Зажги в себе пламя

Глава 1

Суббота. Зачем я здесь? Зачем снова и снова сидеть над кипой уже пожелтевших от времени и частого использования бумаг. Это дело я зазубрил от корки до корки, и все ещё это не принесло никаких плодов. Хотя, теперь все те пропавшие без вести внесены в одну папку. Прогресс на лицо. Эта папка уже не выдерживает количества бумаг, в нее вложенных. Но бумаги все добавляются и добавляются. Люди жившие, любившие, пьющие чай бессонной ночью под моим замыленным взглядом стали лишь заявлениями о пропаже. Фото, имя, дата рождения. Возможно, у кого то из пропавших сегодня день рождения. Вероятность примерно 1/5. Зато мы точно знаем что с датой рождения, как и знаком зодиака, и зверем по китайскому лунному календарю, эти пропажи не связаны. О, и точно Ли Чжунко, 12 сентября 1978 года. С днём рождения, человек с фотографии. Я тебя не знал, и, вероятно, никогда не узнаю. И все же связь есть. Все эти люди были подвержены суицидальным мыслям и находились в глубокой депрессии. Вроде просто, самоубийство, выбросились в речку или озеро, вот тел и не нашли. Но нет, через 2 недели после исчезновения каждого, родственникам или друзьям пропавшего приходил конверт. В нем письмо сложенное пополам, в котором подчерком пропавшего написано всего 3 слова «Я теперь чист» и больше ничего. Чист. Тоже мне. Очистил бы кто эту папку от всех безнадёжных «висяков». Но нет. Родственники продолжают бить тревогу. Естественно, ведь каждый год пропадает от 2 до 7 людей. И всё с тем же результатом. «Я теперь чист». По-моему, мы рассмотрели всё возможное. Проверили психотерапевтов, аптекарей, даже почтальонов в районах, где проживали жертвы. Родственников и друзей. Коллег, знакомых, собутыльников. Ещё немного и мы начнем нюхать жопы их питомца, чтобы втереться в доверие. Питомцы. Питомцы. — Карл! — Ась? — Карл поднял голову от стола. Видимо, я оторвал его от какого приятного сновидения. — У них же собаки, да? — Какие собаки? — Карл посмотрел на меня недоуменно, будто я предсказал то, что он увидел во сне, — Дин, ты с этим делом уже совсем с катушек слетел? Предлагаешь опросить их собак? — Да нет же. У них у всех были собаки. У всех жертв по одной собаке. — И че? — Карл не желал думать, мечтая, судя по всему, досмотреть сон, от которого я его оторвал. — А вдруг это связанно с собаками? — Дин, выспись. Если ты собираешься искать связь в этом, ты, похоже, совсем уже потерял надежду. — Да, черт возьми, я ищу связь. Не тебе приходится выслушивать вопли и стоны родных. Я хочу закрыть это дело. — Пиши суицид и не парься, все одно к одному же — В том то и дело что нет. Если бы не письма, и так и не найденные тела, все было бы куда проще. — Письма, подумаешь. Все суицидники оставляют предсмертные записки. Я за то время что здесь работаю такого начитался. Один псих, решив уйти из жизни, в записке обвинил в своей гибели фарфорового садового гнома. Бедняга был параноиком, и ему казалось, что гном за ним следит. — А почему не убрать гнома из сада, или просто выбросить? — Мне тоже было интересно. Его сиделка сказала, что он боялся раскрыть факт знания о слежке. — Пфф, — не ржать Дин, не ржать, человек умер, мучимый своими потаенными страхами, и не важно, что объектом его страхов был садовый гном. — Фух. Спасибо Карл. — Э? За что? — Если бы ты меня не отвлек, у меня бы действительно поехала бы крыша. — Она уже едет, ты собираешься опрашивать собак. — Да не собираюсь я их опрашивать, придурок. Это просто одна из версий. — И ты собираешься ее отработать, — Карл сделал пасы руками, обозначая кавычки. — И я собираюсь ее отработать. Но ты прав. Сейчас мне нужен здоровый сон. Пойду я пожалуй. — Давай.