Часть 1. Глава 10. Маленький клан
24 апреля 2021 г., 21:48
Часть 1. Глава 10. Маленький клан
Остров Узумаки
Кин шла уверенно и быстро по главной площади, миновав небольшой парк, где сейчас всеми красками мира распустились цветы. Молодая женщина остановилась и замерла на месте, словно прислушиваясь к окружающему её великолепию. «Всё это во имя Шинигами!» - она улыбнулась своим мыслям и поспешила к Главе клана Узумаки. – «И зачем он меня вызвал сегодня? Время несколько неподходящее: нужно совершать службы, общаться с прихожанами, преподавать в Академии. Что ему от меня понадобилось?» Но приказы начальства не обсуждаются, и потому их приходится незамедлительно выполнять, хотя Кин лучше бы провела всё это время в воспевании Божества, отдельно от суеты этого мира.--- ---
Всё как и всегда: её встретили на подходе к Главному дому и сопроводили до самых дверей Главы. - Ты звал меня? – слегка поклонившись спросила девушка у Ашины. – Надеюсь, повод куда более, чем стоящий? - А ты как всегда спешишь, моя дражайшая племянница (троюродная)? – мужчина был искренне рад приходу этой молодой женщины. - Разумеется! Сам понимаешь: служба Великому Шинигами отнимает много времени и сил, но это приятная необходимость, позволяющая нам существовать столько времени, - чуть улыбнулась она мужчине. - И не просто существовать, - поправил он её, - а доминировать в иерархии нашего мира! Где мы и где все остальные кланы? – Кин на это кивнула головой, удовлетворенно улыбаясь. - Чаю? - Возможно, - она улыбнулась шире и приняла угощение, что явно были заготовлены для неё. Когда разговоры ни о чем были окончены, чай испит, а сладости отпробованы, Ким вопросительно посмотрела на своего господина. – Так какова причина, по которой Верховный Жрец вызвал меня к себе, не дав провести утренние хваление Шинигами? - Веская, - чуть улыбнулся старший Узумаки, невольно залюбовавшись игрой солнечного света в красных волосах своей родственницы. – Ты ведь прекрасно понимаешь, что если вызывают Хранительницу Шинигами то повод более чем достойный. А конкретно сегодня речь пойдет об обучении следующего Верховного Жреца. - И кто же им станет? Кэтсу? – она чуть меняет свое положение в пространстве, что выдает в ней крайнюю степень возбуждения. В конечном итоге вопрос о будущем Жрице Шинигами архиважен по своей сути. - Нет, не он. Кэтсу больше подходит на роль Главы клана. Нет у него способностей и наклонностей стать Духовным лидером для Узумаки, - чуть покачал головой старший Узумаки. - Так кто тогда? – Кин умела ждать, потому, спросив, затаилась и не отвлекала Верховного Жреца Шинигами от своих мыслей и рассуждений. - Я пришел к выводу, что следующим Жрецом станет Мито, моя дочь, - он поставил пустую чашку на стол и воззрился на Хранительницу Божества. - Мито? – Кин была слишком удивлена этой новостью. – Но она точно не подойдет! Её не воспитывали с раннего детства в соответствующей манере! И времени теперь на её подготовку и прививание правильного отношения ко всему, что ей придётся делать, катастрофически мало! Да и не припомню я в ней особых способностей! - Я уверен, что ты справишься, и если понадобится, то выбьешь дурь из этой инфантильной девчонки. Что же до способностей и талантов, то они по сути своей ничто по сравнению с трудолюбием. Ведь все мы прекрасно знаем, что те кто имеют талант, но не стремятся к цели, не добиваются ничего по сравнению с теми, кто стремится, но не имеет таланта. Ведь в тебе изначально тоже не было дара, - он чуть усмехается и смотрит на свою родственницу, что чуть отвела глаза в сторону после его слов. «Хорошо, что с тебя ещё можно сбить самоуверенность, Хранительница Шинигами, иначе я не представляю, как бы было возможно тобой управлять?» - улыбается он чуть хитрее, Кин под этой улыбкой слегка ежится, очевидно, вспоминая, как её когда-то считали бездарностью на фоне её конкуренток. Но время все расставило по своим местам: Кин теперь Хранительница Шинигами, а вот те, кто имели много таланта, но немного желания, не добились почти что ничего. - А не ты ли воспитывал её так, что теперь она и годна только на то, чтоб мужику своему тапочки подносить? – произносит она, наконец, явно не