Дисперсия

      Гудки шли мучительно долго, отдаваясь по телу томительным ожиданием чего-то плохого. Видимо, мы так и не смогли до конца разорвать связи со Звёздными, раз так переживаем за их судьбу. Как-то я ожидала от себя большей чёрствости.       — Да, — буквально выдохнули в трубку.       — Блу, у Андерсвапа проблемы, часть мира стёрло и дело продолжает ухудшаться. Пострадал не только твой мир, но и Андерфелл, — протараторила я в трубку, стараясь поскорее донести свою мысль до адресата.       — Вёрси? Откуда ты… Не важно. Не волнуйся, всё будет хорошо, Великолепный Санс может решить любую проблему, — тепло отозвался скелет. — Как только мы закончим, поговорим обо всём, хорошо? Я действительно хочу понять тебя и то, что тогда произошло. Пожалуйста, прошу тебя, ты можешь мне доверять.       Настойчивость скелета в его желании понять нас и наши мотивы просто поражала. Подобной целеустремленности стоит позавидовать.       — Хорошо, мы поговорим об этом, но для этого ты должен решить проблему своего мира и не умереть, — выставила я условия, слыша, как на том конце хихикнули, закашлялись и отключились.       Мы ещё некоторое время тупо смотрели на телефон в своих руках, пытаясь обмозговать прошедший разговор.       — Что-то тут не так, — выразили мы общую мысль.       «Слишком поздно?»       Скорее всего Санс уже был осведомлён о произошедшем… Стоило спросить его об этом. В конце-концов, пусть в Андерсвапе хранителем и является Папирус, но и Санс не последнее лицо.       Мы могли бы попробовать позвонить повторно, но если он находится в разгаре битвы, то это сыграет против него. Не хотелось бы стать причиной его смерти.       И вот сейчас мы вроде как и имеем силу помогать, но вынуждены сидеть тут и просто наблюдать за тем, что происходит, будучи не в состоянии самостоятельно разбить барьер. Одновременно и смешно, и раздражает. Даже со своими не связаться.       Мы всё же попробовали несколько раз дозвониться до Кросса и Эпика, но не получилось. Даже гудки не начались.       Нам не оставалось ничего, кроме как наблюдать за тем, как постепенно белеет часть мира Андерсвап и, что страшнее, начинает трескаться. Не зная, что мы можем предпринять, мы отправились к Андерфеллу. Изменения с ним произошли же раньше, значит в его воплощении может быть больше проблем.       Но нет, совершенно ничего не изменилось. Лишь то самое побелевшее пятно и ничего более. Но тогда почему Андерсвап так сильно пострадал? В чём причина? Думая, что мы можем сделать, мы пошли на новую пробу. Мы решили забрать и отпечатки альтернатив. Может получится как-то изменить ситуацию… но никто из нас не уверен в результате, а экспериментировать и всё досконально проверять может быть поздно.       Выпуская огромное количество маны, мы стрелой неслись к знакомому измерению, с трудом уворачиваясь от попадающихся на пути альтернатив. Нам нельзя их трогать, если мы не хотим испытать сенсорный шок и умереть. Только Инк может делать тут всё, что захочет, так как является Хранителем всей мультивселенной. Он собственноручно создал или помог сделать большую часть из того, что тут существует, поэтому и защищён от перегрузок. Он и так знает истории этих миров.       Затормозив у серого листа бумаги, мы снова поменяли аспект и призвали тетрадь. Схватив остаток, мы попытались впихнуть и его к нужной странице, но это оказалось на редкость сложно. Даже на сантиметр передвинуть не вышло. Мы будто пытаемся сдвинуть часть скалы голыми руками.       «Нельзя руками — попробуем просто закрыть в Тетради!»       Но и этот метод не сработал. Лист будто поле защищало какое-то, мешающее забрать нужное с собой и как бы мы не усиливали поток магии, всё было без толку. Выполнить задуманное было просто невозможно. Мы могли забрать образ, но мир отказывался покидать своё изначальное пристанище.       Мы вынуждены были просто молча наблюдать за тем, что происходит. Чтобы хоть как-то себя занять, мы даже слетали в самый центр вселенной, чтобы найти изначальный мир и убедиться, что хотя бы с ним всё в порядке.       — Хоть что-то, — облегчённо вздохнули, видя, что главный мир не пострадал. Даже представить страшно, что случится, если исчезнет ядро нашей вселенной. Ведь есть вероятность того, что все остальные последуют за ним.       