принц и принц

      Мидории двенадцать, и все его тело нестерпимо чешется.       Парадный костюм душит, подмышками зудит, а Дружественный бал проходит хуже некуда. Пойдем на Дружественный бал, Изуку, ерничает он мысленно. Ты отлично проведешь время, Изуку. Может, тебе доведется увидеть Всемогущего, Изуку. Прошло четыре часа, как они прибыли на торжество, а он даже мельком Всемогущего не видел, и теперь, вдобавок ко всему, потерял из виду свою мать в вихре разноцветных платьев и парадных костюмов.       Он уворачивается от мужчины в темно-синем мундире, на боку которого сабля с позолоченным эфесом. Перескакивает с ноги на ногу вокруг пары в лиловых нарядах, едва не спотыкаясь о тянущийся по полу подол платья женщины. И затем чудом избегает столкновения лоб в лоб с индэверийцем, облаченным в золото − цвета и металл, − на его груди гордо сверкают медали. Единственное, чего Мидория сейчас отчаянно желает, − это найти красного, как вино, цвета юбки своей матери и оказаться в окружении своих соотечественников, а не представителей всех других королевств.       Бальный зал грандиозен в своей чрезмерной роскоши − такой типичной для Индэвера. Куда ни глянь, нельзя сделать и шагу, чтобы случайно не наступить на чей-либо сапог или туфельку, так много чужеземцев вокруг. Каким-то образом слугам, одетым во все черное, удается лавировать между беседующими без лишних усилий, в то время как Мидория едва протискивается между взрослыми, передвигаясь со скоростью улитки.       В конце концов, он бросает свои попытки отыскать мать, которую, вероятно, окружили придворные библиотекари других королевств, и направляется к фуршетному столу с hors d'oeuvres (п/п: “закуски” в пер. с фр.я.). Он берет печенье, стараясь не попасться на глаза слуге, что просит гостей использовать щипцы и фарфоровые блюдца. Мидория просто хочет поесть свое печенье и посидеть в уголке, горюя по каждому принятому решению, которое привело его к тому, что он умудрился потеряться в незнакомом месте в чужом королевстве в перекрывающем весь кислород костюме.       По правде говоря, он едва сдерживает слезы. Он всего лишь хотел увидеть нынешнего Всемогущего − легендарного героя своей деревни и текущего правителя их королевства, − может быть, услышать его речь, а если повезет, то поговорить с ним. Но как осуществить свое желание, если они с мамой разделились, да и членов королевской семьи охраняют так, что приблизиться к ним почти невозможно?       Горло Мидории стискивает. Он давится слезами разочарования и страха, а может виной тому высокий воротник его костюма, медленно убивающий его. Что бы это ни было ему нужен глоток свежего воздуха. Мидория толкает одну из богато украшенных дверей бального зала и ступает наружу, в блаженно прохладный и чистый воздух.       Он оказывается в своего рода саду, где среди цветов и искусно подстриженных кустов журчит красивый фонтанчик. Тенистая зелень, озаряемая одним лишь лунным светом, радует глаза Мидории, уставшие от ослепительного света, переливающегося золота и сверкающих драгоценных камней бального зала. Он не понимает, как индэверийцы выносят все это. Ему милее простая роскошь дворца Юэй, что гораздо скромнее по сравнению с индэверийским.       Зато этот сад настоящая жемчужина посреди излишеств Индэвера. Мидория улыбается и касается белого бутона распустившегося цветка. Глупые, думает Мидория. Вам бы цвести при свете дня.       Здесь дышать становится легче, и теперь, вдали от скопища людей, он успокаивается, а тревоги отступают. Он приближается к деревянной беседке в центре сада в окружении кустов со странными белыми цветами. Он быстро переведет дух в тишине сада и вернется на бал, чтобы снова начать поиски мамы.       То, что беседка занята, Изуку замечает не сразу. Сперва он открывает рот, чтобы извиниться за вторжение. Но увидев, что человек перед ним одет в ослепительно белое, а значит он − член королевской семьи, Изуку захлопывает рот. Только тогда он отмечает еще несколько вещей: человек перед ним − его сверстник и обладатель волос молочно-белого цвета, как луна в небе, и таких же красивых. Он вновь распахивает рот, из которого вырывается бессвязный звук, напоминающий стон умирающего животного.       Мальчик поворачивает к нему голову, открывая взору свою левую сторону и волосы цвета солнца на закате, яркие даже в темноте.       Мидория, как и всякий здравомыслящий человек на его месте, падает на колени, кланяясь до земли, и сдавленно восклицает:        一 П-Прошу прощения, Ваше Высочество! Я не знал, что здесь кто-то есть! Прошу простить меня за вторжение!       