alphabet

Дом, милый дом... После долгого рабочего дня иначе никак не скажешь. Любимые стены, в которых я, наконец, в безопасности. Тишь да благодать. И я просто падаю в мягкое кресло, не найдя в себе силы сделать и лишнего шага. Глаза сами по себе слипаются. Мы только что вернулись домой с очередной групповой фотосъемки для какого-то журнала, если честно, то я даже не могу уже вспомнить какого именно. Я клянусь всем, чем только можно, когда мы зашли домой, я была готова с разбегу упасть на кровать и лежать так вечность из-за безумной усталости, которую сейчас со мной разделяет каждая из девочек. Но, похоже, у судьбы свои планы, раз она таким наглым способом прервала мои. А все из-за тихого стона, что неподалеку разорвал тишину. Который вызвал табун холодных мурашек по спине, отчего я едва вздрагиваю. Сонливость как рукой сняло, мне показалось, будто на меня вылили тазик ледяной воды и залили в рот в ведро крепкого кофе. Спать больше не хочется. Однозначно. Я неуверенно приоткрываю глаза, чтобы взглянуть на причину. Лиса блаженно развалилась на диване, откинув голову назад. И я просто не могу воспользоваться тем, что ее глаза устало прикрыты – мой взгляд самовольно скользит по ее молочной шее вниз, рассматривая острые ключицы. Лисенок сладко зевает, не поднимая головы, а затем почесывает шею, заставив мое внимание самовольно переключиться на ее, о мой бог, такие длинные пальцы. Интересно, они у нее всегда такие были? Я аж поперхнулась. Что за мысли? Нет, я как бы всегда знала, что Лиса у нас довольно интересная личность, которая всегда вкладывается до последнего в любое дело, чтобы в конце концов получить хороший результат. Вокал, рэп, танцы – она буквально идеальна в каждом аспекте, чтобы быть айдолом, о котором мечтает не только каждый крупный лейбл. Особенно в танцах. Как по мне, она именно та, которая станет легендой к-попа. Просто ее движения совершенно идеальны в любых стилях, ее харизма на сцене так и хлещет, что ты невольно захлебываешься. А этот взгляд... Она буквально играет с огнем, это ее стихия. И если честно, то я потихоньку начинаю вестись. - Джен,- ее мягкий голос вновь разрывает тишину. Я приоткрываю глаза и встречаюсь с ее нежными черными глазами, отчего на моих губах самовольно расцветает небольшая улыбка. Она тянет ко мне ладошки, совсем по-детски подзывая, и строит милую мордашку.- А ну иди сюда. - Зачем это?- и совсем неважно, что я знаю зачем. Она мило хмурится, а я не сдерживаю тихого смешка. Эта ее двойственность когда-нибудь меня прикончит, хотя на самом деле это профессионализм, как мы его называем. В жизни она сладкая булка, а вот когда она на сцене... я уверена, что в зале чертов потоп. - Иди сюда, я тебя потискаю,- она выпячивает нижнюю губу, прекрасно зная, что это сработает. И черт возьми, да! Это работает! Я реально слаба перед ней.- Мне нужен мой зарядник. - Так поспи,- усмехаюсь, но все же поднимаюсь с насиженного местечка. - Фу, ты зануда,- она ловит мои запястья, как только я подхожу к дивану, и тут же роняет на себя, заставив меня засмеяться.- Это так не работает. - И как же это работает тогда? - Вот так,- Лиса стискивает меня в своих руках, прижимаясь щекой к моей щеке, и тут же бурчит что-то невнятное. Мне остаётся лишь принять тот факт, что я добровольно согласилась на то, чтобы меня тискали и жамкали за щечки. Лисенок тактильный человек, я просто знаю, что ей это нужно, чтобы чувствовать себя хорошо. О, а ещё шоколад, она просто без ума от него. Как только этот ад, – ну как сказать ад, мне на самом деле понравилось, как она со мной сюсюкалась, – заканчивается, Лиса со слипающимся взглядом едва сползает