Часть 2. Глава 4. А вы не ждали нас, а мы…
4 июля 2021 г., 16:59
Часть 2. Глава 4. А вы не ждали нас, а мы…
Коноха
— Что?! — взревел я, когда окончательно отделался от остатков сна и вспрыгнул с кровати. — И какого хрена им надо от нас именно сейчас? — Уж явно не на чай заглянуть решили, — съязвил Мадара, у которого нервно подергивался Шаринган. — Меня вот не покидает ощущение, что они всё это заранее спланировали. — Готовьтесь к обороне! — даю команду я, спешно натягивая на себя одежду и выбегая в коридор. — Где Шайори? Мне нужно знать в каком состоянии защитный барьер! Но последние мои слова потонули в оглушительном звоне купола — Узумаки совершили первый удар. «Они уже рядом? Так быстро?» — пронеслось в моей голове и я поспешил наверх.--- ---
Когда я выскочил наружу, то увидел, что купол «звенит», но продолжает сдерживать натиск противника, который, кстати, был как бы далеко от него. «Пушки, стреляющие концентрированной чакрой?» — осознал я, вспоминая, где их видел, понимая, откуда там была целая одна штука! — «А выдавали блин за своё изобретение!» — Хаширама! — выскакивает следом за мной Изуна. — Я отдаю приказ о мобилизации всех войск! Сомневаюсь, что купол выдержит, особенно после того, как мы «насосали» с него чакры и ослабили. Хотя Шайори сказала, что они будут держать купол до конца, и сейчас готовятся к запитыванию его чакрой. — Да, — соглашаюсь я с ним и понимаю, что, кажется, вот так и были когда-то уничтожены змеелюди, от которых остался только Орочимару в итоге. — Прикажи готовить к эвакуации через водовороты, которыми мы здесь заперты, женщин и детей… — Но через них невозможно проплыть! — вскрикивает Изуна. — Но и здесь им нет смысла оставаться, если рухнет купол защиты. Мы будем удерживать врага, пока они будут покидать остров — кто-то да и выживет! Достаточно по одному человеку с каждого клана, чтобы кровь кланов не погибла, — поясняю я, мысленно понимая, что о клане не придется говорить, если останется всего по одному человеку. Хотя Орочимару не раз напоминал о себе шинобьему мирку. Изуна кивает мне головой, и уносится вниз. А я смотрю на корабли, что стремительно приближаются, и понимаю, что здесь я найду свою погибель, как и почти все из нас. «Для чего я здесь? Что я должен исправить? Наисправлял! Привел столько людей к месту своей смерти! И не сиделось мне! Жизни без проблем хотел, легкой, когда не надо думать ни о чем? Хотел тихо отсидеться рядом с Узумаки, сотворив из них чуть ли не идеал в своих нетрезвых фантазиях? Вот результат!» — думал я в тот момент, понимая, что это последний раз, когда я стою вот так и думаю о чем-то, сожалея.--- ---
Корабли Узумаки.
