Дисперсия

      Назад мы действительно вернулись через час, вполне довольные как сегодняшним днём, так и друг другом. Ну, почти довольные… Некоторые вопросы всё ещё требовали нашего к себе внимания. А потому мы были благодарны тому перерыву, который нам молчаливо одобрил Фреш, свалив в самых первых рядах.       Мёрситейл встретил нас привычным уже гулом голосов множества живущих тут монстров и людей. И пусть абсолютное большинство времени мы проводим в лесах, в других мультивселенных или в своём доме, но даже мы в курсе, что наше небольшое поселение разрослось уже ну просто до неприличных размеров, что уже само по себе говорит о многогранности мультивёрса. Думаю, переплюнуть в этом плане нас может только Омегатаймлайн.       Но тот существует обособленно и даже не считается за полноценный мир. Так что он и сейчас вполне успешно является домом для всех, кто туда попал. Разница только в том, что, если туда ты попадаешь, если бороться уже не собираешься и просто решил дожить свои последние деньки в спокойной обстановке среди таких же несчастных существ, то в Мёрситейле всё несколько иначе. Здесь собрались те, кто хочет надрать задницу той сволочи, которая превратила большую часть вселенной в одну большую консерву.       Казалось бы, те же геноцидные миры должны радоваться, раз теперь человек не имеет такой же силы исправлять свои неудачи. Однако же это значит, что в их мирах более нельзя устранять ошибки. И они копятся. Чем больше проходит времени, тем более плачевным становится их положение. И нельзя сбрасывать со счетов воспоминания, что копятся в мирах при сбросах. Теперь, когда более никто не забывает случившегося, повторяющиеся события сводят обитателей миров с ума.       Одно хорошо: заражённые фрешевостью монстры на это не способны. Так как все их действия и мысли контролирует паразит, они не могут злиться и накапливать в себе весь этот негатив.       — О чём задумалась? — спросил Кросс, идя со мной по правое плечо. Он до сих пор упорно отказывался даже руку мою отпускать, упрямо игнорируя тот факт, что в ближайшее время уходить мы и не собирались. Как и умирать.       — Думаю над всем, что уже успело произойти. Знаешь, прошло так много времени с моего к вам присоединения… Всё, что было до этого, уже успело несколько стереться из памяти, — вообще, это было довольно неприятное открытие для нас всех. Я действительно в некоторой степени потеряла воспоминания. Особенно самые ранние, ещё с моего мира. Думаю, что это вина даже не столько излишне насыщенной и богатой на события жизни после моего падения в ту злополучную дыру, сколько количества повреждённых файлов в моём коде. Даже не уверена, что помню свою жизнь такой, какой она была изначально.       — Хочешь поговорить об этом? — чутко среагировал Кросс на моё моральное состояние. И я была крайне ему за это признательна.       — Да, хочешь поговорить об этом? — с другой стороны, словно снег в июле, объявился Эпик, радостно потирая руки друг о друга, словно гигантская муха.       — Конечно, всю жизнь хотела поделиться с тобой своими переживаниями, сенсей. Неси коньяк и пять стаканов! — иронично хмыкнула, уже практически не пугаясь от таких внезапных появлений. Разве что глаз иногда подёргивается, но это особенность всех живых существ, что контактировали с Эпиком хотя бы раза два.       — Значит вот чего нам не хватало для посиделок! Братан, ну ты бы так и сказала. Дядя Эпик всегда готов достать для тебя бутылочку-другую, — жестом фокусника достал он из своего внутреннего кармана полную бутылку янтарной жидкости.       — Эпик, ну твою же мать… — устало и чуть зло посмотрела на Эпика, разуверившись в его интеллекте. — У тебя всё это время был алкоголь и ты молчал?! — быстро отобрала я у него из рук бутылку, прижимая её к груди свободной рукой. Да будь у меня это знание раньше, я бы давно уже опустошила все его запасы, с такой то жизнью.       — О-о-о! А я всё это время по другим мирам бегал, чтобы найти собутыльника, — оценил мой порыв Эпик, радостно сверкая глазом. — Тогда, думаю, нам есть что отпраздновать с ней этим вечером.       — Это точно, — усмехнулась, проведя глазами по округе и натыкаясь на одного знакомого Папируса, активно машущего, судя по всему, мне. Видимо, я слишком давно не появлялась в альтернативе.       — Э-эй! Вёрси! Подойди на минуточку! — ну точно, мне. Хотя, будем честны, им нужна не я, а Доброта.       — Ну вот, только соберёшься расслабиться, как сразу понабегут с просьбами, — тяжело вздохнула, нехотя отдавая бутылку обратно Эпику, — это наверняка надолго, ребят. Извините, значит, не в этот раз, — искренне расстроилась такому повороту событий, ведь сегодня был действительно тяжелый день. — Иду! — крикнула уже громче, чтобы Папирус меня услышал.       Виновато улыбнулась Эпику и чмокнула в скулу Кросса, перед тем, как быстро от них отойти.       — Эй! Я тоже хочу поцелуй! — раздалось позади. — Ай, братан, остынь! — последовало мгновенное наказание. Ах, звук затрещины — музыка для моих ушей.       Подходя к Папирусу, я уже примерно представляла, что от меня потребуется, а потому была совершенно не удивлена его дальнейшей просьбе.       — Привет, Вёрси! У нас тут закончилась исцеляющая и регенерирующая еда для раненых и разведки. Не могла бы ты нам помочь?       — Сколько нужно? — уточнила, стараясь прикинуть, сколько времени у меня на это уйдёт.       — Не хотелось бы тебя сильно напрягать, — чуть замялся скелет, чем заставил меня напрячься. У них ведь должны были быть запасы… — но нам нужно хотя бы по сотне порций каждого вида.       У нас чуть глаза на лоб не полезли от таких цифр.       — Случилось что-то серьёзное? — это было единственное объяснение того, почему им нужно было настолько много лечебной провизии. Даже с нашим резервом это будет сделать… Сложно. Тем более вне состояния уникальности резерв уменьшается в четыре раза. То есть сейчас мне доступно чуть больше шести тысяч единиц маны. Я могу активировать шляпу, подняв на планку почти в восемь тысяч. Но тогда перестанет работать привычная регенерация. По подсчётам, я могу восстановить двенадцать единиц манны в минуту, то есть полное восстановление резерва на данный момент идёт за восемь часов. Если тратить по минимуму… Допустим, двадцать единиц на порцию… Я смогу приготовить 276 порций, без учёта регенерации. Уйдёт у меня на это часов пять. За это время я смогу восстановить 3600 единиц манны. Следовательно, за пять часов работы у меня выйдет сделать 456 порций. Да, мы справимся. Но будем выжатыми, словно лимон.       «Скажем спасибо Настойчивости, что помогла сделать все расчёты мысленно. Хоть кто-то из нас не гуманитарного склада ума…» — Доброта со Справедливостью возмутились подобной клевете, но оставили своё мнение при себе, не желая сейчас начинать спор на пустом месте.       — Вёрси! Эй! — помахал у нас перед носом Папирус, заставив несколько раз моргнуть в попытке сосредоточиться. Как-то мы глубоко ушли в расчёты, позабыв о самом просителе.       — А? Да, прости, просто удивились. Не каждый день у нас просят столько еды, — поскребли мы скулу, сосредоточившись на том, что говорит Папирус.       — Прости, но у нас действительно есть кое-какие проблемы в последнее время, — тяжело вздохнул… Как же его здесь зовут-то? Ай, ладно, не важно. — Так как мы нашли логово противника, теперь вылазки проходят только на оценку ситуации. Но ты и сама знаешь… — печально покачал он головой, намекая на толпу наших врагов. Да, не одни мы скакали по мирам, пытаясь собрать всех, кого можно. Только вот если мы действовали с грацией слона в посудной лавке, то у наших любителей живых консерв всё получается куда более тонко.       — Понимаю. Значит пора приступать, — уверенно кивнула, параллельно сбрасывая СМС-ку Кроссу о том, что задержусь я на несколько большее время и они могут потусоваться там без меня. — У вас вообще есть столько продуктов?       — Да, Фреш распорядился, чтобы мы достали их для тебя, так что всё уже готово, — покивал Папирус, довольный своей работой. Я же поморщилась. Вот откуда растут ноги у моей невозможности отдохнуть.       — Тогда пошли, чем раньше начнём — тем раньше я напьюсь в хлам! — смена на другой аспект произошла достаточно заметно. Если раньше мы считали, что тратим на это мгновение, то сейчас, как следует распробовав «вкус» Уникальности, подобные переходы ощущались особенно остро.       — Эм, ладно? — почесал тот макушку, ведя меня на Кухню.