Молчание. Мидория не смеет оторвать лоб от земли.        一 Кто ты?       Он в панике вскидывает голову, чтобы встретиться взглядом с мальчиком.        一 Мидория Изуку, родом из Юэй, к вашим услугам!       Снова молчание, и неторопливое моргание.        一 Тебя прислал мой отец?       Отец. Отец? Мидория стремительно бледнеет. Погодите, да кто он такой? Черт, черт, черт... почему я так легкомысленно относился к маминым урокам по королевским родословным? Ах да, потому что я и вообразить не мог, что столкнусь с одним из представителей лицом к лицу как сейчас! Так, это все не важно, важно понять, кто перед ним. Из Райэта ли он? Или, может, Уравити? Плохо, я не имею ни малейшего понятия, к какой из ветвей королевской семьи он принадлежит...       В конце концов, Мидория осторожно произносит:        一 Ваш отец, Ваше Высочество?        一 Что ж, по-видимому, нет, − проговаривает он. Судя по всему, Мидория угадал его титул; мальчик не выглядит оскорбленным или удивленным и спокойно отзывается на “Ваше Высочество”.       Как и ожидалось, незнакомец не заинтересован продолжать разговор и переводит взгляд с Мидории обратно на белый цветок в руке. Он проводит по лепесткам с нежностью, от которой Изуку вновь опускает голову, отчего-то смущаясь.        一 Что ты здесь забыл? − вдруг спрашивает мальчик.       Мидория, не зная, как ему выкрутиться, съеживается на земле.        一 Я, э... Ваше Высочество, я... хотел отдохнуть от празднества? Но раз я доставляю вам неудобства, я лучше вернусь. Господин.        一 Ты мне не мешаешь, − говорит он.       Так, ну и что теперь прикажете ему делать? Мидория надеялся улизнуть с этими словами, а теперь вынужден остаться и вести мучительно болезненный диалог. Прошу, отпусти меня, умоляет Мидория беззвучно.        一 Могу... могу я сделать что-нибудь для Вашего Высочества?.. − предлагает Мидория на грани слез от напряжения, возникшего из повисшей между ними неловкой атмосферы.        一 Можешь звать меня просто Тодороки, − говорит мальчик. − Постоянно обращаться ко мне с “Ваше Высочество”, должно быть, утомительно.       Мидория разгибается и как есть на коленях отползает от юноши с такой прытью, что сидящий перед ним мальчик изумленно дергается.        一 Тодороки? − хрипло переспрашивает Мидория. − То есть принц Тодороки из Индэвера? Значит, вы − наследник престола? − Он в ужасе хлопает себя рукой по губам, когда его осеняет, что он только что признался в том, что не узнал принца Тодороки, сына короля Тодороки и главы королевской семьи Индэвера. Хозяев этого Дружественного бала.        一 Ты не знал, кто я? − интересуется Тодороки.       Мидория − труп. Он − труп, мертвец, покойник, так и не увидевший Всемогущего своими глазами.        一 Любопытно, − говорит Тодороки и не отрывает глаз от Мидории. − Я прежде не встречал человека, который не знал бы моего имени.        一 Я... я знаю, кто вы! − возражает Мидория. − Я просто... не узнал вас в лицо, Ваше Королевское Высочество. Приношу свои искренние извинения.        一 Не обязательно говорить так формально, − замечает Тодороки.        一 Обязательно. Ваше Высочество.        一 Почему? Здесь нет никого кроме нас с тобой.        一 Но... но вы королевских кровей!        一 И что?       Мидория смотрит на него, разинув рот. Так это не правда, что индэверийцы помешаны на иерархии? Разве они не отстаивают почтительное и учтивое отношение к тем, кто выше них по статусу, с агрессивным рвением? Мидория прищуривает глаза.        一 Вы и правда принц? − спрашивает он с внезапно зародившимся подозрением.       Тодороки на его слова фыркает, будто смеется.        一 Правда. Но мы с тобой примерно одного возраста, разве нет? Почему тебе надо обращаться ко мне также, как люди обращаются к моему отцу?        一 Так заведено, Ваше Высочество, − отвечает Мидория, поднимаясь с колен и отряхивая грязь с костюма.        一 Посиди со мной, − велит ему Тодороки внезапно. − Ты интересный.       Огорошенный, Мидория послушно садится напротив него.        一 Отец запретил мне разговаривать с кем-то помимо чужеземных сановников и других членов королевских семей, − говорит Тодороки. − Но с ними скучно. Они лишь хотят поднять свой статус, поэтому стараются со мной сблизиться.        一 Вам нельзя общаться с другими детьми вашего возраста, Ваше Высочество? − спрашивает Мидория.        一 Если ты еще раз назовешь меня "Ваше Высочество", я заплáчу, − говорит Тодороки. Мидория с тревогой обнаруживает, что по абсолютно бесстрастному выражению лица принца он не может понять, серьезен тот или шутит.        