Ветер трепал красные волосы экипажа корабля. Узумаки готовились к высадке на остров и зачистке территорий от вторженцев на их земли. Мито стояла и смотрела на всё это растерянно сжимая в руке эфес своего меча. Вот это то самое задание, которое не так давно поручил им троим (Кин, Кэтсу и ей) Ашина. Она тогда, стоя перед отцом в его кабинете, старалась улыбаться и внимать всему тому, что предлагала провернуть Кин, чтоб быстрее всех перерезать. Она ничего не сказала старшей сестре и лишь молча надеялась, что решение будет отменено. Сейчас же, смотря, как снаряды их плотной чакры один за другим под возгласы ликования ударяются в купол, которым эти люди отгородили себя от них, думала, что ни на что она не годна. «Я ведь даже не смогла ничего возразить! Я молча со всем соглашалась! И что от меня такой ничтожной толку в итоге?» — корила себя за слабость Мито, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. «И ты так же будешь смотреть, как будут убивать ни в чем неповинных людей?» — раздался у неё в голове мужской голос. В этот момент она посмотрела в сторону Кин, что стояла рядом с ней и чуть насмешливо улыбалась. — Сестра, может не надо? — шепчет Мито. — Они ведь никому и ничего не сделали. Давай просто попугаем их и уйдем отсюда? — Ты в своем уме? Мито? — тихо зашипела старшая не хуже предков Орочимару. — Если мы ослушаемся приказа Главы клана, то нас автоматически прировняют к предателям и в итоге по возвращению домой снимут печать, что защищает нас от влияния Шинигами. Ты этого хочешь? — Нет, но там просто невинные люди, — произнесла она вслух, про себя добавляя, что там он, Хаширама и она меньше всего хочет, чтоб ему причинили вред. — Мито, мне жаль, — она повернулась к ней и чуть печально улыбнулась. — Но мы ничего не сможем сделать, придется пережить это и забыть по возможности как можно скорее. «Есть то, что не смыть из памяти, как бы ты ни старался», — по лицу Мито скользнула слеза, которую она поспешно стерла волосами, якобы убирая их, чтоб не трепал ветер.--- ---
Остров Сенджу
Снаряды били один за другим, и я мысленно поражался, тому количеству чакры, что они умудрились собрать. Хотя тут нет ничего удивительного, ведь это же Узумаки, а у них от природы количество чакры просто огромное. — Мы готовы, — отчитался подошедший ко мне Мадара. — Не-шиноби готовы к эвакуации. Они уже собрали все необходимое, и сразу, как им будет отдан приказ, они спешно покидают подземелья и отплывают. — Хорошо, — произношу я и надеюсь, что им повезет больше, чем предкам Орочимару, от которых судя по всему после бегства с острова осталось ровно один или два человека. Снаряды падают один за другим, но вдруг прекращают. Мы все замираем в напряжении, ведь любому понятно что навряд ли они пришли сюда чтобы попугать нас и уйти. Тишина, что установилась в воздухе, зловещей паутиной оплетает всё в округе, подобно какой-то запретной технике. Но я понимаю, что никакая это не техника. Это страх. Обычный. Человеческий. И врут те, кто говорит, что ничего не боится. Все боятся, и исключений не бывает. Боюсь и я, боится Мадара, смотря туда, вдаль, страшно Изуне, который хватается за рукав Мадары. Тут, неподалеку стоит и Тобирама, а вот Шайори я не вижу, хотя она тоже шиноби. Посещает мысль о том, что она уходит вместе с остальными, и почему-то от этой мысли чуть легче, ведь, скорее всего, она в итоге сможет позаботиться об мирном населении. Здесь же Току и Мегуми, что стоят рядом, забыв о том, что когда-то их клинки не единожды скрещивались на поле боя во время схваток между кланами Учиха и Сенджу. Как глупо эти битвы смотрятся теперь! Словно игры детей в песочнице! — Как думаешь, многих сможем положить? — интересуется у меня Тобирама. — Я вот надеюсь завалить как можно больше! — Не думай, что я уступлю тебе, — усмехается