В Дудл Сфере раздался треск.       Встрепенувшись, мы подозрительно оглянулись, стараясь понять, откуда он раздался и что происходит. Шум нарастал. Будто кто-то бьёт камнем по противоударному стеклу и не собирается останавливаться.       По пространству побежали трещины и разбежалась целая сеть лагов.       — Да ладно! — воскликнули мы одновременно, уже предполагая, что происходит. Так разрушать мир могло только одно существо. — Эррор!       Мы мгновенно приготовились к бою. Куда-либо идти было не нужно. Справедливость призвала оба своих атрибута, чтобы мы могли как следует поприветствовать незваного гостя. Прицел легко лёг на глаз, отдавшись слабым раздражением и приблизил ту точку, что являлась центром расхода трещин. Множественные снаряды тут же сформировались в воздухе и застыли, набираясь максимальной мощи. Особая атака готова встречать свою цель.       В тот момент, когда края разрыва разошлись, атака уже была выпущена в неприятеля и мы начали набирать новый залп. Одной атакой его не убить — это уж точно.       — Чёртовы ошибки… Чернильница предусмотрительнее, чем я ду… — в этот момент скелета буквально сносит волной сжигающей магии.       Увеличение позволило нам понять, что его всё же задело. Полсекунды, и в проходе снова показывается скелет, но уже гораздо более раздражённый, нежели был до этого.       — Какая…?! — не успел он закончить даже начало предложения, как в него врезалась вторая волна снарядов, проделывая ту же операцию. Только вот на этот раз его не вынесло из пространства, так как он успел раскидать тут свои нити, за которые и зацепился. Времени на создание третьей волны не было, да и бесполезно это будет, так что мы принялись расстреливать его одиночными снарядами.       — Я знаю эту магию… — проглючил Эррор и прыгнул прямо ко мне, тут же пуская в ход свои нити. Синяя магия рывком попыталась оплести нам руки, но мы были проворнее и телепортировались. Проникновение Разрушителя повлияло на Область Набросков. Раз смог переместиться он — можем и мы. — Чёртовы ошибки, мешающие моему плану! Исч-ч-чезни! — особенно сильно заело его голос от гнева и в нас полетели красные глючные кости, пробивающие на своём пути несколько альтернатив.       — Вот чёрт, — это… не хорошо. Разрушитель, что гуляет в самом центре вселенной? В его сосредоточии, где каждый чих грозит разрушением парочки миллионов жизней? Худший сценарий и представить сложно.       — Аха-хах-ха-хах! Не самого лучшего стража они выбрали для этого места, не правда ли? Я раздавлю тебя и уничтожу то, что не должно существовать! — безумие, в котором годами варился скелет, явно проступает всё сильнее. Он не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить тут всё. Но если это случится, все, кого я знаю, умрут… Всё обратится в сплошную пустоту. Как бы мы не относились к Инку или Звёздным, но не дать мирам исчезнуть — приоритетная задача. Умереть в одиночестве? Я не согласна на такое!       — Ну, как говорится, только через наш труп, красавчик! — мы телепортировались к нему и Решительность тут же использовала Нож, чтобы обезглавить скелета. Жаль, но он успел удачно уклониться, одновременно с чем чуть не проткнул нас появившейся практически из ниоткуда костью.       Череда уклонений позволила нам избежать нити и вновь схлестнуться с Разрушителем в ближнем бою в надежде на то, что мне удастся его убить. В отличии от Инка я не собираюсь играть с ним во всепрощение. Его необходимо убить. Нельзя оставлять такого врага за спиной. Каждый раз он восстанавливается и вновь идёт убивать. А теперь, когда он смог вычислить расположение Дудл Сферы это стало и вовсе безумием. Каждая минута его жизни теперь прямая угроза вообще всем альтернативам. Нужно приложить все силы для победы. Либо попытаться спасти хоть что-то. Чем дольше я держусь, тем больше шанс того, что помощь появится.       — Мне это надоело! Чёртова разноцветная ошибка, нужно было убить тебя в самом начале! — Эррор выпустил сразу десять нитей, послав их в разные стороны и крайне быстро опутывая большую часть альтернатив.       Тело действовало быстрее мозга. Телепортировавшись прямо к нему, мы резким движением раздвоившегося Ножа отрезали нити, что шли от глазниц к его пальцам. Оставшиеся без подпитки нити тут же рассеялись, не причинив вреда охраняемым мирам.       — Ах ты! — разъярился Эррор, материализуя сразу несколько десятков бластеров.       — Мы же сказали тебе, Эррор. Только через наш труп, — мы не шутили.       Используя все свои ресурсы, мы максимально привели в боеготовность собственный резерв и накачали себя всеми возможными усилителями. С таким противником нельзя быть беспечным. Только гора таблеток позволяет мне использовать сразу несколько Особых атак и после этого продолжать атаковать, да ещё и так часто сменять аспекты без каких-либо проблем. Потом будет плохо, но это уже после боя. Сейчас же самая главная цель — выжить и сохранить миры.       — Тогда я убью тебя, — а вот теперь стало не до смеха. Череда атак скелета была чуть ли не беспрерывной. Нити, кости, бластеры… всего три типа атак, но он комбинирует их настолько профессионально и с фантазией, что отразить их всех практически нереально. Только умение телепортироваться и разогнанная реакция семи душ позволяет мне до сих пор быть в порядке.       С трудом, но нам всё же удаётся разрезать выпускаемые Эррором нити, пусть для этого и требуется просто колоссальное количество энергии. Хорошо, что он сосредоточил все свои атаки на мне. В ином варианте за раз разрезать столько же нитей было бы крайне сложно. Хорошо то, что аспект Решительности всё же подавляет ошибки Разрушителя, иначе было бы совсем худо.       Но в один момент, уклоняясь от очередных атак, я заметила кое-что неожиданное.       — Альфис? — удивилась, смотря на то, как недалеко от разлома появилась знакомая ящерица. Только эта была какой-то… монохромной? Это сразу же навело на ассоциации с Кроссом, да только зря я позволила себе отвлечься.       Нити, словно только того и ждали, тут же набросились со всех сторон, обхватывая каждую часть тела.       — Ну наконец-то, — видимо, Эррор ещё не обратил внимания на новое лицо, так как был слишком увлечён моим убийством. Нити тонкой леской впились в кожу, грозя вскоре разрезать её, словно нож масло. — Что за?! — с трудом, но мне удалось повернуть голову туда, куда сейчас с такой яростью смотрит Глюк.       Альфис, совершенно не обращая на нас внимания, легко и просто перемещалась от одной альтернативы к другой, собирая их в стопку, она умудрилась схватить даже один из серых листов… Это же Андерсвап! И ведь она сдвинула его! А значит Эррор повредил не только само пространство, но и подавил все возможные защитные механизмы. Да, я не могу победить его, но могу спасти миры…       Эррор же в это время был просто в ярости. Прямо у него из-под носа своровали миры, и он не собирался оставлять это безнаказанным. Это ослабило направленное на меня внимание, чем я и решила воспользоваться. Пока он атаковал Альфис при помощи своих костей, мы смогли с помощью Ножа разрезать нити и телепортировались.       Мы не знаем планов этой монохромной, но её появление для нас — спасение. Гораздо тяжелее следить сразу за несколькими целями. Пусть наша «союзница» и не атакует, скорее напоминая бездушного робота, нежели нормального монстра, но она очень хорошо уклоняется и телепортируется, что даёт, вкупе со мной, небольшое преимущество.       Мы же стараемся одновременно мешать Эррору атаковать и постепенно собираем всё новые и новые миры в одну кучу. Поймав первый лист и узнав о нём всё, мы телепортировались дальше, беря следующую альтернативу уже через него. Это позволило нам не контактировать с тем миром напрямую и при этом забрать его с места. Знать бы только, как это настолько легко и просто получается у учëной… Впрочем, зачем думать и гадать, когда можно своровать ворованное? С этим дивизом мы и напали на монохромную, выбив листы из её рук. И, пока учëная собирала разбросанные миры, мы срочно выхватили Андерсвап. Нам он будет нужнее. После этого пришлось сразу же телепортироваться, ведь стоять на одном месте — смерти подобно.       Разрушитель рвал и метал. Иногда очень даже буквально, за раз уничтожая сразу десятки различных альтернатив, но мы ничего не могли с этим поделать. Защитить сразу всё не представлялось возможным, особенно когда за тобой по пятам следует одно из самых опасных существ мультивселенной.       Мы набрали сразу огромную стопку и, тут же призвав тетрадь, переместили в неё сразу всё, ощущая появившуюся связь с каждым из миров.       — Что ты сделала, ничтожество?! Не мешайтесь у меня по ногами, жалкие неудачники! — со всех сторон, удерживаемые бесчисленными нитями, образовалось просто нереальное количество костей и все они неудержимой красно-синей волной полетели навстречу друг другу, разнося в щепки и лоскуты всё, что встречали на своём пути.       «От этой атаки не увернуться».       Магия заструилась по телу, образуя Пачку. Перед внутренним взором образовалась карта, в которой мы были вынуждены прыгнуть к самой дальней яркой точке. Мгновение и нас несколько раз перевернуло, с силой ударив о землю и вырубая. Неудачное… приземление…

***

      В чувство меня привёл запах каких-то трав и настоек. С трудом открыв глаза, увидела перед собой голубое небо и головы каких-то монстров. Голова болела, а в теле ощущались озноб и слабость — явные признаки небольшого передоза лекарствами. Хорошо, что хоть тошноты нет, спасибо магической составляющей препаратов.       — Живы, — было не слишком приятно ощущать себя в теле, но большая часть аспектов сейчас недееспособны. В строю остались только я, Храбрость, Доброта и Терпение. Остальные восстанавливаются после достаточно длительного и неприятного сражения. Всё же нити Эррора та ещё гадость.       — …ты? — из некой прострации меня вывело резкое движение руки перед глазами. Вздрогнув, обратила внимание на реальность.       — Что? — нахмурилась и села, осматривая то, что творится вокруг. Монстры и человек… Хорошо, значит этот мир в порядке.       — Рано вставать тебе, молодая скво, — мы с сомнением перевели взгляд на монстра, стоящего рядом. А то, что это монстр — сомнений не было. Несмотря на его очеловеченный вид, пара шрамов на лице, улыбка и дыры в ладонях выдавали в нём Гастера.       — Со мной всё в порядке, не волнуйтесь, — чуть улыбнулась, чувствуя небольшое головокружение.       — Духи сыграли с тобой злую шутку, тебе нужно восстановить силы, — он приложил к порезу на моей руке какую-то повязку, от которой сильно пахло травами. — Это поможет быстрее поправиться, — врачеватель с интересом осматривал каждую появляющуюся и пропадающую частичку моего тела, особенно задерживая внимания на мигающих словах. — Позволь поговорить с тобой, как только восстановишь силы ты свои, — ответил он на невысказанный вопрос и поднялся, даже не дождавшись ответа. Гастер уступил место нескольким женщинам-монстрам, в одной из которых я с ужасом узнала Ториель.       Резко подскочив, я в несколько прыжков отскочила назад и приготовилась к атаке.       — Не приближайся! — коза со страхом в глазах приложила лапы к лицу, нервно поглядывая на остальных собравшихся монстров. Я отвернулась, стараясь успокоить сердцебиение. Нужно выдохнуть и просто не обращать внимание. Эта версия явно миролюбивая и не причинит мне вреда. Всё хорошо. Она даже не очень и похожа на ту Ториель, что я знаю и помню. Абсолютно другой монстр. Совершенно не имеет отношения к остальным. Не. Похожа. — Просто не надо.       — Она напоминает тебя, когда ты очнулась, — почти что шёпотом раздалось откуда-то сбоку и я сразу повернула голову в нужном направлении. Мне редко удаётся встретить такую компанию… А уж их вместе… Азриель и Чара? Девушка хоть и одета в какие-то странные вещи и носит на голове… корону из перьев? Похоже что так. Так вот, черты её лица узнаваемы, ведь она так сильно похожа на Фриск, а следовательно, на меня саму, но только в юности. — Да и вообще. Похожа. Чара, у тебя есть сестра?       — В первый раз её вижу, — подозрительно отозвалась девушка, настроенная ко мне куда агрессивнее, нежели остальные.       — Боже… так. Где же я оказалась… — задала я себе риторический вопрос, но получила ответ извне.       — Юная скво, ты находишься на священной земле Эботт, — попыталась улыбнуться мне Ториель, но меня всё ещё колбасило от её внешнего вида и связанных с этим ассоциаций. Женщина растерялась от того, как сильно нас передёрнуло от того, что она просто сделала шаг к нам навстречу. Но даже понимая, что это совсем иное существо, реагировать адекватно не получалось. Даже в Мёрситейле я старалась просто сбежать, если её копии попадались хотя бы на горизонте.       — Как смеешь ты так пренебрежительно смотреть на Неугасимую Лучину?! — взорвалась Чара, чуть не бросаясь на меня с кулаками, но принц удержал её на месте, не дав случиться непоправимому. Монстры вокруг зашептались. Это начинало напрягать… Если так продолжиться и дальше, то может появиться риск того, что на меня просто нападут. Хорошо, что со мной Терпение, его способности в этом направлении одни из самых полезных. Если не удастся понизить их агрессию, то просто сбегу и затеряюсь в лесу, используя Потускневшую Ленту.       — Ну же, давайте все немного успокоимся и не будем давить на нашу гостью, проводимую духами земли, — примирительно подняла руки Ториель и снова попыталась сделать несколько робких шагов вперёд, протягивая ко мне открытые ладони и мягко улыбаясь. — Мы не причиним тебе вреда.       Я отступила на несколько шагов назад, стараясь сохранить необходимое для комфортного состояния расстояние, но наткнулась на препятствие, тут же нападая.       Мой кулак на излёте был пойман высоким, невероятно бледным мужчиной с чёрными белками глаз и яркими, синими глазами. Очевидно, Санс.       — Земля Эботт не приемлет насилия, — произнёс он и отпустил руку из жёсткой хватки, всё ещё провожая нас цепким, недоверчивым взглядом. Нужно поскорее дозвониться до своих и спросить, что случилось и заодно узнать, как там Блу. Мы с той Альфис наворовали предостаточно миров, но в общей массе — это капля в море. Настораживает только то, что я не знаю, для чего ей они и что стало с теми мирами в целом. Однако думать надо бы в другом месте.       Очевидно, мне тут не рады. Мой ступор мешает коммуникации, так что следует сменить аспект. Хорошо, что со мной остались самые дипломатичные души. Голубая душа со вздохом взяла на себя обязанности.       — Приветствую, меня зовут Вёрси. Простите мою грубость, но у меня был не слишком хороший опыт общения с существом, имевшим похожую внешность с Неугасимой Лучиной и теперь мне тяжело видеть схожий облик вновь, — сразу же взял быка за рога Терпение, не поднимая взгляда на упомянутую особу.       Заявление сильно удивило местных. Они вслух говорили о том, что невозможно встретить монстра за пределами их земли, да ещё и похожую на жену вождя. Да что это за мир вообще… Как только Порядочность придёт в себя, тут же рассмотрим координаты того места, в которое прыгнули в дикой спешке. Напоследок я только и успела увидеть, как Альфис растворяется в воздухе, а миры уничтожаются под частоколом атак Эррора.       — Извините, но мне необходимо уйти, — спохватилась, попыталась поспешно ретироваться, но мне помешали проявившиеся сильнее обычного лаги, заслонившие обзор. Уже прошло так много времени?       Попытались найти свои лекарства, но не смогли. Их просто не было. Оба органайзера отсутствовали, что не хило нас обеспокоило.       - Где наши вещи? — перевели мы взгляд на Ториель, автоматически излучая на неё скопившуюся агрессию, но Терпение быстро успокоился, увидев, как на защиту женщины встали её дети. Пришлось повторить, но уже куда как спокойнее, чтобы не пугать народ. Да и саму напрягшуюся мать семейства тоже. Мы не в том положении, нам нужно быть как можно более дружелюбными. — Где мои вещи?       — Они у меня. И пока я не буду уверен в том, что ты не представляешь опасности, обратно ты их не получишь, — прозвучал холодный голос местного Санса, привлекая к себе моё внимание.       — Будь добр, верни их и я сразу же уйду отсюда, — протянули мы руку, надеясь, что этим всё и ограничится.       — Санс, верни ей её вещи, пожалуйста, — вступилась за нас Ториель, чем заставила нас вздрогнуть. Слишком похожий голос. А с последней встречей одной из клонов в бою моё мнение насчёт опасности всех их поголовно только укрепилась.       — Чем дольше я без них, тем опаснее для окружающих, — добавили, видя сомнения Санса. — Или дай хотя бы тот, что вы с пояса забрали. Там находятся лекарства, необходимые мне, чтобы не умереть.       — Хорошо, но учти, я слежу за тобой, — прищурился мужчина и с неохотой протянул мне один из органайзеров, пряча второй куда-то под меховую накидку. Видимо стимуляторы мне забрать удастся ещё не скоро.       Быстро выхватив его у него из рук, мы быстрыми движениями достали несколько стабилизаторов и укрепляющих, вводя их прямо в кровь с помощью встроенного магического шприца.       