Алые картины

После вчерашнего интервью Адам время от времени вспоминал мисс Юнг. Он всё не мог вспомнить, где же её видел раньше, как бы не старался. Где-то совсем недавно, в этом он был уверен. Откинув все мысли о юной журналистке, он направился к стоянке возле галереи. На сегодня его рабочий день был окончен и Адам, с нескрываемой радостью, завёл мотор чёрной Ауди. Но мужчина не спешил снять машину с ручника, он сидел в салоне и смотрел куда-то вдаль, немного улыбаясь, размышляя о сегодняшнем вечере. Вечере пятницы. Его раздумья прервал звонок. — Да, — ответил парень, сдавая назад, — Буду через пятнадцать минут. Уже? Что ж, вы меня приятно удивили. С улыбкой на лице Адам направился в другой конец города и ровно через пятнадцать минут спустя перешагнул порог небольшого здания в два этажа. Пройдя возле охраны, он поприветствовал их и пошёл вдоль длинного и хорошо освещённого коридора. Завернув за угол, он открыл чёрную лакированную дверь, за которой была небольшая пустая комнатка и спустился в подвал. В нос тут же ударил противный запах свежей крови и сырости. Адам спускался по лестнице вниз, погружаясь в тёмный и жестокий мир, который видел ещё с детства. Мама… Парень не хотел вспоминать тот ужасный день, но он не мог забыть. Эта рана убивала его изнутри, делала его жестоким по отношению к таким же как и он сам. — Адам, мы уже заждались тебя, — когда Кроул спустился, к нему подошёл довольно молодой парень лет двадцати, ниже его на целую голову. — Марк, я ведь вовремя, — он тепло улыбнулся и потрепал рыжие волосы парня, будто младшему брату. Через секунду улыбка исчезла, а на её место пришёл холодный и пустой взгляд, которым он одарил ещё двух парней, которые стояли немного поодаль. Они были примерно того же возраста что и Адам, возможно, немного старше, на года два — три. Мужчины были близнецами. Оба высокие, с бледной, почти фарфоровой, кожей, зелёными тусклыми глазами. Адам нашел этих двоих, когда они были в розыске. Парень пообещал, если они забудут свое прошлое и не будут причинять вред невинным, то будут в безопасности. Он предлагал им хорошо оплачиваемую работу и свободу взамен на послушание и уважение. Что на счёт Марка, то тут всё проще. Он был внебрачным сыном его отчима и с малых лет всегда во всем наследовал своего названого брата, в том числе помогал ему в темных делах. Эти четверо были неким проклятием для всех преступников и спасением для города одновременно. И хотя многие не смогут назвать их методы спасения гуманными или же моральными, они действовали. И действительно, уровень преступности снизился благодаря им. Все началось с ненависти Адама к несправедливости, именно благодаря его идеи «очищения», в городе установился некий мир и стабильность. Полиция же «старалась найти этих монстров», как их называло правительство. Мысли горожан разделились: кто-то считал их исчадием ада, ужасным подобием человека, который руководиться лишь жестокостью и жаждой крови. Другие считали их справедливыми героями, оправдывая их жестокость тем, что люди не понимают на словах. — Итак, господа, где же наш гость? — с оскалом произнёс Адам. Марк указал на дверь, сказав, что он уже связан. Кроул направился к двери и уже было зашёл, но в последний момент повернул голову к присутствующим и сказал: — Марк, тебе лучше уйти. Парни, присмотрите за ним, — он смотрел на близнецов пустым взглядом, от чего его тёмные глаза казались ещё более устрашающими. Как только Адам скрылся за дверью, близнецы переглянулись. В их глазах читался страх. И хотя они уже четыре года работают на Кроула, но так и не привыкли к этой его перемене в настроении. Этот пустой взгляд и оскал пугали их до мурашек. И хотя они думали, что видали многое, но к такому точно не были готовы, нет. Вид этих изуродованных трупов, крики, которые никто не услышит, море крови, железные и холодные инструменты, которые с лёгкостью проникали в человеческую плоть, а в руках Адама становились орудием чистого зла. Для Марка же, похоже, всё это казалось некой игрой. Он даже не задумывался над судьбой нового узника этого подвала. Он лишь был в восторге от Адама и считал его прекрасным человеком. Вот только Адам понимал, что он сущее Зло. Знал, что место в Аду ему обеспечено, как и персональный котёл, где он будет отмывать ту кровь, которой осквернил свои руки ещё на земле. *** Зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, Адам посмотрел на новую