Должник Харона

Проснувшись на старом диване в Визжащей хижине, я замечаю отсутствие Картера. Заколоченное окно пропускает в пыльную комнату немного света через щели. Нужно уходить, пока никто не заметил пропажи, лишние проблемы ни к чему. Часы показывали 7 утра, по меркам воскресенья это было раннее утро, вряд ли кто-то уже встал и расхаживает по замку. Собравшись, я спустилась вниз к проходу и отправилась по земляному ходу обратно к замку. Обездвижив Гремучую иву, я вышла на поляну. Трава была мокрая, всю ночь лил дождь. Вдалеке из домика лесничего поднимались клубы дыма, наверное единственная душа проснувшаяся так рано. По озеру плыл туман, медленно отступая от замка. Природа вокруг находилась в умиротворении, ничто не предвещало беды. Я поднялась по склону к деревянному мосту, который вел в замок. Резко облака расступились, впуская солнце с его золотым свечением. С его появлением стало теплее, я решила не спешить на завтрак и присела на скамью около фонтана на заднем дворе. Птицы приятно защебетали и принялись летать по двору. Я посмотрела на небо, и в тот же самый момент на мои колени упал бумажный сверток. Незамедлительно развернув его, обнаружила записку со знакомым почерком. Мои щеки вспыхнули от воспоминаний прошлой ночи. — «Прости, что не дождался твоего пробуждения, нужно было идти. Будь сильной, мы скоро встретимся. Твой К». — вместе с запиской он отправил небольшую пачку с клубникой в шоколаде и одинокую лилию. Романтик. Я осталась ещё ненадолго наслаждаться видом, пока клубника не закончится. К моменту, когда я стала уходить, туман полностью исчез из округи Хогвартса и забрал с собой солнце. Проходя по коридорам школы, я встретила несколько студентов из Пуффендуя, они спешили на завтрак и переговаривались об уроках. В Большом зале было пусто, хотя всё же несколько студентов уже сидели за столами своего факультета. Я сняла пальто и положила рядом с собой, а на столе передо мной появились блюда на завтрак. Потихоньку вся школа просыпалась и притягивалась на завтрак. Через полчаса уже все столы заполнились студентами, и в зале воцарился шум. Никаких траурных лиц, все громко шутили и смеялись вместе с однокурсниками — для них ещё ничего не произошло. — Где ты была? — спросила Пэнси, громко опустившись напротив меня. — Я рано проснулась, не смогла уснуть, вот и пошла прогуляться, затем сразу на завтрак, — непринужденно ответила я. — А-а, — многозначно протянула подруга. — Я так удивилась, когда обнаружила твою кровать пустой. Мне сегодня тоже плохо спалось, — после этого следовал очень сумбурный рассказ. Я слушала вполуха, как бы ни любила Пэнси, сегодня мне не сосредоточиться на чем-то обыденном из-за вчерашнего откровения о Драко. Кстати, говоря о нем, сегодня он был бледнее обычного, тоже плохо спал. Мой взгляд сразу переместился на стол Гриффиндора, где лишь одна девочка чувствовала себя одиноко в большой компании, ведь её отражения там не было. Я проглотила неприятный ком и снова уставилась на Драко. Я хотела вытащить его мысли из головы, меня интересовало всё от данного момента и до его сделки. — Вот так, представляешь?! — громко спросила Паркинсон, от чего я дернулась. — Ты меня слушала? — Да, конечно. Какой ужас тебе приснился, — пальцем в небо. — Не говори, — значит попала. — А тебе что снилось? — Мне? Вдруг все замолчали, взгляды учеников устремились к трибуне, за которой стоял директор. Он выглядел взволнованно, больше напугано. Мы с Драко уже поняли, о чем пойдет речь, поэтому обменялись взглядами. Неприятный разговор спас меня от другого неприятного разговора. Дамблдор наклонил голову и взглянул на студентов через очки-половинки. Его глаза бегали от ученика к ученику, пока он собирался с духом. — Сегодня, это прекрасное солнечное утро, мне придется омрачить его. Произошла трагедия, обстоятельства которой мы выясняем. Я попрошу вас оставаться в башнях своих факультетов целый сегодняшний день. Это в целях вашей безопасности, — по залу прошел гневный ропот. — Держать