Эффект лекарств можно было рассмотреть невооруженным взглядом. Тело резко стабилизировалось, боли ушли, а неуверенность в своих силах резко исчезла, что позволило нам сразу почувствовать себя куда увереннее.       — Спасибо, — кивнули мы Сансу и, чуть подумав, с трудом, но смогли немного кивнуть и Ториель. В конце концов, без её просьбы он и пальцем бы не пошевелил.       — Благодарность твою проверит лишь время, — отозвался мужчина и отошёл, но не переставал наблюдать, в любой момент готовясь прийти на выручку соплеменникам.       Терпение уже собирался уйти в лес, как его остановил звонкий и злобный голосок Чары.       — Стоять! Из какого племени ты прибыла? Я знаю всех монстров с горы Эботт, но никогда не видела тебя тут, — мы даже и не знали, что ответить на такой вопрос.       — У меня нет племени, — покачали мы головой, усердно контролируя свою речь, чтобы в неё не проскальзывало уже ставшее привычным для нас множественное обращение к самим себе. — И я человек.       — Ложь! Таких людей не бывает! Дети Красной Глины прошагали много лун и посетили множество племён, но нигде не видели таких людей! Только на священной земле Эботт живут имеющие отличный от остальных облик, — она говорила с жаром, пылко доказывая свою точку зрения, не обращая особого внимания на попытки принца её хоть немного утихомирить.       — Нет нужды врать. Я бы показала душу в доказательство, но из-за внешних обстоятельств делать этого не могу, — развели мы руками в сторону, наблюдая за роптанием народа. Каждый из них действительно достаточно сильно напоминал людей. По крайней мере большая часть собравшихся явно были как минимум антропоморфными зверями. Больше всех же на людей походили члены королевской семьи и альтернативные скелеты.       — Какое интересное высказывание от нашей гостьи, — сам себе улыбнулся Гастер, чем привлёк к себе наше внимание.       Мы собирались уже ответить, как почувствовали, что аспекты, наконец, пробудились под действием восстановившейся магии. Пусть пока что до полного восстановления мы не дотягиваем, но данного уже хватает.       — Простите, я удалюсь ненадолго, — сообщила местным и, используя Порядочность, несколько раз прыгнула, прячась в хвойном лесу. Было несколько неуютно использовать телепортацию среди деревьев, но мы тщательно выбирали место будущего приземления.       А внутри бушевала буря. Аспекты обменивались информацией, пополняя знания друг друга и принимали сообщения о самочувствии остальных. Все были в полном порядке и готовы действовать в любой момент, что радовало каждого из нас в равной степени.       Первым делом мы решили справиться о том, что произошло с союзниками и уже собирались позвонить, но обнаружили, что телефон пропал. Собственно, с нами и был то только один органайзер с лекарствами. Всё остальное благополучно осело у кого-то в карманах. Придётся достать его как-то… да и без стимуляторов мне отсюда выход заказан. Эррор теперь явно точит на меня зуб и убьёт при первой же возможности. А как выяснилось — мультивселенная очень мала. Осталось только выяснить насколько.       Отвечая на внутреннюю просьбу, Настойчивость проявила себя и материализовала Тетрадь. На нас тут же обрушилось знание о том, что большая часть из вселенных, собранных нами, в полном порядке, но были и исключения. Так, например, Андерсвап находится на грани уничтожения. Поняв это, нас охватила сильная тревога. Если этот мир в таком состоянии, то о том, что произошло с его жителями вообще сложно что-то сказать. Альтернатива словно на ниточке висит. Будто дунешь на неё, и она рассыпется в прах. Призвав Очки мы просканировали мир. Андерсвап Путь: пацифист Сбросы: 16 Перезапуски: 4 Уровень опасности: средний ничтожный Количество локаций: 7 1 Численность населения: 1 Координаты: + 38° 47′01.2802       Мы были в шоке. В смысле… один? Мы прочитали информацию несколько раз, но она совершенно не изменилась. Мы пытались просканировать и узнать, кто именно выжил, но Очки были не способны на это. Они лишь показывали общую информацию и могли позволить разобраться в том, что я вижу, но не понимаю. Нужно посетить этот мир и как можно скорее.       На всякий случай мы проверили и остальные миры, доступные нам, но в целом там было всё хорошо. Даже Мёрситейл был в норме и имел численность населения в пару десятков тысяч душ. Это было не плохо, но всё же не достаточно.       