Сбудется, что снится

      31 декабря выпало на рабочий день, хоть и работать уже никто совершенно не хотел. Все с самого утра мечтали наконец оказаться за праздничным столом с бокалом шампанского и тарелочкой оливье. В коридорах «Зималетто» было непривычно пусто. Всё руководство уже разъехалось кто куда на зимние каникулы, а многие рядовые сотрудники взяли отпуска и отгулы. Кате Пушкарёвой тоже в кои-то веки не хотелось работать. Вот уже несколько дней девушка витала в облаках, ничего не замечая вокруг. После той ночи, проведённой с Андреем, она не могла больше ни о чем думать. Она то и дело прокручивала в памяти те незабываемые минуты его бархатной нежности, его ласковые прикосновения, сладкие поцелуи, все те неизведанные для нее ранее ощущения блаженства от близости с мужчиной. Она изо всех сил гнала от себя мысли о том, что Жданов почти женат, и что она буквально украла эту ночь у законной невесты. Об этом думать не хотелось, ведь пока воспоминания ясны в них можно было погружаться с головой, без остатка. А жалеть себя, сетовать на жизнь, зеркало и мать-природу она будет потом. На это у нее впереди целая жизнь, а сейчас просто хотелось смаковать внутри это маленькое счастье, пряча его глубоко в сердце. Он был с ней той ночью, дарил ей свою безграничную ласку, учил и направлял. Он был с ней, и эту ночь уже никто не сможет у нее отнять. Она уже была… Катерина взяла в руки шоколадную фигурку Деда Мороза, которую ей вручил с утра Потапкин у входа в бизнес-центр. Покрутив её в руках, девушка закрыла глаза. Это было так  странно… Ей уже 24, а она до сих пор верит в чудеса и новогоднее волшебство, верит, что если она загадает желание, то оно непременно сбудется. В этом году она как никогда знала, что загадает под бой курантов — конечно же ЕГО. Она была безумно счастлива и благодарна судьбе, что уходящий год привёл ее именно в «Зималетто», где она встретила свою единственную любовь. Обычно, у таких историй нет счастливого финала, но так хотелось верить, так хотелось мечтать. Катя привыкла мечтать и теперь, когда ее мечты начали так быстро сбываться, становилось страшно. Это было подобно прыжку с парашютом — радость, эйфория, дух захватывает, но не знаешь, что будет дальше. Вдруг парашют не раскроется и ты рухнешь вниз. Катя сильнее зажмурилась и прошептала: «В этот новый год мы с Андреем будем вместе». Она отчеканила каждое слово, вкладывая в свою просьбу всё свое необъятное желание. В кабинете громко хлопнула дверь, и Пушкарёва вздрогнула от неожиданности. Девушка стала гадать, кто бы это мог быть: Роман улетел вчера в Рим, Урядов уже неделю был в отпуске, Милко с Рональдом уехали во Францию искать в горах вдохновения для новой коллекции, ну, а Кира с Андреем должны были улететь сегодня рано утром в Лондон. — Вот так и сказала! — «Мне известно гораздо больше, чем ты думаешь, Жданов!» Да не знаю я, Малиновский! Может быть и узнала, может проследила. Да ты в своем уме? Несостоявшиеся родственнички порвут меня и «Зималетто» на части!  Всё. Пока. Буду держать в курсе. Катя чуть было не пискнула от радости. Это был голос Андрея. Он не улетел. Он здесь. Но, по всей видимости, что-то случилось. Девушка подошла к двери каморки и несмело выглянула в президентский кабинет. — Черт, Катя, вы меня напугали! Что вы здесь делаете в выходной день?! — раздражённо рявкнул Жданов, швырнув пальто на одно из кресел. — Я… работаю. Сегодня еще рабочий день, — робко пояснила Пушкарёва. — Да? Понятно. Ну так идите домой. С Новым годом, — резко ответил Андрей, наливая себе в бокал порцию виски. — Андрей Палыч, у вас что-то случилось? — так же тихо и несмело спросила она. — Случилось, Катюш! Вашими молитвами, как я подозреваю, случилось! — Я не понимаю… — А я объясню! Вы, вероятно, снова не смогли совладать с желанием поделиться с подругами подробностями вашей личной жизни, и эти сплетни дошли до Киры Юрьевны, которая сегодня решила не явиться в аэропорт. Видите ли, она что-то про меня такое узнала. Не знаете что, Катенька? Голос Андрея звучал злобно и ехидно. Каждый раз, когда Жданов злился или кричал на нее, комок вязкой обиды подкатывал горлу так, что становилось нечем дышать. Катерина, обычно, старалась сдерживаться, но сейчас это было сложнее. Буквально пять минут назад она сидела, погруженная в сладкие грёзы, а сейчас Андрей стоял перед ней и обвинял во всех смертных грехах. — Я не понимаю, о чем вы. Могу предположить, что у Киры Юрьевны могли быть и другие причины, — выдавила из себя Катя и