вас в неведении происходящего в школе было бы ошибкой. Сегодня школьный лесничий обнаружил тело студентки, — весь зал ахнул, после чего раздался сдавленный крик. Все уставились на гриффиндорский стол. — Её имя — Падма Патил, — услышав подтверждение, Парвати истошно закричала, принялась бить стол, пока сидящие по обе стороны от неё студентки старались утихомирить её. Через расстояние я ощутила её боль, как и все в зале. Больше всего я сожалела об этом, но выдать себя не могу, ещё не отомстила Драко и Тёмному Лорду. Я сделаю это за все души, что ушли, а затем уйду сама. Большой зал потерял свою мрачную тишину. Теперь ученики переговаривались между собой, с ужасом подмечая необычные явления. Слова Дамблдора доносились до меня сквозь призму голосов, поэтому последние наставления не дошли до меня. Сразу же после этого, студенты принялись возвращаться в гостиные факультета в сопровождении старост. Я в окружении своих друзей, заняла один из диванов, где мы обсуждали произошедшее, точнее говорили все, кроме меня. Драко ушел в спальню, его раздражали чужие разговоры, он плохо скрывал эмоции, ему не приходилось никого убивать. — А потом нас также убьют, — предположила Паркинсон. — Да кому ты сдалась? — бросила Гринграсс. — Я уверенна, что и Патил никому не была нужна, вот поэтому и убилась. — Что? Ты думаешь, это было самоубийство? — А что думать? Сама подумай, важнее цели, чем Гарри Поттер у нас нет. Ну, может только Горгонея, — упоминание моего имени заставило отложить размышления и присоединиться к разговору. — А почему я? Есть ещё Драко… — Он никому не интересен, — сказала Дафна. — Кроме моей сестры, точно никому. Все засмеялись в голос, а Астория, стоявшая за Дафной, покраснела и скрылась за винтовой лестницей. — Зачем ты с ней так? Она же твоя сестра и ничего плохого не хотела, — возмутилась я. — Меньше нужно подслушивать, — хмыкнула Дафна. — Ой, Горгонея, ты же ходила с утра гулять, ты ничего не видела странного? Что именно вам сказать? С утра, конечно, я не видела, как Патил летела с Астрономической башни, но видела вчера. — Нет, я была только на заднем дворе, а там было тихо, — я нащупала цветок в кармане. — А с чего вы решили, что несчастный случай произошел с утра? Может всё случилось ночью или вечером? — к нам подключился Блез, молчавший до этого. — Ты знаешь что-то, — уверенно произнесла Пэнси. — Ничего не знаю, просто предполагаю, — парень улыбнулся, как Чеширский кот. — Лучше творить злодейства ночью, так никто не увидит. — Тогда мы все подозреваемые, — все вопросительно уставились на Нотта. — Мы же слизеринцы, алло! — Точно, точно. Сейчас начнутся на нас нападки, — сказала Пэнси возмущенно. — Нам стоит держаться вместе, если так будет, — Гринграсс принялась ерзать на месте. — Успокойтесь, никто не станет нас обвинять. Пока мы не знаем обстоятельств, которые нам вряд ли раскроют, подозревать не кого, — мой голос прозвучал отстраненно. — Сама рассудительность, — подметил Забини. — Я согласен с тобой, Горгонея. Я встала, чтобы дойти до спальни и переодеться, но у лестницы меня поймал Блез. Его пальцы крепко обвили моё запястье и оттащили в нишу у окна, где нас никто не услышит. — Я видел тебя вчера, как ты уходила из замка. Скажи, что это не связано, — его глаза бегали по моему лицу, хотел поймать эмоции. — Не связано. Доволен? — Нет, куда же ты ходила так поздно? — меня начинал бесить его допрос. — Трахаться с мужем, как тебе такой ответ? Удовлетворил любопытство? — Забини опешил, но сдаваться, так просто не стал. — Как он сюда попал? — Через Запретный лес. Я думаю, ты и сам знаешь как. Через тот же лаз, через который ты получаешь алкоголь и сигареты. Блез издал смешок. — Ну, рад помочь в таком случае. Хорошо хоть прошло? Ты не рассказывала какой он в постели, — я совсем и забыла о такой стороне Забини. — Я бы сказала отлично. Честно говоря, это был наш первый раз, он оказался лучше, чем я думала. — Фантастика, от одних твоих слов ловлю возбуждение, — хрипловатым голосом проговорил