прекращая злиться за то, что он ткнул её носом в прошлое. – Не по вине ли воспитателей одни имеют изначально больше способностей, чем другие!? Ведь её списали со счетов так же, как и меня, лишь потому, что мы обе – женщины! - Кин не боялась Верховного жреца, ведь имела если не первое значение в иерархии жречества, то уж точно второе. Ашина на это лишь тяжело вздохнул и отвел глаза в сторону. - Я надеялся, что моя нынче почившая жена сможет родить мне ещё одного ребёнка. Сына, например. И потому я не ставил перед собой задачу вырастить из неё что-то годное для служения Шинигами. Теперь же, когда понятно и очевидно, что Кэтсу не особо подходит на роль Жреца, я вынужден искать замену. Мито в моем понимании лучший вариант, - произнёс он, пропуская мимо ушей недовольное пыхтение Хранительницы Шинигами. - Понятно, - усмехнулась молодая женщина и поправила свои длинные волосы, сколотые в низкий хвост. – Кашу заварил ты, мой дядюшка, а расхлебывать теперь мне? А может быть, мне отказаться сославшись на то, что я – женщина? - Не забывайся, - произносит Узумаки негромко, но в его голосе отчетливо слышна сталь. – Это приказ или задание. Сама реши, что это! - Мне не важно что это! – смотрит она на него зло. – Я лишь хочу сказать, что при таких начальных условиях не гарантирую идеального результата! Слишком много времени упущено! - Ничего страшного! Идеальность не важна! - Ашина обратил свой взор на пейзаж за окном. – Мито умная девочка, и найдет для себя оправдание во имя того, что вершится ради Шинигами и клана Узумаки. - Хм, я беспокоюсь за судьбу клана, - Кин недовольно скрещивает руки на груди. – Ведь если она не справится и даст слабину, то это отразится на всех последующих поколениях! - Всё будет в порядке – ты подготовишь её, иди, - показал он жестом на выход. – Это задание всей твоей жизни. Сделай из неё Верховную Жрицу. Кин кланяется и поспешно покидает комнату Главного Узумаки, пребывая в сомнениях, тревогах и раздумьях.--- ---
Она снова идет по площади и полы её длинных жреческих одеяний развиваются, подобно крыльям. Хранительница Кин зла, как никогда в своей жизни. Что-то внутри её сжимается неприятно ворочается, подсказывая, что с этой затеей кончится покой и благополучие. «Ну какая из неё Жрица? Она же абсолютно для этого не годится! Мало того, она не интересовалась особо окружающим миром, жила довольствуясь своим неведением. Я в её возрасте уже была первой и основной претенденткой на место хранителя, а что она? Даже думать времени жалко!» - молодая Узумаки держит свой путь дальше и заходит в сад. Кругом цветущее великолепие и, кажется, безмятежность. «Затишье перед бурей!» - думается Верховной Хранительнице Шинигами и она присаживается на небольшой прогретый на Солнце валун. Душа молодой служительницы неспокойна: что-то будет, и она это ощущает всем своим Жреческим чутьём! На минуту она замирает, смотря на великолепие мира вокруг и почему-то отмечает, что любоваться всем этим ей просто напросто некогда. Но тут же мысленно себя одергивает, напоминая, что служение клану, а тем боле Шинигами – вот высшая цель, которую следует достичь любому Узумаки, а потом гордо нести через всю жизнь. И тут нет места жалобам и эгоистичным желаниям! Если служба отнимает все свободное время, значит, так угодно Шинигами, на то воля его. Но от размышлений о службе Божеству отвлекает и выдергивает в реальность что-то слишком счастливое, что маячит там, на другой стороне аллеи. - Кин! Хранительница Кин! – раздается на всю округу звонкий, еще не надломленный этим миром, голос. «Знала бы ты, девочка, что тебя ждет! Но служение во имя Шинигами, а значит, во имя силы нашего клана, святая обязанность каждого Узумаки, не говоря уже о детях правящей семьи. А значит ты будешь обязана понять и принять всё так, как и многие до тебя в нашем клане. Ничего: все справились, и ты сможешь», - подумала Ким, смотря на приближающуюся к ней с улыбкой на лице Мито. - Старшая сестра, - чуть поклонилась дочь Ашины, и Кин отметила, что эта детская прическа первое, что надо бы поменять, ведь она и смешна и не идет будущей Жрице. – Я так рада тебя видеть! И мир озаряет счастливая улыбка самого чистого на всю