скрылась в каморке. Да, наверное лучше пойти домой, дать Андрею остыть, но дурацкие слезы уже стекали по щекам, не желая останавливаться. — Кать, вы плачете? — спросил он виновато, войдя следом. — Ну бросьте! Я не хотел вас обидеть. Просто Кира выкинула этот финт очень неожиданно и некстати. Вы же понимаете. Если сейчас мы расстанемся и Александр начнёт копать под меня… — Пушкарёва лишь кивнула, молча вытирая слезы ладонью. — Кать… — Жданов подошёл к ней со спины и положил руки на плечи. — Катюш… — он повернул ее к себе и заглянул в ее заплаканное лицо. — Кать, простите меня. Сегодня праздник, а я веду себя, как упырь какой-то. — мужчина улыбнулся и притянул девушку к себе. Черт, как же было приятно ее обнимать — такую хрупкую, маленькую, такую уязвимую. С первых дней знакомства он испытывал непонятное чувство какого-то стыда, когда несправедливо кричал на нее или говорил что-то резкое. Значит, он не законченный циник и подлец, раз эта девочка вызывает в нем такие чувства. А в ту ночь с ней он испытал неописуемое блаженство. Разве может неопытная девчонка подарить такие острые ощущения искушенному самцу? Как оказалось — может. Она покоряла своей открытостью, своей непосредственностью и любовью. Да, он мог поклясться всем, чем угодно, что эта девочка его любит, и он сам чувствует эту любовь каждой клеточкой. — Кать, я уже с ума схожу. Я запутался. Я не понимаю, что мне делать дальше. Как разгребать это всё? И если сейчас Воропаевы захотят разделить капиталы, мне придётся открыть всю правду про залог. А Сашка только и ждёт, чтобы мы с Кирой расстались. Я и сам этого хочу, но не сейчас. — Но акционеры все равно рано или поздно все узнают, — тихо сказала Катя и, высвободившись из рук Андрея, направилась к вешалке с пальто. — Пусть узнают, только не так! Позже, когда ситуация начнёт выравниваться, я сам созову совет директоров и открою положение вещей. — Вам виднее, Андрей Палыч. Если я вам сегодня не нужна, я пойду. С наступающим Новым годом, — она улыбнулась лишь уголками губ и вышла из каморки. — Катя, ну стой же! — Жданов рванул за ней и преградил путь. — Кать, мне больше не к кому обратиться, понимаешь? Ты должна мне помочь. Пожалуйста! — Что мне нужно сделать? — Катя устало выдохнула, кутаясь в стареньком пальто, будто бы хотела в нем спрятаться от этого мужчины, которого ее угораздило полюбить так сильно, что она была готова ради него на всё. Через какие очередные принципы она переступит ещё ради Андрея Жданова? — Катюш, я звонил Кристине и она сказала, что Кира скорее всего поехала на дачу. Она ей вчера говорила об этом. Вот, я хочу, чтобы мы туда поехали и убедили Киру Юрьевну, что всё, что ей наговорили это полнейшая чушь, — Жданов говорил вкрадчиво и нежно, снова положил свои большие руки ей на плечи и гипнотизировал магнетическими карими глазами. Катя отвела взгляд, пытаясь бороться с этим мороком. Никуда она не поедет. Врать членам правления это одно, но выгораживать своего любовника перед невестой это уже слишком. — Я думаю, вам стоит самому разобраться в ваших отношениях с Кирой Юрьевной. Меня это не касается. Пора со всем этим покончить. — Катюш, ну ты что, решила вот так бросить меня? Хорошенький подарочек на Новый год. Чертовски приятно! Хотя какой мне Новый год! У меня голова кругом от всех этих проблем, из которых просто нет выхода. — Я просто не понимаю, зачем там нужно мое присутствие? — Катя почти сдалась под горячим натиском Андрея и уже была готова снова идти и ехать за ним куда угодно, лишь бы вместе. — Вам не о чем волноваться. Там два часа езды, а когда выедем на лесную дорогу, то вообще никаких пробок. Поймите, если я поеду один, Кира захочет остаться, а я терпеть не могу их дачу. Да и отношения у нас с ней… В общем, вы знаете. — Катерина молча кивнула, а Андрей в радостном порыве снова притянул ее к себе и обнял. — Думаешь мне хочется куда-нибудь ехать или лететь? Я безумно устал, ты даже не представляешь насколько. Как же я хочу просто понять, что мне делать дальше. Жаль, что такое желание нельзя загадать под бой курантов, — горячим шёпотом он обжигал ее шею, перемежая слова поцелуями, от которых у девушки в прямом смысле подкашивались ноги. Это было каким-то сладким, томительным наваждением. — Почему нельзя загадать? — спросила Катя тоже шепотом. — Потому что вряд ли Дед Мороз придет и объяснит мне, что я делаю не так, Катюш. — Жданов глубоко вздохнул, прижимая к себе свою дорогую помощницу. «Хотя это было бы очень кстати…» — подумал он про себя.