Когда-то я любил тебя

      Девушка молча лежала в постели, опустошённо смотря в мрачный, пустой потолок нетрезвыми глазами. Всё, что она сейчас чувствовала — ветхую толстовку, теснящую её разгорячённое тело, и короткую юбку, которую она сама же невольно задирала по самые бёдра, крепко сжимая обеими руками клетчатую ткань в центре. Ноги судорожно сжимались, пытаясь выдавить из напряжения хотя бы каплю удовольствия. Однако это не то, совсем не то, мысленно подчеркнула Ясиро, до сих пор испытывая жестокий жар где-то внизу живота, с каждой секундой превращавшийся в болезненный импульс.       — Очнулась?       Аманэ разочарованно смотрел на Нэнэ, недовольно сложив на груди руки. Парень никак не ожидал, что девушка вернётся домой от будущего жениха пьяной в зюзю. И как только он посмел допустить такое жалкое зрелище? Она же лыка не вяжет!       Где-то глубоко внутри душу неприятно царапали противные коготки, шаркая её до самого основания. Он определенно рисовал в голове, как его бывшей девушки касались чужие пальцы, грязно цеплялись в хрупкое тело и оставляли страстные следы по белой коже. Юги заметно нахмурился и тут же тряхнул головой, будто физически стараясь оттолкнуть от себя эти противные мысли. И всё-таки ему не всё равно, он чертовски ревнует Ясиро как в первый раз.       — Нэнэ, скажи, — нерешительно начал он, взволнованно отводя глаза в сторону и непроизвольно сжимая пальцами рукова белой рубашки, — У тебя что-то было с тем парнем? Как его… Тэкеши?       Аманэ сразу пропустил в голове пару бранных слов. Ну, конечно, его долгое время не было в Японии, почти полгода! О чём он вообще думает? Так она и ждала его, не разрешая трогать себя другим парням и отвечая им ясное «нет». Он как раз-таки и уехал в Италию, чтобы каждый из них начал свою жизнь, спокойно отпустив прошлое. А сейчас вдруг решил поднять вопрос о её личной жизни? Браво, логика зашкаливает.       Ясиро медленно провела руками от конца юбки до неспокойной груди, в которой бешено колотилось сердце, реагируя на строгий тон голоса. Аманэ так заводит, когда злится. Это грёбаный факт, ему нельзя противиться, понимала она и невольно пропустила довольную улыбку.       Юги совсем не понимал, что с ней не так. Но определенно что-то случилось, и именно это не давало ему покоя. К тому же в голове всплыли слова Цукасы и Чикэко о крупных проблемах Нэнэ, от чего он напрягся и немедленно склонился над девушкой, внимательно заглядывая в алые глаза.       Два красных огонька отражали хрустальный блеск, а щёки покрыл нездоровый румянец. Её лицо выглядело необычно — и мило, и глупо одновременно. Ясиро вдавливала тонкие пальцы в свою небольшую грудь, желая успокоить дикое сердцебиение, но всё напрасно. При виде Юги пульс предательски усиливался, а уши стыдливо загорались.       — Нэнэ, что случилось?       Но она только тяжело выдохнула в ответ и приоткрыла пересохшие губы, из последних сил поднимаясь с постели и желая потянуться к нему. И тут же опешила, неохотно отворачиваясь и жёстко цепляясь пальцами в белоснежную простынь.       — Уйди…       — Почему? — удивился Аманэ, сев перед её кроватью на корточки и загоревшись непониманием, — Я же вижу, как тебе плохо. Разреши помочь…       — Убирайся, — Нэнэ с дрожью сжала губы в бледную полоску, лишь сильнее краснея и сжимая ноги. В глазах застыли мелкие слезинки, это всё из-за перевозбуждения. Чёрт побрал это играющее либидо.       Юги выдохнул и поднялся с пола, направляясь к двери как вдруг почувствовал на своих плечах цепкие пальчики и ошеламленно обернулся. Она бесшумно вскочила с постели, когда только что не могла и двинуться нормально? Чудеса да и только. Он обхватил её ладонь и решительно убрал с себя, продолжая двигаться к двери.       — Не уходи.       — Определись уже! — неожиданно разозлился Аманэ, зло сжал зубы и резко обернулся, сразу замерев на месте. По красным щекам скатывались прозрачные слёзы, а слегка опухшие губы были нервно закусаны, — Ясиро? Я не хотел…       — Хочу тебя.       — Что?       Она всхлипнула и растерянно посмотрела на парня. И в этом взгляде отчётливо сочитались вина и стыд. Девушка судорожно сделала шаг к нему на встречу, но оказалась мгновенно прижата к рабочему столу, который стоял у окна, недалеко от выхода из комнаты. Алые глаза казались ему мутными и опьяневшими кем-то или чем-то.       — Совсем перепила? Дура…       — Афродизиак.       Юги дёрнулся назад, не веря своим ушам. Откуда у Нэнэ подобная вещь, вызывающая половое влечение? Парень осторожно положил руки на плечи девушки, боясь спугнуть её, и с вопросом посмотрел на девушку. Только она совершенно не желала говорить, она желала громко стонать под ним или над ним (тут уже без разницы), извиваясь в его тёплых руках.       Губы пылко коснулись его щеки, а руки бесстыже потянулись к рубашке, игриво расстёгивая пуговицу за пуговицей. Она нежно водила носом от мочки уха до конца скулы, заставляя его краснеть. Аманэ не сразу очнулся, приходя в себя после небольшого шока.       — Давай поиграем, Нэнэ? — хитро улыбнулся он и посадил девушку на стол, заражая её такой же каварной улыбкой. В малиновых глазах читалось кричащее «давай», — Я сделаю тебе приятно, а ты ответишь на все мои вопросы. Только честно, хорошо?       — Не знаю, не знаю, — по-деловому хохотнула Ясиро, стягивая с его плеча рубашку и склоняясь к нему губами, как вдруг парень отстранился назад, тормозя девушку.       Он уже заметил, как умело она научилась у него вести важные переговоры, только вот ей всё равно не переиграть его. Одурманенной кайфом ученицы ни за что не обхитрить учителя. Наконец, заметив завоёванное внимание девушки, он медленно наклонился к её шее, поднимая пепельные волосы и обжигая бледную кожу своим дыханием. Её сладко-цветочный запах, до дрожи родной и приятный, сводил его с ума. Но Юги, в отличие от Нэнэ, ещё стойко держался. Если это правда действие афродизиака, тогда у него есть преимущество, потому что сейчас он её наркотик.       — Откуда у тебя виагра? — шептал он уже в плечо, заставляя её издать тихий писк и расслабиться в его ласковых руках, поглаживающих худую талию, — Ну же, Ясиро… Отвечай, иначе я остановлюсь.       Ей меньше всего хотелось, чтобы он перестал действовать на таком интересном моменте. Она снова глубоко вздохнула, дрожащими пальцами касаясь его груди и завораживающе царапая кожу ноготками, оставляя после себя красноватые полоски. Перед глазами всё туманно плыло, девушка словно смешала в себе несколько видов алкоголя самого высокого градуса.       — Тэкеши… наркотик… — говорила так, будто это обычное дело, и при этом не понимала собственных слов.       — Что? Ясиро, какой наркотик? — ужаснулся парень, ошеламленно оторвавшись от шеи и заглядывая в помутневшие глаза.       Как же он сразу не догадался, что это не просто афродизиак? Даже это вещество не может настолько сильно подействовать, чтобы вызвать такое заметное помутнение рассудка. Аманэ сразу вспомнил слова Цукасы о кофте девушки, под которой должны находиться все ответы на его вопросы. Он незамедлительно задрал оба рукава толстовки, приходя в шок. Следы от уколов, после которых оставались синяки, уже затянувшиеся порезы и отвратительные укусы. Кто так посмел издеваться над Нэнэ?       