вниз и притягивает меня к себе за талию, позволив обнять себя за голову. Она лежит на моей руке, прижимаясь, а мне хочется, чтобы это не заканчивалось. Так близко. - Ты такая теплая, Нини,- лепечет она в мою грудь, а у меня спирает дыхание. Лиса совсем недавно вновь покрасилась в светлый, чем напомнила мне дебютные времена. Все тогда бегали, наводили суету, нервничали из-за приближающегося первого выступления. Мне кажется, ещё никто из нас не был на грани нервного срыва настолько близко. Но именно тогда Лиса показала всем, что с ней не стоит возиться, как с самой младшей из группы. У нее была та самая успокаивающая улыбка, она буквально так и говорила, что все пучком, ребята, не беспокойтесь. Пусть Лиса и сама нервничала больше всех, потому что её попросту не могли принять из-за иностранного происхождения, но она успокаивала нас. Просто вылавливала, когда кто-то в панике пробегал мимо нее, обнимала и говорила те самые нужные слова. Она невероятна. Хотя бы тем, что готова на все ради своей семьи и нас троих. Лиса сама не раз говорила, что мы для нее даже больше, чем семья. И это так мило. Теплые воспоминания окутывают меня с головой, заставляя погрузиться в лёгкую дрёму. Изначально в группе должно было быть семь девочек. Но я не считаю нужным сейчас это вспоминать. Потому что они не смогли быть такими же сильными как она, девочка, которая однажды прилетела из Тайланда, зная только одно слово на корейском. И вот, спустя несколько лет она уже свободно говорит на четырех языках, правда похоже я одна считаю, что на пяти, поскольку языком тела тоже владеть на таком уровне не каждому дано. Что на самом деле удобно, если учесть, что именно благодаря этому ее можно читать как открытую книгу. Как она сидит, как стоит, сутулится ли, как держит палочки, смотря какой ещё рукой, что удивительно, кстати. Я у нее давно такую особенность проглядела. Она как-то ела курицу правой рукой, а затем спокойно левой рукой ела палочками рис, не обращая на это внимания. Также иногда она ест обеими руками, и ей без разницы в какой руке ложка, а в какой палочки или вилка. Удивительно. Ах да, так о чем это я... Когда из Австралии прилетела Розэ, и мы посреди ночи собрались вот так вот вчетвером, не обращая внимания, что мы были лишь маленькой частицей всех трейни, Лиса сказала мне одну вещь, которая до сих пор спустя много лет вертится в моих мыслях. Мы сидели на полу и пели под гитару, восхищаясь голосами друг друга, пока в один момент Лиса не закинула мне руку на плечи и едва прижала к себе, а затем сказала своим мягким, едва низким голосом, что пазл сошелся. Тогда я сочла это странным, не придала этому значения. Но сейчас, когда мы с дебюта начали бить рекорды, я верю ее спокойствию, когда она говорит, что так надо, что все хорошо и волноваться не о чем. Я поняла, что имела в виду Лиса, когда уже из почти полноценной группы Pink Punk ушла пятая девочка, оставив нас вчетвером. Пазл и вправду сошелся, когда мы начали работать как единое целое, как один организм. Четыре девушки из разных стран, три из них кровные кореянки наконец нашли ту золотую середину, когда никто не остаётся незамеченным. А ещё я помню, как мы перепугались, когда после смены состава директор вызвал Лису в себе в кабинет, когда мы уже гордо называли себя blackpink, подчёркивая тем самым нашу индивидуальность. После той самой первой контрольной точки вчетвером, Лиса начала пропадать на дополнительных занятиях, отчего мы начали побаиваться, что YG решил забрать нашу девочку в сольный проект. Да, мы действительно так думали, потому что Лиса заслуживает этого, она была уже сильным артистом уже в те времена. И