чуть повеселевший Изуна. — Битва между Учиха и Сенджу? — чуть приподнимает бровь Тобирама. — Да, мы будем так решать, кто из нас лучше — кто больше убьет, тот клан и сильнее! — Изуна чуть прикусывает подрагивающие губы. В стоящей на острове тишине слова младших братьев слышатся слишком отчетливо, и все принимают это как общие правила нынешней реальности. Но вот Узумаки закопошились на кораблях, и пушки были направлены в одну точку. Мгновение, и удар пришелся по куполу, который бешено зазвенев, обрушился радужными осколками, осыпавшись на землю, но так и не долетев до неё, испаряясь. «Боль!» — разнеслось в моей голове и я судорожно зажал уши руками.--- ---
Корабли Узумаки
Купол, это прекрасное творение, что сейчас разлетелся осколками и зазвенел, оглушил тех, кто находился под его защитой, став оружием против своих же создателей. С корабля было видно, что шиноби «своры Хаширамы» не хило контузило. Защитники острова вставали на ноги, падали, трясли головами, стараясь как можно скорее прийти в себя. — Сейчас, — дает команду Кин, и шиноби клана Узумаки готовятся к распечатыванию техник, которые они умудрились запечатать в свитки. Мгновение, и они развернуты, знак рукой, и распечатаны. В сторону острова змеелюдов летят Огненные техники сплошной стеной, что должны сжечь жителей острова, которые не могут защищаться. И то, что Мито считала Высшим Благом для их клана, верхом изобретательской мысли, теперь видится ей ужасной вещью, которая призвана для того, чтобы сеять зло невинным людям. Стена огня летит в сторону острова и Мито неотрывно смотрит вперед. Руки сами разжимаются и она хватается за кулончик, который висит на её шее. Секунды кажутся вечностью. Внутри её души разлетается миллионами осколков, подобно куполу Змелюдов, боль и рвет всё изнутри. И она так сильна, что нет возможности произнести хотя бы звук. В ушах звенит, мир замирает, время для неё останавливается. Клубы дыма рассеиваются медленно, и перед её глазами раскидывается ужасающая картина: деревья, что объяты огнем, трава на защитных валах давно сожжена, и теперь горит земля. Ужас внутри завладевает и подавляет желание верить в увиденное. «Он мертв. И все они мертвы, раз полыхает земля», — посетило её осознание и она сильнее сжала кулончик, словно бы это помогло ей оживить хоть кого-то. Дым рассеивается дальше, чуть отступая в сторону, и она уже готовится увидеть горы обожженных до костей трупов, но вместо этого впереди стена. Огромная стена, сплетенная из корней и веток, стоит, лишь чуть-чуть обожжённая снаружи. Медленно в ней появляется круглое отверстие. На них оттуда смотрят злющие глаза Хаширамы Сенджу. Из его носа и ушей течет кровь, волосы вскудлаченны и местами подпалены, он весь в копоти и грязи. Хищный оскал расчерчивает его красивое лицо и на душе у Мито становится легко. «Живой», — проносится в её голове и она запоздало понимает, что взгляд злющих глаз обращен прямиком на неё.--- ---
Остров змеелюдов.
Я смотрю на этих красноволосых засранцев, и все больше моей душой завладевает желание прибить их всех разом. Но я понимаю, что они точно не сдадутся только от моего гневного зырканья в их сторону. Меня удивляет, что с ними Мито. Правда, она так напугана, что мне даже становится её немножечко жалко. Сразу вспоминается наша первая миссия вне деревни, когда Сакура защищала строителя моста. Помню, у неё тогда тоже был вид испуганный. — Вовремя ты, — прохрипел Мадара, которого не хило приложило о землю. Он подошел ко мне и сверкнул Шаринганом, смотря на нападающих. — Баба рыжая здесь. — Да они все рыжие, — отвечаю ему я. — Да нет: твоя рыжая тут, — усмехается Мадара. — И то верно, — понимаю я, что он о Мито и моё лицо рассекает хищный оскал. — Не опозорься перед ней, — усмехается Мадара, — прирежь на её глазах как можно больше