Все его чувства свелись к самобичеванию и ненависти по отношению к Накамуре. Парень бережно притянул к себе Ясиро, взял на руки и уложил на кровать, желая хоть как-то облегчить её страдания. Даже малейшие движения вызывали со стороны девушки скованность, боль и мучения. Она не понимала, почему он отстранился от неё, почему перестал и остановился. Ей так хотелось ощутить его грубость на себе. Нет, нежность. Всё сразу.       Юги судорожно опустился у её постели, располагаясь спиной к девушке, и виновато уткнулся носом в колени, горько усмехаясь. Его вина в том, что ей приходилось так много страдать. Да, она бросила его, но он мог никуда не уезжать и приглядывать за Нэнэ. Однако всё равно решил разорвать всё связывающие их, оставив её на какого-то придурка-психопата.       — Чёрт, — выругался он, запуская в свои каштановые волосы руки и крепко цепляясь в пряди пальцами, — Прости. Прости. Прости меня…       Но он почувствовал на плечах плавно спускавшиеся к ключицам холодные, дрожащие от желания ладони. Ясиро расслабленно прикрыла глаза и наклонилась к самой шее парня, чутко облизывая кожу и вызывая приятные мурашки. Аманэ тяжело выдохнул и остановил руки девушки, стремительно скользящие ниже, к торсу, и сжал их своими пальцами.       — Остановись, Нэнэ. Это просто действие наркотика, не делай глупостей… Потом пожалеешь.       — Мне так одиноко, Аманэ, — несвязанно зашептала она, и этот шёпот заставлял его сердце трепетать, сильно биться в грудной клетке, пробуждая в нём запретное желание взять её целиком, — Помоги мне… Мне так плохо…       — Тогда любой подойдёт, верно? Тебе же сейчас всё равно, поэтому не стоит…       — Только с тобой…       Он широко раскрыл глаза, невольно выпустив из пальцев её ладони, давая им свободно касаться себя. Девушка улыбнулась и положила их на щёки, разворачивая Аманэ к себе лицом и целуя его в губы. Парень полностью повернулся к ней, отвечая на брошенный поцелуй и постепенно углубляя его.       Он повалил девушку на кровать, хищно нависнув над ней и смотря в такие же нетрезвые глаза. Если она хочет получить удовольствие с ним, то она его получит. Аманэ готов вытворять с ней подобное всю ночь, пока силы не достигнул предела. Однако у него не было ничего такого уже полгода, поэтому он ой как сомневался, что это быстро закончится.       — Афродозиак… в течение часа нужно обязательно…       — Тсс, я понял тебя, — он забрёл руками под юбку, стягивая с неё нижнее бельё, — Расслабься, я всё сам сделаю.       Нэнэ нервно сглотнула, прикрывая глаза. Он всегда был таким самоуверенным и заботливым. Девушке оставалось только расслабить напряжённое тело и жадно вдохнуть кислород. Он ей ещё понадобится.       Аманэ снял с Ясиро один чулок, второй, а после стремительно полез под юбку. Она оперлась локтями о постель и неожиданно приподнялась, заметно краснея. Нэнэ не сразу прочитала намерения Юги, но когда прочувствовала смелую задумку, её развезло быстро, почти мгновенно. Девушка судорожно припала на подушку, разбросав по ней серебристые локоны и закрыла рот тыльной стороной руки, боясь издать и вздох.       Он умеет доводить до пика и дарить те самые фейерверки, которые огненными цветами распускались в потемневших от наслаждения глазах. Ноги заметно дрожали, она прекрасно ощущала это, начинала испытывать на прочность каждую клетку своего тела. Ясиро громко застонала, бессильно вжимаясь в мягкую подстилку.       