в джинсах и рубашке, то меня постоянно называют парнем по типу «молодой человек, за проезд передайте». И всё из этой оперы. То есть я не женственная и ничего не умею. Но всему и всегда можно научиться.
— Я всё равно не верю в любовь. Что вообще любовь в твоём понимании?
— Ну, любовь — это… это желание находиться рядом с любимым, испытывать совместные эмоции и делать его счастливым.
— Это действительно не имеет смысла. Разве каждый человек не сам выбирает своё будущее?
— Не знаю.
— Ладно, я пойду. Спасибо, что поговорила со мной. Если нужна помощь, то… — начала Лори и глянула на подругу, которая почему-то плакала. — Мег, что случилось? Я тебя обидела?
— Нет. Просто… Виталь меня бросил. Мы встречались ведь уже четыре месяца.
Сольферина обняла подругу и сказала, в надежде её успокоить:
— Я здесь. Поговори со мной.
— Мне было так больно каждый раз смотреть на то, как он целует других девушек, и я вспылила. Это произошло пару дней назад. Я не сдержалась и ударила его по щеке прямо перед его друзьями и теми девушками. Он не разговаривал со мной, а сегодня пришёл помириться, но в итоге я сказала ему все, о чём думала. Это было ужасно. Я хотела замолчать, но не смогла… Слова всё не заканчивались и продолжали вырываться ужасными фразами. Я ужасна.
— Мег, ты всё сделала правильно. Ты ведь сама мне сказала, что в мире очень много людей. Ты ещё обязательно найдешь своё счастье.
— Спасибо, Лори. Что бы я без тебя делала?
— Мег, мне нужен ещё один совет.
— Конечно, — проговорила Мег, утирая слёзы. — Какой?
Подруги сидели друг напротив друга, Лори опустила глаза и тихо проговорила:
— А если я действительно люблю Адера, что мне делать?
— Скажи ему об этом.
— Но если тот цветок означал совсем не это? Я не хочу разрушать то, что у нас есть сейчас.
— А ты попробуй! Мой брат любит говорить: не попробуешь не узнаешь!
— Хорошо. Тогда я сейчас это сделаю, пока во мне есть хоть капля решимости, — сказала она, вставая с кровати.
— Мне пойти с тобой?
— Нет. Я хочу сделать это сама, по-своему.
— Как скажешь. Я надеюсь, что завтра услышу всё до мельчайших подробностей.
— Обязательно! — с улыбкой ответила Лори. Через несколько минут Сольферина направилась к двери. Мегги проводила ее и, пожелав спокойной ночи, легла спать. Лори шла, обдумывая свои дальнейшие действия. Она не знала, что и как сказать, и очень нервничала, настолько, что прошла мимо нужной комнаты. Лори вернулась к нужному месту. Она мялась у двери и пыталась несколько раз уйти, но в итоге всё равно постучала. Из-за двери послышался грохот, будто кто-то упал, но уже мгновение спустя Адериан открыл дверь. Лори заметила, что его кремовые волосы были мокрыми, а футболка в некоторых местах прилипла к телу.
— А, это ты. Прости, но я всё ещё занят. Давай завтра…
— Я тоже.
— Что?
— Тоже…
— Что «тоже»? — вообще не понимая, что имеет в виду Лори, проговорил Адериан. Он не мог сообразить из-за полусонного состояния.
— А! Как же ты меня бесишь!
— Чего?
— Бесишь, говорю! Твой идеальный рост, мягкие волосы, которые так и хочется потрогать, тупые глаза, в которых постоянно видно радость, милое овальное лицо и идеальные губы, родинки, которые я постоянно пересчитываю, когда иду за тобой на миссиях. У тебя на шее маленькое родимое пятно похоже на чёртово облако! — прокричала она, а шокированный Адер схватился за шею. — Ты весь меня бесишь! А ещё этот твой голос, когда ты зовёшь меня полным именем! Как вообще можно быть таким идеальным?!