как бы мы не хотели добиться от нее ответа, она просто продолжала ставить нам хореографию, хитро улыбаясь. Вот тогда-то я и поняла, что без нее мы не справимся. Я не справлюсь. Я не хочу ее терять. Как сейчас помню, после того, как директор сказал, что сделает небольшое объявление перед контрольной ежемесячной точкой, я нервно теребила волосы, пока Чеен хрустела пальцами, а Джису кусала губы, Лиса же просто успокаивающе улыбалась нам, совершенно не нервничая. Не нравилось мне это, ой как не нравилось. Лиса тогда резко прижала меня к себе, когда заметила приближающегося к нам директора, и сказала, что все хорошо. Я ей поверила. И верю до сих пор ее каждому слову. Ян Хён Сок сонбэним поздоровался со всеми присутствующими, включая нас, и начал свою речь, усевшись неподалеку. «- В связи с последними событиями хочу ознакомить вас с новыми и, надеюсь, последними изменениями,- он оторвал взгляд от листочка и криво улыбнулся нам, отчего у меня пересохло в горле. Заметив это, Лиса осторожно взяла меня за руку и успокаивающе сжала.- Поскольку девочки не хотят оборачиваться на прошлое, было решено изменить название группы на Blackpink, что также указывает на их мягкость и в то же время дерзость. Но спешу вас удивить, что изменения произошли не только в составе, но и в позициях девочек. Так-с начнем... Ким Джису – ведущая вокалистка, вижуал. Ким Дженни Руби Джейн – главный рэпер, ведущая вокалистка. Розанна Пак – Главный вокал, ведущий танцор...- Мы резко повернули головы на Лису, пока директор переворачивал листок с текстом. И это не только потому, что мы среди позиций не услышали слово "лидер". Шатенка в то время лишь шире улыбнулась.- Последняя, но не по значимости – Лалиса Манобан, моя тайская радость,- мы лишь хором фыркнули, забавляясь с того, как наш директор называет нашего Лисёнка.- Главный танцор, ведущий рэпер и саб-вокалист». Заметив наши ошеломленные взгляды, Лиса попросту попыталась смыться, прокомментировав ситуацию одним простым «бум». Это ей не особо помогло, когда мы ее настигли в коридоре, возмущаясь. Она лишь смеялась, пытаясь выкрутиться, когда мы начали над ней издеваться, щекоча. Просто какого хера она молчала?! Почему с ее ангельским голосом, самым стабильным причем из группы, с которым она берет высокие ноты довольно легко, она с ведущего вокала – с ведущего, черт возьми!! – резко стала саб-вокалистом. Я была готова ее побить, вот честно. Но чуть позже, когда я услышала, как она читает рэп, ее мягкий высокий голос стал низким и четким, у меня упала челюсть. Ладно, по большей части это случилось опять же из-за ее харизмы, которая проявилась ещё в большей степени, чем с вокалом. - Оу, черт,- сквозь сон я услышала голос Джису, что, по всей видимости, вышла из нашей ванной. Так уж повелось, что у нас две ванные комнаты, одну из которых делит онни-лайн, а другую макнэ-лайн. Похоже настало мое время идти в душ, но я так не хочу даже пытаться открыть глаза. Тем более, что мы сейчас спим в обнимку с Лисой. Так тепло. Я никуда не хочу. До конца жизни бы так... - Ченг, смотри,- проговаривает она, а затем резко охает, когда по случайности чем-то брякает. Ванная Лисы похоже тоже освободилась.- Их одних вообще походу оставлять нельзя. - Да ну тебя в пень,- посмеиваясь, тихо возмущается Розэ, а затем я чувствую, как нас заботливо накрывают пледом.- Ты же знаешь, что они друг без друга не могут от слова совсем. - Ну да,- усмехается Чу.- Ты когда-нибудь слышала, чтобы Джен молча смотрела, как наш Лисенок тренируется?- она смеётся, а у меня появляется желание подняться и дать ей по бубну совковой лопатой. - Нет,- смеётся Рози в ответ.