слизеринец. — Подойди с этим вопросом к Паркинсон, я думаю, она найдет решение. — Если ты думаешь, что я слепой и ничего не заметил с её стороны, то увы. Она не моя, а я не буду её. Мы разные люди для этого. — Всё так печально? — Вопрос не стоит. Это должно было быть утверждение, — подмигнул Блез. — Избавь меня от своих шуток. Я хочу переодеться, после этого можешь хоть до смерти меня ими замучить. Еле-еле перебирая ногами, я поднялась к себе и, сбросив вчерашнюю одежду на пол, забралась под одеяло. Я резко почувствовала усталость, словно провела ночь без сна. Решив не противиться организму, глаза сами закрылись, а сознание провалилось в сон.

***

С того дня прошло много недель. Школа так и не оправилась от смерти студентки. Хоть Министерство признало причиной несчастный случай, школьники не могли успокоиться. Все прибывали в тревоге и вечном состоянии готовности к битве. Даже слизеринцы были напуганы, хотя кому как не им находиться в спокойствии, их родители не позволят детям оказаться в уязвимом положении. Ни солнечная погода, ни кубок по квиддичу не смогли разогнать мрачный настрой школьников. Все предпочли спрятаться в башнях факультета, чем встретиться с реальностью. Для Драко это было удачное время, он пользовался пустотой коридоров для походов в Выручай комнату, пока его два дружка напившиеся оборотного зелья сторожили вход. Я же проводила все время у озера. Свалив домашнюю работу на Тео, который благородно согласился помочь, я пыталась справиться с неожиданно вернувшимися видениями. От них болела голова, совсем отвернуло от еды, вдобавок микстура от мадам Помфри совершенно не помогала. Только на свежем воздухе, в объятьях ветра, голова переставала раскалываться на части, и только в тот момент я могла записать свои видения на бумаге для их анализа. Сегодня был очередной день, когда я села недалеко от берега Черного озера и переносила детали на бумагу. Непринужденное пение птиц и запах свежей травы расслабляли, как хороший стакан виски. Последнее время я ничем не нагружала себя, но всё равно чувствовала непосильную усталость и раздражение от всего. Так и хотелось выкинуть видения с Дамблдором из головы, но он из раза в раз падал с Астрономической башни. Карма ещё та стерва. Неожиданно пение птиц перекрыли голоса с поляны, я внимательно вгляделась в темное пятно, приближающееся ко мне. Мне удалось различить Блеза, который пытался остановить разъяренную Паркинсон, за которой с язвительной улыбкой шла старшая Гринграсс. Ещё несколько младшекурсниц шли за Ноттом, который плелся где-то сбоку. — Как ты посмела?! — гневный выкрик Пэнси разрушил окончательно умиротворенную обстановку. — Посмела что? Сидеть на берегу? — спокойно поинтересовалась я, когда Пэнс оказалась вблизи. — Вот сука! И как у тебя хватает наглости, — она замахнулась на меня, но в ответ получила удар желтой молнии по руке. Паркинсон резко отдернула пораженную руку и прижала к груди. — Ещё раз поднимешь на меня руку, я не стану щадить тебя. А теперь, объяснись. Студенты стоящие вокруг нас были поражены не меньше самой зачинщицы. Паркинсон парализовало, всё что она могла, это открывать рот в немой попытке ответить на вопрос. Моя голова снова разболелась, от чего я закинула голову назад, пока рукой шарила в кармане, ища сигареты. — Я доверилась тебе, а ты разболтала всей школе… — наконец отмерла слизеринка. Её курносый нос покраснел, а из глаз потекли слезы. — Пэнс, чего ты наелась сегодня? Что я разболтала всей школе? — О моих чувствах к Блезу, — в этот момент Дафна издала смешок, а Забини отвернулся в другую сторону, чтобы скрыть неловкость. — Ты одна знала! А теперь вся школа смеется надо мной и тычет в спину! — Не будь наивной! Вся школа и так об этом знала! Всё и без слов было понятно, когда ты висла на нем! Спешу утешить тебя, это была не я, — жестко в конце произнесла я. — Подумай ещё раз, кому и что ты говорила. А то твой язык, как помело. Когда последний раз ты закрывала рот? Я не могла остановиться говорить гадости о