Лори прервалась, чтобы передохнуть от криков, но внезапно осознала, что сказала, и очень покраснела, а светлая кожа придавала ещё более красный оттенок. Адериан стоял в полном ступоре и не понимал, что происходит, но и его щёки тоже вспыхнули румянцем.
— Так… Ты меня ненавидишь? Или это всё-таки были комплименты? Я запутался.
Лори не выдержала и, схватив Адера за щёки, наклонила к себе и уж было хотела поцеловать, но опомнилась и со всей силой ударилась о его лбом своим. Тот тут же схватился за голову.
— Больно, блин! Что это было?
Но Лори не ответила, а просто ушла к себе. Адер пошёл за ней, ведь ему нужны были объяснения. Вот только когда Лори зашла в свою комнату, то дверь тут же захлопнулась прямо перед его носом. Адер начал стучать и требовать, чтобы она его впустила, но Лори вообще ничего не отвечала. Вдруг из соседней комнаты вышел Корнелл. Он потребовал, чтобы Адериан пошёл спать, но тот его не послушал. Между ними завязалась драка. Сольферина успокоилась и через несколько мгновений вышла со словами:
— Корни, иди спать. Я разберусь с этим.
— Хорошо, — согласился он и тут же ушёл. Как только Корнелл закрыл дверь, то Лори вздохнула и, отвернувшись, спросила:
— Зачем пришёл?
— Объясни ты мне уже наконец! Я ничего не могу понять!
— Тогда тебе не нужно это знать.
— Знаешь, я понял, что ты не понимаешь намёков.
— Так же как и ты.
— Что?
— Ничего. Я пойду спать. Завтра у нас контрольная и тест.
— Хватит думать только об учёбе!
— «Я думаю только о тебе, тупая ты башка!» — подумала Лори. В своём воображении она уже сотни раз ему призналась, но в жизни всё куда сложнее.
— Я люблю тебя, — сказал Адериан. Лори повернулась и, подойдя поближе к нему, сказала:
— А ты думаешь, я тебя не люблю?
— Что?
— Я расписалась перед тобой, пыталась донести, а ты…!
— Так ты поняла…
— «Не без помощи Мег, конечно», — подумала Лори.
— Тогда ты будешь моей девушкой?
— Чего? Предлагаешь встречаться?
— Да. Я настроен серьёзно.
— Но… Ты ведь осознаешь, что я совсем не женственная, ничего не умею и к тому же…
— Что? Договаривай, а потом я начну свои аргументы.
— Я бестолковая.
— Это всё?
Лори лишь кивнула, а Олеандр сделал глубокий вдох и проговорил с широкой улыбкой:
— Ты самая умная, милая и прекрасная из всех, кого я знаю. Лори, ты куда смелее и умнее любого парня. Ты… очень красива и женственна, но я не думаю, что достоин тебя.
— Олеандр, возьми ответственность за то, что я люблю тебя.
— Конечно.
***
На следующий день Лори сидела в коридоре перед аудиторией и кого-то ждала, но внезапно к ней подбежала Мегги. — Доброе утречко! Как вчерашнее признание? — подмигнув подруге, спросила она. — Ну как тебе сказать… К ним подошёл Адер и сказал: — Аудитории поменяли. Нам сейчас на третий этаж. — Хорошо, — ответила Лори и, встав с лавочки, глянула на подругу, подмигивая ей. — Не может быть… — прикрывая рот рукой, проговорила Мегги. — Неужели вы встречаетесь? — А что? Это плохо? — Я так за вас рада! Точнее я рада за Лори. А ты, если хоть раз заставишь её плакать, помрёшь от эритремии, — проговорила Мег и, улыбнувшись, обняла подругу. — Я пойду. У меня сейчас пара на пятом. — Ага! Мег тут же убежала, скрываясь в толпе. — Слушай, а она ведь несерьёзно? — с некой боязнью проговорил Олеандр, закидывая на плечо рюкзак Лори. — Не знаю, — ответила она. — Может всё-таки я сама понесу свои вещи? — Нет. Теперь я твой парень. Привыкай! Через пару дней Сольферина уже выздоровела и чувствовала себя гораздо лучше. Она решила пойти на тренировку после занятий. Как только закончилась последняя лекция, то Лори, торопясь, собрала учебники в свой рюкзак и поспешила к выходу из аудитории, где её уже ждал Адериан. Он заметил, что