- Но когда-нибудь я перестану угорать с того, как она вздыхает и охает. Как-то раз она даже умудрилась ляпнуть, что у Лисы сексуальный пресс. Но я не стала это комментировать, потому что жизнь мне дороже. Стоп, я реально так сказала?! Да быть такого не может. Да даже если я так и сделала, я никому не наврала, раз пошло на то дело. У Лисы не только пресс сексуальный в общем-то... Мои сонные размышления прерывает сама Лиса, что низко мычит и начинает вошкаться. Она прижимается ещё ближе и как маленький котенок ищет лицом мою шею, чтобы уткнуться. Я же попросту позволяю ей это сделать, запустив пальцы в ее светлые волосы. Это же Лиса. Только ей я почему-то позволяю такое. - Почему они такие милые?- шепотом верещит Розэ, явно улыбаясь. - А когда мы с ней валяемся, она всегда от меня отворачивается,- дуется Джису. - Все дело в твоём лице,- смеётся младшая, чем зарабатывает себе шлепок по ноге.- Такая же фигня, на самом деле. - А что если они эти? - Соулмейты, вот они кто,- поправляет ее Розэ.- Да даже если и так, ты думаешь, что что-то изменится? - Ты права, бурундук. Когда-нибудь эти двое разберутся в себе, лишь бы поздно не было. Уже ближе к ночи я наконец выгребаюсь из душа, потирая все ещё едва мятые щеки от неизвестно скольки часового сна на диване в гостиной. Я до сих пор не могу не думать, что значили слова Розэ и Джису на счёт того, чтобы разобраться в себе. После них я отключилась окончательно, о чем жалею, ведь не слышала остальную часть разговора. В гостиной слышится голос Джису, что опять возмущается, скорее всего на кого-то из младших, из-за чего я не могу не улыбнуться. Я тут же выдвигаюсь в гостиную, прихватив с собой последний батончик моего любимого шоколада из холодильника. Я о нем весь день мечтала. Что тут уж попишешь, он моя первая и бесповоротная любовь. - Что у вас тут происходит?- искренне улыбаюсь, заметив, как Чу соединила ладошки Розэ и Лисы, измеряя их взглядом. А Лисе же вообще все равно, что происходит вокруг, она как сонный воробушек хлопает слипающимися глазками, свободной рукой потирает мятое лицо. Что опять же удивительно, если учесть, что в душ мы пошли одновременно, потому что нас растолкала нетерпеливая Джису. - Ладно, Джен,- Чу с притворным огорчением выдыхает.- Ты была права. У Лисы и вправду пальцы длиннее. Стоп, чего? Когда я вообще такое говорила? - Ах ты,- кидаю в нее первую попавшуюся вещь, а точнее шоколадку, что все это время была у меня в руке. О, нет, я не хотела делать ей больно... моя шоколадочка, прости меня.- Я такого не говорила. - Не факт, что не думала,- смеётся она, потирая бедро. Лиса же хмурится, глядя на меня как на убийцу. Вот черт. Я и забыла, что она тоже любит шоколад также сильно, как и... а впрочем неважно. Она просто его любит. - Зачем ты так с ним?- сипло проговаривает она, поднимая батончик с пола.- А ну иди сюда. - Не-а,- я хитро улыбаюсь, отступая назад. - Я тебя сейчас покусаю, иди сюда,- несерьёзно угрожает она, поднимаясь. Девушки на диване лишь наводят суету, поддакивая. - Не перестарайся,- вырывается из меня, отчего Розэ присвистывает и дает пятюню Джису.- Шоколадку отдай и делай, что хочешь. - Думаю, ты не согласишься на то, чего я хочу,- хмыкает Лалиса, вертя шоколадку в руке. Со стороны дивана опять слышится визг. - А вдруг? Резкий грохот опять оттуда же заставляет нас развернуться. А там Рози навернулась с дивана, перестаравшись. Ничего нового, в принципе. - Вы продолжайте, продолжайте,- шустро отмахивается она, вновь усаживаясь на нагретое место. - Может, вам попкорн принести?- интересуется Лиса, начав открывать шоколадку. Мою шоколадку! Вот чертовка! Если она продолжит, я ей эти руки... ух! Зла на нее не хватает. - Захвати беруши на всякий случай,- кивает Джису со своей фирменной улыбкой.