CRASHMAS

Дарья начала, очень осторожно, отступать к кухонной двери, Джейн застыла с открытым ртом — такой Аманды ей ещё не приходилось видеть: — Мама, успокойся. Всё нормально. Тихо… — Я люблю вашу дочь и… Ай! — как оказалось получить кухонным полотенцем по заднице, даже плотно обтянутой джинсовой тканью, не очень приятно. — Эй, мама, прекрати! — Джейн попыталась вырвать у, воинственно раздувающей ноздри, Аманды вафельное кухонное полотенце. — А как же бабочки в ладонях, миссис Лейн? — вежливо поинтересовалась Дарья у Аманды. Чем вызвала новый приступ ярости у матери любимой девушки. — Вот тебе бабочки! Вот тебе ладони! — полотенце разрезало воздух с пронзительным сабельным свистом. — Успокойся, мама. Я и Дарья любим друг друга, — Джейн, наконец, удалось отобрать у матери полотенце. — Так получилось. Никто не виноват, никто никого не совращал с пути истинного, всё было по обоюдному согласию. — При полном непротивлении сторон, — подхватывает Дарья. Джейн усаживает мать на кухонный табурет и вручает полный стакан воды. Аманда выглядит уже не такой взбешённой, полотенце снова висит на крючке. — Хелен в курсе? — осведомляется Аманда у девушек. Дарья кивает: — Да. Она была не в особом восторге, но теперь окончательно смирилась с моей ориентацией. Мама давно знает Джейн и считает, что я сделала не самый худший выбор в жизни. — Привет, родственница! — Хелен собственной персоной. С бутылкой вина и не сказать, что в дымину, но где-то близко. Квин не дала матери в таком виде сесть за руль и к порогу Casa Lane мать с дочерью доставила Стэйси. Сейчас она ждала Квин в машине — в ближайших планах подруг библиотека и посещение книжного магазина. — Поговорим? Джейн осторожно берёт Дарью под локоть: — Мы, наверное, пойдём… Давай, Моргендорффер, двигай ножками. Девушки поднимаются в комнату Джейн и та некоторое время прислушивается к происходящему внизу, но вроде не слышно подозрительных звуков — бьющейся посуды и криков о помощи. Джейн становится к мольберту, Дарья уткнулась в книгу. Поэтому обе даже вздрагивают, когда Аманда вежливо стучит в притолоку — у Джейн нет привычки запирать дверь в свою комнату: — Мы поговорили. Можете спокойно спускаться. Дарья, кофе будешь? — Буду. Хелен жива? Она в порядке? — В полном, — ухмыляется Аманда. — Будет, когда проспится. Хелен храпит, как пьяный боцман, раскинувшись морской звездой на диване в гостиной. Дарья и Джейн на цыпочках отправляются вслед за Амандой на кухню и Дарья получает кружку с горячим кофе, Джейн тоже. Вазочка с печеньем. Аманда вздыхает: — Ничего уже не поделаешь… Надеюсь, что ты, Джейн, не будешь мне устраивать время от времени водопад из слёз в стиле нашего Винда и вам не придётся тратить целое состояние на мозгоправов, как твоим родителям, Дарья, чтобы сохранить ваш брак… — Мы постараемся, — Дарья склоняет голову в почтительном полупоклоне. — Можно сказать, что вы, Аманда, согласны? — Согласна? На что? — хмурится Аманда. — Отдать вашу дочь мне в супруги, конечно, — у Дарьи выходит почти торжественно, без улыбки, а Джейн поперхнулась кофе и пытается прокашляться. — В Канаде уже можно. В Онтарио регистрируют такие браки. К Аманде тоже не сразу вернулся голос: — Дарья, ты сейчас говоришь всерьёз? — Я не склонна к глупым шуткам и идиотским розыгрышам, миссис Лейн. Я абсолютно серьёзна. После окончания колледжа мы сыграем свадьбу. Всё будет оформлено официально. — Я позвоню Эрику, — Хелен уже проснулась и, стоя на пороге кухни, выглядит вполне протрезвевшей. — Юридической стороной вопроса займётся наша фирма. — А меня спросить? — запоздало спохватывается Джейн и изображает на лице жгучую обиду, но выходит не очень — улыбка предательски выползает на лицо. Трудно удержаться. — Думаю, что не обязательно, — улыбается Дарья в ответ. — Я знаю ответ заранее. Никакой интриги. — Ладно, — ворчит Аманда. — Идите уже, девочки. Вижу, что возражать против ваших отношений и пытаться переубедить вас уже слишком поздно — вы всё равно сделаете по своему. У влюблённых ветер в голове и они страшно упрямы. Если бы не моё ослиное упрямство тогда, мы с Винсентом так бы и не вступили в брак. Лейны до сих пор не могут простить Винсенту, что он не взял в жёны более достойную славной фамилии Лейн женщину. Только, Джейн, прошу тебя, начинай запирать дверь в свою комнату на ключ! — Хорошо, мама, — Джейн, изображая примерную девочку, почти лепечет, делает некое подобие книксена, но Аманда отмахивается от дочери — идите уже, пока я добрая! Хелен усаживается за стол напротив Аманды и получает свою порцию кофе: — Подготовку к свадьбе наших дочерей начинаем в ближайшее время. Дарья даже не подозревает какая это морока и головная боль — организация свадьбы. Аманда кивает — это вам не кино, не дурацкая мелодрама: признание в любви и опа! Свадьба. Между этими событиями может пройти целых полгода. … — Я шапочно знакома с Винсентом и Виндом, — вздыхает Дарья. — И поэтому слабо представляю их реакцию на то, что ты стала… Дарья не решается произнести «страшное» слово и Джейн приходит к подруге на помощь: — Лесбиянкой? Я знаю обоих гораздо дольше тебя. По понятным причинам, но тоже не знаю чего от обоих ожидать. Гнева, осуждения? Не знаю… Мы все такие понимающие и терпимые, когда ЭТО происходит в других семьях. А вот когда собственная дочь или сын признаются в таком — вся терпимость и толерантность куда то пропадают. — Не боись, Лейн. У нас есть свой адвокат и я не брошу тебя одну на съедение волкам. Будем отбиваться вместе. Дарья обнимает любимую и Джейн утыкается носом в плечо — на самом деле Лейн испытывает большие опасения насчёт реакции отца. Если Аманда схватилась за полотенце… Папа схватится за ружьё? И это будет отнюдь не фоторужьё. — Всё будет хорошо, — шепчет Дарья. — Я тебя не брошу. Ты моя жизнь, воздух, которым я дышу. Я погибну без тебя. Джейн нежно целует Дарью в ухо. Они не собираются заниматься ЭТИМ. Они готовы вот так стоять часами, просто стоять, тесно прижавшись друг к дружке. Как в тот памятный вечер в кафе, когда Дарья вылетела навстречу подруге и обняла Джейн, первый раз услышала, как колотится её сердце. — Ну не съест же он тебя… — шепчет Джейн с лукавой улыбкой на ухо Дарье. … — Не бойся, — говорит Винсент с насмешливой улыбкой. — Я не кусаюсь. Просто хочу узнать что ты и кто, Дарья Моргендорффер. Кандидатура Дарьи была одобрена и у неё и Джейн появился свой свадебный фотограф — Винсент Лейн.