его возлюбленная куда-то торопится, и решил подтвердить свои догадки насчёт того, куда именно она так спешит. Олеандр прекрасно знал Лори. И одним из фактов о ней, которые он успел заметить, было то, что уже после четвертой лекции она словно выжатый лимон. — Итак, — начал он. — Куда ты так торопишься? — Я хочу выйти на стадион потренироваться. — Какой стадион? Ты видела в каком ты состоянии? — возмутился Адер, размахивая руками. — Тебе ещё надо отдыхать. — Такими темпами из-за твоей гиперопеки я разленюсь и станут похожей на переваренные макароны, — с улыбкой сказала Лори, хоть и была предельно серьёзна. —Что?! — вновь воскликнул он. — Какая ещё гиперопека? О чём ты? Я просто за тебя переживаю. Это же нормально, если я переживаю за девушку, которую люблю, — сказал он и, опомнившись, почесал затылок. Адериан сам по себе был очень стеснительным и поэтому тут же отвёл взгляд в сторону, пытаясь скрыть своё смущение. Лори тоже покраснела, но всё равно настаивала на своём: — Хочешь не хочешь, а я всё равно пойду тренироваться. Ты меня не остановишь! У меня скоро соревнования! — крикнула она, убегая от Адера. Тот лишь ухмыльнулся и исчез. Когда Сольферина подходила к своей комнате, то из тени вышел Адер. Сложив руки на груди, он опёрся о дверь, не давая Лори её открыть. Она попыталась его оттолкнуть, но ничего не получилось, ведь Адер был раза в два крупнее и выше её. Лори нарочно не применяла силы и решила, что они просто играют. — Ну уйди…! — по-детски прокричала она, словно маленький ребёнок, которого не пускали гулять. В общих чертах Адериан всё видел именно так. — Нет, — также с ухмылкой ответил он, будто бы издеваясь. Лори поняла, что Олеандр не настроен серьёзно, но она действительно очень хотела размяться на свежем воздухе. Недолго думая Лори ударила кулаком о ладонь и сказала, словно угрожая расправой: — Если ты боишься, что я стану ещё сильнее, и ты не сможешь со мной совладать, то так и скажи, но я всё равно не отступлю. На её кулаке появились кастеты. — Ладно, — сказал Адериан, отходя от двери. Он заметил оружие на руке Лори и понял, что она настроена серьёзно. — Но я пойду с тобой. — Хорошо, — кратко ответила она, заходя в свою комнату. — Иди. Тебе тоже нужно переодеться. Я буду готова минут через десять. — Как скажешь, — ответил он и телепортировался. — И за что мне всё это? — задала вопрос сама себе она и зашла в комнату, закрыв дверь за собой.***
Стоило Лори только выйти из своей комнаты, как перед ней, словно из ниоткуда, возник Олеандр. Он приобнял её и сказал: — А я думал, что девушки очень долго собираются. — Это всего лишь вымысел парней девушки которых очень долго не могу налюбоваться собой. — В смысле? — в непонимании изогнув бровь, проговорил Адер. — Что ты имеешь в виду? — То что и сказала. Брат рассказывал, что некоторые девушки могут смотреться в зеркало и любоваться, насколько они красивые. Из-за этого они постоянно опаздывают, — ответила Сольферина. Адер по-доброму усмехнулся. Он спускались по лестнице и всё ещё о чем-то разговаривали. Лори стала замечать, как страх того, что кончатся темы для разговора, медленно уходил. Она улыбнулась своим мыслям и гордо подняла голову. Адериан открыл мощную входную дверь, и они вышли на улицу. — Почему здесь так холодно? — Конец ноября ведь. — А есть вероятность того, что ты всё-таки передумаешь? Сольферина почувствовала, как мороз пробирается под одежду, и становится всё холоднее. Она вздохнула, а от её дыхания к небу вздымались клубы пара. Она подняла глаза вверх и сказала: — Только шесть вечера, а уже темно как в бочке. Адер подхватил её идею и тоже посмотрел в небо. Где-то там в далеко виднелись звезды, но