Пэнс, но мы же были подругами. Я смотрела на её багровое лицо и в глубине души сожалела о сказанном. Судя по лицам пришедших с ней, никто не собирался её поддержать, им нужно было шоу, а мы отлично старались. По гадкой улыбке Дафны, могу поклясться, это она со своей сестрой разносила сплетни по школе. — А ты будто лучше меня? Перед всеми ноги раздвинула? — Нет, только перед твоим отцом, — с усмешкой произнесла я. Неужели мы снова вернемся в то время, когда Пэнси завидовала мне и старалась подставить? Многие оценили мою шутку и засмеялись в голос. А Пэнси готовилась нанести удар, но я помогла ей с решением, направив на неё палочку. — Успокойся, приди в себя. Мне всегда было плевать на тебя и на твои чувства. Ты не стоишь моего внимания, так что не будь мнительной, как Уизли. Я не готовлю против вас великий заговор, — мои слова резали нежную душу Паркинсон без ножа. Она замерла с потерянным взглядом. Я приблизилась к смеющейся Дафне. Слизеринка не ожидала такого и дернулась, встретившись со мной взглядом. — Ещё раз подставишь меня, отправишься к Падме Патил. Я не шучу, — резко лицо студентки осунулось, улыбка перестала мелькать. За спиной Дафны замелькала её младшая сестра. Она так быстро бежала, что её щеки раскраснелись, а на лбу проступил пот. Астория замерла рядом с сестрой и стала глубоко дышать, медленно приходя в чувство. Она волнительно теребила край кардигана, пока собиралась донести новость. — Драко… Его ранили в мужском туалете… Он сейчас в Больничном крыле… — взволнованно произнесла Гринграсс. — Спасибо, — отчеканила я. Во что ты ещё ввязался, Малфой? Я бросила последний взгляд на недоумевающую толпу и пошла в школу. Хоть брата и ранили, я не побегу сразу к нему, дождусь вечера. Но его ранение подкинуло мне идею посетить библиотеку. Сложно сказать как именно это связано, но в моей голове всё соединилось в красивый пазл, что я даже не стала сомневаться в своих чувствах. Вытащив все книги о прорицании и возможных побочных эффектах, я с головой зарылась в них. Мой энтузиазм пропал после четвертой отложенной в сторону. Всё не то и не так. Я уже не надеялась найти искомое, пока на глаза не попался заголовок «Болезни от видений». Глава была большая и содержала много новой информации, которую не переварить за один присест. Прихватив её с собой, я отправилась на ужин, после которого обязательно посещу Малфоя. За столом в Большом зале уже сидела вся компания, не хватало только меня. Я как обычно села рядом с Блезом и Тео. Паркинсон демонстративно отсела ближе к Гойлу, который только улыбнулся на её необычное поведение. Сестры Гринграсс сдавленно хихикали, пока одна из них не подавилась. Многие с других факультетов ощутили натянутые отношения за Слизеринским столом. Шепот снова захватил Большой зал, все больше студентов смотрели на Паркинсон, от чего та заливалась краской. Я уверена, уже все в курсе произошедшего на озере благодаря Гринграсс. И судя по фразам, что донеслись до меня, все не на стороне Паркинсон. Хотя вообще в этой ситуации есть стороны? При этом все уже забыли о драке Поттера и Малфоя в туалете. Это же забавнее, нет? После ужина прихватив книгу, я пришла к Драко. Бледный, болезненного вида брат лежал на кровати. Его веки чуть подрагивали, а когда я резко опустилась на стул рядом, вовсе открылись. — Доигрался? — сцепив руки в замок, я положила их на книгу. — Наверное, по веской причине пришла сюда. — Что с Поттером не поделил? — Ты думаешь, я его мысли там читал, когда в своей крови тонул? Где ты была и твой дар? — он прищурился, как будто луч солнца попал в глаза. — Мне казалось, ты отказался от этого, — рано выдавать все карты. — И ты решила так просто сдаться? — Я устала, Драко. Хочу со всем покончить. — Думаешь, я не хочу? Да я больше всех об этом мечтаю! Приготовься, когда я приду за тобой, у тебя не будет шанса отказаться, — его слова прозвучали угрозой, но мне нечего бояться. — Конечно, брат, — закончив этот разговор, я вышла из больничного крыла с тяжелым сердцем.