её соклановцев! — Обязательно! — усмехаюсь я. — На кулак натяну! И приседать заставлю! — шипит Изуна и встает с земли, вытирая рукой кровь с лица. — Гадюки проклятые! Подстилки красноволосые! Сучки безмозглые! — Остынь, — рука Тобирамы останавливает его, не давая возможности выскочить за пределы стены, что я вырастил. — Гнев — плохой помощник в нашем деле. Изуна чуть успокаивается, как впрочем и другие. Я же стягиваю дырку в стенке, и теперь оставляю только совсем маленькое отверстие, через которое можно слегка наблюдать за тем, что видно там, на воде. — Изуна, отдавай приказ нашим людям (не-шиноби)уходить с острова и пытаться прорваться через водовороты созданные Узумаки. Проследи своими глазами, чтобы никто по дури своей не остался здесь, в Конохе, — даю распоряжение я, и вижу, что корабли захватчиков стремительно приближаются к нам. — Есть, — ответил мне Изуна, и пустился вниз, в подземелья, чтоб отдать людям приказ о начале прорыва. — Минут через десять они по тайным проходам спустятся на воду и отплывут, — произносит Тобирама. — Нам нужно не дать Узумаки прорваться на остров в течении как минимум получаса-часа, пока они отойдут на достаточно большое расстояние от нас. — Сделаем, — ухмыляется Мадара и дает сигнал своим шиноби, и в небо устремляется Сусано. Кланы готовятся не подпускать врага как можно ближе, и на поверхность выволакиваются катапульты, что спешно заряжаются снарядами. В этот момент я рад, что в момент удара Огнём они не были на поверхности рядом с нами. Первый залп горящих снарядов летит в корабли, и теперь Узумаки будет не так просто атаковать нас. Остальные, у кого есть техники дальнего действия, готовятся подобно Мадаре, запускать их в корабли, которые оказались до мерзости маневренными.--- ---
Корабли Узумаки
— Вот гадство! — произносит Кин и дает сигнал на максимальное маневрирование. — Нужно высадиться на остров и перебить всех, кто будет давать хоть какое-то сопротивление. Нескольких Учиха, желательно детей, взять в плен. То же самое касается и представителей других кланов. А впрочем, всех, кого получится, захватить, заковать в цепи предотвращающие ток чакры и погрузить на корабли — а дальше с ними будет разбираться Верховный Жрец Шинигами. Сердце у Мито вновь пропускает удар и она ловит себя на мысли, что всё это чуждо для неё, и она не понимает, почему её соклановцы должны быть такими? И зачем им столько пленных? К чему всё это?--- ---
Остров змеелюдов
В Подземельях царила непривычная тишина, и это сразу напрягло Изуну. Он остановился и прислушался. «При любом раскладе должны были быть слышны звуки, а тут тишина. Люди не могли покинуть подземелья раньше приказа, и это значит, что они тут, но почему так тихо?» — Изуна активировал Шаринган и посмотрел по сторонам, а потом вниз, туда, где по идеи никого не должно быть. — «Да быть не может!» Он сорвался с места и понёсся вверх, на поверхность, за Хаширамой, который точно еще не восстановился после своей техники, и потому бой вести не мог.--- ---
На поверхности шла бойнища пока что на удаленной дистанции: Мадара запускал в корабли разряды чакры, но на долго его не хватит, катапульты осыпали Узумаки снарядами, в ответ они палили из своих орудий, и уже были видны первые убитые и раненые, над которыми теперь активно трудились целители клана Сенджу И Харуно. — Хаширама, скорее! — Изуна хватает меня за руку, а глаза его огромные, как две красных Луны. — Куда? — не понимаю я, что могло произойти в подземельях. — За мной! — тянет он, и я бегу следом.--- ---