округу создания. Хранительница Шинигами вздыхает и взгляд ее невольно привлекает безделушка, что висит на шее у еще пока что девчонки. - Подарок? – спрашивает она, желая как-то начать разговор с будущей Верховной Жрицей клана Узумаки. - Да, это от Кэтсу (двоюродный брат). Красиво, правда? – интересуется Мито и так доверчиво смотрит в глаза Кин. И на мгновение сердце у старшей Узумаки начинает предательски покалывать, но она тут же гонит эти глупые «сожаления» от себя. «Мир жесток и беспощаден. Великих трудов, неимоверных по масштабам стоило предкам нашим выстоять здесь на этой земле и передать всё нам, своим потомкам. И все мы должны соответствовать высоким стандартам нашего клана. И ты, девочка, тоже будешь такой же, как все, такой же защитницей своего клана, как и многие твои предки», - Кин улыбается своим мыслям и смотрит внимательнее на подопечную. - Верховный Жрец вызывал меня сегодня к себе, - молодая женщина преднамеренно называет Ашину Жрецом, а не отцом, указывая прежде всего на статус дающего поручение и важность разговора, да и младшая должна приучиться к соблюдении субординации хоть немного, особенно среди жриц и жрецов. - Зачем? – Мито по-детски непосредственна и смотрит на старшую сестру наивными глазами. - Теперь ты начнешь подготовку к становлении Верховной Жрицей под моим началом, - будничным тоном выдает старшая Узумаки и внимательно смотри на реакцию девчонки. Лицо Мито засияло от счастья. Она сжала ладошки в кулачки на уровне груди и чаще задышала. На её лице подобно полумесяцу образовалась улыбка. Глаза заблестели и она слегка подпрыгнула на месте. - Я так счастлива! Я стану служить Шинигами! Я стану приносить пользу клану! Я буду стараться, я клянусь тебе, старшая сестра! Я не опозорю ни твоё имя, как моего Учителя, ни имя отца своего и Главной семьи, к которой я принадлежу! – говорила она горячо и искренне. «Ну, точно пребывает в неведение! Думаю, будет даже немного забавно смотреть на её лицо, когда она начнет познавать суть мистерий! Но не стоит сразу посвящать её в это, всё будет постепенно. Впрочем, ничего особого: так же проходила обучение и я», - Кин старается улыбаться как можно дружелюбнее, но ее не покидает мысль, что есть в её улыбке что-то коварное. - Я рада, что намерение твоё твердо! – Мито на это энергично кивает головой в знак согласия. – Ты ведь уже не маленькая девочка, и уговаривать тебя у меня нет ни времени ни желания. Работы предстоит много – позновато начинается обучение. - Я готова служить и работать на благо клана! – младшая Узумаки полна решительности и в порыве сжимает в руке медальончик, что висит у неё на шее. - Вот и отлично! – Кин довольно кивает. – В следующий рейд по островам поедешь со мной. - А разве это входит в обязанность Верховной Жрицы? – дочь Главы клана и по совместительству Верховного Жреца явно удивлена. - А ты как думаешь? Ты должна знать о жизни своего клана всё! Мало того, ты обязана знать всё о ближайших и не очень соседях, чтоб свой клан уберечь, ведь верховный Жрец по сути второй правитель клана Узумаки! И почему ты задаешь такие вопросы? Разве работа на благо Шинигами и клана приубавила твой пыл? – Кин прищуривает свои красивые глаза и выжидательно смотрит на подопечную, заставляя ту чувствовать себя виноватой. - Нет, что ты, старшая сестра! У меня и в мыслях такого не было! Я не планирую отступать! – и Мито опять схватилась за кулончик. «Что-то ты его слишком часто уж трогаешь. Так нравится или так дорог? А, впрочем, это не важно!» - и с этой мыслью в старшей приходит понимание что необходимо сделать. - Снимай его, - велит Хранительница Шинигами тоном, не терпящим возражений. – Давай, не тяни! - Зачем? – Мито зажимает украшение в руке, явно давая понять, что повиноваться не намерена. - Быстро! – Кин начинает выходить из себя. «Как смеет эта соплячка мне перечить?» - её ладони сжимаются в кулаки. - Если Учитель говорит что-то сделать, значит ученик должен повиноваться! Я жду! – и Кин протягивает руку вперёд ладонью вверх. - Зачем он тебе, сестра? – Мито почти что плачет. - До этого момента просто хотела рассмотреть как следует и понять чего ты его всё теребишь-то? А вот теперь после твоего