Дисперсия

      Уснуть удалось только через полчаса, да и то, только чтобы позже подорваться из-за кошмара. Не слишком удачная ночь. Вздохнув, мы попытались вновь погрузиться в сон, но не смогли. Мешало некое чувство незавершённости. Пусть Кросс не отвечает на звонки от остальных, но что мешает мне попробовать лично? Нужно вернуться в Трибитейл и забрать свой телефон. Он должен быть у кого-то из тех, кто тогда нашёл меня. Большие подозрения вызывает Гастер. Он вроде как хотел с нами увидеться, мог ли он взять вещь как залог моего возвращения? Или, может быть, он у Ториель, и мне придётся лично переговорить с ней.       «Стоит взять с собой Абисса и Эпика?» — но в два часа ночи это показалось плохой идеей, а свербело там, где не надо, уже сейчас.       Внутренний совет пришёл к мнению, что скелетов надо брать с собой, так как нам нужна моральная поддержка, но я впервые не согласилась с ними, упорно загнув линию того, что мы не должны никого тревожить. Глупо и опрометчиво, но сегодняшний сон слишком взволновал меня. Остальные, пусть и не одобряли моих действий, но всё же со скрипом согласились на мои капризы, не понимая проблемы.       Телепорт прошёл гладко. То же дерево, то же место. Теперь нужно дождаться того момента, когда Санс обнаружит меня и придёт. Тогда я смогу спросить дорогу до дома Гастера. Начать лучше с него.       Долго ждать не пришлось. Всего пара десятков минут, и нужный монстр уже стоит перед нами, недовольно поджав губы и хмурясь.       — Нужен ваш, с дырками в руках, — очертила я круг на руке для лучшего понимания. Я помню, что тут всех зовут странно, но не знаю точно, как именно. Даже если он и представлялся — оно просто вылетело из головы. Вроде что-то связанное с ладонью.       — Зачем тебе понадобилось видеть Глубокую Ладонь, чужеземка? — подтвердил он мои догадки.       — Он сам звал нас, да и ко мне не вернулась одна важная вещь — нужно вернуть её. Возможно, что он её взял, — пожали мы плечами.       — Почему я вообще должен помогать тебе? — ответить было особо нечего.       — Не должен, но мне очень надо, хех. Понимаешь, пропал один дорогой мне монстр, а без этой вещи даже намёк на его местоположение узнать вряд ли получится, — и не только Кросса. Там много необходимых мне номеров, включая того же Дрима. Он точно в курсе того, что произошло, но без телефона я не смогу до него дозвониться. У остальных же из нашей компании просто нет связей с Хранителями.       Санс ничего не ответил, лишь внимательно вгляделся в нас, будто стараясь уловить что-то, что понятно одному ему. Эти гляделки продолжались уже минут пять, и мы начинали нервничать, но уступать не собирались. Он просто ещё не знает, что среди нас есть живое воплощение слова «настойчивость». Мы добьёмся своего, несмотря ни на что, если оно потребуется.       — Сними обувь, — неожиданно дал указание Санс, чем заставил нас растеряться и посмотреть вниз. На нас, конечно же, всё ещё были Пуанты и Пачка, так как Порядочность не спешила меняться с другими аспектами.       — Что? — моргнув, переспросили мы у мужчины, озадаченно опустив взгляд на его собственные босые ступни.       — Земля Эботт хочет полно чувствовать всех, кто находится на ней. Сними свою обувь, — повторил Санс, сложив руки на груди и прожигая нас взглядом. Делать было действительно нечего, пришлось сначала убрать Пуанты, а после снять свои собственные босоножки. Девать их было некуда, так что пришлось оставить их у памятного дерева. Тут их вряд ли кто-то заберёт.       Развернувшись обратно, мы с ожиданием уставились на Санса. Хотелось бы побыстрее покинуть этот гостеприимный мир, да и голая земля не то чтобы была мягкой для подобного времяпрепровождения. Босыми нам ещё ходить особо не приходилось, так что стопа неприятно чувствовала каждую шероховатость, добавляя дискомфорта. Порядочность, что интересно, сменил Храбрость, пусть даже Терпение уже готовился к выходу наружу. Мы не возражали. Давно он не проводил много времени вне разума.       — Я покажу тебе, где живёт Глубокая Ладонь, но не оставлю вас наедине, человек, — ни о каком компромиссе и речи не шло, но Храбрость только хмыкнул на слова стража, терпеливо дожидаясь того момента, когда можно будет добраться до Гастера.       Мы медленно шли вдоль еле заметной тропинки среди бескрайнего хвойного леса, стараясь не отставать от нашего проводника, но это было не так-то просто, как может показаться на первый взгляд. Колючки, что плотным ковром укрывали всё вокруг, больно и неприятно врезались в нежную кожу, оставляя проколы и порезы. Своё в этот коктейль добавляли и прячущиеся в иголках мелкие камни и веточки. Из-за всего этого теперь по всему пройденному маршруту оставлены кровавые следы. Маленькие капельки алой жидкости, что сообщают всем в округе о нашем присутствии. И мы не сильно горели желанием повстречаться с местной фауной, привлечённой запахом раненной добычи. Мне то, может быть, ничего и не будет, но как отреагирует на агрессивное поведение в сторону животных Санс — не ясно. Не хочется раздражать его проявлением какого-нибудь насилия, ведь тогда он может отказаться провожать нас дальше, а это не входит в наши планы. Экстренно искать другого проводника нам не улыбается.       Лёгкий аромат хвои витал вокруг, даруя ощущение свежести и лёгкости дыхания. Сам воздух и земля дышали жизненной силой, магией, что пропитала каждый миллиметр пространства. Это похоже на то, как ощущаются лёгкие магические излучения от применяющей энергию для атаки Справедливости. Концентрация такая, что, кажется, ты дышишь магией самого мира. Интересная всё же Альтернатива.       Стрекотание сверчков, шебуршение в кронах, тихие далёкие переливы птичьей песни… Умиротворяющее место. Если бы не ноющая боль в ногах, то это было бы куда лучше, но с Оутертейлом в этом плане мало что сравнится. Природная красота, на мой взгляд, всё же уступает красоте бесконечного космоса, но тоже имеет место быть.       Мы несколько раз серьёзно накололи ноги, из-за чего пришлось просить Санса подождать нас хотя бы немного, иначе мы за ним просто не успеем. Тот тяжело вздыхал, но всё же дожидался того момента, когда мы кивали, давая добро на последующую дорогу. Храбрость держался молодцом и старался не обращать внимания на ноющую боль, упорно следуя за широкой спиной проводника. Мы же старались уговорить Порядочность успокоиться и не пытаться забрать управление. Только то, что хождение без обуви является тут нормой примиряло её с действительностью. Главное было побороть соблазн просто телепортироваться за Сансом. Вряд ли он это оценит, да и чувствовать, куда он идёт, я не могу, так что затея провальная. Если бы моя карта мира отображала живых, то ещё можно было бы, а так — увы.       Когда лес всё же закончился, нашей радости сначала не было предела. Впереди стелился ковёр из посаженных местным жителями сельскохозяйственных растений, а над головой было чистое голубое небо без единого облачка. Забавно… ведь в Мёрситейле уже давно идёт ночь, тогда как тут ещё день в самом разгаре. Можно даже увидеть, как на полях работают монстры, возделывая, орошая или пропалывая многочисленные грядки растений.       Мы шли между рядами, не обращая внимания на то, как перешептываются между собой монстры, желая лишь того, чтобы побыстрее оказаться у нужного места. Почему просто нельзя туда телепортироваться…       Разбитые ступни щипались и горели, но мы упорно смотрели в непоколебимую спину Санса, иногда ловя его взгляд на себе. Презрительные нотки в нём никуда не делись, но он ощущался как-то благодушнее. По крайней мере пренебрежительно фыркать на каждый наш неумелый шаг он перестал.       — Ты будто неразумный ребёнок. Топчешься, распугиваешь животных… Совершенно не умеешь слышать голос природы, — неожиданно подал он голос, когда мы в очередной раз не заметили среди зарослей травы камешек.       — Там, где я выросла и обучалась не было нужды слушать голос природы, — всё же удержал Храбрость правильное к себе обращение.       — Что это за племя, где не учат самому главному в жизни любого живого? — он даже развернулся в мою сторону, останавливаясь. Мы тоже были вынуждены остановиться и были даже рады этому, поскольку это означало перерыв.       — Там, где я росла, особо нет природы. А единственное моё посещение её глубин окончилось весьма трагично. Более я никогда не увижу своих родных, — мы на несколько секунд прикрыли глаза, выражая немые скорбь и сожаления. Слишком быстро произошло то расставание. А главное — глупо.       — Духи предков присматривают за тобой, даже если ты их и не видишь, — мы удивлённо проводили взглядом развернувшегося стража, внутренне иронично хмыкая. Мои родные теперь действительно со мной, что иронично. Да только у них уже есть «я», что так же упала в подземелье. А вот мы уже никогда не получим назад то, что имели. Некоторые из нас мертвы уже очень давно. Если считать по временному отрезку, то одному только Доброте добрых два столетия. А ведь он так и остался подростком.       Дальше шли в полной тишине, мы были заняты тем, что не давали себе напороться на что-то особенно неприятное и прилагали усилия для того, чтобы не отстать от монстра, легко и быстро шагающего сквозь траву. Жаль, что мы не можем скопировать его шаг и идти точно по его следам — слишком те размашистые. Всё же комплекция мужчины существенно превосходит мою собственную. Можно даже с уверенностью сказать, что это самый высокий и мощный физически из тех Сансов, что я встречала. Пусть даже его более низкие альтернативы и способны свернуть его в бараний рог. Это я уже успела проверить, на секунду отсканировав его при помощи Очков Настойчивости. Слишком слабые у него показатели магии, да и атака с защитой не блещут. Но при этом Очки не отображают то, что он ловок, словно кошка и весьма гибок. Так что он тоже достаточно неприятный противник, особенно если нет оружия дальнего боя.       Момент, когда мы приблизились к пещере, из которой достаточно сильно пахло какими-то травами мы встретили с радостью, ведь это означало конец этого длительного похода. Мы двигались не менее полутора часов, так что ноги уже успели несколько онеметь и покрылись коркой крови и грязи.       — Здесь живёт Глубокая Ладонь, чужачка, — Санс непринуждённо забрался на небольшое возвышение и пошёл дальше, очевидно, предлагая повторять за ним, если я всё же хочу получить ответы на парочку вопросов и мои вещи, если те у него имеются.       — Тук-тук, есть кто дома? — забравшись и немного отдышавшись, вежливо постучал по каменной стене Храбрость. Из-за поворота тут же буквально выплыл Гастер, сверкая маниакальной улыбкой и Санс, что светил недовольным лицом.       — Проходи же скорее, я ждал тебя, человек, — склонил он голову вбок, что с его шрамами и лысой головой было достаточно стрёмно. Как-то мне привычнее видеть этих двоих в форме скелетов. Уж слишком странное зрелище — практически нормальный человек.       — Какое совпадение. Значит мы можем поговорить о том, что интересует нас обоих, — прошли мы дальше в пещеру. Тут было достаточно светло. Санс опёрся на стену, сложив руки на груди, оставаясь на одинаковом расстоянии от меня и Гастера, очевидно, защищая его от меня.       Мы осмотрелись. Тут было слегка темновато. Помещение освещалось за счёт тусклого света каких-то мелких вставленных в стены камней, что совсем не помогало ориентироваться, позволяя выхватывать лишь общую картину происходящего. Может быть для тех, кто привык к темноте тут и комфортно, но лично для меня — не слишком.       — Могу ли я использовать немного магии? Для моих глаз тут слишком темно, — почесали мы затылок, переступив с ноги на ногу и поморщившись. Как-то вылетело из головы, что этого делать не стоит.       — Как пожелаешь, чужеземка, — кивнул Гастер, с любопытством следя за тем, как в наших руках образуются Очки. Надев их мы слегка расслабились. Ровно до того момента, как поглядели в сторону Глубокой Ладони. В нашем видении тут же пронеслись цифры его резерва и мы удивлённо присвистнули. Настойчивость задумчиво просмотрела выделенные данные. Глубокая Ладонь Гастер УР 1 ХП 20 МП 1017 АТ 6 ЗЩ 43 Примечания: Великий Шаман, Дух-Проводник, Отмеченный иными. Состояние: возбуждён, научный интерес, лёгкий транс, духовная связь с Эботт.       Помимо его характеристик рядом замелькали множественные названия различных растений, корешков и прочего, заставив изображения пробегать сплошным потоком по внутренней стороне линзы. Благо, на это можно было, при желании, не слишком акцентировать внимание. Сканирование было даже слишком глубоким, так что мы усилием воли сосредоточили внимание на подсвеченном контуре фонящего магией Гастера. Интересно, что большая часть свечения скапливалась в ногах и уносилась куда-то прочь, тогда как к нему текла странная зелёная энергия. Очень интересное явление. Можно предположить, что это и есть связь с Эботт. В конце-концов Гастер во многих мирах очень тесно связан с магической составляющей мира и поддержанием в ней баланса.       Санса мы тоже осмотрели, но тот был достаточно посредственным, исключая некоторые особенности в виде примечаний. Указано, что он тоже отмечен духами и является Стражем земли Эботт. Вокруг него тоже сверкала аура, уходящая в землю, но не так ярко, как у того же Гастера. Рискну предположить, что эта земля гораздо благосклоннее относится к Шаману, нежели к Стражу, но при этом не обделяет обоих. Забавно. Я даже успела осмотреть саму себя, но в очках почти ничего не отразилось. Только небольшие всполохи магии земли там, где мы соприкасаемся с ней стопами. Будто тянется и пытается всем своим существом обвить их. Странное поведение магии. Очень странное.       — Занятная у вас тут земля, — хмыкнула, переведя взгляд на заинтересованно склонившего голову Гастера.       — Никогда не слышал, чтобы духи воплощали предметы в руках не дитя Эботт, — подал голос Шаман, подойдя поближе и стараясь рассмотреть магический предмет поближе. Санс в этот момент явно напрягся, судя по полыхнувшей на мгновение магии, но тут же расслабился.       — Не раньше того момента, как я получу в свои руки телефон, — нахмурилась Настойчивость. — Брали ли вы у меня какую-то вещь?       — Интересная коробочка, что издавала звуки музыки? — отвернулся он от меня, начиная перебирать в руках какие-то пучки травы, судя по мелькнувшим названиям.       — Значит был звонок… — сделали мы логический вывод. —Где эта коробочка? — терпеливо задали мы вопрос, надеясь на лучшее.       — Утоли моё любопытство, чужеземка, кто ты и откуда? Тогда я поведаю тебе место, где находится нужный тебе предмет, — немного помолчав, выдвинул условие Гастер. Видимо, очки его не так уж и сильно интересуют, а вот всё остальное — очень даже.       Подумав, мы решили, что лучше так, чем пытаться нападать на местных и вытряхивать телефон силой. Как-то это будет совсем тупо, спасти мир, только чтобы порешать там всех из-за каких-то мелочей.       Следующий полчаса монстры увлечённо слушали историю моей жизни, проясняя для себя очень интересные моменты. Естественно, я предпочла умолчать о множественных копиях миров, чтобы не травмировать сознание местных, но общее представление о том, что мир велик и крайне разнообразен — получили. Пришлось, правда, несколько раз упирать на то, что я всё же человек, поскольку мне не слишком то доверяли в этом вопросе. Учёный в шамане не давал ему сидеть на месте, так что пришлось даже потерпеть некоторое ощупывание под внимательным взглядом молчаливого Стража. Особенно неприятно было, когда Гастер попробовал коснуться отсутствующего из-за лага участка тела. Будто во внутренностях поковырялись, но пришлось стерпеть, просто говоря о том, что это причиняет определённый дискомфорт. А вот летающие рядом ошибки и многочисленные мелкие надписи проблем не приносили. Шаман мог спокойно проводить сквозь них рукой — мы ничего не чувствовали. Только наблюдали за иногда пробегающими оранжевыми строчками «Внешняя угроза».       