из-за огней университета и города в целом их было трудно разглядеть. Олеандр краем глаза посмотрел на Лори и боязливо взял её за руку. Та, почувствовав его ладонь, улыбнулась ему и сжала его руку посильней. Щёки Адериана мгновенно вспыхнули алым цветом, и он отвернулся, стараясь скрыть это смущение. — Ладно, — начала Лори, печально вздохнув. — Пойдём уже. Позанимаемся внутри. Она вела Адера за собой, всё так же держа за руку. Но вдруг Олеандр прибавил шаг и, подняв Лори на руку, остановился, ярко улыбаясь. Сольферина, покрасневшая ещё сильней, засмеялась и обняла его за шею. — Ты будешь скучать, когда уедешь на праздники? — В смысле? — непонимающе проговорил он. — Что ты имеешь в виду? — Ну, ты ведь поедешь на праздники к своей семье? — Нет. — Но почему? — Во-первых, мои родители по традиции поедут к бабушке с дедушкой, а они живут в другой стране, и я просто не успею вернуться. Во-вторых, ты тоже теперь как моя семья, так что я могу остаться с тобой, если ты конечно не против. И в-третьих, я слишком сильно тебя люблю, чтобы бросить в такой праздник. На лице Адера сияла яркая улыбка. Лори всё никак не могла налюбоваться им. — Я тоже люблю тебя, Адер. — А я сильней. — Чего? Хочешь поспорить?! Вскоре они дошли до двери и вошли в зал. Лори весело смеялась, убегая от своего возлюбленного, у которого уже перехватывало дыхание. Адериан не выдержал и остановился, чтобы передохнуть. — Ты там живой?! — прокричала с другого конца зала Лори. — Да! — уверенно крикнул в ответ он. — Хотя, возможно уже не очень, — добавил Адер сам себе. Сольферина подбежала к Адериану, а тот решил воспользоваться моментом. Как только Лори подошла достаточно близко, он тут же схватил ее и прижал к себе. — Так нечестно! — словно маленький ребёнок, ответила она. — И что? — надменным тоном, но всё равно шутя, проговорил Олеандр. После он глянул в окно, напротив которого они стояли. Он долго вглядывался в ночную тьму, а потом тихо произнёс: — Как ты смотришь на то, чтобы отпраздновать Рождество, гуляя по городу всю ночь, до самого утра? Лори подняла на него глаза и, увидев спокойный и даже серьёзный взгляд, удивилась. Адериан заметил это и глянул на неё в ответ. — Чего? Не хочешь так и скажи. — Нет. Дело не в этом. Я просто не замечала, насколько серьёзным ты можешь выглядеть. — Серьёзным? — Ага. А насчёт Рождества я согласна. Было бы здорово погулять вдвоём, — проговорила Лори, весело приподняв уголки губ. — А на Новый год ты тоже здесь будешь? — Конечно! Не могу же я тебя бросить. — Тогда давай Новый год отметим здесь? — В смысле в универе? — Да. Сядем в комнате у тебя или у меня и будем всю ночь смотреть фильмы или что-нибудь другое. Что тебе нравится? — Да, давай это будут фильмы. Приготовим вечером вкусностей. — Ага! Это будет так здорово! После этого Сольферина и Адер начали свою тренировку. После пробежки и разогрева, Лори предложила отработать удар. Адериан вытянул на полусогнутых локтях руки и приготовил ладони. Лори начала замахиваться и наносить удары, но после пяти или шести таких замахов Адер не выдержал и убрал руки. — Очень больно? — Нет, просто ты так сильно бьёшь, что у меня запястья болят. — Прости, я… — Всё хорошо. Не волнуйся. — Тогда, — начала Лори и приготовила ладони, — начинай. Олеандр начал бить кулаками о ладони Лори, но выдержка той была куда выше его. Когда Адериан остановился и предложил просто сразиться в рукопашном бою. Они встали прямо и, расположив ноги на ширине плеч, сделали небольшой шаг вперёд. Студенты словно копировали действия друг друга, но на самом деле просто двигались синхронно. Вес распределился между ногами примерно поровну, правая нога на носке. Обе ноги