***

В скором времени Драко выписали и он вернулся к своим делам. Каждый день нас приближал к тому самому вечеру. Я так и не разобралась с головной болью, но благодаря таблеткам, что достал Блез, мне удалось справиться с её большей частью и вернуть аппетит. После обеда, я, как и обычно, занималась чтением книги о прорицании, пока гостиная не опустела из-за хорошей погоды и окончания учебы. Теперь-то поляна наполнилась студентами и моё укромное место перестало таковым быть. Забини очень хотел вытащить меня из гостиной, но я наотрез отказалась, по моим ощущениям мне стоит остаться внутри. — «Навязчивые сюжеты — результат подавления магии прорицания», — гласила страница, на которую упал мой взгляд. — «Иногда сопровождается жаждой и слабостью». Почти похоже. Вспомнив прошлый семестр, я даже на занятиях у Трелони не могла выдать ничего годного, скорее всего именно это со мной произошло. На подсознательном уровне я перекрыла доступ ко всему, сделав себя уязвимой. Как же глупо вышло. Вот снова, меня пронзила жгучая боль. Она пульсировала в висках, спустилась к горлу и разошлась по телу. Тела юных гриффиндорцев лежали в коридоре около Выручай комнаты, какая печальная картина. Я чувствовала страх через видение, он лип к рукам, пробираясь выше. Мне придется это исправить. Когда передо мной вновь появилась гостиная факультета, я огляделась, но никого не обнаружила. Дверной проем со скрипом отворился, из коридора послышались громкие и веселые голоса, но как только портрет вернулся на место, настала звенящая тишина. Это был Малфой, которого изрядно потряхивало. Неужто время пришло? Он приблизился, с минуту посмотрел на меня и протянул: — Сегодня. Приготовься, скоро начнем. Сердце упало. Я отложила книгу, глубоко вздохнула и пошла в свою комнату. Из чемодана с вещами достала черное длинное платье и бархатную накидку с капюшоном, а оставшиеся вещи наоборот покидала внутрь. Больше не вернусь в эту комнату, стоит попрощаться. Последний раз вдохнула тяжелый сладковатый запах духов Паркинсон, запах пергамента и яблочных долек. Здесь прошли мои самые счастливые годы, которые я не заметила. Всегда казалось, что хуже не будет, и лучше не становилось. Теперь стоя тут и прощаясь со всем, я всё больше жалею о совершенных делах. Хочу поверить в Бога, чтобы отмолить грехи. Последний раз оглядываю комнату, кладу в карман палочку, а в другой Порошок мгновенной тьмы. Выхожу из спальни и у картинного проема встречаюсь с Драко. Киваем друг другу и выходим. Пока идем до Выручай комнаты молчим, даже наставлений давать ему не хочу. Остаюсь у выхода в ожидании гостей, пускай Драко сам приглашает Пожирателей в Хогвартс. Ожидание сводит с ума, а что если он не отремонтировал шкаф? Вдруг их расщепит? Бежать нам придется втроем, не думаю, что сможем отбиться. — Так, так, вот это встреча, — голос Джинни возвращает меня из размышлений. — Уходите, — я подбегаю к гриффиндорцам, пока они выходят в коридор. — Сейчас я делаю вам большое одолжение, спасая ваши жизни. — Прекрати пугать и дерись! — рявкнула гриффиндорка. — Повзрослей! Одной смелостью не одолеть Пожирателей смерти. Лучше послушай меня и не ввязывайся. Вас перебьют. — Будем мы ещё слизеринцев слушать! — вступил Невилл. — Рон, хоть ты меня услышь, — когда я принялась умолять? — Ты же знаешь, я не ошибаюсь, — теперь я говорила с ним шепотом. — Знаю, — подтвердил он. — Но уйти мы не можем. — Вы мне должны, — сказала я, вернувшись на прежнее место. На стене проступили широкие двери и принялись