В подземельях змеелюдов тихо. Слишком тихо, и это напрягает. Я бегу со всех ног за младшим Учиха и в голове роятся мерзопакостные мысли. Самый глубокий и низкий этаж куда мы никогда не получали доступа, сейчас открыт и никак не защищен. Ни я, ни другие, не знали о его существовании до этого момента. — Этаж защищал сам себя от просматривания даже Шаринганами, а теперь, когда купол разрушен и чакры нет, он стал виден, — поясняет мне на ходу Изуна. Я врываюсь в просторную залу, где сейчас собрались все, кто уже должны были покидать остров. В центре стоит Шайори и неотрывно смотрит на старейшину Ясу. — Деточка, — обращается старая змеелюдка к действующей Главе клана. — Ты и сама понимаешь, что выбора у нас другого нет: не выстоять вам всем в этой борьбе, если мы не натянем защитный барьер ещё раз. — Но разве нет другого пути его активировать? — произносит Шайори, и я замечаю, что она преграждает путь старейшине и другим людям, что желают подняться на возвышение. Рядом с Главой стоят Яшими, Нигаи, Таноми и Хороми, и тоже не дают пройти людям. — Активировать быстро другого пути нет, — сказала, как отрезала Ясу. — Бабушка! — воскликнула Нигаи. — Мы найдём другой выход! Не надо! — Какой ты найдёшь выход, когда и идиоту ясно, что через водовороты мы не пройдем. Хвала Богине, если хоть кто-то уцелеет! Так что перестань, внучка! И вы все перестаньте ныть! Это необходимо! Разуйте глаза — мы уже отжили своё. Кто среди готовых к ритуалу? Старики, с которых песок сыпется, калеки, что только еду переводят, да и всё! А так мы сможем послужить высшей цели! Мы уйдем отсюда с мыслью, что смерть наша была не напрасной! И что мы умерли не в луже своего ссанья, а как шиноби! Отойди, Шайори, и вы четверо, или мы вам всем на последок жопы надерем! — потребовала Ясу. — Что происходит? — спрашиваю я и пробираюсь к ним через людей. — Хаширама, хорошо, что ты пришел! У тебя-то мозги получше работают, чем вот у этих всех! — Ясу явно мне льстила. — Я трезво смотрю на эту реальность и на всю ситуацию. Если сейчас не восстановить купол, то никакого смысла во всем нет, вы умрете напрасно, мы утонем в водоворотах, да и пророчество не сбудется! — Что для активации купола нужно? — спрашиваю у неё я, в душе уже подозревая, что ничего хорошего я не услышу. — Нужно просто принести наши души в жертву. Пока мы не растворимся полностью, купол будет стоять и защищать Вас, не пропуская чужаков ни при каких обстоятельствах! — улыбается мне старейшина так легко, почти мечтательно. — Что значит «принести души в жертву»? — меня крайне напрягает это известие. Тут же вспоминается Шинигами, которые тоже любил питаться душами. — Это означает, что они потеряются всю наработанную энергию за множества воплощений, и в итоге начнут свой путь с самого начала, воплощаясь с растений, если вообще начнут воплощаться, ведь это (ритуал) предусматривает растворение души полностью, если мы не вызволим их оттуда, — строго отвечает Шайори, скрещивая руки на груди. — Вы хоть понимаете, что скорее всего, мы не сможем вас оттуда вытащить? — Понимаем! — заорал кто-то из старейшин Учиха. — И мы, старичье, готовы сослужить последнюю службу клану и своим потомкам! И не мешай нам, девочка! Разве ты бы поступила на нашем месте по-другому? — Вот именно! — это уже кто-то из старейшин Сенджу. — Подумай об этом! Мы должны выжить и отстоять свои позиции! Мы наконец-то прекратили войну друг между другом, и разве мы можем вот так вот сдаться? Каким-то красножопым Узумаки? Да никогда! Все на его слова одобрительно загомонили, а он посмотрел мне в глаза и заулыбался, одобрительно кивая. Я вспомнил его: он чаще всего ругался со мной, перед тем, как мы ушли из Конохи. — Я… — но он перебил меня. — Наше время пришло! И лучше так, чем как сказала Ясу (тут он взял её за руку, и я понял, как на самом деле многое упускал, решая проблемы на должности Хокаге)! Вы сможете! Мы в вас верим! Хаширама! Будь уже мужиком! Сам прекрасно понимаешь необходимость этой жертвы! Не страшно нам: часто мы так умирали на полях сражения, когда воевали (Учиха против