Аманэ не спеша вылез и, разгорая в ней ещё большее желание, склонился над губами, крепко впиваясь в них. Она чувствовала собственный вкус, цепляясь в белоснежную ткань простыни и поддаваясь ему во всём. Он был её главным лекарством, наркотиком, спасительным препаратом. Уколом, способным вылечить любой недуг. И он лечил её долго и нежно, ни капли не утомляя.       Лечил до тех пор, пока не раздался телефонный звонок, который он, конечно же, проигнорировал.       — Это он… — простонала Нэнэ, испуганно жмурясь и стягивая на себя одеяло, которое парень тут же выбросил нафиг. Зачем оно им сейчас? Только мешается.       — Мы ещё ведём игру, — прошептал Аманэ в ухо девушки, поглаживая внутреннюю часть бедра и поднимаясь выше, начиная разробатывать её изнутри пальцами, — Так ты… Говоришь, он…       — Мучает меня. Мне страшно, Аманэ. Очень страшно, — Ясиро со слезами прижималась к нему грудью, обхватывала вспотевшими ладонями спину, нервно закусывала нижнюю, слегка припухшую от частых поцелуев губу, — Спаси меня… Мне больно…       Юги ласково смотрит в её глаза и поднимает свободной рукой чёрную толстовку, желая скорее избавиться от верхней одежды Нэнэ. Но лишь натыкается на ужасные следы от пальцев, царапины и синющие синяки.       — Не смотри! — она поспешно опустила кофту, стыдливо жмурясь, — Моё тело… оно…       Аманэ всё равно стянул кофту с неё, заставив растеряно и до сих пор нетрезво смотреть в его успокаивающие глаза. Он лизнул каждый сантиметр тяжело поднимавшейся из-за нехватки воздуха груди и коснулся губами тонкой шеи. Его пальцы легли на тощую талию, поднимаясь к хорошо ощущавшимся ребрам. Ясиро настолько истощена, что сейчас он мог спокойно пересчитать её кости. Когда она встречалась с ним, такого не было. Парень в своё время внимательно относился к девушке и часто баловал какими-нибудь вкусняшками.       — Ты любишь меня, Нэнэ?       Она молчала, монотонно перебирая пальцами его прямые пряди, чувствовала давно непривычную мягкость и тепло. Определённо только с ним хотелось чего-то большего, чем просто встречаться. Хотелось выйти замуж, как он и обещал когда-то, хотелось родить детей и растить их в любви и покое рядом с ним, хотелось приодолевать всё-всё и совместно встретить глубокую старость. Только это пустые мечты, лживые планы и несбыточные надежды. А она уже потихоньку приходила в себя, не желая вестись на прямые вопросы.       — Ясиро, выбери меня, ещё непоздно всё исправить, — он страстно припал губами к шее и впился в неё, заставляя девушку издать истомный стон, хватаясь за его плечи и пропуская пелену слёз из рассеивающих неясность глаз, — Я буду заботиться о тебе, мы сбежим… Всё будет хорошо, я защищу тебя. В этот раз обязательно защищу.       — Аманэ, ты…       — Я буду ждать твоего ответа, — серьёзно пояснил он, понял, что сейчас не время давить на Нэнэ. Что-то её явно по-настоящему беспокоило, раз она противилась самой себе, — Чувствую, ты меня любишь.       — Да, — покорно шепчет она и обнимает спину парня ногами, руками тянет к себе, целует, гладит, что-то обещает, тут же забывая обо всём.       И он поддаётся ей, забрасывая дразнящую игру в опрос, сплошную пытку для них обоих. Когда он уже был одурманен этой девушкой? Час? Два? С начала своего прилёта? Аманэ бережно целует живот девушки, усыпая продолжительными поцелуями, словно то был сильный град.       — Я лишь хочу, чтобы однажды ты… — он покраснел, мотая головой. Чёрт, о чем он только думает? Когда-нибудь потом скажет, не сейчас, — Мне нужно отойти за защитой…       — Не оставляй меня одну, Аманэ…       Нэнэ завораживающе смотрела в янтарь его одурманенных глаз, трепетно водила по груди пальчиками, а после вовсе притягивая к себе за подбородок. И правда, к чёрту! Сколько он уже терпел убивающее его изнутри расстояние между ними? Как долго не имел возможности касаться любимой?       