немного согнуты в коленях. Голова немного опущена, что было очень важным моментом. Опущенная голова позволяет уберечь подбородок от летящего кулака противника. Расположение рук было разным, что и делало их стили разными. Лори прижала правый локоть к корпусу, закрыв печень, челюсть и нос кулаком. — Я начну или ты? — Уступаю даме, — с улыбкой ответил Адер. Лори лишь усмехнулась и вытолкнула себя правой ногой вперёд, переместив весь вес на левую. Нога, как и положено, потянула за собой таз и плечо, но при этом Лори одновременно кинула руку в цель. Плечо в конечной фазе удара оказалось выведено вперёд, а рука повёрнута. Сам удар был нанесён костяшками указательного и среднего пальцев. Сольферина знала, что, нанося удар одной рукой, всегда нужно страховаться другой от встречного удара. «Удар навстречу опаснее всего», — говорил её тренер. Сила удара зависит в основном от того, насколько хорошо масса тела вложилась в него. Удар наносится не отдельно кулаком или ногой, при правильном исполнении участвует всё тело. Дыхание тоже важно. Любой удар наносится с резким выдохом. Когда рука или нога летит в цель, то она обязательно должна была быть расслабленная, напрягаясь в самый последний момент. Если рука напряжена изначально, вместо удара получится резкий толчок, не обладающий достаточной разрушительной силой, от которого к тому же несложно уйти. По завершении удара Лори сразу же вернула руки к голове, а ноги в стойку, не замирая в конечной фазе. А вот жёсткость определяется правильной «конструкцией» положения тела при акцентировании удара. Поскольку это всего лишь тренировка, то Лори старалась бить не в полную силу. От удара Олеандр успел уклониться. Вот только он не знал, что его противник уже была готова к этому и нанесла такой же следующий удар, но уже левой рукой, прикрываясь правой. Адриан не ожидал такого приёма, но всё равно сумел поставить под него основание ладони и смягчить при столкновении, слегка сбивая вниз, держа при этом пальцы вместе слегка напряжёнными. Он также обращал внимание на опасность, сбивая руки противника далеко от своей головы, поскольку возможен повторный удар сбоку. Адериан знал, что от Лори можно ожидать чего угодно, хоть это и была всего лишь тренировка. Прошло около часа. За окном стемнело, а Адер и Лори играли в догонялки, но внезапно Лори остановилась. — Ты чего? — непонимающе спросил Адер. — Прости, что из-за меня ты всё время влипаешь в истории. — Тебе не за что извиняться, — с мягкой улыбкой сказал Адер. — Мне кажется, что мы уже обсуждали это! — Да. Было дело. — Эй, — начал он, положив Лори руку на щеку. — Я люблю тебя. Забудь обо всем, во что мы влипали. Мы были вместе, это раз. Мы выжили и уделали всех злодеев, это два. И я люблю тебя сильнее всех на свете, это три. — Спасибо тебе, — ответила она. —Знаешь, я рада, что призналась тебе тогда, что не струсила. — Я тоже. — Что ты имеешь в виду? — Я очень боялся, что ты мне откажешь или неправильно поймёшь или не поймёшь вообще. — По-твоему я такая глупая? — проговорила Лори. — Хотя да, глупая. Мне ведь помогла Мег. — Да ладно тебе. — Нет не «ладно»! — Знаешь, — начал Адер. — Я любил тебя ещё с самого детства. Бландж знал об этом. У меня было всего две девушки, но обе они были очень похожи на тебя. Но многие говорили что-то типа «Ты девушку ищешь похожую на своего лучшего друга?» А потом косые взгляды. Но мне было как-то всё равно. Теперь я счастлив. Я могу обнимать тебя, говорить с тобой, не скрывая своих чувств, — смущаясь, проговорил он. — Я тоже тебя люблю, — с улыбкой ответила Лори. Они ещё долго разговаривали, а потом решили уйти. В окнах университета уже поочередно выключался свет, и многие