неповиновения он нужен мне для другого. Снимай уже или мне тебе помочь?! Не вынуждай меня шлёпать тебя при посторонних! – Хранительница смотрела недовольно. Мито растерянно посмотрела по сторонам, и отметила, что посторонние люди стали заинтересованно поглядывать в их сторону. «Неужели такое и вправду возможно при ученичестве?» - подумала она, сомневаясь, что кулончик стоит отдавать. И хоть Кин была старшей сестрой, но разница в их возрасте не позволяла быть в полной мере подругами. Она скорее всего была в какой-то мере заменой после смерти матери, была действительно Старшей Сестрой. - Что происходит? – донесся голос со стороны. - Кажется, у Госпожи Кин появилась ученица, - прошептал кто-то, но чуткий слух позволил разобрать слова. - И она дерзит… - И как Госпожа её терпит? Уже бы давно следовало поставить соплюху на место! - Тише вы! Это же Мито! - И что? Позор! Позор, что она смеет перечить своему наставнику! Мито слыша всё это стушевалась. До этого она если по правде и не особо выходила из Главного дома без надобности. Люди всегда относились к ней с уважением, но она не ожидала, что они вот так вот поддержат, хоть и негласно, её сестру. Стало стыдно от мысли, что о её поведении узнает отец, и ведь это его расстроит. И из всего получится, что она надежд не оправдала. Будущая Жрица быстро сняла с шеи украшение протянула Кин. - Так бы сразу, - отозвалась та и потёрла кулончик в руке. – Иди за мной! - Но мне надо вернуться домой… - С момента начала ученичества твоим свободным временем распоряжаюсь я! - Ким направилась в сторону Храма Узумаки. Мито тяжело вздохнула, понимая, что тихая и спокойная жизнь окончена. Но ведь все стараются ради клана? А чем она хуже?--- ---
Храм Узумаки, что стоял прямо в клановом селении и был создан в скале, был первым созданным во имя Шинигами. Здесь проводились самые важные мистерии и службы, а также совершали хваления Хранительницы Шинигами. Мито же познала здесь боль за своё неповиновение и дерзость. Она стояла на коленях перед своей сестрой и не смела оторвать взгляда от пола, а рук от коленей. - Очень больно, - наконец, произнесла она. - Ты и понятия не имеешь о том, что такое боль, - негромко отозвалась старшая Узумаки и отложила хлыст в сторону. – За что я тебя наказала? - За дерзость? – рука Мито непроизвольно соскользнула с колена и понянулась назад. - Положи на колени! Да! Вот так! Сможешь потереть свою задницу, только когда я тебе позволю это сделать! Поняла? – прикрикнула Хранительница. - Да, - тихо отозвалась будущая Жрица. - Вернёмся к нашему разговору. Нет, не за дерзость, - Ким становится серьёзной. – А за подрыв устоев клана. Видишь ли, детка, испокон веков заведено, что слово Учителя – закон. Он тот, кто передает тебе все свои знания, тратя свое время совершенно безвозмездно на тебя. Но эта его обязанность перед кланом. И чем лучше он передаст свои знания, тем больше у нас шансов выстоять в этом жестоком мире. А ты что делаешь? Ты ведь просто смеешь игнорировать даже самые простые мои просьбы! О какой тут передачи знаний можно говорить? - Прости, я поняла свою ошибку, я больше не буду, - Мито покраснела до кончиков ушей. – Я правда не хотела тебе перечить, просто этот кулон он мне нравится. - Я понимаю, - сказала как можно мягче Хранительница, про себя отмечая, что эффект достигнут. - Но дерзить не стоило, тем более у всех на виду. Свою безделушку получишь завтра с утра, как придёшь ко мне. Встань. Мито поднялась с пола и чуть пошатнулась, Кин поддержала её за плечо и зашла назад. - Хорошо же я тебя отходила! Но ты молодец: почти не пищала! Настоящая Узумаки! – и усмехнувшись она положила свою ладонь на обнаженную ягодицу девушки, чем вызвала у той вздох облегчения. – Сейчас потру, станет легче. Ух! Видела бы ты, какая она у тебя красная! Но ничего: завтра я её подлечу. - Завтра? А можно сегодня? – поинтересовалась Мито, млею под рукам старшей Узумаки. - Нет, нельзя, - ответила Кин на недовольный вздох подопечной. - И не надо думать, что мне это все нравится! Ты сама виновата! А до утра тебе стоило бы подумать о клане, о его роли в твоей жизни, о том, что благодаря правилам, что в нем установлены, мы до сих пор живы, и