- Просто интересно чем закончится. - Не поверишь, но мне тоже,- Лиса нагло откусывает шоколадку. Мое любое сомнение тут же проявляется решительностью во взгляде. Она украла мою шоколадку! Последнюю, блять, в этом чертовом доме!- Сначала оказывается, что у меня пресс сексуальный, а потом ещё и пальцы длинные. Девушки вновь присвистывают на диване. - Шоколадку, блять, отдай, воровка,- я со всей своей серьёзностью делаю шаг вперёд. Она слышала разговор Джису с Розэ насчёт того, что я сказала. И сейчас плевать я на это хотела. Потому что я хотела чёртову шоколадку! А она уже съела чёртову половину мне назло!- Или я не знаю, что я с тобой сделаю. - Сделай с ней все, что хочешь, красотка,- визжит на диване Джису, отчего я кидаю в нее подушку с кресла, которую она несомненно ловит лицом. - Заткнись нахер! - Фу, какая агрессивная,- дуется она, пока тем временем Лиса откусывает оставшуюся половину. Четверть! Эта мелкая сучка оставила мне четверть моего драгоценного батончика шоколадки! Я сниму с нее скальп. И это не оговаривается. Я хотела по-хорошему. - Отдай,- со всей своей холодностью, на которую я способна прошу ее не совершать ошибок, приближаясь.- Сейчас же. - Иначе что?- она показывает мне свой фирменный взгляд, от которого сыпятся чуть ли не все девушки в зале, да и не только они. Но мне все равно. Я могу ей противостоять, показывая ту же самую свою сторону. Как говорится, схавала? - Пожалеешь,- я лишь усмехаюсь на ее реплику. Она пытается взять меня на слабо. И у нее плохо получается. Потому что в этих отношениях только я имею контроль. - А ты заставь,- она кладет последнюю дольку в рот, облизнув губы. И она настолько близко, что я чувствую ее прерывистое дыхание на своих губах. Манобан, да что с тобой не так, черт возьми? Ты захотела смерти? Окей, герл, твоя взяла. Если она хочет пожалеть, то пускай будет так. У меня есть свои козыри на любую ее выходку. Не стирая ухмылки, я резко разворачиваюсь, взмахнув волосами, и ухожу от нее, оставив в немом шоке. Усаживаюсь в свое любимое кресло, в зеркале напротив наблюдая, как она широко распахнула рот. Да, блять, да! Она жалеет! Лиса ошарашенно делает неуверенный шаг назад. - Джен?- тихо лепечет она. А я игнорирую. Я же сказала, что пожалеешь, ну вот, пожалуйста. Я невольно перевожу взгляд на девушек на диване и не могу сдержать легкого смешка от их вида. Они зажимают друг другу ладонью рот, чтобы не издать лишнего звука, а свободной рукой прижимают чужую ко рту плотнее, чтобы уж точно наверняка. А их округленные глаза только так бегают то от меня к Лисе, то обратно. Забавно, не поспоришь. - Дженни?- она как маленький котенок подкрадывается ко мне и присаживается на корточки возле подлокотника, сложив на него руки. Двой-ствен-ность. Этот котенок только что хотел разодрать мое сердце в кровь, а теперь мажется, чтобы его простили и погладили. Но в этот раз это серьезно. Это была последняя блядская шоколадка. О которой я мечтала с утра. Которая ждала меня дома сутки. Чтобы я ее съела. И насладилась этим. Ее вкусом. Ее блядски восхитительным вкусом. Злюсь. Да как она вообще посмела съесть ее всего-навсего из-за того, что я кинула ею в Джису! Суки. Джису тоже, потому что спровоцировала. Нет, они обе знали, что так и будет, поэтому спланировали все это. Я уверена, что так и было. - Ты с ней не разговариваешь?