Сенджу)! И не мы единственные оставались умирать, давая возможность молодым отступить! Твой отец когда-то сделал так же, и вы с Тобирамой выжили! — он требовательно посмотрел мне в глаза. — А что же до наших конфликтов, то знай, что это мы так из вредности с тобой ругались! Характер тебе закаляли! — добавил ещё один противный Сенджу-старейшина. — Ну? — потребовала ответа от меня Ясу, вокруг которой столпились другие старейшины, и просто те, кто были в уже почтенном возрасте и не занимали каких-то особых должностей, а так же не способные воевать бывшие шиноби. «Что бы я сделал на их месте? Если бы нужно было бы пожертвовать собой, то я бы пожертвовал, не задумываясь, ради своих. Но их души… но ведь есть возможность их вытащить оттуда?» — думаю я, и понимаю, что нужно спешить, ведь сдерживать Узумаки вечно мы не сможем, а предложенный план как ни странно действительно верный.--- ---
В центре стоит камень, похожий на кристалл. Он совершенно не светится, и более того по его поверхности пошли трещины. Люди, встали кругом вокруг него на странную печать. Те, кто не принимали участия в ритуале, покинули помещение, попрощавшись со своими старшими родственниками, стараясь улыбаться, а не реветь во всё горло от осознания того, что сейчас должно произойти. — Хаширама! Помни о пророчестве! Ты должен постараться! — произносит Ясу и встает на свое место.--- ---
Они все здесь и готовы. Сейчас старшее поколение стоит, как и во все времена, заслоняли собой молодняк, защищая его, давая возможность «уйти», уцелеть и продолжить жизнь дальше. Древний принцип. Когда-то мы вместе с Сакурой читали об этом. Но сейчас её здесь нет, и так жаль, ведь она бы что-нибудь подсказала или хотя бы поддержала меня, вселяя уверенность, что принося этих людей в жертву, я поступаю правильно. Изуна помогает Шайори активировать печать, а чуть позже начинаю помогать и я. Звуки последней песни разносятся по помещению, и мы спешим покинуть его до того, как кристалл, что поддерживает купол, будет напитан жизнью этих смелых людей.--- ---
Дверь закрыта и мелодия, что не так давно звучала, стихла. Я тяну руку к ручке, желаю открыть, но Шайори меня останавливает: — Не стоит, ведь кристалл всё еще собирает чакру. Идем наверх, купол должен скоро восстановиться, и нам нужно помогать раненым. Мы бежим на поверхность, и я пораженно замираю: там, над нашими головами, вновь сияет купол, и он отделят нас от кораблей Узумаки. Мимо меня проплывает светящийся шар, который в момент превращается в Ясу. Она молода и красива, улыбается мне, Шайори, своим родственникам, и возносится вверх, «всасываясь» в купол. Теперь мне видно, что в нем ещё много таких вот светящихся «точек». «Почти двести человек отдали свои жизни за то, чтоб жили мы», — проносится в моей голове. Все молча смотрят на купол. То тут, то там периодически слышатся приглушенные рыдания, ведь понимание и принятие произошедшего происходит не сразу. Узумаки стоят на своих кораблях и никуда не уплывают. — Надо выгнать их отсюда! — произносит Шайори. — Ведь чем больше будут долбить купол, тем скорее произойдет растворение душ наших предков, что теперь в нем! Снаряд чакры ударяется в восстановленный барьер. — Твари! — визжит Мегуми Учиха, сестра Мадары и срывается с места. — Их нужно прогнать! Они же ещё раз его сломают! И что тогда толку, что наши родственники отдали за него жизнь? Все шиноби отвечают на её возглас одобрительным гулом, а я и сам понимаю, что схватки не избежать, и гнать их надо отсюда, чтоб хотя бы на пару лет забыли дорогу на наши острова.--- ---