Было плохой идеей покидать этот мир без своих вещей и в недолеченном состоянии, но делать было нечего. Надо посмотреть, что творится вокруг.       Порядочнось без лишних задержек материализовала на нас Пачку, чтобы мы смогли понять, где мы вообще находимся. Значит это «−49° 48′1,20»… Но прежде, чем закрыть общее видение, мы оценили то, сколько всего миров осталось.       Максимальное отдаление карты чуть не вызвало ужас от осознания того, что наша «звёздная карта» превратилась в пустоту. Расстояния между мирами стали просто гигантскими, а найти новую альтернативу крайне сложно. Теперь в перемещении по пустоте нам не помогают другие миры. Нам придётся самостоятельно открывать максимально прямые порталы, не опираясь на костыли.       Если раньше можно было использовать скачки по мирам бездумно, не сильно полагаясь на точное знание координат, так как было всегда ясно, что тебя всё равно выкинет в ближайший мир, то теперь, если ошибиться с конечной точкой телепортации, можно и с жизнью распрощаться. Не хотелось бы застрять в пустоте или антипустоте. Да и мало ли куда может тебя вынести неисправный телепорт.       Снова поменявшись и открыв Тетрадь, мы принялись выискивать мир, имеющий те же координаты, что показало видение. Оказалось, что это мир Трибитейл. Тут средняя опасность и просто гигантское население. За пару миллионов численность успела уйти и подсчет постоянно изменяется. Тем более тут отсутствуют локации, как таковые, а значит это один из тех миров, что называются открытыми.       И всё же беспокойство снедало нас. Нужно рискнуть и попасть в Андерсвап. Пока что это приоритетный вопрос. Потом загляну к Фрешу в Мёрситейл, узнаю, как обстоят дела, и вернусь за своими лекарствами. Надеюсь, что всё не так плохо, как я сейчас думаю.

***

      Всё ещё хуже.       Прыгнув по координатам, мы оказались в пустоте. Даже сверились несколько раз с тем, куда именно ступили, но нет, координаты были стопроцентно верными. Да и сам мир помог мне в него переместиться, пусть даже это и стоило ему больших усилий. Он чуть ли не последнее отдал, чтобы мы могли в него попасть. Как-то страшно это осознавать, но тут всё действительно держится на соплях. Одного сильного удара будет достаточно, чтобы разбить тут всё вдребезги. А что ещё хуже — атмосфера, царящая в этом месте. То, что не успело улетучиться прахом — сильно отдаёт отчаянием. Да и то, тут остался лишь небольшой оранжево-красный свет, символизирующий, судя по всему, закат.       Во всём этом невообразимо огромном и пустом пространстве мы смогли разглядеть лишь небольшую точку далеко впереди и тут же поспешили к ней. Использовать телепортацию внутри мира мы не стали, боясь, что альтернатива поможет нам с этим и тем самым сама себя развоплотит. Так что пришлось позаниматься бегом и потратить пару десятков минут своей жизни на то, чтобы сблизиться с целью.       Лучше бы мы не приближались. В полном одиночестве, с полностью потухшим взглядом, трескающейся душой и трупом Чары на руках в пустоте стоял на коленях Папирус. Стрэтч не курил и не шевелился, что мы расценили как последнюю стадию отчаяния.       Только одно могло довести скелета до подобного состояния. Смерть брата. А тот, кто мог вернуть всё на свои места, сейчас лежит тяжким грузом прямо на его руках.       Доброта не смог смотреть на эту картину и вышел наружу. Бросившись к скелету, он обнял его, чуть не до хруста сжимая в тяжёлых, наполненных горем и сочувствием объятиях. Мы понимали. Мы всё прекрасно понимали. Санс не вернётся.       — Как? — отпустив скелета, мы опустились рядом с ним на несуществующий ныне пол и сжали зубы. Нужно понять, что произошло. Только вот за место объяснений мы явственно услышали треск со стороны Папируса.       Испугавшись, что произошло что-то страшное мы мгновенно подорвались и с трудом, но всё же смогли вырвать тело человека из судорожно сжавшихся пальцев скелета. Он был морально разбит. Утоплен в отчаянии и не видел смысла жить. Монстры не переживают таких потрясений. Просто не могут.       Доброта аккуратно поднял толстовку скелета, чтобы мы могли посмотреть на душу Папируса. Он совершенно нам не сопротивлялся. Даже зрачки не появлялись, так что мы уже даже не были полностью уверены в том, что он находится в сознании.       