- вкрадчиво мягким голосом интересуется Розэ, убрав руку Джису от своего рта. Иногда мне кажется, что она единственный здравомыслящий человек в нашей группе. Но потом она встречается со своей названной двойняшкой, то есть Лисой, и начинается веселье в виде беготни по дому или ещё какой-нибудь херни. В ответ я лишь с серьезным видом киваю в подтверждение, сложив руки под грудью. - Ты со всеми нами не разговариваешь? - Нет, с тобой говорю,- спокойно отвечаю, как только слышу удаляющийся от меня топот. - А я то тут причем?- в который раз за день возмущается онни. - Ладно,- вздыхает Розэ, когда я игнорирую ее.- Что сделала Джису? - Повязали, как сообщника,- усмехаюсь. Но тут же моя улыбка сходит на нет, когда в комнату на всех парах залетает Лиса и боком усаживается мне на коленки. Видать, что-то придумала. Сейчас вину свою искуплять будет. А я ее даже спихивать не буду, потому что я не просто с ней не разговариваю после этого, я ее игнорирую от слова совсем. Она меня предала, лишив меня того, ради чего я плелась домой. - Потому что она меня спровоцировала,- как ни в чем не бывало продолжаю разговорить с Розэ, будто ничего не происходит сейчас. Будто мне даже не интересно куда это она бегала. - Тут и не поспоришь даже,- соглашается Рози со мной, улыбаясь. Лиса тем временем закидывает руку мне на плечи, обнаглев в край. - Эй!- Джису пихает Чеен в ребра, отчего та визжит. - Дженни~онни,- мило проговаривая, Лиса обнимает меня за шею. Контролировать себя становится сложнее, но я должна держаться ради своего же блага. Она сама хотела, чтобы я заставила ее пожалеть. Пускай мается теперь, что ж, мне не жалко. - Дженни~и,- канючит она, раскачивая нас в кресле из стороны в сторону. Я прикрываю глаза, стараясь сосредоточиться на том, чтобы не шевелиться, в то время как Джису с Рози опять притихают, молча наблюдая.- Она была последней, да? Я молчу. - Ответь,- она издает жалобные звуки, отчего я прикусываю щеку изнутри.- Ну ответь же мне, ответь. Дженни-онни~и... Если ты мне скажешь, что она была последней, я тебе дам ещё. Я в удивлении распахиваю глаза. Что это значит? У нее есть ещё? Это была не последняя? Она мухлюет? Точно такую же? Другую? Когда? Черт. Я сдаю позиции. - Ладно,- не отлепляясь от меня, она расцепляет мои руки и совсем нагло кладет одну к себе на задницу. Что? Зачем? Боже, я сейчас откинусь.- Сама тогда возьми. Что она имеет в виду? Мне тут же становится стыдно, когда в заднем кармане шорт я нащупываю нечто похожее на мой любимый шоколадный батончик. Не то, чтобы я вообще щупала, он сам там оказался. Черт, я, кажется, краснею. Потому что я подумала, что... Ладно, кто как хочет, тот так и извиняется. Но зачем, нет, не так... Она своей задницей решила растопить шоколадку или что? Второй рукой мне приходится приобнять эту идиотку, чтобы распечатать мою драгоценность и наконец откусить это золото в моих руках. И нет, Лиса, что сидит на мне, не портит мне момент. Наоборот, так как-то уютнее что ли. Но она все равно засранка. Если она мне дала другую, возместив материальный ущерб, то это не факт, что я ее ещё простила. И как только я съедаю половинку и кладу остатки в рот, чтобы откусить, эта чертовка резко приподнимается, отчего в моей руке остается только фантик, а оставшаяся четверть шоколадки выглядывает наружу из моего рта. Я нервно проглатываю все, что успела прожевать ранее, когда черные глаза напротив начинают так близко бегать по моему лицу, а затем в них мелькает что-то для меня неизвестное, когда ее взгляд цепляется то ли за мои губы, то ли за шоколадку между них. - И ты даже не поделишься?