открываться. Я бросила под ноги гриффиндорцам целую горсть порошка и приблизилась к двери. Малфой с группой Пожирателей уже стоял в коридоре. Рука Славы, которую из благих намерений прихватил Драко, теперь освещала нам путь. Из кромешной тьмы нам удалось выйти невредимыми, оставив студентов в недоумении позади. На следующем этаже нас уже поджидал Орден Феникса, я так обрадовалась, не встретив лиц Сириуса и отца. Двое Пожирателей вышли вперед нас и начали атаку. Я схватила Драко за руку и утащила в сторону, мы пошли другим путем. Оказавшись у подножья Астрономической башни, мы остановились. В конце коридора мчались ещё несколько человек из Ордена, на которых набросился Фенрир Сивый и Гиббон. — С тебя нужна метка, ты сильна в этом, — проговорил Драко, прыгая на лестницу. — Мортмордре, — ровно над Астрономической башней возникла змея и череп. Тучи словно почувствовали происходящее, принялись сгущаться, а ветер сильнее их подгонял. Теперь все Пожиратели были заняты в сражении, мне оставалось идти за Драко и следить за ним. Я принялась подниматься, громко стуча каблуками о железные ступени. Издалека были слышны лишь приглушенные голоса и отрывки из разговора, но разобрать сложно. Я была уже близко, оставалась пара ступеней. — Да, это приятно, — спокойно согласился Дамблдор. — Нам всем нравится получать благодарность за наши труды… И все-таки без помощника вы бы никак не обошлись… Вам нужен был кто-то в Хогсмиде, кто-то, способный подсунуть Кэти то… то… а-а-а… Ну конечно… Розмерта. И давно на ней лежит заклятие Империус? — Что, дошло наконец? — издевательски ухмыльнулся Малфой. — Простите, немного задержалась, — запыхавшись добавила я. — И прошу прощения у мадам Розмерты, на которую наложила заклятье именно я, — я подчеркнула последние слова. — Вы решили почтить нашу компанию своим присутствием, Горгонея, — Дамблдор выглядел плохо, как и видела раньше. — Слежу за братом, — я перевела взгляд на Драко. — Я надеюсь, Вы простите мне вольность, — направив палочку на брата, я произнесла: — Крутцио. Малфой согнулся пополам и упал на колени. Его плечи тряслись, послышался нечеловеческий крик, после которого он схватился за палочку, но так и не смог её поднять. Луч из моей палочки продолжал поражать его, пока крики разносились по округе. — Ты думал, я не узнаю? Хах, наивный, — я присела к нему. — Бедный братец, — я провела рукой по его намокшим волосам, скинув челку со лба. — Разве ты не знал, что предательство карается? — теперь я говорила с ним, как с ребенком. — Пупсик, ты думал, мне не хватит сил поднять руку на родного брата? За что ты меня продал? Что ОН тебе обещал? Я отошла и прекратила пытку. Драко долго и часто дышал, хватал ртом воздух и пытался встать. Всё это время Дамблдор с ужасом наблюдал за картиной, ему хотелось защитить парня, но после наведенного на него заклятия, ему оставалось только смотреть. — Он выбрал меня, — начал Малфой. — Я его сосуд… Для души… Я ему нужен больше, чем ты, — Драко выплюнул последние слова, за что получил ещё одну порцию мучительной боли. — Ты никогда не будешь нужен ему больше меня. Ты лишь глупец без права выбора, хоть и думаешь иначе. Я подошла к профессору, вгляделась в его ясные глаза. Отменив все заклятия, я проговорила: — Мне жаль, что Вы стали свидетелем этой сцены. Мне жаль, что тогда я не ошиблась в вашем кабинете и жаль, что подвела Вас. Я обещала не вредить в Хогвартсе, но Патил… Это была случайность, о которой я сожалею больше всего, — он должен был это