нас не захватили какие-нибудь пришлые, типа Сенджу или Учиха. - А они пришли захватывать? – удивилась Мито, вспоминая, что тогда, за столом, они не выглядели агрессивно или угрожающе. - Мы не поняли их истинных намерений, - поясняла Ким, продолжая успокаивать боль в нашлепанных ягодицах своей воспитанницы. - Ашина слал Хашираме приглашения жить с нами, так же он пояснял в общих чертах принцип нашего выживания. И Глава Сенджу был согласен присоединиться к нам, если мы поможем ему в борьбе против Учиха. Но вот дела: он прибыл сюда с Учиха, а потом они разругались с нашим Главой из-за Шайори-змеелюдки, клан которой отказался помогать нам, нарушив тем самым условия соглашения с нами. В общем, что змеелюди не сдержали своих обещаний, что Сенджу. Одного помола ягоды. Теперь отвечаю на твой вопрос: вполне возможно, что теперь, объединившись со змеелюдьми, они захотят напасть на нас. - Понятно, - Мито задумалась над ситуацией, но тут же вернулась из воспоминаний. – А можно мне уже одеться? - Даже не знаю, - усмехнулась Кин, чем заставила Мито напрячься. – Впрочем, одевайся, хотя ты у меня в покоях и никто тебя не видит. - Ты здесь живёшь всегда? – поинтересовалась будущая Жрица чуть прихрамывая, после того, как одежда была на ней. «Что-то я перегнула палку. Даже не ожидала, что буду так рьяно отстаивать принципы клана. Хотя девку стоило поставить на место, иначе толку бы с нее не было. Жаль, что на обучение отведено так мало времени!» - с досадой подумала Хранительница. - Это мои тайные покои, куда никто кроме некоторых служителей культа зайти не может. А иногда я живу в клане, в своем доме, но это не часто. Если будешь стараться, то у тебя тоже будет свои покои при Храме Шинигами, - чуть улыбнулась она и её рука засветилась от подаваемой чакры. – Иди сюда, залечу сегодня.--- ---
Мито ушла счастливая, забыв обо всех проблемах и обидах, а Кин осталась в одиночестве, поспешила взять в руки и рассмотреть странный и слегка неказистый кулончик. - И чего она в нем нашла? Работа явно неумелая, выполнено небрежно, - глаза женщины закрылись она сконцентрировалась на ощущении чакры. Явно присутствовала чакра одного человека, и она была какой-то не очень понравившейся Кин. Но вот где-то на периферии она ощутила другую: такую слегка порывистую, горячую и одновременно похожую на дуновение ветра. «Хм, интересно, кто это?» - подумала она и отложила кулон в сторону, запоминая ощущения.--- ---
Северный остров
Утро в объединенных кланах начиналось обычно стандартно с завтрака и утренних процедур, но теперь появилось нововведение: зарядка. А всё мой длинный язык и Тобирама Сенджу со своей идеей сделать академию. А так как по его мнению строить отдельное здание и кого-то туда гонять слишком накладно и долго, было принято решение внедрить в нашу повседневную жизнь как можно больше полезных нововведений, связанных с обучением шиноби. Этим мы достигали многие цели: готовили новых шиноби, не теряли форму сами (хотя это было сделать трудно, учитывая, сколько мы работали), поддерживали в форме не-шиноби, ну и экономили рьё и ресурсы, которых у нас не было в количестве необходимом и достаточном на строительство академии. Вот и сейчас, с утра пораньше, стоя под осенним солнцем, до завтрака, мы начинали нашу разминку. Я как и положено Хокаге стоял повыше, чем другие и подавал пример подрастающему поколению. Где-то тут же неподалеку стояли Мадара с Изуной и Тобирама и тоже подавали пример. Если честно, спать хотелось жутко! Сказывалась наша постоянная работа по укреплению острова и подготовка его к следующему году под план в «10 урожаев». Я прекрасно понимал, что это сейчас тяжело, до начала холодов, а вот потом будет проще – ведь эта часть работы прекратится. Со следующего года нам не придется к примеру укреплять остров по периметру, что несказанно радовало. Результаты работы можно было видеть уже сейчас: на нашем клочке суши стало гораздо теплее. Ведь ветра не было, да и океанская вода больше не плескалась, как ей вздумается. Но вот разминка закончена, мы всем составом переходим к более серьёзным вещам. Детям весело, дети пищат, забыв про тяжести войны и связанного с этим горя. Потихоньку начинают