一 ...Тодороки-сама, − уступает Мидория.        一 Уже лучше. Да, я не должен общаться с простолюдинами, несмотря на то, что все приглашенные на Бал − лучшие из лучших своего государства. Мы обязаны четко соблюдать границы, установленные иерархией.        一 Тогда... мне стоит уйти? − предлагает Мидория.        一 Напротив, − отвечает Тодороки. − Ты должен остаться, чтобы потом я доложил отцу о крайне захватывающем разговоре с мальчиком из незнатного рода, который к тому же родом из Юэй. Он придет в восторг.       Мидорию с внезапной ясностью осеняет, что он каким-то образом влез в семейный раздор, о серьезности которого думать ему не хотелось. Особенно, если принять во внимание, что в разногласие это вовлечен сам правитель Индэвера, с которым два года назад Юэй заключил хрупкое перемирие.        一 Извини, − произносит Тодороки. − Я не должен впутывать тебя в свои глупые семейные разборки. Ты волен уйти, если пожелаешь.       Мидории так и стоит поступить. Ему нужно найти свою мать, вцепиться в нее и не отпускать, пока они благополучно не вернутся в Юэй. Но…        一 Чем вы тогда займетесь?        一 Вернусь на бал, полагаю, − говорит Тодороки, хмурясь.        一 Звучит так себе, − говорит Мидория и откидывается на спинку скамьи, устраиваясь поудобнее.        一 Так и есть, − соглашается Тодороки. Мальчик выдыхает, а в его глазах появляется и исчезает намек на облегчение. − Итак. Правда ли то, что ваш Всемогущий выбирает себе преемника, а не передает трон по наследству?        一 Да! − отвечает Мидория, оживившись. Он тут же хватается за возможность поговорить о Всемогущем. − Покушения на правителей прекратились с тех пор, как мы начали выбирать “Всемогущего” на место монарха. Нынешний Всемогущий, Тошинори-сама, − герой деревни, откуда я родом. Он спас из пожара сотню человек, не переставая улыбаться.        一 Вот как? По этой причине его избрали следующим правителем? − интересуется Тодороки.        一 Да, но не только, − говорит Мидория. − Он славится своей добротой, силой и способностью принимать мудрые решения в смутные времена. Все на него равняются, так что, думаю, вполне естественно, что он был выбран как следующий правитель. Ну, обычно выбор падает на того, кто служит королевской семье.        一 Но, насколько мне известно, в его роду никто не обладал Причудой? − спрашивает Тодороки. − И все же у Всемогущего едва ли не самая сильная Причуда, чем у всех представителей королевских семей. Как нечто подобное можно передать?       Улыбка Мидории на мгновение теряет свою яркость.        一 Это королевская тайна, − говорит он. − Никто, кроме Всемогущего, этого не знает. В противном случае Причуда может попасть не в те руки.       Тодороки задумчиво вертит цветок в пальцах.        一 Я всегда считал Юэй самым красивым и интересным из пяти королевств, − признается он. − Ваши люди отличаются скромностью, которая обычно вызывает презрение у других королевских семей, но вы бесспорно могущественны. − Он опускает цветок. − Было бы лучше, родись я в Юэй, − проговаривает он глухо.        一 Тодороки-сама? − зовет Мидория.        一 Ничего, − бурчит Тодороки.       Изуку тяжело сглатывает.        一 Вы − первая королевская особа, которую мне довелось встретить, − говорит он. − Должен признать... вы совсем не такой, каким я вас себе представлял. А ведь вы принадлежите к индэверийской знати! Я считал, вы будете весь из себя, грозный. − Мидория пожимает плечами. − Поэтому... хочу поблагодарить вас. За то, что вы совсем не пугающий. Я ничего не знаю о вас и вашей семье, но думаю, что Тодороки-сама − добрый человек.       Тодороки смотрит на него как на диковинную зверушку. Мидория пищит:        一 Неужели я сказал что-то неуместное? Пересек черту? Я п-прошу прощения!        一 Меня еще никто не благодарил за доброту, − говорит Тодороки. − Никто не называл меня добрым.        一 Я считаю, вы очень добры. А еще умны! И величественны!        一 Теперь ты мне просто льстишь.        一 А вот и нет!        一 А вот и да.        一 А вот и нет.        一 А вот и да.       Они оба замолкают, сверля друг друга глазами, как вдруг Мидория прыскает. Подумать только, Изуку, обычный простолюдин, которому не повезло потеряться, сейчас сидит и смеется вместе с наследным принцем Индэвера. Тодороки снова весело фыркает. Затем, почти застенчиво, он спрашивает:        一 Хочешь, покажу кое-что?       Мидория кивает.       