услышать. Затем снова вернулась к брату, который лежал на спине и плакал. Носок моих туфель неприятно ударил его в бок, от чего тот сразу же резко сел. Шум стал ближе, грохот и крики усилились. Дело времени, как скоро здесь будут все участники. — Вставай! — приказала я Малфою и отошла к другому концу площадки. Я почувствовала сгусток энергии, вглядевшись в него, мне показалось лицо Поттера. Подмигнув ему, я устремила свой взгляд в небо и совершенно перестала слушать разговор профессора и брата. Но тут на лестнице загремели шаги, и через секунду Малфоя оттолкнули в сторону четверо в черных мантиях, выскочившие из двери. — Дамблдора приперли к стенке! — сказал Амикус и повернулся к приземистой женщине, его сестре, и та алчно улыбнулась. — Дамблдор без волшебной палочки, Дамблдор в одиночестве! Отлично, Драко, отлично! — Добрый вечер, Амикус, — спокойно произнес Дамблдор, словно приветствуя гостя, явившегося на чашку чая. — Вы и Алекто с собой привели… очаровательно… Колдунья издала сердитый смешок. — Что, думаете, шуточки помогут вам и на смертном одре? — глумливо поинтересовалась она. — Шуточки? Нет-нет, это всего лишь проявление воспитанности, — ответил Дамблдор. — Давай, действуй, — сказал Фенрир, стоявший ко мне ближе других. Я намеренно не смотрела, не хотела. Возможно, это было неуважительно к Дамблдору, но мне слишком больно. Драко подгоняли, они смеялись профессору в лицо, вся картина была настолько отвратительной, что я никак не могла в неё вписаться. Поглубже натянув капюшон, я заткнула уши, больше не могла вынести. Из глаз побежали жемчужные струйки. До крови прикусила губу. Минуты шли, мне казалось я стою там уже час, но вот кто-то меня дергает за руку и тащит вниз. Дамблдор больше не стоит на площадке, я и Драко первыми покидаем башню, только после остальные Пожиратели. Это был Снегг, это он выдернул меня. Мы почти бежали, поэтому я несла полы юбки в руках. За нашими спинами снова началось сражение, проклятья сыпались рекой. В громких раскатах мерещился голос матери, который я не успела запомнить, но он казался именно им. Оглянувшись, я увидела две фигуры сражавшиеся бок о бок — Сириус и Регулус. Когда-то они казались полной противоположностью друг друга, а теперь стоят рядом защищая свою семью. Я ускорилась, чтобы не встретиться взглядом, чтобы не замешкаться на миг. Хотя, мне так хотелось развернуться, подбежать к подножью башни и извиниться ещё как минимум сотню раз. Страшный сон стал явью. Мы вышли из главного входа и направились через сторожку Хагрида к бреши в защитном поле. Сейчас я не могу ничего сделать, даже если бы хотела. Снова бессилие. Яркие языки пламени взмыли к небу, когда мы приблизились к хижине лесничего. Драко и я оббежали её, оказавшись ближе всех к выходу. Узкий месяц освещал нам путь. Мы двигались без остановки, когда Гарри оказался на поляне и попытался нас ударить. Ему удалось отвлечь Снегга, приказав нам уходить, профессор продолжил бой. Меня подбило заклинанием и я кубарем покатилась к воротам. Всё смешалось в темно-серую кашу. Отдышавшись, я пошатываясь, с болью в плече, встала на ноги. Выбежав за ворота школы, я схватила Драко за руку и перенесла его к Малфой Мэнору. Нас ждали, Нарцисса с волнением на лице накинулась на сына, а ко мне подошел Картер. Его лицо было спокойным, но по трясущимся рукам было видно его волнение. Он крепко обнял меня, провожая внутрь. Драко заставил меня замереть у входа, задержав рукой. — Спасибо, что перенесла нас, — с дрожью, тихо проговорил