жертву. На старом и ободранном стуле сидел упитанный мужчина лет тридцати. Он был одет в деловой костюм, который уже не был таким чистым. Скорее всего, его хорошенько потрепали прежде чем он оказался здесь. Образ дополнял мешок на голове. «Марк…» — пронеслось в голове Адама. Он не должен становиться таким как я. Нет! Нельзя. Нужно давать ему более простые и чистые задания. Поиск информации, например. Не более. Адам чувствовал его страх. Здесь всё было пропитано этим ужасным чувством. — Ты ведь здесь? — с опаской спросил заключённый, — Здесь… Послушай, отпусти меня, а? Тебе заплатят мои люди, или чего ты там хочешь? Будет всё, только попроси… Адам лишь громко вздохнул и начал медленно подходить к нему. С каждым шагом сердце мужчины замирало, а дышать становилось тяжелее. Он не хотел верить, что больше не выйдет из этого здания. Не хотел. Всё, что он желал в данный момент — жить. — Я знаю! Знаю, почему я здесь… — в голосе появились нотки безысходности и ужаса. Подойдя вплотную, Адам резким движением снял мешок с головы заключённого. Перед ним сидел напуганный до чёртиков взрослый мужчина, в глазах которого стояли слёзы. Он боялся. Это забавляло парня. — Ты?.. — он удивлённо уставился на Кроула, — Паршивец…ты…ведь Слова были оборваны ударом кулака в лицо. Боль пронзила руку Адама. Приятное чувство. Он поднял взор на мужчину. Лицо было переполнено звериным страхом и болью. Нос был сломан и смотрел в другую сторону, по бороде стекала густая кровь, верхняя губа была разбита. — Ну, мистер Лиз? — с ухмылкой на лице спросил Адам, — Как вы думаете, достаточно ли для Вас? — Адам, я ведь… — он начал кашлять. — Нет, не хватит, — мужчина обошёл жертву и, взяв кинжал со стола, подошёл к нему со спины, — То, что Вы сделали заслуживает большего. Гораздо большего… Как вы думаете, насколько больно было матери ребёнка, в смерти которого Вы виноваты? — Я всё возмещу! — прошептал Лиз, — всё… — О нет, нет, нет! Лиз, засунь себе эти деньги в задницу! — Адам взял мужчину за русые волосы, — Как ты не понимаешь?! В этом мире не всё можно купить за деньги… Тем более чью-то жизнь. И тем более твою. Кроул резким движением отпустил голову Лиза и подошёл к нему вплотную: — Знаешь, — он злобно улыбнулся, — Я тебя заставлю съесть эти деньги! Все, что у тебя есть. До единой купюры. Все! — Что?..- глаза Лиза округлились. — Я разве тихо сказал? Могу повторить, — после этих слов Адам вытянул бумажник мужчины из пиджака, достал несколько банкнот и засунул их в рот Лизу. Тот начал давиться собственной слюной вперемешку с кровью. — Ну и как? Вкусно? — Адам опёрся руками на колени, — ужин будет что надо, уверяю. Это только начало… *** Близнецы стояли в коридоре и пили жасминовый чай, смотря в стену. Они ждали. — Прошёл уже час, — пробормотал старший, пряча наручные часы в карман брюк. — Ну да, это ж пятница, — ответил младший, — Тебе ли не знать, что сегодня он предпочитает «отдыхать» подолгу. Только он перестал говорить, как дверь распахнулась и перед ними стоял Адам. Волосы на голове были немного растрёпанные, на лице удовлетворённая улыбка, руки, как и рукава белой рубашки, были испачканы кровью. — На сегодня всё. Уберите тут, а после можете быть свободны, — он начал искать кого-то глазами. — Марка отправили купить кофе, — ответил на немой вопрос старший. — Хорошо, — холодно ответил Кроул. После этих слов он направился в комнату напротив, откуда через тридцать минут вышел уже чистым. Под дверью его ждал Марк. — Держи, — Марк протянул ему чашку с ещё теплым кофе. — Спасибо, — тот мягко улыбнулся и принял напиток. Адам заметил некую нервозность Марка и решил спросить: — Всё в порядке? — Да, вроде, — тот почесал затылок, — Если не брать во внимание выставку. — А что с ней не так? — Адам сделал глоток своего любимого чёрного кофе. — Нет, выставка и картины должны произвести фурор. Вот только мне как-то не по себе. Не привык я к светским мероприятиям. Не для меня это, — немного неуверенно ответил парень. — Марк, я уверен, что всё пройдёт хорошо. Тебе нечего бояться, — Адам легонько толкнул его в бок, — У меня тоже был страх сначала. Публика и всё такое, но со временем привыкаешь. — Как скажешь, — тот лишь улыбнулся в ответ. Выставка. В мыслях сразу появился образ девушки. Алая помада, карие глаза, пышные волосы и красивые изгибы тела. «Здравствуйте. Я — мисс Юнг» — тихий и мягкий голос. Тоненькие кисти и смуглая кожа. Он увидит её завтра…