- тихо спрашивает она, так, чтобы слышала одна я. Хотела бы я сказать, что она итак слупила до этого мою шоколадку в одного. Но не могу. Я не могу оторваться от нее. От того, насколько она близко. Она медленно наклоняется, продолжая обвивать мою шею руками, отчего мои руки самовольно ложатся на ее талию, я буквально ничего не могу с этим поделать. Я говорила, наверное, уже миллиард раз, но скажу ещё – Лиса удивительна. С первой нашей встречи и до конца своих дней я не буду считать иначе. Я сейчас взорвусь от чувства, как все замерло в груди, когда она обхватила зубами край батончика. Между нами миллиметры, и я закрываю глаза в предвкушении, надеясь лишь на ее смелость. А она всегда была смелее. Я даже не размыкаю губы, как обычно это делают, когда делятся с кем-то, чтобы случайно не коснуться чужих губ своими. Потому что я хочу этого. Едва запрокинув голову назад из-за девушки, которая не без этого выше меня, что сидит на моих коленях, обнимая за шею, хочу этого. Я даже не хочу откусывать, хочу чтобы она сама забрала его. Если бы я стояла на ровном месте, я бы давно упала, потому у меня уже подкашиваются ноги, а я сижу вообще-то. Вместо того, чтобы просто забрать чертов шоколад, она начинает посасывать дольку, отчего я начинаю сходить с ума. Она опять меня провоцирует. Блять, это так горячо, что я уже готова начать хныкать в ее руках. Но Лиса сокращает расстояние до минимума и, наконец, позволяет нашим губам соприкоснуться всего на пару секунд. Черт, она откусила. Я жадно вдыхаю, когда она отстраняется, чтобы взглянуть в мои глаза. Тот огонек разросся в дикое желание. И я уверена на все возможные проценты, что в моих глазах пляшет точно такой же. Не медля и секунды больше, мы одновременно подаемся навстречу друг другу. Она жадно сминает мои губы своими, отчего я не могу сдержать тихого мычания, когда, не отрываясь от дела, она меняет свое положение, просто оседлав мои бедра. И черт возьми, я могла только мечтать об этом. Что самая горячая девушка будет сидеть у меня на коленях, страстно целуя. Сладкая. - Нам... надо остановиться,- с придыханием она поцелуем смещается на щеку и прижимается к ней своей, почти шепча мне на ухо. - Так ты жалеешь?- точно так же отвечаю я ей. - Нет,- она отрывисто целует меня в щеку и сразу же прижимается вновь.- Жалела, пока ты меня игнорировала. Но то, что было после... это было лучше дебюта, поверь. - И не поспоришь,- попросту соглашаюсь с ней. Дебют бывает раз в жизни, но ведь мы с ней можем повторить, не так ли? Мой взгляд самовольно падает на диван, где сидели две вороны, глазея на представление. Почему в прошедшем времени? Да потому что их там больше нет, отчего я нахмурилась. - Что такое?- Лиса отстраняется от меня, почувствовав что-то неладное, улыбается мягко, а затем нежно проводит большим пальцем между моих бровей, стирая морщинку. Я же просто поддаюсь ее ласкам, когда она кладет ладонь мне на щеку, поглаживая кожу своими прохладными пальцами. - А где эти чудилы?- все же вырывается вопрос из моих уст. - Смотались, когда ты достала шоколадку,- усмехается она. Близко. Она опять близко. - А где ты ее взяла? Моя была последней. - Ну,- смущается этот котенок, отчего я не могу не улыбнуться.- Я знаю, что ты их любишь, поэтому у меня в шкафу стоит целая коробка... - Целая коробка?!- охнула я настолько сильно, будто мне сказали, что мне не приснилось, что мы Лисой целовались только что. А, ой... - Там осталась половина,- ее смущение в мгновение ока сменяется соблазняющей ухмылкой.- И если ты все ещё хочешь сладкого, то мы можем продолжить в моей комнате. Черт. Она меня соблазняет. Меня. И я опять ведусь, потому что у меня не только шоколадку украли, но ещё и сердце. Фу, так слащаво. Ну что теперь поделать, если это правда. И я опять верю ей, верю этой жестокой грабительнице, ее улыбке, когда она ведёт меня к себе в комнату за руку. Потому что я люблю сладкое.