После этого мероприятия и небольшого прохода по некоторым нашим возможностям мы намекнули на то, что этого должно быть достаточно для того, чтобы нам, наконец-то, отдали нашу вещь. Хотелось поскорее узнать кто мог звонить мне, да и Кросс… необходимо побыстрее его найти. Миров пусть и не много, но это не значит, что найти в них кого-то легко. Особенно прекрасно зная то, что выжили не только хорошие, но и плохие ребятки. Шансы встретиться с ними на узкой дорожке просто чудовищно выросли.       — Спроси у Негасимой Лучины, я просил отнести её этот музыкальный инструмент тому, кто лучше всех в племени разбирается в музыке, — мы внутренне обречённо застонали. Серьёзно?! Всё это было зря? У нас начал дёргаться глаз с таких новостей и мы потёрли виски. Кто такая Негасима Лучина говорить нам не надо. Ториель. И мне нужно с ней поговорить, если я хочу добиться своего. И придётся без применения силы. Если она отдала телефон кому-то, а я покалечу её, то меня ждёт очень плохое время. Мы пусть сильны, но до геноцида опускаться не планировали. Самоутверждаться за счёт местных кажется плохой затеей. Я же сейчас хранитель, а значит нужно поддерживать свою роль. Взялся оберегать — иди до конца. Вряд ли я теперь могу просто скинуть эту проблему на других. Но и Ториель…       Гастер с Сансом, видимо, заметили моё замешательство.       — Может быть кто-то из вас сможет сделать это за меня? Боюсь, что у меня достаточно натянутые отношения с женой вашего вождя, — поджали мы губы, стараясь подавить нервную дрожь.       — Просьбы всегда должны иди от сердца к сердцу. Ты сама должна спросить у неё об этом, — прикрыл глаза Шаман, взяв со стола несколько трав и насыпав их в мешочек, после чего подвесил тот на вбитом в стену деревянном колышке.       — Да, но, боюсь, я не смогу даже подойти к ней, — нервничая, мы сняли с глаз очки, чтобы не видеть разномастные массивы информации и рябящие магические цвета.       — Придётся переступить через свой страх, юная скво. Ты не сможешь прятаться от мира в своём панцире до конца дней своих. Он всегда найдёт путь к твоему сердцу, — улыбнулся Шаман. — Санс, проводи нашу дорогую гостью, — шаман протянул нам какое-то перо, которое мы с трудом вообще разглядели без очков и взяли его, не совсем понимая, чего от нас хотят.       Санс же тяжело вздохнул и подошёл ближе ко мне, укладывая свою руку мне на плечо. Краски мира тут же будто окрасили в негатив, а вестибулярный аппарат почувствовал, что его перевернуло. Хорошо, что у нас уже был опыт в подобных делах, так что рвотой нам оно не грозило.       — Нам повезло, что вождь позвал меня. Иначе мы проделали бы этот путь пешком, — и правда хорошо…       Вокруг раздавался какой-то скрежет и странные звуки, но они будто обходили нас стороной, тогда как Санс старался вообще не поднимать взгляда от пролегающей у ног тропы и шёл вперёд, ведя меня за собой, чтобы уж точно не потерялась.       — Где мы? — задали мы интересующий нас вопрос.       — В Подмирье, — спокойно ответил Страж, тогда как мы снова натянули на глаза Очки, только чтобы тут же их снять.       «Чуть не ослепли!» — пронеслась шокированная мысль. Такая концентрация свободной магии — будто ты решил посмотреть на самую яркую звезду в мире, подлетя к ней настолько близко, что она заслонила собой всё вокруг. Очень странное зрелище.       Пришлось менять Настойчивость обратно на Храбрость. В этой ситуации он нужен явно больше… Да и вызвался он самостоятельно, успев опередить желающее выйти Терпение.       