***

      — Я надеюсь, что в этом доме для меня найдётся кружка-другая алкоголя, мои дорогие друзья, иначе я за себя не ручаюсь! — с ноги открыла дверь, понимая, что в этом теле в рабочем состоянии остались только нижние конечности. Да и то: не факт. Доброта вырубился ещё пять минут назад, сразу после того, как закончил последнюю порцию оладушек. И мы остались с благополучно опущенным до последнего порога резервом. Только тогда над нашими уставшими душами сжалились, напоили чаем и отпустили на все четыре стороны.       И какого же было моё удивление, когда за место следов пьяного кутежа, в доме меня встретили вполне трезвые друзья, да ещё и, что вдвойне удивительно, с накрытым столом.       Мы с трудом поверили своим глазам. Даже попробовали добудиться Доброты, чтобы он помог нам избавиться от коллективного глюка, но нет. Даже ущипнув себя, мы всё так же продолжали видеть еду на столе. Тут не было чего-то экстравагантного, но даже обычная лапша с котлетками это не то, что все мы ожидали увидеть.       — Кто вы такие и куда дели моих друзей? — в шутку хмыкнули, закрывая за собой дверь.       — Братан, я же говорил, что это окостенительная идея, — довольный собой Эпик гордо водрузил на середину стола отдающую янтарным оттенком жидкость.       — Где вы это украсть-то успели? В другой реальности у кого-то? — решили мы всё же поинтересоваться, в тайне надеясь, что обошлось хотя бы без уничтожения половины чужой АУ.       — Эй! Как грубо! — надулся любитель пафоса, но его перебил Абисс.       — Мы решили, что этот день действительно был слишком сложным для нас всех, так что решили устроить небольшую вечеринку, чтобы расслабиться и отдохнуть.       — И мы сделали это всё сами! — вынырнул из кухни Папирус, неся в руках две тарелки спагетти, вызывая на нашем лице улыбку. Эти Папирусы и их любовь к макаронам… очаровательны.       — Секундочку… Мы? — моргнув, уточнили этот момент.       — Да, поучаствовали все, — довольно кивнул Папирус, тогда как я недоверчиво и теперь с небольшой опаской посматривала на накрытый стол.       — Все? — с нажимом повторили мы вопрос, но теперь уже обращаясь напрямую к Эпику.       — Я помогал эпически сервировать стол, — довольно кивнул скелет, на что мы облегчённо вздохнули. — Эй! Я всё вижу!       — Мы бы не стали допускать его до готовки, не волнуйся, — Абисс знал, как успокоить, за что мы были ему благодарны.       — И ты, Брут! — драматично упал на пол Эпик, обречённо повесив голову вниз.       Мы только и могли, что посмеяться, глядя на этот театр одного актёра. Но был и ещё один вопрос, который хотелось задать:       — А где Кросс? — это было достаточно интересной темой.       — А, он пошёл звать нашу Ягодку, — отмахнулся Эпик, уже примеряясь к месту на диване.       — Ягодку? — мы моргнули, не сразу сориентировавшись, кого именно он имеет ввиду, но потом дошло. — Блуберри?       — Бинго, братан! — думаю, Блу понравится его кличка. Довольно милое обращение для такого, как он.       — А как давно ушёл Кросс? — поспешили мы тоже занять место за столом, ведь стоять уже было невмоготу. Подвинув Эпика, тоже примостилась на диван. Мы были тронуты заботой друзей, но и усталость уже начинала брать своё. Можно было бы, конечно, съесть парочку таблеток и восстановить резерв, но в спокойной обстановке я бы хотела обойтись без этого.       — Думаю, что должен вернуться с минуты на минуту, — поставил на стол тарелочки Папирус, тут же удаляясь за следующими порциями. Видимо, закончили они не так давно.       И действительно, не прошло и пары минут, как дверь на улицу снова открылась, впуская в дом компанию из трёх монстров, одного из которых в ближайшее время я и не думала увидеть.       — Стрэтч?! — подорвались мы с дивана, круглыми глазами уставившись на любителя покурить. Даже сейчас он не изменял себе в своей ужасной привычке.       — Йо! Давно не виделись, человек, — приветливо махнул он рукой. Мы тут же вышли из-за стола и подошли к нему, позволяя себе заключить его в тёплые объятия. — И я рад тебя видеть.       