он. — Смеешь со мной говорить? Это была случайность, в следующий раз я не буду такой милосердной. Только когда я оказалась в своей комнате, с моей головы опустился капюшон. Всё это время он скрывал моё опухшее от слез лицо. Я упала на колени и прижала руки крепко к груди, чтобы хоть как-то унять ноющую боль в сердце. Как в магловском кино перед глазами побежали картинки с первой встречи с Дамблдором, когда я только оказалась в Хогвартсе. Я вспомнила всё, от первого Зельеварения, до последней Защиты от Темных Искусств. Все, что было в Ванной старост, Выручай комнате и Хогсмиде. Такого больше не повторится никогда, больше не будет детства. Мысли колоколом били в голове. Картер хотел помочь мне добраться до кровати, но я выскальзывала из его объятий. Моё горе было не утешить.

***

Через несколько дней должны были состояться похороны профессора. Мы с мужем приняли серьезное решение — посетить их. Скорее всего, мы нежеланные гости, поэтому я отправилась в черной длинной кружевной вуали, отлично скрывающей лицо, а Селвин надел черную шляпу, которая скрывала пол его лица и к ней надел очки. Мы пришли со стороны Запретного леса, когда все расселись по местам среди широких рядов стульев. Всё происходило у озера, под ярким солнцем, ласкающим лицо. Я увидела Сириуса, который сидел рядом с Регулусом и что-то вещал с серьезным видом. Недалеко сидела чета Уизли, среди рыжих голов я смогла отличить ту самую, что заставила сердце предательски сжаться. Римус и Тонкс сидели рядом, волосы кузины были окрашены в ярко-розовый, что заставило меня улыбнуться. Были и другие известные и не очень личности пришедшие попрощаться с великим волшебником. Честно говоря, сейчас мы нарушаем правила, просто сидя здесь и наблюдая за церемонией. Если Волан-де-Морт узнает о нашей выходке, страшно представить, что сделает с нами. Над поверхностью воды возвысился хор водяного народа, пел на странном, своем языке. От музыки кожа покрывалась мурашками, она ясно говорила об утрате и горе. Мы повернули голову в сторону Хагрида, который шел по проходу, неся в руках в фиолетовом саване профессора. По щекам лесничего мчались слезы. Я закусила губу, чтобы не закричать, старая рана снова кровоточила. Хагрид опустил тело на белый мраморный стол и двинулся обратно на задний ряд к ещё одному великану в два раза больше его самого. В озере появилось больше голов, они все пришли услышать прощальную речь, которую начал низенький человек в черной одежде. До последних рядов доносились лишь отрывки, мы даже не старались разобрать их, смысл был и так ясен. Человечек в черном наконец-то умолк и вернулся на свой стул. Гости ожидали, что кто-то еще встанет у тела, произнесет речь, но нет, никто не двинулся с места. Потом вскрикнуло сразу несколько голосов. Яркое белое пламя полыхнуло, охватив тело Дамблдора и стол, на котором оно лежало. Языки пламени вздымались все выше и выше, заслоняя собой тело. Теперь, там, где он только что бился, стояла белая мраморная гробница, укрывшая в себе и тело Дамблдора, и стол, на котором оно покоилось. Так всё и закончилось. Картер взял меня за руку и наклонился ближе. — Я обещал увезти тебя. Завтра это и сделаю, — я удивленно смотрела на него. — Нам пора, — он аккуратно подхватил под руку и мы вдвоем, общим черным пятном удалились в сторону Запретного леса, пока другие расходились по территории у озера. Перед тем как скрыться, я снова обернулась и посмотрела на всех людей, прибывших на похороны. Я хочу обойтись малой кровью.