Тодороки поднимает руку и принимается снимать перчатку, палец за пальцем. Он убирает перчатку в карман и касается пальцем поверхности стола. От места соприкосновения кожи с деревом расползается тончайший, будто паутинка, ледяной узор. Лед становится плотнее, тверже и вдруг свисает с краев стола в виде толстых сосулек, покрытых инеем.       У Мидории перехватывает дыхание. Когда он все-таки выдыхает, из его рта вырывается клубок пара.        一 Тодороки-сама... − шепчет он потрясенно. − Неужели это...        一 Моя Причуда, − говорит тот тихо. − Да.        一 Невероятно, − произносит Мидория. − Я никогда не видел ничего подобного.        一 Это еще не все, − говорит принц и вытягивает левую руку. Из кончиков его пальцев вырывается язычок пламени, разрастаясь и покрывая кожу, пока полностью не поглощает его руку.       Глаза Мидории широко распахиваются.        一 Лед и пламя?       Тодороки кивает.        一 Я унаследовал идеальное сочетание Причуд своей мамы и отца. Можешь прикоснуться, если хочешь.        一 Э? − выдает Мидория. − К огню? Я же обожгусь!        一 Нет, − говорит Тодороки. − Доверься мне.       Мидория, как ни странно, доверяется. Он протягивает дрожащую руку, ощущая жар прирученного Тодороки пламени еще до того, как прикасается к рыжим язычкам. Он колеблется. Встречается взглядом с Тодороки. В его глазах нет агрессии, все та же открытость, та же уязвимость, которую он показал, поведав Мидории о своей причуде. Мидория касается протянутой ему ладони.       Жар от огня тут же передается ему, облизывает кожу, охватывая руку. Он резко вздыхает, но ему совсем не больно, лишь приятно тепло, будто он греет руки перед камином. Ладонь Тодороки мягкая на ощупь, и Мидория машинально проводит пальцами по светлой коже. Тодороки ощутимо вздрагивает, и Мидория тут же отдергивает руку.       Но не успевает он отстраниться, как Тодороки хватает его за запястье.        一 Нет, стой, все в порядке, − говорит он. − Я просто удивился.        一 Я не должен был прикасаться к вам, − говорит Мидория пристыженно. − Вы же принц. − Его щеки полыхают так, будто Причуда мальчика перекинулась не на его руку, а на лицо.        一 Но мне не неприятно, − произносит Тодороки. − Никто раньше...       Не обращался со мной подобным образом. Продолжение его фразы остается невысказанным, но Мидория и так все понимает. Изуку сглатывает. Глубоко вздохнув, он переплетает их пальцы. Пламя взвивается выше, дрожит, прежде чем успокоиться, равномерно разделяясь между их ладонями. Мидория неуверенно улыбается принцу. Тот отвечает ему схожей полуулыбкой.       Тодороки заговаривает первым:        一 Изуку...        一 Принц Тодороки-сама! Принц Тодороки-сама! − Оклик обрывает Тодороки на полуслове, и тот морщится: его огонь вспыхивает последний раз, угасая, а лед тает.        一 Похоже, это за мной, − говорит Тодороки, медленно выпуская пальцы Мидории из своей руки.        一 Изуку! Изуку, где ты?! − А, это голос его мамы.        一 А это за мной, − бормочет Мидория. Они покидают беседку, ступая на тропинки, ведущие в разные стороны.        一 Изуку, − зовет Тодороки, оглядываясь. − Еще увидимся позже?        一 Как пожелает Ваше Высочество, − говорит Мидория в поклоне, но с улыбкой на лице.       Как он и думал, его мама дала ему нагоняй за то, что он отошел от нее и даже не попытался разыскать. Распекает его за безответственность и неблагодарное отношение, ведь она до смерти волновалась за него. Женщина сжимает его в крепких объятиях и просит не отходить от нее ни на шаг до конца вечера. Мидория послушно кивает, понимая, что так будет лучше. Он решает потерпеть и рассказать ей о принце Индэвера после бала.       Всемогущий оказывается точно таким, каким Изуку его себе воображал, и даже превосходит его ожидания. В его голосе звучат любовь и гордость за свое королевство, свой народ, когда мужчина произносит речь. Всемогущий кажется Изуку величиной непостижимой и недостижимой и все равно становится для него образцом для подражания. Мидория твердо решает добиться места при дворе Всемогущего, даже если переломает все кости на пути к своей цели.       Когда наступает очередь Тодороки Энджи произносить речь, Мидория взглядом ищет принца, но он слишком мал, чтобы видеть поверх толпы. После их расставания перед беседкой Изуку больше не видел принца. Даже после подробного рассказа своей маме о встрече с Тодороки та отказывается ему верить. И все же Мидория знает: принц Индэвера ему не приснился.       В том же году Изуку поступает предложение занять место пажа Всемогущего, а на лицо Тодороки выплескивают кипяток.