Его душа… она почти рассыпалась в пыль. Сеть трещин была настолько плотной, что бесцветное перевëрнутое сердечко почти окрасилось в чёрный. Я даже не понимаю, почему он до сих пор жив, с такими-то повреждениями души.       Решительность, что до этого хранила молчание, решила хоть как-то ему помочь и Светлая часть сформировала Бинт.       — Папирус, мы сейчас немного подлечим тебя. Не сопротивляйся, хорошо? — говорить о том, что всё будет в порядке мы не стали. Не дай Бог он всё же в сознании и осознаёт хоть что-то. Это может просто добить его.       Мягко, словно хрустальную вазу, перехватив его душу, мы плотным слоем укутали её в слой Бинта, надеясь отсрочить смерть и судорожно вспоминая, захватили ли мы мир Саенса, когда спасали альтернативы. Уж он-то точно должен ему помочь, даже если не в силах. На крайний случай же есть Альфис из Андертейла, она ведь тоже уже имеет опыт работы с покалеченными душами. Нужно не думать о плохих итогах.       От перебирания в уме названий нас отвлекла сомкнувшаяся на запястье рука скелета.       — Папирус? — позвали мы его, но тот ничего не ответил. В уголках его глазниц образовались оранжевые капли слёз, медленно стекая по острым скулам и падая на несуществующий пол, пропадая совершенно бесследно.       — Санс… — прошептал убитый горем брат, удивительно сильно для раненного притягивая нас на себя. Только в последний момент мы выставили руки вперёд, чтобы не удариться головой о рёбра скелета, но тот самостоятельно приподнялся с места и заключил нас в убийственно сильные объятия. Мы не вырывались. — Санс… — он не видел нас.       Мы молча так же прижимали к себе скелета и судорожно оглаживали его череп, пытаясь подарить ему хотя бы каплю своего сожаления и сочувствия. Он так сильно любил своего брата, что не сможет жить без него. Не хватит сил.       — Санс… зачем? Этого не должно было произойти… — мы внимательно вслушивались в то, что он говорит, продолжая успокаивающе гладить Папируса по макушке и прижимая его голову к своему плечу.       В груди снова закололо, напоминая о том, что сильные эмоции для нас под запретом, но было плевать. Сейчас то горе, что испытывал Папирус, мы хотели разделить с ним. Хотя бы немного. Ведь мы помним ужас того момента, когда осознали, что потеряли всё. Что мы уже никогда не вдохнём воздух родного мира. Что уже никогда не увидим родных лиц. Что мы стали одиноки. Одиноки настолько, что целая вселенная показалась спичечным коробком, сдавившим нас своими стенками со всех сторон. Это напрочь вышибающее воздух чувство мы не забудем никогда. Но у нас была большая разница. У меня были души, желающие жить дальше, не смотря ни на что, и поддержка Звёздных. У Стретча же нет ничего. Ни помощи, ни надежды.       — Тш-ш-ш, — шептали мы ему, покачиваясь и стараясь успокоить скелета. Он на грани, ему нельзя так погружаться в себя.       — Зачем же… это я должен был быть на его месте. Не смог. Не защитил, — скелет, сильнее вжался в мою накидку и я почувствовала, как она стремительно начала намокать.       — Ты сделал всё, что мог. Ты самый лучший брат, Папирус. О таком и мечтать нельзя, — ноющая боль от моих чувств накладывалась на эмоции, что излучали аспекты, вызывая и у нас сплошной поток слёз. Слова утешения быстро скатились в бессвязную речь. Лишь бы только говорить хоть что-то.       — Не смог… Х-Гастер… — знакомое имя резануло по сознанию, отдаваясь ужасной догадкой. Это он убил его?       Мы не знали, что делать. Хотелось рвать и метать, и одновременно просто опустить руки. Альфис, попавшая в Область Набросков, была монохромной. Как и Кросс. А значит Х-Гастер приложил руку и к похищению альтернатив… и я не знаю, что именно он забрал.       — Папирус, ты… — я попыталась спросить его о том, кого ещё он видел, но не смогла.       Зрачки в глазах Папируса зажглись тусклыми оранжевыми точками и он посмотрел прямо в мой левый глаз, проводя по скуле самыми кончиками костяных пальцев.       — Эй, а ты знала, что Санс обожает шутки про кости? — я почувствовала, как в меня буквально вталкивают чужеродную магию, но не успела ничего с этим сделать, как мои ноги скрылись под ворохом праха.       Папирус умер на моих руках.