успокаиваться и взрослые, привыкая к спокойной жизни, когда не приходится каждый день идти самому в неизвестность кровавого месива, и с содроганием сердца понимать, что для твоего ребенка этот день тоже может оказаться последним. Иногда даже я стал ловить себя на мысли, что здесь, не смотря на все наши невзгоды, нам лучше, чем в стране Огня. Во всяком случае тут я просыпаюсь спокойно и нет мысли о том, что кто-то внезапно спалит селение. Тут никто на это не способен. Кроме Узумаки. При мыслях об этом клане невольно слегка дергается глаз. Что ждать от них совершенно неизвестно. На что способны они и их шиноби мы не знаем, а дело с распаковкой печатей двух девиц идет крайне медленно. Утренняя тренировка окончена, а вокруг нас толпятся дети. Они активно рассматривают своих кумиров, и кто-то из них спрашивает у меня про клан и смысл работы на него. И тут я понимаю, что сказать что-то конкретно-убедительное не могу (все Учиха увидят своими Шариганами ложь, а другие просто заметят), ведь я сирота, и не то что о клане, о семье сказать ничего не могу. Могу рассказать лишь о Сакуре, Кураме и Саске. Вот моя семья и мой маленький клан. Так негусто и густо одновременно. Именно они наполнили мою жизнь смыслом для существования. Мою заминку замечают, и я понимаю свою оплошность. Надо начать говорить, но при мысли об этих троих, моём «клане», в горле все пересыхает, и не получается выдавить ни слова. - Помните, - произносит Тобирама увидев неладное. – Все мы должны и обязаны трудиться во имя нашего общего клана. Ведь что есть клан? И что есть мы без него? Кто защитит каждого из нас в этом мире? Кто поддержит и согреет, когда плохо? Кто подумает о нас и позаботится, если рядом не будет родных? - Клан, - отвечает ему один из детей. - А из кого состоит клан? – Тобирама внимательно смотрит на всех собравшихся. – Из нас! Из людей! И это только мы и никто более ответственен, за то, какая жизнь будет в клане у нас и затем у наших потомков. И если работать мы не станем, сложим всю ответственность на других, то не будет и благополучия кланов, какое мы знаем сейчас. И вообще ничего не будет: нас просто уничтожат в нашем вечно воюющем мире. - Это правда, Хаширама-сама? – спрашивает какая-то девочка из клана Харуно. – Тобирама-сама говорит правду. - Да, - коротко отвечаю я. – А ещё клан, это те люди, ради которых готов жить, даже если это невыносимо сложно, и ради которых не жалко свернуть горы и сделать невозможное, даже переступая через себя. - Угу, - кивает головой Мадара и жестом велит расходиться и идти мыться перед завтраком. - Ты чего молчал-то?- интересуется Тобирама, чуть с беспокойством смотря на меня. – Я уж думал, что ты вообще молчать будешь до конца. - Да я как-то растерялся, - несколько неудачно соврал я. - Да ты не теряйся впредь, - подмигнул мне Шаринганом Изуна. – Мы все, конечно, рано потеряли родителей, да и тепла от них не ощутили, так что проблемно что-то говорить о семьях и кланах. Ведь всё, что мы ощущаем – это Долг заботиться о них и защищать. Но если тебе трудно, то можешь считать нас тоже своими родственниками, - указывает он на себя и Мадару. - Угу, - соглашается с ним Мадара. – Мы друг у друга столько крови выпили, что она уже точно в нас во всех одинаковая. Тобирама на это заявление вздыхает, но всем понятно, что он согласен с братьями Учиха. Мне же от слов Изуны и Мадары становится тепло и не так одиноко, как до этого. Почему-то в полной мере это своё «одиночество в толпе», что я испытывал до этого момента, я осознал вот именно сейчас, когда Изуна одобрительно улыбается, Мадара произносит своё «Тц», и тоже позволяет себе улыбку, Тобирама тоже доволен происходящим. Сейчас я не одинок. Они рядом со мной, и я теперь буду стараться не только ради «всех остальных» и «клана», а вот ради них, что теперь моя семья, мой новый маленький клан. Почему-то становится как-то не по себе от того, что я вообще-то не Хаширама, а Наруто, и я как бы обманываю их. «Возможно, однажды, я расскажу о том, кто я на самом деле, и перестану притворяться тем, кем не являюсь. Возможно когда-нибудь, но не сейчас», - принимаю решение я и улыбаюсь в ответ, а на душе становится чуть легче.