Корабли скользят по водной глади. Мы готовимся обойти Узумаки и взять их с двух сторон, чтоб проблем добавить и заставить биться на два фронта. Но у нас не выходит — они разгадывают нашу тактику. — Наступаем с одной стороны — так будет даже лучше — оттесним их от купола большим напором сил, — командую я. Купол при нашем приближении слегка «звучит». Я вижу, как с высоты к нам спускается одна из душ, осматривает нас внимательно и пропускает, открывая перед кораблями проходы, которые сразу после нас закрываются. «Разумный барьер, что существует за счет чакры живых душ», — понимаю я и становится не по себе. И решение освободить их как можно скорее самое логичное и правильное в этой ситуации. — Огонь! — вырывает меня из раздумий голос Мадары, и вражеский корабль лупят техниками со всей силы. Вокруг него образуется защитное поле, но техник так много и они так сильны, что корабль Узумаки сдвигает от барьера в открытое водное пространство. — Бей тварей! — визжит Изуна, который и так-то от природы впечатлительный. А тут ещё и на ритуал восстановления поля посмотрел, и душ предков насмотрелся. Огонь в ответ после этого залпа летит и в нашу сторону, но мы уворачиваемся благодаря Тобираме, который велит срочно накренить корабль в сторону и «наполнить» чакрой винты, заставив маневренный боевой кораблик развить впечатляющую скорость. Узумаки явно не планировали отступать: они с особой рьяностью атаковали корабли, и два наших уже было потоплено, а у них все оставались на плаву. Своих мы выловили, но вот мне, да и другим было понятно, что численный перевес явно на их стороне.--- ---
Бой шёл уже второй час. Половина наших кораблей было затоплено, а мы у Узумаки не потопили и четверти. Красноволосые поклонники Шинигами и не собирались уплывать: в бою они были яростны, и всё норовили поймать кого-то из наших людей, но хвала, наверное, Лунной Богини и Воле Огня, мы своих вовремя собирали. — Хаширама! — окликнул меня Тобирама. — Нам надо уходить, иначе потерям все корабли. — Надо ещё немного протянуть, — возразил Мадара. — Они в темноте не видят, а Солнце движется к горизонту. Сразу, как станет темнеть, они свалят отсюда, ведь они знают, что мой клан видит ночью. И мы сможем преследовать их. — Отведи три корабля назад — на них и погонимся за Узумаки, — даю распоряжение я. — Остальные нужно сохранить как можно в большем количестве. — Хай, — отзывается Изуна и бежит знаками отдавать приказы на другие корабли. — И всё-таки после этой битвы у нас не на чем будет передвигаться, — отмечает очевидное Тобирама. — НЕ беспокойся: за зиму постараюсь вырастить побольше деревьев и мы построим новые. На них доплывем до Островов свободной Торговли и в итоге все закупим, — успокоил я его. — Это если сюда Узумаки сейчас подкрепление не подведут, а иначе вплавь до Конохи поползем, — мой младший брат недовольно поджимает губы. — Корабли клана Кагуя! — раздался рев с большинства кораблей, что сейчас участвовали в сражении, которое сразу стихло. Я припомнил, что это был за клан и чем он прославился. Стало немного не по себе от того, что они тут явно не для того, чтоб покрасоваться причудливо раскрашенными корпусами своих посудин. — Они с Узумаки что ли? — напрягся Мадара. — Хаширама, надо валить под защиту купола до наступления темноты, а то эти твари точно нас причешут. Со стремительно приближающихся к нам посудин раздался рев труб, в котором потонул мой приказ к отступлению. — А вы не ждали нас, а мы припёрлися!!! — произнес Изуна, читая Шаринганом по губам. — Это их вожак орет! — Кому именно это адресовано? — уточняю я, в уме прикидывая, успеем мы свалить под купол или нет? Всё-таки не самое лучшее решение драться сразу с двумя кланами, которые то ли за одно, то ли объединятся против нас. — Да кто его знает? — пожимает плечами Изуна. — Он это тупо орет раз за разом и всё. — Уходим под защиту купола, — даю я приказ и наши корабли устремляются к острову, на котором под землей, под Конохой, находится кристалл, напитанный чакрой наших людей, что сегодня спасли всех нас.