И снова послышался настойчивый звонок телефона, на который Юги яростно ответил, пытаясь прикинуть, готова ли Ясиро к жаркому началу только начавшейся для них двоих ночи.       — Тэкеши, пошёл на*уй, — тяжело дыша, прирывисто ответил Аманэ и сразу кинул трубку, вернувшись к начатому. Пусть знает, что Нэнэ не валяется одиноко в постели, у них с ним важное дело.       Между прочем, он уже возбуждён до предела и готов кончить от одного только касания девушки до его горячей плоти. Прервать его очень опасно, рискованно. Даже Нэнэ на секунду испугалась, заметив непристойную дикость и безбашенность в лице Юги, жадно притягивающего её поколеченное тело. Он целовал каждый шрамик, заменяя его на собственный след. Аманэ желал забрать всю боль, испытанную ей за то время, что она одиноко склеивала с тем парнем.       И вот, понимая, что они оба доведены до предела — входит. По началу двигается бережно, медленно и аккуратно, пытаясь доставить ей большее удовольствие. Ощущения без презервативов намного отличаются, замечает Ясиро. Это что-то другое, глубокое, срывающее крышу окончательно.       — Хочу быстрее, — простонала она сквозь долгий поцелуй, и он ускорил темп, заставляя её чувствовать колкие муражки по всему телу, — Ещё… Хочу ещё…       — Да…       — Не останавливайся, пожалуйста…       По ногам, талие, спине стекали незаметные капельки пота, руки стали заметно влажными, оставляли мокрые следы на его широкой спине. Он тоже был готов закончить, только не знал как. Не хотелось покидать её тело, она чувствовала то же самое.       — М-можно?..       — Да, я хочу этого…       Он обильно кончил внутрь, после чего вышел и устало рухнул рядом с ней на подушку. Его дыхание было тяжелым, таким же, как и у Нэнэ. Оба смотрели в плывущий потолок, даже опьяневшая афродизиаком девушка не сможет забыть эту ночь.       — Хочу от тебя детей, — зашептал он, касаясь её дрожащей руки и прижимая к себе, — Завтра утром я схожу за противозачаточными, но вот через лет пять можно было бы…       — Н-нет, — краснела Нэнэ, вырывая руку из его хватки, — Я не самая лучшая партия, Аманэ-кун… Не хочу портить тебе всю жизнь, рушить отношения с отцом, с более подходящей девушкой, которая, возможно, любит тебя неменьше… Ты будешь счастливым, всё для тебя…       Аманэ удивлённо поворачивается к ней и какое-то время молча смотрит. А после целует в плечо, притягивает к себе и крепко обнимает.       — Какая же ты…       — Какая? — всхипывала Нэнэ. Язык всё ещё заплетался, а желание удовлетворять себя не прошло полностью.       — Это такая мелочь по сравнению с тем, если бы я потерял тебя навсегда, — он мягко улыбнулся и приложил ладонь к её затылку, поглаживая его, — Тем более я должен защитить тебя от того психа, не позволю ему навредить тебе. Готов вырвать этому больному руки и засунуть в одно место, чтобы он больше не смог коснуться тебя.       Нэнэ уткнулась носом в его грудь, прикрывая глаза. Как же хорошо быть с ним и слушать такие вещи. Однако он не знает, какая тяжёлая жизнь без денег, поддержки и с самого нуля. А вот она понимает, проходила. А как отреагирует мама? Папа Юги? Все остальные, с кем у них должен быть заключён союз?       — Нэнэ? Ты плачешь?       — Нет, просто… внутри меня… тепло…       — Вот оно как, — он усмехается, целует её в лоб, обнимает, — Стыдно говорить, но мне мало. Хочу ещё.       — Я тоже…       И начинается второй раунд, третий, четвертый… И так до самого утра. Чудесная, однако, вещь — этот ваш чёртов афродизиак.