ложились спать. Тем временем Сольферина с приподнятым настроением дописывал конспект. Она радостно улыбалась и всё думала о том, каким будет завтрашний день. Когда всё уже было закончено, а уроки окончательно выполнены, то Лори легла в кровать и быстро заснула. Вот только сон её был совсем не долгим. Лори снилось, как она и Бландж шли через огромное поле пшеницы, на пути у них внезапно появился дом, который с виду напомнил университет. Им было лет по пятнадцать. Вдруг их встретил волк, который ходил на двух ногах и разговаривал. Он начал что-то бормотать, но через мгновение наложил на лицо её брата какое-то заклятие, из-за которого он потерял свои черты лица. Лицо Бланджа стало гладким и безликим, как маска у фехтовальщика. Волк показал Сольферине листок бумаги, на котором было лицо её брата, а через секунду появился второй лист, и там было уже лицо Лори. Она поняла, что зверь украл их лица и исчез. Вдруг локация сменилась, и они оказались в кабинете университета, где за каждой партой сидят все их родственники. В аудитории было очень темно и холодно. Маленький луч лунного света просочился сквозь плотно зашторенные окна, и Сольферина, оглядываясь по сторонам, увидела всех родственников. Их глаза были выжжены, а на их месте чернели дыры, из которых текло что-то красное, словно кровь. Внезапно у двери появился тот самый волк. Его глаза горели красным цветом. Волк был огромных размеров. Он окинул всех взглядом, и в одно мгновение в его руках появилась папка. Зверь развернул её, и Лори увидела, что на каждом листке были изображены лица её родственников или друзей. Она поняла, что он украл и их лица. Обернувшись, Сольферина увидела, что все, кто были в комнате, встали и стояли перед ней. От страха она начала кричать и пытался убежать, но с другой стороны стоял волк. Все они наступали, а Лори, пытавшаяся убежать, села на пол и начала плакать. Она кричала так громко, что казалось, будто бы она сейчас порвёт связки. Но внезапно Сольферина почувствовала знакомое тепло. Она закрыла лицо ладонями и проснулась. Лори открыла глаза и увидела, что её обнимал Олеандр, а из его глаз текли слёзы. — Адер? — хрипло протянула она. Её горло очень болело, а говорить было тяжело. — Что произошло? Что ты делаешь в моей комнате? — Лори… — протянул он, прижимая её к себе всё сильней и сильней, словно думая о том, что Лори может исчезнуть в любой момент или же рассыпется словно пыль. — Я так волновался. — Но что случилось? В дверном проёме стоял мистер Алар, Корнелл, Джим и некоторые другие студенты. Всё глазели на неё, будто на необычный экспонат в музее. — Сольферина, если тебе снятся кошмары, то советую поговорить с Адамом Смейром. Он психолог в нашем университете. Может быть поможет чем-нибудь. — Да. Простите за беспокойство. Мистер Алар лишь вздохнул и начал разгонять остальных студентов. Адериану разрешили остаться на ночь у Сольферины, хотя Алар и был против. — Лори, — начал Адериан, лёжа рядом с Лори и обнимая её за плечи. — Я так испугался. — Но что произошло? — Я услышал, как ты кричала, и поторопился к твоей комнате. Когда я пришёл, то у двери уже стояли Алар, Джим и Корни. Они сказали, что не могут открыть дверь. Я телепортировался к тебе и… дальше ты знаешь. — Спасибо тебе, — едва ли слышно проговорила она, словно пытаясь от какого-то скрыться. — Жуткий сон был? — Да, — ответила Лори, а у неё в голове промелькнули образы родственников с дырами вместо глаз. — Очень жуткий. Мне страшно. Адериан прижал к себе Лори, пытаясь успокоить. Он чувствовал, как она дрожит и по её щекам текут слёзы, что тут же остывали и капали на простыни. — Я здесь. Я рядом, — шепнул Олеандр, и вскоре они уснули.