Душа, мигнув, тут же снова перешла в Уникальность, параллельно доставая из сна даже Доброту.       — Это что-то новенькое, — хмыкнул скелет, заинтересованно осматривая меня с головы до ног и даже убирая сигарету.       — Видишь? Видишь? Я же говорил, что Вёрси стала ещё круче! — воскликнул Блуберри, махая руками в воздухе от переизбытка эмоций.       — У тебя получается всё легче, — улыбнулся подошедший поближе Кросс, сплетая со мной пальцы.       Мы же широко улыбнулись и, наверное впервые, поцеловали Кросса на глазах у всех.       — О-о-о! — послышалось с разных сторон, тогда как мы задорно улыбнулись, стоило только оторваться от слегка удивившегося, но отвечающего со всем пылом возлюбленного.       — Вы тут ещё потра… — звук затрещины был уместен, как никогда. Эпик никогда не научится.       — Когда-нибудь кто-нибудь тебя за это прибьёт, — улыбнулись мы пафосному.       — Неужели не ты, братан? Кажется, недавно ты заявляла, что будешь в первых рядах, — параллельно с беседой он ловко открыл бутылку, наполняя семь стаканов алкоголем.       — Именно, ведь чтобы надрать тебе твой несуществующий зад, им сначала придётся пройти через меня, — замечание было встречено громким смехом и фырками.       — Ав-в-в, как мило, братан! Я знал, что ты любишь старого-доброго Эпика! — теперь уже натурально расплакался телепортировавшийся ко мне любитель пафоса, фонтанируя фиолетовой магией из глазниц. Вот шельмец, а.       — Чувак, я тоже тут, — недовольно сказал Кросс, на которого, в большей степени, попал весь устроенный слезоразлив.       — Точняк, братан! — теперь от удушающих объятий страдала не только я, но и страж.       Благо, что на помощь нам пришел Абисс, оперативно скрутивший скелета своими цепями и оттащивший его обратно на диван.       — Тут всегда так весело, — хихикнул его брат, уже принёсший с кухни всё, что только мог, и сел рядом.       — Иногда даже слишком, — в ответ улыбнулся Абисс, разматывая цепи обратно. Держать пафосного уже не нужно было, тот успокоился и просто кидал на Абисса жалобные взгляды побитого щенка.       — Похоже, уход от прошлой компании очень хорошо на тебе отразился, — заметил стоящий позади Стретч, на что мы с Кроссом удивлённо переглянулись. — Не припомню, чтобы под защитой наших звёздных приятелей ты так улыбалась.       Его замечание оставило двоякое ощущение, но вскоре я кивнула, признавая, что, пусть и не нарочно, но получилось даже лучше, чем могло бы быть.       — Пожалуй, да, тут я действительно гораздо счастливее, — даже не смотря на все неприятности и ситуации, что уже успели произойти, это гораздо лучше того варианта, при котором я бы осталась со Звёздными.       — Ну и чего вы там шепчетесь, братаны?! Живо за стол, иначе опьянеть вы сможете только от атмосферы! — задорно подал голос уже изрядно уставший ждать Эпик, приглашая нас присоединиться к празднику.       — Почему не позвали нас раньше? Я бы помог сделать вам самые крутые тако! — Блуберри оправился первым. От его слов меня, Стретча и Эпика перекосило. Какое счастье, что послали за ними уже в самом конце… Только странно, что Кросса. В конце-концов, он был тем, кто принёс все эти неприятности.       — Как ты вообще смог их уговорить пойти с тобой куда-то? — наклонившись, шепнула я стражу, на что он поморщился и потёр рёбра.       — Мы поговорили по душам и уладили пару моментов, — ответил монохромный, на что я хмыкнула, сразу понимая, о чём идёт речь.       — Значит тебе тем более нужно продолжить примирение, — сжали мы его пальцы, садясь за стол.       — Ну что, братаны! Мы собрались здесь сегодня, чтобы отметить исключительную эпичность нашего человека! И не важно, в надирании ли жоп или общении с таким крутым мной, но благодаря тебе мы все можем спокойно есть печеньки каждый день! За тебя, братан-человек! Кампай! — выставил он стакан вперёд, на что мы сделали то же самое.       — Кампай! — раздалось чуть в разнобой, но он этого не менее тепло.       — А-а-а! Это что такое?! — Блуберри не церемонился и выпил стакан залпом. Видимо, тот не сразу сообразил, что там находится кое-что покрепче сока.       — Коньяк? — вопросительно взглянули мы на Эпика.       — Конечно, — поднял он большой палец, радуясь. — Не поверите, где нашёл! — его одухотворённая речь вызвала всеобщее подозрение, озвучить которое решил Абисс.       — Не говори, что этот алкоголь из какой-нибудь альтернативы, где с его помощью кого-нибудь пытали, — мы всем составом дружно посмотрели на собственные стаканы, невольно холодея.       — Нет, конечно, за кого вы меня принимаете?! — возмутился Эпик. — Я одолжил парочку бутылок у Бога-алкаша, — гордо вздёрнул он подбородок, словно это что-то, чем надо гордиться.       — Чувак, ты, что, ограбил бога? — охреневши посмотрел на друга Кросс. Пусть и знакомый с характером приятеля, но даже он не ожидал такого поворота событий.       — Да ладно вам, от него не убудет, братаны. Зато мы как следует оттянемся! — мы же перебирали в голове сохранённые нами альтернативы. Судя по нашей информации, подобных миров в нашей коллекции нет. Он нашёл один из тех миров, что украла Альфис?       — Только не втягивайте в это моего брата, — индифферентно пожал плечами Стрэтч, когда как Блу с задумчивым видом смотрел на стакан с остатками коньяка… Тут же их допивая. А кто-то втянулся.       — Между первой и второй объявляем братанский перерывчик! — неожиданно провозгласил Эпик, подрываясь из-за стола и убегая куда-то из дома.       — А он активный, — в полной тишине прозвучал дружелюбный голос Папируса.       — Ты хотел сказать безумный? Отбитый? Не в ладах с головой? — каждый из нашей команды предложил собственный вариант. И каждый очень даже точно отражал характер этого ужаленного в тазовые кости скелета.       — А расскажите, что происходило всё то время, пока нас не было? — любопытно подал голос Блуберри, сверкая небольшим голубым румянцем на скулах.       — Даже не знаю с чего начать, — серьёзно задумались мы над этим вопросом, ведь, с одной стороны, произошло не так много событий, а с другой они были несколько излишне масштабными.       — Давай с того, как ты стала Хранителем Альтернатив! — нетерпеливо заёрзал на месте Блу, сверкая звёздами в глазницах.       — Нам, кстати, тоже интересен этот момент, ведь в тот день ты была одна, — поддержал его Абисс.       — Я бы тоже послушал, — Кросс максимально тихо обратился ко мне, чтобы об этом не слышали Стретч с Блу. Он до сих пор чувствовал себя в их компании не в своей тарелке, что не удивительно.       Под столом я взяла руку Кросса в свою, показывая, что даже сейчас я буду оставаться на его стороне. Даже не смотря на то, что он сделал.       — Ну тогда слушайте… — набрала я воздух в лёгкие, уже зная, что эта история немного затянется.       — Стоять! Это полиция мемов! — с ноги ворвался в дом Эпик, с трудом удерживающий в руках сразу с десяток бутылок, идентичных той, что сейчас стоит на столе.       — Да, давай, ломай её полностью, мы же миллионеры! — вскинула я вверх свободную руку в выражении негодования. Да эту дверь я выбирала две недели! И заставляла делать её местных строителей столько же.       — А вот и первый нарушитель! — довольно улыбнулся скелет, со звоном сгружая свою ношу на общий стол. — В наказание тебе полагается штрафная бутылка, братан-человек! — отлевитировал он мне на колени бутыль, заставив охнуть от того, насколько она холодная.       — Эпик, ты издеваешься? — недоумённо изогнула я бровь, всё ещё уповая на то, что он сжалится.       — Наказания не обсуждаются! — хитро сверкнул глазами этот любитель откровенных издевательств.       — За раз всё равно не смогу. Боюсь, это будет излишне смертоубийственное мероприятие.       Эпик был бы не Эпиком, если бы не начал настаивать на своём, но, благо, у меня был собственный защитник в лице Кросса, спасшего меня на этот раз от острого алкогольного опьянения.       — Чувак, давай как-нибудь в другой раз, лады? — пожалуй, только он мог в этой ситуации справиться с этим монстром.       — Братан, да ладно тебе! Разве тебе не интересно, какой она становится, когда выпьет? — заговорщицки пошевелил он надбровными дугами, сманивая его на тёмную сторону.       