Мы молча проходили мимо проносящихся, словно ветер, мимо нас каких-то кустов, деревьев, иных препятствий и явно очень быстро приближались к конечной точке нашего путешествия. Довольно странный у него вариант телепортации. Я бы даже скорее сказала, что это скорее эскалатор. Ты можешь стоять и попадёшь куда надо, но очень медленно, да и кто знает, что с тобой случится, а можешь идти и сокращать расстояние гораздо быстрее.       Момент, когда мир вернул свои обычные краски мы с аспектами встретили со всей возможной радостью, облегчённо вздохнув под насмешливым взглядом Санса.       — Вижу, у нас гости, Санс, — раздался над нами мягкий мужской баритон, вынудивший нас поднять глаза от пола, только чтобы увидеть местного Азгора. А то, что это был он, даже и думать не приходилось. Выдавали уши и мохнатые лапы. Да и трезубец был при нём.       Страж кратко рассказал кто я такая и что вообще делаю в этом месте, что вождь терпеливо выслушал. Нам же пришлось просто промолчать. Тут и без наших реплик прекрасно справлялись.       — Вёрси… Значит тебе нужна поющая коробочка? — потёр бородку Азгор, чуть прикрыв глаза. — Помнится, Негасимая Лучина действительно искала Пасмурный Звук, — от их имён мне становилось плохо… Господи этого мира, почему у них такие сложные имена? Кто из них кто?       — Мудрый Рог, позволь я пойду с чужеземкой к Негасимой Лучине, — попросил Санс, на что мы встрепенулись. Неужели нам всё же помогут и не придётся контактировать с Ториель лично?! Было бы весьма кстати.       — Нет, Санс, это дело полностью на плечах нашей гостьи, — мы уже успели понять, что к нам тут относятся как-то странно. Особенно если представиться кому-то. Тот же Гастер сразу сменил обращение с равного на превосходящее. Теперь же покровительственное отношение и какие-то нотки воспитателя появились и у Азгора. Не знаю, с чем это связано, но выглядит странно, особенно в свете того, что я могу быть даже старше всего их мира… Понятие времени слишком относительно в альтернативах…       Азгор указал рукой на стоящий ряд местных домов, похожих скорее на какие-то просторные палатки, украшенные цветными полотнами. Точнее, на один конкретный, стоящий в самом центре поселения. Из неё шел небольшой дымок, символизируя о том, что внутри кто-то поддерживает пламя костра или нечто такое. Интересный всё же мир и очень непривычный. Одно дело — знать о разнообразии альтернатив, а совсем другое — лично наблюдать.       Крутя в руке выданное Гастером перо мы несколько раз переводили взгляд с Азгора на Санса и обратно, стараясь дать им двоим понять, что отправлять меня туда одну — плохая, очень плохая идея! Только вот мои невербальные сигналы были проигнорированы и Азгор добродушно попросил нас следовать своей судьбе и довериться духам этих мест, говоря, что они помогут мне найти нужные слова и усмирят тревогу. Верилось слабо.       — Это плохая идея, — высказала я вслух свои недавние мысли, но вождь и страж не отреагировали, лишь молча подталкивая меня к нужному решению. Пришлось сжать зубы и тихо сказать себе, что это просто необходимо для нашего будущего. Нельзя же вечно избегать тех, кто похож на неё…       Сделав резкий выдох, мы телепортировались прямо к палатке, не желая тратить моральные силы на то, чтобы пересилить себя и приблизиться своими ногами, да и больно это. Ранки на ногах до сих пор не зажили и теребить их лишний раз не хотелось.       Последний раз обернувшись, мы заметили, как оба мужчины пристально провожают нас взглядом и взяли себя в руки. Храбрость решил, что нужно идти до конца и отодвинул штору, закрывающую вход в дом.       — Извините за беспокойство, я по делу, — быстро бросил жёлтая душа, сжав кулаки и чуть помяв зажатое в руках перо.       Внутри же, оторвавшись от плошек с едой, сидели трое: Чара, Азриель и Ториель. Ну здравствуй, мой самый главный страх.