И это бы, возможно, сработало, судя по задумчивому лицу стража, но прищуренный взгляд и на секунду проявившийся нож около причинного места творят чудеса дипломатии.       — Нет, чувак, это стопроцентно плохая идея. Даже не думай об этом. Это самое ужасное, что ты только мог предложить, — стекал по его черепу холодный пот, но мы внутренне успели не мало посмеяться с этой ситуации.       — Ну что за балаган, — покачал головой Абисс, которого со всем своим несуществующим рвением поддержал Стретч.       — Да ладно вам, весело же, — не согласился с ювелиром собственный брат, чем вызвал в последнем такое выражение лица, словно в этот момент его не иначе как предали.       — Так что там было то в Дудл Сфере? — успокоил веселье, как ни странно, Блу.       Действительно, что-то мы отвлеклись от самого главного.       — О? Время историй? — тут же телепортировался на своё место Эпик, приготовившись слушать любого, кто начнёт говорить.       — Да, секундочку… кхм… кхм… — прокашлялись мы, чтобы оттянуть немного момент истории, но всё же начали…

***

      История заняла порядка целого часа, ведь всем были интересны подробности того, что же я там видела, чувствовала, а так же все те решения, что последовали из этого.       Было несколько не комфортно рассказывать о своём знакомстве с одной из Ториель или о ситуации, когда я приняла решение умереть, чтобы помочь другому миру возродиться, но с этим мне помогал Кросс на пару с Эпиком. Ну, как помогали… заливали в меня стакан за стаканом, банально спаивая. Конечно же это здорово раскрепощало и без того не самых скромных нас.       И, стоило закончиться одной истории, как настала пора следующих.       Эпик рассказал, что в своём мире он был одним из главных учëных и вполне успешно противостоял и до сих пор противостоит, как бы это не звучало, но монстрам, рождённым в его собственном разуме. Оказывается, наш самый не разумный камрад обладает одной маленькой особенностью... Глазом, дающим ему бессмертие и постоянную прокачку навыков.       Кросс поделился моментами из прошлого и о том, как узнал, что из себя представляет Х-Гастер, о Чаре, о Фриск и о том, как он связался с Найтмером. Было несколько грустно слушать такую мрачную историю, полную боли и страданий родного существа. И, в то же время, мы наполнялись гордостью, что нашу половинку это всё так и не сломило до конца.       Удивительно, но Абисс тоже поделился историей своего мира и о том, что артефакты, потерянные из его мира, имеют настолько колоссальную энергию, что способны сдержать демонов прямо у самого порога в течении многих десятилетий. Удивительно мощные артефакты и удивительно безалаберное обращение с ними.       Папирус тоже не остался в стороне и поделился несколькими историями из своих скитаниий по мультивселенной. Оказалось, что он, так же как и его брат, делал всё, чтобы его найти, разве что носом землю не роя.       Не остались в стороне и братья из Андерсвап. И если Блу решил поведать увлекательную историю о том, как же всё-таки он научился настолько убийственной кулинарии, то Стретч удивил. Никогда бы не подумала, что он настолько близко знаком с Эррором. Было несколько удивительно знать, что, оказывается, Блуберри когда-то похищали и держали в плену, пока его брат сбивался с ног.       Ну и, под конец, Эпик резко вспомнил, что когда-то я обещала ему и всем здесь находящимся одну занимательную историю. Историю того, как я попала в подземелье.       — Ну, вы сами попросили, — коньяк уже ощущался практически как вода. И я, облокотившись на Кросса, устроилась поудобнее, дабы выудить из своей памяти те последние крохи информации, что там всё ещё хранились. — Тут не было чего-то особого, так что, возможно, я вас разочарую.       — Да давай ты уже, не тяни, — пьяненько раздалось от Блуберри, который уже почти дремал лицом в своей тарелке.       — Этому столику больше не наливать, — отобрал у него стакан Стретч, кивая мне, чтобы я начала говорить.       — Хах, ну, слушайте…